Глава 16 · УБИЙСТВО РАСКРОЕТСЯ

«Murder will out» (присловье).

После завтрака судьи объявили промежуточные результаты по итогам анализа отчетов и экспертных оценок преподавателей. Мы оказались ровно посередине, третьи. И самое обидное — из-за того, что так и не смогли взять интервью у мистера Финли, журналиста. Не узнали, при каких обстоятельствах у него украли цилиндр. Досадная, серьезная промашка. Я же могла, например, по дороге на бал хотя бы немного его расспросить. Но тогда показалось некорректным задавать такие вопросы в поездке, рассчитывала, что мы обязательно сделаем это «потом».

Зато сегодняшний вечерний отчет с новыми данными в связи с пятой жертвой должен добавить нам много нужных для победы баллов. И, конечно, наша команда постарается дотошно поговорить с журналистом.

Пока в лидерах ходил Экзитер. По оглашении промежуточных результатов они издали вопль радости и еще некоторое время прыгали у стола, обнимаясь и хлопая друг друга по плечам.

— Что ж, — философски сказала миссис Беридер, — у всего есть плюсы. Если не бежишь первым, то тебе и не плюют в спину.

Она полыхала трубкой, наблюдая, как оборотни Феста, проходя мимо экзитерцев, неуклюже толкают за угол стол команды, сбивая у победителей тарелки с едой.

— Миссис Беридер, нам нужна информация, — сказал Итан, делая записи в капитанской книжке. — Для каких ритуалов необходимо пробивание головы, а также нанесение рун прямо на конечности жертвы: руки и ноги? Головная рана — лоб, круглым отверстием, ровно по центру. Пуф передаст точные размеры.

Не у всех получилось вчера вечером своими глазами увидеть Касика. К моему удивлению, и Рапира, и Брайан ради расследования без тени сомнений и обсуждения бросили свои любовные игры с Шани и сопровождали вчера Родди и Пуфа.

Родди коротко рассказал, чем закончилось изучение пятой жертвы. Он таки смог привести Пуфа раньше полиции.

В итоге мы получили еще одно доказательство присутствия медных частиц в зияющей ране головы. И наличие явных признаков ритуальной смерти.

— Как можно одновременно убить и зверя, и человека? Что это за извращенец действовал? — горячился Кай и уверял, что чувствует запах сумасшедшинки в происходящем.

— Если есть жертвы необычно умерщвленные, я бы искал место ритуала, — твердо сказал Родди.

И капитан медленно кивнул. Сегодня, несмотря на общую собранность и серьезность, время от времени его прорывало на совершенно счастливые улыбки в мою сторону. Затем он брал себя в руки, причем выглядел удивительно свежим для оборотня, который практически не спал ночью.

Саму ночь, да и утро вместо разминки мы посвятили совсем другим упражнениям.

Капитан сосредоточенно, сантиметр за сантиметром исследовал мое тело, изучая реакции, восхищаясь, экспериментируя. В итоге сон нас настигал внезапно и так же внезапно прерывался, как будто время двигалось рывками. Утром мы пришли первыми. Я зевала. Итан был сосредоточен и бодр.

Команда догадывалась о происходящем, и оборотни недвусмысленно поддерживали альфу. Рапира даже начал расспрашивать, но наткнулся на негодующий взгляд с моей стороны и предостерегающий от Итана, поэтому волк рассудительно отступился.

По итогам краткого сбора идей капитан вынес простое решение. Дробиться на небольшие группки в свете опасности где-то бродящего маньяка было неразумно. Поэтому Рапира, Брайан, Бинго и Кай отправлялись на допрос-интервью в гостиницу к мистеру Финли, а остальная часть команды — на изучение места преступления.

Пуф и Родди — основные наши исследовательские силы, Итан — для принятия быстрых решений, а меня взяли для ровного счета.

Ощущать себя балластом было несколько непривычно. Не надеяться же, что на нас нападут и я красиво всех спасу, прикрыв могучим черным телом.

Я вздохнула. Утренние улочки довольно безопасны, и странно грустить по этому поводу. Пришлось сделать независимое лицо разновидности «я — человек команды» и «как скажет мой капитан».

Перед самым выходом меня за локоток ловко остановила миссис Беридер и сказала, тускло глядя куда-то вбок:

— Пока ты не наделала дел, милая девочка, послушай совет старой опытной женщины: никогда не растворяйся в мужчине.

