ГЛАВА 25

Разбудило ее пение птиц.

Открыв глаза, Кира увидела над головой привычный балдахин и с удовольствием потянулась. Она поднялась, мурлыча под нос невнятную мелодию, умылась, затем надела блузку и юбку, в которых удобно ходить по дому, писать отчеты и носиться по городу в компании вампира и профессора.

Застегивая вторую пуговичку, девушка внезапно моргнула, огляделась и схватилась за сердце:

— Я же вчера уснула в гостинице! Джайна!

Синий дымок просочился под дверью и сформировался в довольную джинию:

— Доброе утро, госпожа моя!

Кира схватилась за голову и зашипела:

— Какое “доброе”? Джайна! Что я здесь делаю?

— Одеваетесь к завтраку с профессором? — невозмутимо ответила та.

— Я не о том! Как я здесь оказалась?!

Кире было не до шуток. Она отчетливо помнила, что уснула в крошечном безликом номере местной гостиницы. После суда ей было все равно где упасть и уснуть — ее накрыл откат от пережитого стресса и вероятно от “пилюли” профессора Рильона.

Но девушка все же запомнила безвкусный горчичный цвет стен и серое в желтый цветочек покрывало на кровати. А проснулась в доме профессора! В своей голубой спальне! Будто и не покидала ее. Пустой баул стоит у кровати, все вещи лежат на местах, а под дверью возятся котята, карауля проснувшуюся хозяйку.

— Не знаю! — развела руками синекожая красавица. — Утром я пришла сюда, чтобы прибрать, и увидела, что вы лежите в постели и крепко спите. Мы с профессором не знали, что думать! Но вы так сладко спали, что решили вас не будить. В конце концов, ваше место здесь, в этом доме. А не в каких-то гостиницах. Вредно отдыхать на комковатом матрасе не первой свежести, дышать пылью и питаться подогретыми лепешками! — категорично заявила джиния.

— Хочешь сказать, что охранки профессора не сообщили о моем появления?! — раньше Кира не понимала, как это можно орать шепотом, а вот теперь у нее получилось просто отлично, без всяких тренировок.

В ответ Джайна смутилась.

— Вообще-то было что-то такое. После полуночи охранки на окнах в вашей спальне вдруг слабо вспыхнули и сразу погасли, — признала она, ежась под пристальным взглядом своей госпожи. — Но это длилось всего мгновение, и мы решили, что это сбой. Марсель сказал, что сегодня посмотрит и отрегулирует охранные руны.

— На окнах? — пораженно прошептала девушка. — Неужели я лунатила? Бродила по улицам во сне? Залезла в окно? В таком виде?!

Она в ужасе оглядела себя, вспоминая, что проснулась в корсете и панталонах. Вчера не осталось сил даже на то, чтобы надеть ночную сорочку.

— Ну-у-у, — протянула джиния, оценивающе глядя на ноги хозяйки, — если бы вы бродили по улицам, на ногах осталась бы грязь!

Кира оглядела пятки и выдохнула с облегчением:

— Верно! — но тут же задалась новым вопросом: — Как же я все-таки здесь очутилась?

— Не знаю, госпожа, — развела руками Джайна и многозначительно прибавила: — Магия!

Кире хотелось побиться головой о стену.

— Какой позор! — воскликнула она в отчаянии. — Новая сенсация для местной газетенки: “Молодая незамужняя женщина вломилась ночью в дом холостого мужчины”! Слава мне обеспечена. Что подумают соседи? А сам Марсель? Решит, что я его преследую!

Стон хозяйки заставил Джайну взвиться под потолок и уже оттуда осторожно увещевать:

— Клянусь, госпожа, вас никто не видел! Если вы беспокоитесь за свою репутацию, то можно попросить профессора вернуть вас в гостиницу мини-порталом! После завтрака! Вы же вчера переживали, не ужинали. Вон, даже спали в корсете! А голод и волнения плохо сказываются на цвете лица!

Тяжело вздохнув, Кира глянула на себя в зеркало. Она и правда выглядела бледнее, чем обычно.

