ГЛАВА 23

Отвертеться от присутствия в суде Лаусиэлю не удалось, как он ни старался. Пришлось смириться, сесть в неудобный казенный экипаж и в сопровождении бравых волков направиться в городской суд.

“Ничего, — думал он, глядя на пролетающие мимо дома и деревья, — у меня все под контролем. Никто не докажет мое отношение к похищению Рильона. Киф будет молчать, если не хочет попрощаться с жизнью, а других свидетелей нет. Так что мне ничего не грозит”.

С этими мыслями он вошел в зал суда. Окинул быстрым взглядом ложу присяжных и успокоился окончательно: из тринадцати заседателей больше половины были эльфами. А уж свои точно в беде не бросят. Даже если причастность Галендана будет доказана, сородичи не позволят судить его в Новой Башне. И все, что сможет здешний судья-гном, это депортировать подсудимого в Светлый лес.

Но стоило взгляду декана скользнуть дальше, к ложе свидетелей, и его сердце противно заныло.

Столичная леди-проныра, профессор-зазнайка, князь кровососов и алчная старуха, которую он нанял, чтобы шпионить за Рильоном.

А эта карга что здесь забыла? Неужели пришла свидетельствовать против него? Нет, ей не позволит клятва! Он не дурак, обезопасил себя со всех сторон. Пусть Арда попробует хоть пикнуть против него — ее ждет мгновенная смерть!

Тяжелые двустворчатые двери зала сомкнулись за его спиной с глухим стуком. Это стук прозвучал так внезапно в тишине зала, что Лаусиэль вздрогнул и оглянулся. Ему на миг показалось, что это захлопнулась ловушка. И в душе эльфа всколыхнулась тревога, которую он поспешно задавил.

Удерживая на лице привычное выражение высокомерной брезгливости, он прошел к свидетельской ложе и сел на пустующее место, подальше от остальных.

— Итак, все в сборе, — помощник судьи обвел присутствующих пронзительным взглядом. Затем стукнул в маленький гонг. — Первое слушание по делу о похищении профессора алхимии Марселя де Рильона объявляю открытым! Встать, суд идет!

Все поднялись.

* * *

Кире, знакомой только с судопроизводством родной страны, да и то, больше по книгам и фильмам, было странно и интересно наблюдать за происходившим.

Когда был оглашен список свидетелей и присяжных, судья — пожилой гном с длинной седой бородой, заплетенной в сложную косу — стукнул молоточком. В зал ввели подозреваемого.

Задержав дыхание, иномирянка уставилась на него. Это был Киф — тот самый студент, который напал на нее в «Мензурке». Сейчас он не выглядел таким боевым, как тогда. Шел, опустив голову и сгорбив плечи. Только один раз бросил в сторону свидетельской ложи быстрый заискивающий взгляд.

Взгляд предназначался Галендану. Кира была в этом уверена. Но оглянувшись на эльфа, увидела, что тот с невозмутимым видом смотрит мимо студента. Будто не замечает его.

— Вот сволочь эльфийская, — шепнул Алистер, озвучивая ее мысли. — Ничего, Круг вытащит из мальчишки всю правду!

— Какой круг? — машинально спросила Кира.

И поняла, что совершила ошибку, когда вампир поднял на нее пристальный взгляд.

— Круг для допроса, — произнес он, не спуская с нее изучающего взгляда. — Уж вы-то, леди, должны о нем знать.

Сглотнув, Кира попыталась оправдаться:

— Вылетело из головы. Память девичья.

А сама мысленно взвыла: ну как так можно опростоволоситься?! Она детектив или кто? Так бездарно завалить свою роль!

— Тише вы! — шикнул Марсель с другой стороны. — Допрос начинается!

Подозреваемый остановился перед кафедрой судьи, в центре круга, выложенного из странных камней, похожих на гальку, и нервно переступил с ноги на ногу.

— Осознаете ли вы, что вошли в Круг Правды, чтобы свидетельствовать по делу о похищении профессора алхимии Марселя де Рильона? — спросил судья, сведя к переносице седые брови.

— Осознаю, — кивнул студент.

— Клянетесь ли вы говорить правду, только правду и ничего кроме правды?