Я кивнула, хотя в глубине души мне показалось, что напутствие должно быть адресовано все-таки не мне.

По запрету Итана нашим парням пришлось оставить Шани в гостинице, и Брайан негодующе хмурился, заметив ее начавшиеся переглядки с соперниками из Феста. По мелким признакам внимания, оказывается, так заметным со стороны, он явно привязывался к блошке. Когда во время обсуждения плана действий Итан попросил ее отсесть от команды, Брайан ласково погладил ее по пальцам, как бы извиняясь. А Шани в это время смотрела на Итана, пытаясь поймать взгляд капитана. Когда он отдавал распоряжения, племянница преподавательницы даже сладко вздрагивала, не в силах скрывать эмоции.

Я заставила себя отвернуться. Смотреть на нее — как подглядывать в незакрытые окна.

Уже на выходе из зала в мое плечо ткнулся маленький летун. Записка гласила:

«Прелестница, от вас в восторге известное лицо».

Поморщившись, я смяла бумагу. Судя по масленым взглядам, которые время от времени на меня бросал судья Дост, он все еще не расстался с мыслью более близко познакомиться со мной.

На улице оказалось довольно прохладно. Посвистывал в переулках ветер, гоняя грязные тряпки и бумагу. Такое впечатление, что со времени нашего приезда город никто не убирал. С каждыми прожитыми сутками Жаке производил все более удручающее впечатление.

На месте обнаружения тела уже ничто не намекало на вчерашнее происшествие. Пока Пуф с Родди тщательно изучали мощение и забор, у которого мы нашли Касика, Итан решил заняться запахами и поиском места ритуала. Это легче всего было сделать с помощью зверя, поэтому капитан зашел в ближайший темный переулок и стал раздеваться.

— Я тебя одного не отпущу, — сказала я.

— Что, разденешься ради следствия прямо на улице? — наигранно изумился Итан и провоцирующе медленно стал снимать с себя сюртук. Обожаю эти его игры.

Я хмыкнула и томно начала стягивать жилет, стоя посередине переулка. Раздеваться дальше в открытом месте я не планировала, но я тоже люблю поиграть.

— Нет-нет, — тут же пошел на попятную капитан и заслонил меня телом и сюртуком в углу, прикрывая от случайных взглядов.

Так-то лучше.

Я расстегнула блузу, и Итан тяжелее задышал.

Чувствуя себя полностью защищенной, я специально медлила и дразнила, то раздевалась, то останавливалась, проводила пальцем по его теплым твердым губам, грудным пластинам, каменному прессу живота. Все в нем вызывало восторг, постоянное желание трогать и гладить.

— Котенок, трансформируйся, — хрипло сказал Итан, наблюдая, как мои ловкие пальцы гуляют вокруг пупка, проводят вдоль полоски ремня, иногда ее оттягивая. — Трансформируйся, иначе я за себя не отвечаю.

Я гибко выгнулась, с удовлетворением отмечая, как сжались от холода ареолы сосков и как судорожно сглотнул при виде такой картины тигр.

И преобразовалась. Через пару минут мы мчались бок о бок, то касаясь хвостами, то шутливо толкаясь в узких местах, то сталкиваясь мордами при обнюхивании особенно интересных участков.

Я… была выше в холке ладони на две. Бедный Итан. Но он держался молодцом. Командно взрыкивал, выбирая дом или переулок для изучения.

И уже подбегая к пятому по счету дому на соседней улице, мы оба почувствовали, что близки к цели. Его окна были забиты досками крест-накрест, входная дверь покосилась, еле держась на петлях и грубо закрепленных скобах, на которых висели несколько ржавых грубых замков.

Мы обежали дом, и задняя дверь тут же засигналила приоткрытым проемом. Изнутри мягко поплыл запах сырой заброшенности, гниющего дерева и слабый аромат крови.

Скрипучая лестница со старыми обоями, свисающими лентами вдоль стены, привела нас на второй этаж. Засунув морды в дверь, мы увидели очищенную от мусора комнату, приготовленную под ритуал по всем правилам, как из учебника. Дырки в деревянном полу были тщательно забиты новыми досками. По стенам, по полу вился четкий рисунок геометрических вязей. По центру комнаты было нарисовано запутанное пересечение линий, мелко унизанных сопровождающим руническим текстом.

