Глава 16

-Поручик, меня начали пугать ваши поступки. Вы ведь взяли отпуск и заявили, что хотите посетить родное поместье.

-Я сделал небольшой крюк.

После моих слов Лосев хрюкнул и затрясся, будто его поразила пляска святого Вита. Мосолов тоже с трудом сдерживал смех. Один Муравьёв был зол и чуть ли не рычал, глядя на мою невинную мордашку.

-Ага! Только вы почему-то последовали на юго-восток через запад! Вы понимаете, что это международный скандал? Российский подданный, по поддельному паспорту, проник в Пруссию и сжёг там целый хутор. Ещё пропало несколько человек, я уж молчу про сгоревших работников типографии. И это накануне повторного визита господина фон Альвенслебена! О чём вы думали, когда совершали свой безумный вояж? Я здесь пытаюсь донести до Его Величества сложившуюся проблему. А вы будто специально её усугубляете.

-А может, пора прекратить заискивать перед иностранцами? Заодно вспомнить, что именно Россия до недавних пор устанавливала свои порядки в Европе. Если мы будем прощать всякой сволочи вмешательство во внутренние дела империи, то о нас и далее продолжат вытирать ноги, — чую, что меня несёт, но остановиться не могу, — Границу Австрии и Пруссии пересекают десятки вооружённых отрядов. Получив отпор, они спокойно уходят обратно, чтобы, зализав раны, вернуться и продолжать убивать русских людей. Может, вы запросите Санкт-Петербург? Пусть открыто скажут, что всё это непотребство согласовано с нашими соседями? Если нет, то, какого чёрта граница напоминает проходной двор?

Михаил Николаевич протёр платком лоб, и некоторое время молчал.

-Иосиф, ты моей смерти хочешь? Я и так заразился твоими идеями и передал их в столицу. Вызов прусского посланника, как раз вызван моим докладом. Но нельзя же действовать по-варварски! Зачем ты сжёг типографию и убил столько людей?

-Пусть докажут, — отвечаю, ухмыльнувшись, — Может, это инсургенты сами поубивали друг друга. Заодно пруссаки должны объяснить, почему на их территории работала типография, печатавшая антироссийские листовки и газеты. И это я ещё до Гумбиннена не добрался. Там вообще целый клубок заговорщиков, в том числе литовских. Думаю, не мешает навестить этот городишко в ближайшее время.

-Откуда ты свалился на мою голову? И за что мне подобное наказание? — грустно произнёс Муравьёв, — Я приказываю, чтобы подобных рейдов более не было! Потерпите хотя бы до окончания новых переговоров с прусским посланником. Боже, что я несу? Генерал-губернатор огромного Края просит своего подчинённого не совершать преступные рейды через кордон.

-Нас атакуют со всех сторон! В том числе государства, которые якобы нейтральны или формально дружественные. Прусский посланник не просто так повторно прибежал в Петербург. Мы им нужны гораздо больше, чем они нам. И если сейчас выкатить немцам полный список наших претензий, то уже завтра прекратится всё это безобразие. С австрияками договариваться нельзя в принципе. Их нужно давить, как тараканов, используя любые методы для расшатывания этой гнилой империи.

-Что ещё нужно сделать, по вашему мнению? Не стесняйтесь — предлагайте.

Генерал-губернатор думал, что я поддержу его ироничный тон. Только мне было не до смеха.

-Необходимо ввести самый жёсткий контроль на границах. Нарушителей и контрабандистов надо банально отстреливать. Есть ещё один момент, на который наши власти не хотят обращать внимание. В первую очередь — это беглецы, совершившие преступления на территории империи. Страны, которые имеют с Россией дипломатические отношения, обязаны подписать конвенцию о выдаче преступников. Это должно касаться как политического, так и уголовного элемента. Если Англия или Франция откажется подписывать соглашение, или начнёт его затягивать, то с ними надо разорвать все экономические связи. То же самое должно коснуться Пруссии с Австрией и прочими Швециями. Мы им нужны гораздо больше, чем они нам. Чтобы восполнить потери от нехватки некоторых товаров, Россия может переориентироваться на САСШ. Они в ближайшее время задавят южан, и начнут искать покупателей для своей продукции. Это весьма развитая страна, за которой большее будущее. Оружие, паровозы, станки и многие другие товары в Америке гораздо дешевле, чем в Европе. Заодно у этой бурно развивающейся державы весьма сложные отношения с Англией. Не мне вам рассказывать, какая страна гадит нам на протяжении последних лет.