Киф громко сглотнул.

Конечно, он мог отказаться от клятвы, ведь ее дают добровольно. Но такой поступок в глазах суда был признанием вины.

— Клянусь.

— Властью, данной мне городом Новая Башня, я активирую магию круга.

И камни под ногами мальчишки вспыхнули белым светом.

— Назовите свое полное имя, подозреваемый!

Допрос начался…

Вскоре Кира поняла, как действует круг. Это был своеобразный магический детектор лжи. Подозреваемому задавали вопросы, но стоило ему запутаться в показаниях или солгать, как белое сияние окрашивалось в черный цвет. Тогда судья грозно стучал молоточком и предупреждал о наказании за лжесвидетельство.

Бедняга Киф не мог назвать имя своего нанимателя, ведь это означало бы верную смерть. Он нервничал, путался в показаниях, периодически срывался на рыдания и поминутно оглядывался на свидетельскую ложу, ожидая поддержки. Но единственный, кто мог ему помочь, сидел с равнодушным видом и рассматривал свои ногти.

Осознав, как действует Круг, Кира тоже занервничала, едва ли не больше самого Кифа.

Почему ни профессор, ни вампир не предупредили об этом? Ах, да, леди-детектив сама должна знать, как протекает судебный процесс!

Но что теперь делать?

Что будет, если ее или Марселя вызовут в этот Круг? Тогда ведь придется сказать всю правду. Признаться, что никакая она не Лоретта, а самая настоящая самозванка, да еще метаморф. И раскрыть тайну Марселя тоже придется. Страшно представить, как воспримет суд новость о том, что доблестный профессор алхимии — дух, приблудная душа, у которой даже нет собственного тела, не считая того, что дает артефакт!

Не может быть, чтобы Марсель об этом не знал!

Она так углубилась в свои переживания, что перестала следить за происходящим. Пока не прозвучал гонг, и голос помощника не озвучил:

— Объявляется перерыв десять минут! Свидетели, подготовьтесь к даче показаний!

Кира вздрогнула. Присутствующие начали подниматься с кресел и покидать зал.

— Куда они все? — удивилась она.

— Вероятно в буфет, — хмыкнул князь. — Или в уборную.

Ее спутникам, похоже, не требовалось ни то, ни другое. Вскоре они остались втроем в опустевшей ложе, и тогда Кира встревоженно произнесла:

— Наша легенда развалится, если нас вызовут в Круг! Мы этого не учли!

— Все хорошо, беспокоиться не о чем, — улыбнулся Марсель, подтверждая свои слова уверенным взглядом. — Я знал, что это случится, и подготовился.

Кира склонилась ближе к нему, чтобы никто не услышал о чем они говорят.

— Хотите сказать, что есть способ обмануть этот детектор лжи?

— Детектор лжи? — с другой стороны отозвался вампир и уставился на девушку с нездоровым интересом.

— Я придумала такое название для этой штуки! — ловко вывернулась она.

И украдкой вздохнула: похоже, ложь и притворство плотно вошли в ее жизнь.

— Обмануть Круг Правды не получится, — покачал головой Рильон, — это невозможно. В зале суда запрещены любые проявления магии, но недаром же я профессор алхимии.

— Гениальный профессор! — добавил вампир.

— Вы что-то придумали? — встрепенулась иномирянка.

— Само собой.

С триумфальной улыбкой профессор раскрыл ладонь, лежащую у него на коленях. Кира уставилась на три золотых шарика размером со спичечную головку.

— Что это? — подозрительно спросила она.

— Одно мое давнее изобретение. Оно заставляет говорящего верить в любую ложь, какая выходит из его уст. Даже не знаю, зачем я это создал и уж точно не ожидал, что оно когда-нибудь пригодится.

— Это поможет?

— Должно. Если вы будете искренне верить своим словам, то и круг вам поверит.

— А кто-то еще знает об этом?

— Я не самоубийца, — хмыкнул алхимик. — Это единственные образцы. Раскусите пилюлю перед тем, как встать в круг. Действие длится пятнадцать минут, так что успейте сказать самое главное!