Маг даже не потрудился убрать за собой. А значит, или ему помешали, или его труд подходил к завершению и тратить время на заметание следов уже не имело смысла.

Через приоткрытое окно свистел ветер, тоненько и тоскливо. Здесь, в мареве подсыпанного наркотика, а может быть, в осознанном ужасе и боли, умер Касик. Я заскулила, представляя, и получила поддерживающий толчок мордой. Да, нужно собраться и найти этого убивающего урода.

В углу зашуршало, и то, что раньше принималось за сгустившуюся тень, оказалось сгорбленным человеком в темно-серой грязной хламиде.

— Вы вернулись, — прошелестел человек. Из-под капюшона колыхнулись спутанные волосы.

— Кхто в-вы? — выдавила я.

Вот Форос великолепно разговаривает в звериной ипостаси, а у меня все какие-то то хрипы, то мурлыканья, то повизгивания.

— Не вижу, — грустно прошептал то ли нищий, то ли еще одна жертва нападения.

Мы осторожно подошли ближе. Точнее, я шла, а Итан пытался оттеснить меня плечом к двери. Но любопытство гнало меня вперед, а силы тигра было недостаточно, чтобы остановить мою черную тушу. Не видит человек, вдруг ему помощь нужна, да и рассмотреть хочется.

— Мы-ы тут! — заявила я, останавливаясь метрах в трех и принюхиваясь. Странно, но он ничем не пах.

Итан зарычал громко и отчаянно, на пределе связок.

Нищий поднял голову, и из-под капюшона на нас посмотрело знакомое лицо Касика. Бледное, с зияющей черной дырой во лбу.

— Вижу, — заявил Касик и бросился на нас. — Вижу!!!

Боевые тренировки у мистера Бринелли не прошли даром, доведя наши реакции до автоматизма. И странного Касика встретил одновременный сдвоенный удар лап.

Преподаватель заставлял много тренироваться в звериной ипостаси, что существенным образом улучшило не только ловкость животных, но и нашу общую сыгранность. Получилось идеально точно, одновременно и хлестко.

Касик завыл утробно, с вибрирующими нотами. По полу пронесся ледяной ветер.

А наши удары… пронеслись сквозь противника.

Касиком оказался призрак. Существо, проникающее в пазы мира, в дыры мироздания, пробитые по той или иной причине, но чаще всего — по глупости. Я о призраках слышала, но совершенно ничего не знала, кроме того, что они существуют. Вот и минус брать на расследование первокурсницу: мы призраков просто еще не проходили.

Зато мудрый Итан явно что-то знал, потому что резко толкнул к входу. Но было поздно. Полупрозрачная ладонь коснулась моей морды. Мазнула невесомой, немеющей прохладой. И у меня вдруг разъехались лапы. Только что слушались — и вдруг перестали. Как будто это моя первая трансформация и опять пора считать: «Левой лапой, правой лапой, третьей и четвертой».

Касик взвился на полметра над землей, забормотал что-то невразумительное. В комнате свистело и выло, холодно стало до ломоты. Из пасти при дыхании пошел пар.

Итан, схватив меня за холку, пытался тащить к двери.

— Что происходит? — раздалось оттуда.

Подняв морду, я с радостью увидела Пуфа и Родди. Они нашли дом по завываниям и нашим рыкам. Внезапно глаза Пуфа расширились, взгляд заметался по комнате.

— Грязный ритуал, — то ли выругался, то ли оценил ситуацию наш криминалист и вместо того, чтобы помогать Итану тянуть меня из комнаты, побежал в дальний угол, где бился от стены к стене завывающий призрак Касика.

— Руны атаки на призраков! Отвлекайте его! — заорал он нам. Э… это он как представляет?! Только что призрак выключил меня из боя одним касанием, как нам его отвлекать?

Разозленный Итан выпустил из зубов мою шкуру и взвыл то ли на Касика, то ли на сошедшего с ума Пуфа. Подбежавший ко мне Родди трясущимися руками покрасил мне правую лапу прямо пальцами, макая их в какую-то колбу.

Итан отвлек Касика и, к сожалению, удачно. Потому что тот развернулся и ринулся на нашего капитана. Полы туманной хламиды развевались, лицо, искаженное злобой, все меньше походило на молодого красивого парня.