-Вашими устами, да мёд пить, — Муравьёв дёрнул себя за ус и ухмыльнулся, — Вы думаете, что никому ранее в голову не приходили подобные мысли? Только как быть с многочисленной либеральной оппозицией, которая молится на Европу?

-Давно пора принять закон о внутренних врагах. На Западе с подобной публикой не церемонятся. Надо брать пример с той же Франции, о чём должны трубить русские газеты. У нас ведь принято поклоняться Европе? Значит, мы пойдём их путём, на радость либералам и прочей сволочи, считающей Россию тюрьмой народов, — делаю небольшую паузу и выпиваю залпом стакан воды, — После июньских событий 1848 года, из Франции было изгнано сорок четыре тысячи человек, четверть которых сослано в Алжир. По приговору военного суда казнено двести пятьдесят три мятежника. Далее последовал переворот 1851 года, и мы имеем ещё двадцать шесть тысяч сосланных в Африку и Кайенну. Англичане избавились от своих недовольных ещё раньше. Все эти квакеры и прочие сектанты, отправились покорять Новый Свет. Кто не успел — познакомился с виселицей, каторгой и проследовал в Австралию. Почему-то их демократическая и самая свободная пресса в мире, старается обходить данный момент стороной. А вот любой наш чих обсуждают, будто скоро наступит конец света.

-Что это? — Муравьёв быстро пробежался по списку, который я набросал накануне.

-Здесь перечень шестидесяти восьми активных участников восстания и лиц, помогающих ему. Думаю, часть из них мы захватим, но кто-то успеет сбежать. Многие и сейчас живут за границей. В списке не только поляки, но и русские предатели, вроде Бакунина и Серно-Соловьевича. Если их откажутся выдать, то можно отправить в Европу отряды по ликвидации данных персонажей.

-Иосиф, прекратите! Это уже не смешно, — Михаил Николаевич от возмущения хлопнул ладонью по столу, — Как Россия будет выглядеть в глазах цивилизованного мира? Да их пресса просто мечтает получить такой повод, чтобы смешать нас с грязью.

Мне вот абсолютно плевать, что подумают или напишут европейские газетчики. Бесит это чистоплюйство, когда мы постоянно озираемся на чужое мнение. До добра сложившаяся тенденция точно не доведёт. Врагов надо просто уничтожать и неважно, где они окопались. Я внёс в список даже своего братца Яна, которого мятежники называют комендантом Варшавы. Но далее злить генерал-губернатора не стоит. Он и так на взводе.

-Кстати, в Вильно появились два европейских журналиста, — к разговору подключился Мосолов, — Англичанин и француз, представляющие «Таймс» и «Фигаро». Они хотят встретиться с Его Превосходительством.

-Буду я ещё тратить время на каких-то писак, тем более иностранных, — отмахнулся Муравьёв.

-А вот это зря! — сразу привожу свой аргумент, — Если договориться с журналистами, что они будут согласовывать с нами текст статей, то надо общаться с ними как можно интенсивнее. Более того, не мешает допустить их к судебным разбирательствам и казням. Сейчас общественное мнение в Европе основывается исключительно на слухах. Всех переубедить не удастся, но выход нескольких более-менее правдивых статей пойдут нам на пользу. Заодно откроем для Запада лицо всех этих борцов за народное счастье. Надо обязательно рассказать про убийства простых людей, даже не связанных с властью.

-Неплохая идея! Террористы давно преступили черту разумного, — согласился Михаил Николаевич, — И ведь эта волна необоснованного насилия только возрастёт. Вы, наверное, не знаете, но ведомство нашего подполковника раскрыло самый настоящий заговор.