— Ладно, — пробурчала, щипая себя за щеки, чтобы те хоть немного порозовели, и решительно направилась к двери. — Раз уж я здесь, то было бы неплохо вкусно позавтракать, выпить чая и почитать свежую прессу. Наверняка Тит Данасий уже собрал все сплетни о вчерашнем заседании суда!

В кухне аппетитно пахло яичницей, булочками и абрикосовым джемом. Профессор сидел за столом, читал газету и довольно хмыкал.

— Леди Лоретта! — он солнечно улыбнулся, увидев Киру. — Прошу к столу, пока булочки не остыли!

Девушка, показательно хмуря брови, уселась на мягкий стул.

Как он может быть таким хладнокровным? Знал ведь, что она среди ночи появилась у него в доме, но запретил джинии трогать хозяйку! Разве можно так пренебрегать приличиями? Репутация в этом мире дорого стоит!

— Профессор… — решительно начала Кира.

— Марсель, пожалуйста.

— Да… — она немного смутилась, — господин Марсель, почему вы не разбудили меня и не отправили восвояси? Если кто-то узнает, что я ночевала с вами под одной крышей, будет страшный скандал!

Рильон, продолжая улыбаться, налил ей чай и подвинул корзинку со сдобой. Кира была так голодна, что даже последние события не лишили ее аппетита.

— Признаюсь, — сказал профессор, глядя, как она уплетает булочку с джемом, — я и сам был удивлен. Но сейчас меня занимает другое.

Он вручил ей газету.

— Взгляните, леди Лоретта. Думаю, вам будет интересно узнать о происшествии, имевшем место этой ночью на Большом тракте.

Кира приняла лист, остро пахнущий типографской краской, и в самом низу страницы, в разделе “происшествия” прочитала анонимную заметку о том, что экипаж Лаусиэля Галендана бесследно исчез по дороге в Светлый лес. Следы колес обрывались прямо посреди тракта. Не было ни признаков нападения, ни борьбы. Все указывало на то, что дилижанс, увозивший бывшего декана из города, просто испарился на месте!

В конце заметки безымянный автор опуса выразил сочувствие членам семьи изгнанника и добавил несколько высокопарных слов про неисповедимость путей правосудия.

Девушка перечитала заметку дважды, силясь понять, что же произошло с опальным эльфом. Предположения были. Позор нации могли убить или скрыть сами эльфы, но это куда проще сделать в Светлом лесу. Приехал бывший декан домой и уединился в дереве. Насовсем.

Могли вмешаться рассерженные его самоуправством оборотни. Но волки — парни простые. Если бы они взялись устранять Галендана, на дороге остались бы щепки от кареты, ошметки лошадей и куски одежды невезучего эльфа. Попался стае диких волков, с кем не бывает?

А тут написано, что Лаусиэль пропал бесследно, вместе с багажом, каретой и конями. Тут точно без магии или без крыльев не обошлось.

Кто на такое способен?

Мелькнула догадка.

Кира опустила газетный лист и глянула на профессора поверх желтоватой бумаги. Тот безмятежно улыбнулся, копируя клыкастую ухмылку вампира, и медленно кивнул.

Иномирянка отложила газету, налила еще чая и с философским спокойствием произнесла:

— Ай да князь, ай да затейник. И здесь выгоду присмотрел. Профессор в ответ тонко улыбнулся и отсалютовал своей чашкой.

* * *

Особняк князя Алистера издалека привлекал взгляд высокими башнями, открытой галереей, увитой цветами, и колоннадой вдоль фасада. Он выстроил его, чтобы порадовать дочь, вопреки всем обычаям и моде вампиров.

Но это касалось только наземной части.

В глубоком подвале, там, куда не мог попасть солнечный свет, стояли саркофаги для дневного сна верных слуг лорда Алистера. А еще располагалась прекрасно оснащенная алхимическая лаборатория, полная всех достижений науки.