Видя ее нерешительность, он первым сунул горошину в рот. Его примеру последовал и вампир.

Кира перевела взгляд с одного на другого. Но уверенные и спокойные лица мужчин придали ей храбрости. Чтобы ни придумали эти двое, они еще не подводили ее. У нее нет причин им не доверять.

Она ещё колебалась, когда в зал начали возвращаться свидетели и присяжные. Но вот прозвучал удар гонга, и помощник судьи объявил:

— Суд объявляет опрос свидетелей! Леди Лоретта д’Анкур, встаньте в Круг Правды!

* * *

Кира еще ни разу в жизни так не врала. Вдохновенно, эмоционально, помогая себе жестами и мимикой. В душе она даже гордилась собой: эх, такой талант пропадает! А мысль, что все это происходит в зале суда, в Круге Правды, щекотала нервишки и подливала масла в огонь азарта.

Нет, поначалу она очень даже боялась и переживала. Идя к Кругу на подгибающихся ногах, иномирянка раскусила пилюлю и едва не выплюнула сгоряча, когда кислое, терпкое содержимое заполнило рот. Но едва встала в Круг — и неприятный вкус во рту исчез, а голову наполнила беззаботная легкость.

— Итак, — заговорил судья, поглядывая на нее с высоты своей кафедры — Вы осознаете, что вошли в Круг Правды, чтобы свидетельствовать по делу о похищении профессора алхимии Марселя де Рильона?

— Осознаю, — ответила Кира.

— Клянетесь ли вы говорить правду, только правду и ничего кроме правды?

— Клянусь.

— Властью, данной мне городом Новая Башня, я активирую магию Круга.

Под ногами девушки вспыхнуло магическое сияние.

— Назовите свое полное имя, свидетель!

— Лоретта д’Анкур, — произнесла она с непоколебимой верой в собственные слова.

И сияние в круге определило ее слова как чистую правду.

Душа Киры пела. Иномирянка обстоятельно отвечала на вопросы суда, при этом придерживаясь общей легенды. Заговорщики знали, Киф ни за что не назовет имя декана, ведь парень видел, что случилось с его товарищем, и вряд ли захочет повторить судьбу бедняги Жефа. Значит, нужно спровоцировать Галендана. Заставить его нервничать и делать ошибки. Добиться, чтобы он выдал себя.

Целью заговорщиков было именно это. И сейчас, вдохновенно плетя небылицы, Кира искоса наблюдала за лицом эльфа.

Сначала оно у него выражало легкую брезгливость и превосходство. Но постепенно превратилось в напряженную маску, а затем и вовсе вытянулось, особенно, когда лже-детектив начала в подробностях расписывать ужасы подземелья и жалкое состояние, в каком она нашла профессора де Рильона.

Галендан смотрел на “Лоретту” расширенными глазами и не верил своим ушам. Нагнувшись ближе к своему адвокату, он тихо шепнул:

— Она врет.

— Вы уверены? — так же тихо ответил Алариэль Эрильен.

— Уверен. Профессор никогда не был в подземелье.

— Хм… на нее Круг не действует? Это же невероятный скандал! Но если мы заявим, что свидетельница лжет, вам придется рассказать суду, откуда вы знаете правду. Вы готовы?

Галендан недовольно нахохлился.

Адвокат прав: опротестовать слова свидетельницы — значит подставиться самому. Придется молчать. Но как эта столичная фифа смогла обмануть Круг Правды? Кто ей помог? Вампир? Или профессор?

Какие ещё секреты хранит этот троллий выскочка?

Не поворачивая головы, Галендан скосил глаза в сторону надоедливой троицы. Место Лоретты сейчас пустовало, а вот алхимик и вампир чему-то уж очень довольно улыбались, слушая, как она дает показания.

И декана пронзила запоздалая мысль: это ловушка! Они все спланировали! Выйти из зала суда он не может, остается лишь ждать, когда эта ловушка захлопнется.

Но в чем же подвох?

Между тем “Лоретта” заявила, что застукала Арду Бременс за шпионажем в пользу присутствующего здесь уважаемого члена общества. Галендан не выдержал и метнул на пожилую женщину ненавидящий взгляд. Дернул же его болотный тролль воспользоваться услугами этой никчемы!