Лосев после похвалы шефа засиял, как огонёк в ночи. Далее он сам начал описывать ситуацию.

-Нами был раскрыт один из центров бунтовщиков, находившийся в имении Мариенгаузен, что в Люцинском уезде. Его владелец, Антоний фон Рык, содержал типографию, работающую на «Землю и волю», складировал оружие, а также вёл военную подготовку мятежников. А ещё в селе Вышки крестьяне пленили отряд графа Леона Плятера, который ранее напал на армейский обоз. После допроса этого преступника, нам удалось раскрыть целую сеть из помещиков и горожан Динабургского уезда, поддерживающих антиправительственные организации. Доклад уже отправлен в столицу. Ситуация достаточно опасная. Ведь происходит сращивание польских мятежников с русскими социалистами из "Земли и Воли" или представителей иных тайных организаций. Последние уже не скрывают своих целей, и открыто призывают к убийствам. Более того, они замахнулись на жизнь Его Величества, считая его причиной всех бед России.

На самом деле, новость отличная! Лосев для меня фигура мутная, но специалистом он оказался грамотным. Муравьёв не просто так приблизил подполковника. Жандарм своей хваткой напоминает терьера, который заточен на охоту. Ну и я подкинул ему несколько идей. Это не считая того, что он крайне заинтересован в штурмовых отрядах. Полезный человек, но совершенно непонятный. Хотя он смог вскрыть несколько подпольных кружков в Крае. В отличие от своего начальства, Александр Михайлович близорукостью не страдает и давит будущих революционеров, как клопов.

-Интересно, а чем занимались ваши предшественники? — решаю потроллить жандарма, — И почему никто не понёс наказание за преступное бездействие? У нас какое-то странное законодательство. Проштрафившихся людей даже не уволили. Получается, что они и далее будут вредить России.

-У вас поразительный талант находить врагов на ровном месте, поручик, — улыбнулся Лосев, — Но могу сказать, что я тоже поддался вашему влиянию и сделал обширную докладную записку на имя своего руководства. Мне тоже не совсем понятно, что делала жандармерия Края последние несколько лет. Поверьте, более этого не повторится. Количество убитых подданных Его Величества напугало столицу. Понятно, что причина в общей безнаказанности. Вместо того, чтобы самым жестоким образом пресекать террор, власти пытались договориться. А сейчас все эти заговорщики даже перестали скрывать свои планы. Поэтому реакцию Петербурга надо ждать в ближайшее время. Другой вопрос, что общество пронизано либеральными идеями. Благо, восстание и беспрецедентное насилие со стороны поляков остудило многие горячие головы. Особенно столичные круги шокировали демонстративные казни православных священников. Значит, не всё так плохо, как мы думаем. При правильной работе с публикой, многое можно изменить к лучшему. Люди даже перестали покупать «Колокол»[13], чьи тиражи снизились в несколько раз. Даже либеральная общественность не готова к поддержке убийц и насильников.

Мне вообще дико слышать от высокопоставленного безопасника, что антироссийская газета распространяется в империи. Я бы лично рубил руки ублюдкам, которые замешаны в перевозке этого дерьма из Англии. Но ведь они связаны с Ротшильдами, а значит, трогать их нельзя. Ситуация просто бредовая. Хотя, если вспомнить мою реальность, то за прошедшие годы мало что изменилось.

Но всё равно есть позитивные сдвиги. Думаю, я уже смог повлиять на ситуацию в стране. Назначение Муравьёва губернатором уже в январе, далее раскрытие ячейки офицеров-заговорщиков и более радикальные действия властей в ответ на волну террора, сыграли свою роль. Другой вопрос, во что всё это выльется в будущем? Мне уже сложно делать прогнозы о политической ситуации в России и Европе.

-Иосиф, я бы на вашем месте всё-таки съездил в родное поместье. А то конфискуют его, и останетесь вы только с адъютантским жалованием.