Вдоль длинных металлических полок выстроились драгоценные хрустальные колбы и пробирки, центр рабочего стола занимали большой и малый перегонные кубы, чуть дальше стояли модные спиртовки, на особой каменной подставке высился огромный тигель, а одну из стен занимала печь-атанор.

В углу приткнулся шкаф, заполненный плотными кожаными фартуками и перчатками, оберегающими жизнь и здоровье алхимика от опасных веществ.

Но сейчас в лаборатории царили полумрак и тишина. Только на углу стола, в маленьком тигле булькало в серебряном сосуде зелье, призванное заменить кровь метаморфа.

У огонька сидел несчастный, изрядно похудевший и подурневший Лаусиэль Галендан. Один из лучших алхимиков Светлого леса каждый день варил зелье, рецепт которого так яростно пытался узнать.

Дверь в лабораторию была заложена кирпичом. Тюремщик оставил только небольшое окошко, через которое пленный эльф отдавал готовое зелье, а взамен получал скромную пищу, воду и новые ингредиенты для приготовления “крови метаморфа”.

Алистер не считал себя жадным. Скорее, практичным. Если имеется лаборатория, рецепт, алхимик и нужные ингредиенты, то почему бы не приготовить нужное зелье? Белинда пьет его как воду, и с каждым днем хорошеет! А излишки можно продать.

Он прислушался к тяжкому вздоху, донесшемуся из окошка, и ухмыльнулся.

Эльф так мечтал об этом рецепте, что даже пошел на преступление. Пусть же теперь готовит чудесное зелье каждый день, всю свою оставшуюся жизнь! О-о-очень долгую жизнь магического существа, запертого в подвале!

* * *

Кира не хотела привлекать к себе лишнее внимание. Хватит того, что ее в городе уже знает каждая собака. Поэтому после завтрака Марсель активировал одноразовый портал, который вернул девушку вместе с джинией в гостиничный номер.

Котятам, как и прежде, пришлось остаться в доме профессора. Владельцы гостиницы были против животных в номерах.

Не успела Кира отдышаться, как в дверь постучали.

Девушка схватилась за кулон, но Джайна послушно притихла, чтобы никто не заподозрил ее присутствия.

— Кто там? — настороженно окликнула иномирянка.

— Леди Лоретта, для вас доставка, — раздался голос прислуги. — От князя Алистера Иверлиона.

— Интересно, что ему нужно? — проворчала девушка, открывая дверь.

На пороге стояла горничная с объемной корзинкой в руках. Из корзинки торчал живописный букет.

— Поставьте это сюда, — Кира кивнула на столик возле дверей.

Когда горничная ушла, иномирянка выудила из букета тисненную золотом карточку и прочитала:

“Дорогая леди Лоретта, смею надеяться, что вы не откажетесь позавтракать со мной. А посему ожидаю вас в ресторане на первом этаже гостиницы”.

И лаконичная подпись: “Алистер”.

Завтракать ещё раз?

Кира прислушалась к переполненному желудку, в который с утра уже утрамбовала чай и несколько булочек. Есть не хотелось совсем. Но если отказаться от предложения вампира, он заподозрит что-то неладное. Хотя…

Может, именно Алистер объяснит, что с ней случилось ночью?

Решившись, она поправила прическу, проверила, хорошо ли спрятан кулон под корсажем, и спустилась в гостиничный холл. В это время здесь было безлюдно, но из приоткрытых дверей ресторана доносилась легкая музыка.

Кира пошла на звуки скрипки. Обеденный зал встретил ее драпировкой в розово-белых тонах и круглыми столиками, за которыми завтракало несколько постояльцев.

— Леди Лоретта! — окликнул ее вампир, поднимаясь.

Улыбнувшись, девушка заняла плетеное кресло напротив него.

— Я взял на себя смелость сделать заказ, — он кивнул на блюдо с воздушным омлетом и тостами.

— Князь, спасибо за приглашение. Но, признаться, я не голодна. Хотя с удовольствием выпью чая, — добавила она, когда вампир разочарованно вздохнул.

— А что насчет прогулки? — осведомился он. — Сегодня в квартале Цветов открывают новый фонтан. Не хотите взглянуть?