— Вы можете назвать имя этого господина? — осведомился судья.

— Разумеется, — иномирянка снисходительно улыбнулась. — Это декан Академии Лаусиэль Галендан.

— Протестую! — с кресла рядом с Галенданом вскочил адвокат. — Мой клиент не имеет к этой старухе ни малейшего отношения!

— Протест отклонен, — судья стукнул молоточком, заставляя возмущенного Алариэля замолкнуть. — Круг Правды подтверждает слова леди д’Анкур. Леди, у вас есть чем дополнить ваши свидетельства?

— Да, ваша честь, — скромно потупилась Кира. — У меня есть свидетель — князь Алистер Иверлион. Он лично видел встречу господина Галендана с Ардой Бременс.

— Протестую! — снова взвился защитник. — Мало ли по какой причине они встречались!

— Вы только что сказали, что ваш клиент не имеет к госпоже Бременс ни малейшего отношения, — хмыкнул судья. — Протест отклонен. Леди д’Анкур, вы свободны. Суд вызывает князя Алистера Иверлиона для дачи показаний.

Алистер с кривой ухмылкой занял место свидетеля. Он разве что руки не потирал, собираясь отыграться на Галендане за весь пережитый страх и тревоги. Ведь по милости этого эльфа вампир едва не потерял свою дочь! Если бы не случайная встреча с Лореттой, если бы та не оказалась метаморфом, возможно, к этому моменту Белинда уже превратилась бы в прах…

Князь не скупился на подробности, особенно в той части, что касалась несчастного Жефа. Когда рассказ дошел до момента, где гибнущий студент успел прохрипеть имя декана, эльф-защитник опять вскочил:

— Протестую! Свидетель говорит, что напал на жертву в своем истинном виде. Не мудрено, что мальчик перепугался и хотел призвать на помощь своего преподавателя. А свидетель неправильно истолковал его предсмертный хрип! Ведь мой клиент один из сильнейших магов Академии и куратор выпускного курса. Логично, что бедный Жеффруа Ламелье пытался связаться с ним.

— Протест принимается, — с явной неохотой отметил судья. — Господин Иверлион, Круг подтверждает правдивость ваших слов, потому что вы сами в них верите, но господин Эрильен тоже прав. Вы не можете знать, по какой причине погибший назвал имя Лаусиэля Галендана. Возможно, он хотел обратиться к нему за помощью. Одного вашего свидетельства недостаточно, чтобы уличить господина Галендана в причастности к этому делу.

Выжав все из князя, суд вызвал Рильона, затем Арду Бременс, соседей профессора, молочника, зеленщика и других, кто мог пролить хоть луч света на загадочное похищение. Пока выходило, что трое студентов-выпускников спланировали все сами. Но все больше и больше косвенных признаков указывало на Галендана, вынуждая эльфа нервничать, а его адвоката искать способ отвести подозрения.

На улице уже стемнело, когда очередь дошла до декана. Тот поднялся, окинул зал высокомерным взглядом и направился к кафедре.

— Похоже, судья имеет зуб на него, — шепнул Кире на ухо вампир, — иначе не стал бы столько мариновать.

— Боюсь, Лаусиэлю крупно не повезло, — с другой стороны хмыкнул Марсель. — У судьи Бруодерхайма есть внук, который очень хотел поступить в нашу Академию в прошлом году.

— Но не поступил? — смекнула Кира.

— Ага, не хватило баллов на вступительных тестах.

— Даже догадываюсь на каких.

Она знала, что перед поступлением все будущие студенты сдают экзамен по общей магии. Он делится на две части: теоретическую (тесты) и практическую. И что Лаусиэль Галендан один из членов приемной комиссии, оценивающий потенциал будущих магов.

— Да, не добрал парнишка баллов по теории зельеваренья, — подтвердил алхимик ее мысли.

— Вот зачем гному теория зельеваренья? — фыркнул Алистер. — Он же гном!

— Гному может и ни к чему, — согласился Марсель, краем уха следя за судебным процессом. — Но нам на руку, что судья затаил обиду на Галендана.