Видя моё недоумение, Муравьёв объяснил свои слова.

-Ваш батюшка решил не отсиживаться в сторонке, и принял участие в мятеже. Пан Наполеон сформировал отряд и совершил нападение на почтовое отделение Молодечно. В результате было убито два полицейских и три мирных жителя. Через неделю банда была окружена «финляндцами», и все её участники сдались в плен. Сейчас граф Козелл-Поклевский сидит в минской гарнизонной тюрьме и ждёт заседания трибунала. Думаю, за совершённые преступления он будет приговорён к смертной казни. Что касается имущества, то оно должно быть конфисковано по закону. Но так как вы безупречно служите империи, и не нарушили присягу, то можете претендовать на передачу всей собственности в ваши руки. Я подпишу соответствующий документ, если он необходим.

Может, присутствующие ждали иной реакции. Только мне безразлична судьба здешнего отца. Не прими он участие в мятеже, то я бы сам тихо его удавил. Поэтому сейчас меня больше волнует сохранение немалого имущества Козелл-Поклевских. Это, ни много ни мало, десяток деревень, пусть крепостное право и отменили. Но огромные угодья остались в собственности нашей семьи. А ещё, это дома в Вильно, Минске и Варшаве, не считая огромного поместья около Сервача. Плюс, маман вкладывала деньги в мануфактуры и фабрики, да и на счетах в банке должно быть немало средств. Отказываться от подобного богатства просто глупо. К тому же, надо подумать о Маше с Мишей. Хотя, кое-какие изменения я внесу. В первую очередь снижу цену за аренду земли и отдам лучшие пахоты крестьянам.

-Тогда я завтра же выезжаю в Сервач, если вы дозволяете?

Судя по всему, Муравьёв был недоволен моим равнодушием. Родственные связи — крайне важная вещь для этого времени. Тем более, когда речь идёт об отце, будь он хоть трижды мятежник и убийца.

* * *

-Но это нечестно! Получается, что вы фактически открыли формулу. От меня требуется лишь провести испытания. Такая же ситуация произошла с гранатами. Кстати, я уже получил письмо от Военного ведомства. Генералы заинтересованы в наших изделиях. Но ведь все лавры первооткрывателя достанутся мне. Только это не моя заслуга. И вообще, в следующем году я хочу поступать в Санкт-петербургский технологический университет. Где я найду столько времени на опыты? Мне ведь необходимо готовиться к экзаменам!

Вот куда в моём времени подевались честные люди? Здесь же я не в первый раз встречаю совершенно бескорыстного человека. При этом пан Вылежинский[14] отнюдь не богач, работает учителем химии и отбрыкивается от будущей славы.

-Бронислав, вы не правы, — пытаюсь успокоить химика — Предлагаю посмотреть на ситуацию шире. Если формулу новой взрывчатки предложу я, то над этим будет смеяться весь учёный мир. Вы же уже приобрели определённую известность, создав новый вид гранаты. Прошу не спорить, но я только озвучил свои хотелки. Всё остальное сделано вами, в том числе совершенно неизвестный ранее запал. И сейчас я предлагаю только теоретические выкладки. Основная часть работы опять ляжет на вас. Мне бы не удалось добиться результата без ваших знаний и таланта.

-Это неправда, — польщённый учёный продолжал вяло сопротивляться, — Я всего лишь один из тысяч естествоиспытателей. Вы же предложили неизвестный доселе механизм. То же самое касается «динамита». Странное слово, однако. У меня такое ощущение, что вы прекрасно обойдётесь без меня. Любой студент может смешать нитроглицерин и кизельгур в нужной пропорции. Юзеф, мне не нужна чужая слава и почести.

-Воспринимайте всё проще. Над составом взрывчатки ещё придётся потрудиться. Что касается будущих почестей, то до них надо ещё дожить.