Кира задумчиво покрутила серебряную вилку. Эх, была не была!

— Ваша светлость…

Он поморщился, обрывая:

— Алистер, просто Алистер. Оставим эти глупые церемонии. Так что вы хотели сказать?

— Лорд Алистер, мне нужен совет или, может быть, помощь.

Вампир тут же напрягся:

— Вам угрожает опасность?

— Нет-нет, что вы… Дело совсем другого толка, но весьма странное.

— Если так, то я слушаю вас.

В общих чертах Кира рассказала, что с ней случилось. И добавила, что профессор и джиния не имеют к этому никакого отношения.

— Они сами не понимают, как это вышло! — заключила она. — Может, вам что-то известно? Может, вы слышали о подобных случаях?

— Хм… — князь подпер кулаком подбородок и устремил на девушку испытывающий взгляд. — Кое-что мне это действительно напоминает. Знаете, что такое Песня Крови?

Она отрицательно качнула головой.

— Это когда вампир помечает жертву, а затем призывает ее ментальной магией. Действует только на противоположный пол. Жертва ничего не помнит, но ведомая Песней Крови, она способна без единой царапины преодолеть любые преграды, вскрыть любые запоры. Ее невозможно удержать или остановить. Наш мир еще не придумал таких цепей или замков. Правда, последние сто лет Песня Крови находится под запретом. Мы, вампиры, воспитанные, цивилизованные существа и больше не пользуемся такими варварскими методами, — закончил Алистер ворчливым тоном. — Но то, что с вами случилось, очень похоже на действие Песни Крови.

— Странно… — пробормотала иномирянка, переваривая услышанное. — Я действительно не помню, как оказалась в доме Марселя. Но одно могу сказать точно, двери в моем номере были заперты изнутри! Через них я не выходила.

— А окна?

— Эм… — она призадумалась. — Кажется, в ванной было открыто окно… Но это второй этаж! Неужели вы думаете, что я спрыгнула или спланировала как летучая белка?

— Кто знает? — князь развел руками. — Но если это была магия призыва, то она может повториться.

— Думаете, мое перемещение было не одноразовым? — ужаснулась она.

— Вполне вероятно. Я только не могу понять, что именно призвало вас в дом Рильона и почему.

— Вы верите, что он не замешан?

— Вряд ли профессор будет заниматься такой ерундой. Если бы он хотел, чтобы вы остались в его доме, он сказал бы об этом прямо.

Кира облегченно выдохнула. Конечно, она ни капли не сомневалась, что Марсель не имеет к ее ночному перемещению ни малейшего отношения. Но все же ей нужно было услышать это со стороны.

— Что же мне делать? — она приуныла.

Алистер с минуту наблюдал, как девушка нервно отщипывает от тоста крошечные кусочки. Затем сообщил:

— Я не чувствую на вас никакой ментальной привязки. Не грустите, Лоретта. Хотите, я поставлю на вас маячок?

— И что он даст? — она бросила на него мрачный взгляд.

— Если ночью вы сдвинетесь с места, я смогу отследить все ваши перемещения.

Кира недолго думала.

— Хорошо, — согласилась она. — Что нужно сделать?

— О, — Алистер ухмыльнулся во все клыки. — Дайте мне вашу руку.

Глядя на вампира со все возрастающим подозрением, девушка сделала, как он велел. Алистер крепко сжал ее ладонь, задрал рукав до плеча и, не обращая внимания на возмущенный возглас, припал губами к нежной коже на сгибе локтя.

— Что вы творите! — Кира вырвала руку.

— Дело сделано, — князь облизнулся. — А вы сладкая, леди Лоретта.

Ахнув, иномирянка уставилась на алое пятно, оставшееся в том месте, где губы вампира коснулись ее кожи. Это был самый обыкновенный засос, размером с маленькую монетку.

— Так чем вы, говорите, питаетесь? — пробормотала она, поспешно возвращая рукав на место.

— Я вас разочарую, — усмехнулся он. — Мое меню весьма однообразно.