Быстрые удары лап все так же легко прошли сквозь нематериальное тело воплощенной на месте убийства жертвы. И длинная когтистая рука встречно задела золотое плечо. Итан тут же захрипел и обмяк. А призрак опять хаотично заносился, бормоча и направляясь в исходный угол, где уже вовсю орудовал Пуф, размахивая руками и что-то выкидывая из своей сумки прямо на пол.

— А-а-а! — закричал Родди, размахивая кинжалом, посылая в призрака с руки какой-то красный огонек.

Тот дернулся и зашипел, опять разворачиваясь к нам. К этому времени тигр уже вставал, но как-то слабо пошатываясь, неуверенно.

Я прикусила шерстяную губу и заставила себя идти, криво-косо, но идти навстречу Касику. Не просто так Пуф кричал про руны, а Родди наносил эту отвратительную краску мне на лапу.

Поэтому на подлете призрака, понимая, что былой ловкости во мне уже нет, я просто выставила отмеченную руной лапу ему навстречу. Меня иногда смущали размеры зверя, ширина попы, подносы лап. Но как же я теперь была рада ширине своих лапищ!

Касик напоролся прямо на изрисованную конечность, истошно завизжал, теряя клочки своей туманной сущности. Его морда начала меняться, дергаясь и искажаясь. Мои лезвия наконец обрели силу и смогли ранить страшное порождение ритуального жертвоприношения, надрывая тело потустороннего создания.

— Не вижу-у! — захрипел он, дергаясь и теряя капли сущности, развернулся и полетел в свой угол.

Ничего не успевая, мы с ужасом смотрели, как его серая тень накрывает сосредоточенно выпевающего и корябающего знаки на стыке двух стен Пуфа.

Я завизжала на самой высокой ноте из возможных для пантеры и двинулась, как могла, в их сторону. Призрак задрожал от моего вопля, отлепился от криминалиста, и в мою сторону поплыл ужас, совершенно потерявший черты человека: осколки зубов в ощерившейся пасти, длинные звериные лапы с острыми, изгибающимися под углами когтями.

Я визжала, понимая, что просто должна его звать.

Он плыл. За его спиной вставал белый дрожащий Пуф. Жив. Чудом, учитывая намного меньшие ресурсы человека по сравнению с силами оборотня. Монстр мог выпить мага до дна, если бы не звуки, так раздражавшие его.

Он подлетел и зашипел, корчась, напоровшись на удар копей.

С другой стороны упрямо сел покачивающийся Итан, выставив вперед такую же измазанную лапу. Пока я отмахивалась от призрака, бесстрашный Родди проскочил к капитану почти ползком на животе и быстрыми мажущими движениями нанес изображение нужной руны.

Еще минут пять, долгих и страшных, в полной тишине мы перебрасывали призрак Касика один другому, пока он окончательно не истощился.

От ударов Итана призрак терял совсем скудные хлопья тьмы, зато от моих все тише шипел и ронял целые гроздья своих туманных отростков.

С еле слышным подвыванием последний его клочок пал от дважды промахнувшегося и наконец задевшего его лапой Итана. Сам альфа получил еще одно касание монстра и теперь слег, едва дыша.

— Готовы? Закрываю брешь, — прошелестел Пуф.

Комната осветилась слабым зеленым светом. И опять вернулась к светлому освещению.

Я осознала, что в процессе всего нападения тени почти скрыли дневной свет, бьющий из небольшого окна. Было ощущение, что мы бились в сумерках.

— Родди, а Родди, как ты догадался про руну Морка? — просипел сползший в углу по стене Пуф.

— Я только ее из атакующих и знаю, — пожал плечами уже сосредоточенно что-то пишущий на летуне друг. — А что, можно было другую?

Пуф начал мелко, истерично смеяться, смахивая пальцами текущие из глаз слезы.

— Тридцать шесть только для первого уровня, — сказал он, отсмеявшись и оседая на пол. Посмотрел в потолок и повторил: — Только для первого уровня. А на призраков действует только одна — руна Морка. Вот такой абзац.

— А-а-а, — неопределенно сказал Родерик Торш, — значит, хорошо, что Морк из Торшей и я выучил атакующую руну на спор с братом. Неделю учил, вы не поверите, и потом минут по десять тратил, пока точно изображу. А здесь за секунды ее сделал. За секунды!

Летун сорвался с его руки и, сделав небольшой круг, вылетел в окно. Родди с Пуфом каркали, думая, что смеются.

А мы с Итаном ползли навстречу друг другу.