Да, я решил не мудрить и начать делать состояние на простых вещах. Состав классического динамита был мне более или менее известен. Оставалось договориться с толковым химиком и провести испытания. И я нашёл Вылежинского, который хорошо зарекомендовал себя в истории с гранатами. Бывший офицер был фанатиком своего дела. Проблема заключалась в том, что он просто патологически честен. С трудом удалось убедить его присвоить заслугу открытия формулы и стать изобретателем. Думаю, что господам Нобелям в этом мире не повезёт и динамит появится в России.

Я сразу решил поставить дело на широкие рельсы и зарегистрировал компанию. Вернее, в будущем это будет холдинг, если всё пойдёт по моему плану. Пока же товарищество «Танесдорф», которое я решил назвать в честь фамилии здешней матери, состояло из четырёх учредителей. Пятьдесят пять процентов акций принадлежала мне, а по по пятнадцать химику, Фредди и Пырху. Уставной фонд компании формировался из захваченных в Кёнигсберге денег. Нам же надо открывать целый завод и закупать материалы.

Штаб-квартиру компании решили разместить в Питере, куда собирался переезжать Вылежинский. Надо бы ещё найти грамотного управляющего, так как Бронислав производил впечатление далёкого от бизнеса человека. Но это чуть позже, так как пока надо определиться с формулой. Здесь всё не так просто, но выполнимо. Я же пока собрался в Вилейский уезд. Заодно нужно было заскочить в Минск, где у меня была запланирована ещё одна встреча.

-Юзеф, а зачем вам информация о нитроглицерине? Тем более, речь идёт о таких огромных количествах. Вы собрались заняться горнорудным делом?

Ага, хочу организовать карьер, вернее — воронку, в центре одной из европейских столиц. Но химику я сказал иное.

-Вы почти угадали. Есть у меня некоторые мысли по строительству железной дороги. Там потребуется большое количество взрывчатки. Потому я и интересуюсь условиями хранения и перевозки.

* * *

-В принципе, я согласна. Но как на это посмотрят твои брат и сестра?

Судя по тому, какой идеальный порядок царил в нашем доме, моя задумка оказалась верной. Тётя Катарина была дамой грамотной и весьма дотошной. По приезде, я получил полный отчёт о положении дел с семейным особняком, доходным домом и двумя мануфактурами, за которыми она следила. Это папахен поручил двоюродной сестре управлять минскими активами семьи и окунулся в политику. Вернее, он в ней утонул, но это не моё дело.

А царские чиновники не зевали, и уже хотели наложить лапу на весьма вкусные куски имущества Козелл-Поклевских. Если бы не тётушка, то обе фабрики уже растащили, заодно и дом обнесли. Ведь активы бунтовщиков подвергаются конфискации, что является просто колоссальной кормушкой для предприимчивых чинуш. Надо этот вопрос поднять перед Муравьёвым. Напишу ему письмо сразу после разговора с родственницей.

Мой приезд в Минск оказался самым настоящим сюрпризом для обитателей особняка. И не сказать, что со знаком плюс. Молва о моём предательстве докатилась до столицы губернии и обросла дополнительными слухами. Наш многолетний управляющий и эконом Мариус, сбледнул с лица, увидев меня, заезжающего в ворота. Слуги вели себя испуганно и будто ожидали, что их прямо сейчас начнут убивать. Даже три мои троюродные сестрицы вначале чуть ли не попадали в обморок. А вот пани Катарина показала свой характер. Думаю, она бы спокойно воспринимала даже мой переход на сторону Сатаны. Главной целью её жизни было выдать дочек замуж. И она резонно связывала эти надежды со мной. Тем более что у старшей, вроде как, появился жених.

Денег у обеих сторон не было, зато их хватало у нашей семьи. Вот я и сделал тётушке предложение, от которого она не смогла отказаться. Мне показалось, что лучшего управляющего семейным имуществом не найти. Я не собирался залезать в копилку Козелл-Поклевских, и решил в будущем передать большую часть имущества Маше с Мишей. Денег у меня сейчас хватало, да и подло — хапать чужие активы. Младшие члены моей нынешней семьи в мятеже участия не принимали. Хотя сестрица была весьма резка в своих политических взглядах, но это всё было влиянием отца. Ян Наполеон любил разглагольствовать о Речи Посполитой, её восстановлении и прочей чуши. Вот сестрица и поддалась его влиянию.

А встречаться с оставшимися на свободе родственниками у меня не было никакого желания. Мне не стыдно, просто неприятно. Тётушка тоже немного волновалась на предмет того, что ей могут выкатить претензии. Но графом Козелл-Поклевским, и обладателем весьма немалого состояния, скоро станет ваш покорный слуга. Поэтому Катарина сопротивлялась строго для приличия. Когда я предложил ей весьма неплохое жалованье и право нанять в качестве помощника будущего зятя, то приобрёл верного союзника.

-Юзек, но зачем ты хочешь продать ваш особняк в Варшаве?

-Боюсь, что моё появление за Неманом будет встречено весьма недружелюбно. Да я и сам не стремлюсь посещать те места.

-При чём здесь это? — тётушка всплеснула руками, — Кому ты собрался продавать самый настоящий дворец? Вернее, кто даст за него хорошую цену в ближайшие годы? У меня есть подозрение, что вскоре цены на варшавские дома упадут в несколько раз. Огромное количество особняков уйдёт с молотка за бесценок. Наоборот, сейчас надо покупать конфискованное имущество, а не продавать.

Я по-иному взглянул на эту молодящуюся толстушку. Вроде такая вся из себя простая и вечно улыбающаяся, регулярно посещает костёл, но хватка у неё похлеще Юзефы. И почему никто не рассмотрел этот талант ранее? Даже кабинет, где мы беседовали, стал выглядеть иначе. Тётушка поменяла шторы, убрала один шкаф и сделала обстановку более деловой. И было видно, что она здесь действительно работала. Кипа бумаг на столе, немного осунувшееся лицо и руки в чернилах, прямо кричали о том, что Катарина вся в заботах.

-Сколько у нас свободных денег?

Судя по хищной улыбке собеседницы, я правильно понял её намерения.

-На счету в банке более тридцати тысяч. Но они сейчас арестованы, — грустно ответила Катарина, — В кассе есть более трёх тысяч, и скоро поступит выручка с фабрик.

-За деньги не переживайте. У меня есть документ от генерал-губернатора о вступлении в наследство. Отец и старшие братья, к моему сожалению, считаются государственными преступниками, — произнёс я, лицемерно вздохнув, — Я в ближайшие дни получу доступ к деньгам, заодно оформлю на вас доверенность. Мне импонирует, как вы взялись за дело. Думаю, мы с вами хорошо заработаем не только на варшавской недвижимости. Есть у меня ещё идеи по развитию льняной промышленности в Крае. Я здесь намедни изучал состояние экономики страны, и был крайне удивлён. Россия — огромная страна с постоянно растущим населением. При этом, мы до сих пор завозим из-за границы чуть ли не половину тканей. Это недопустимо, что такие колоссальные деньги проходят мимо нашего кармана.

Тётушка опять улыбнулась, став похожей на акулу. Я уже начал её побаиваться. Вернее, беспокоиться за наших будущих конкурентов. Она ведь и на убийство пойдёт ради семейного благополучия.

-Я тоже думала об этом. Здешняя земля крайне бедна и родит мало зерна. А вот тот же лён может приносить неплохой доход. Только у моей семьи не было капиталов, дабы начать зарабатывать на тканях. Ещё хороший доход приносит хлебное вино.

Спаивать народ в мои планы не входит. Пусть на водке зарабатывают другие, у меня есть свои принципы. Поэтому я предложил тёте иной путь к обогащению.

-Сахар! За этим продуктом будущее. Начнём с посадок свёклы, заодно сразу откроем завод по переработке.

Улыбка Катарины стала ещё страшнее. Нет, она реально похожа на акулу. И самое забавное, что ей плевать на папахена, моих старших братьев, казнимых патриотов и польское дело, в частности. Мадам исключительный прагматик и аполитичный человек. Думаю, мы сработаемся.