Глава 16

Всю дорогу до работы Марина думала о том, как передать приглашение Макса, чтобы Сергей Степанович ничего не узнал. Подходить к каждому и шептаться? Но это вызовет лишние подозрения. К тому же она испытывала неловкость, оттого что что-то замышлялось за спиной их любимого шефа. И пусть в самом приглашении ничего крамольного не было, недосказанность Макса заставляла гадать, отчего Сергей Степанович внезапно впал у него в немилость.

Но, к счастью для Марины, все разрешилось само собой. Начальник позвонил ей, когда она отпирала дверь офиса, и предупредил, что будет только через два часа, потому что встречается с новым заказчиком на объекте. Он передал через Марину пожелания команде доброго утра и попросил всех заняться текучкой – другими незавершенными делами, не касающихся расследования. Это означало, что Марина должна раздать утвержденные им заявки для изучения Люсинде, Гере и Лиде, а затем скоординировать графики выездов.

Она включила компьютер и отправилась на кухню за чаем. Туда вскоре пришла и Люсинда.

– Съездила вчера к Максу? – спросила коллега сразу после приветствия.

– Да. Передала ему книги.

– Как он умудрился простыть, вроде тепло же?

– Макс не простыл, – ответила Марина и кивнула в знак приветствия вошедшим следом за Люсиндой Лиде с Герой.

– Он травмировался. А еще попросил нас приехать к нему после работы, но так, чтобы об этом не узнал Сергей Степанович.

– Фигасе! Что за…

– Погоди, Гера, – оборвала Лида и, нахмурившись, приблизилась к Марине, легонько оттеснив Люсинду.

– Что с ним случилось?

– Попал в аварию. Ничего вроде страшного, но… Пусть лучше он сам все расскажет!

Лида, не сводя с нее глаз, вытащила телефон и набрала номер. Послушала, все так же сверля Марину взглядом, и опустила руку с мобильным.

– Не отвечает. Наверное, спит. Хорошо, мы сегодня к нему съездим. Без шефа. Что еще передал Макс?

– Попросил ничего не говорить Сергею Степановичу о случившемся, – развела руками Марина и мысленно поблагодарила небо за то, что начальника не оказалось в офисе. Не получилось бы у нее незаметно передать просьбу. Коллеги растеряно замерли, будто в финальной сцене «Ревизора», но первым пришел в себя Гера.

– Что это за шпионские страсти? – громогласно удивился он и запустил пальцы в растрепанную шевелюру. – Марина, Макс там что, голову в аварии ушиб?

– Нет, но… – пролепетала она, чувствуя себя загнанной в угол. Просьба Макса и без того выбила из колеи, но Марина не учла, что коллеги тоже бурно отреагируют.

– Гера, не ори! – шикнула Лида.

– Я не ору! Я не понимаю, что на него нашло!

– Герасим, онемей! А то в Му-му превращу!

– И утоплю, – в тон Лиде закончила уже Люсинда.

– А я тут при чём… – обиженно протянул парень.

– Гера, Марина, похоже, сама не знает, что задумал Макс, – смягчилась Люси. – Его просьба действительно выглядит непонятно, но вряд ли это каприз. Мы можем строить догадки, возмущаться, удивляться, но все расскажет только он.

– Спасибо, – от души поблагодарила Марина и перехватила настороженный взгляд Лиды. На секунду ей показалось, что коллега хочет что-то сказать. Но та, взяв пустую чашку, подошла к чайнику и нажала на кнопку.

– Ладно, к Максу так к Максу. Послушаем, как он это объяснит. Сильно его?.. – уже с беспокойством спросил Гера. – С легкой травмой он приехал бы в офис, а не просил работу на дом.

– С тяжелой вообще бы не просил, – парировала Лида, засыпая в чашку сбор из трав и сушеных фруктов.

– Повредил ногу, и с рукой что-то – тоже забинтована, но сказал, что обошлось без переломов.

– Ясно, – помрачнел Гера.

– Я сброшу Максу сообщение, что мы приедем, – с облегчением завершила Марина сложный разговор. – Сергей Степанович просил передать, что сегодня занимаемся текучкой, он будет через два часа.

Коллеги в смурном молчании выслушали задание от шефа и разошлись по комнатам. Только когда Марина зашла с распечатками к Лиде, та тихо спросила:

– О чем Макс хотел с нами поговорить?

– Не знаю. Честно.

Коллега задумалась, затем покосилась на лежащую на столе колоду карт и тихо пробормотала:

– Вот и начинается…

– Что? – не поняла Марина.

– Ничего! Иди работай. У меня тоже дела есть.

Марина не обиделась на резкость Лиды, поняв, что ту что-то сильно расстроило. Неприятное чувство, которое глодало ее с утра и напрочь стирало эйфорию от вчерашней встречи с Максом, усилилось.

Это был очень долгий, нудный и тяжелый день не только для нее, но и для других. Марина занималась привычной рутиной, Гера с Лидой съездили на один объект, Люсинда с Сергеем Степановичем – на другой. К счастью для всех, оба дела оказались простыми, потому что в этот день никто так и не смог бы сосредоточиться на чем-то сложном.

Вечером все под тем или иным предлогом задержались. Сергей Степанович, похоже, не увидел в этом ничего странного. Попрощался с сотрудниками ровно в шесть и ушел. Для верности выждали еще четверть часа, а потом поодиночке спустились к припаркованной на соседней улице машине Герасима.

Гера молча вбил в навигаторе адрес, который ему сбросила Марина, и тронулся с места. За все время дороги они почти не перекинулись ни фразой. Только когда уже подъезжали к месту, парень нарушил молчание:

– Может, купим чего? Или пиццу закажем?

– Погоди ты со своей пиццей! – раздраженно оборвала Лида, которая выглядела излишне взвинченной, нетерпимой, будто ее что-то сильно тревожило.

– Я голодный! Марин, Люсиндук, вы тоже?

Марина машинально кивнула, практически не услышав вопроса, потому что от волнения сердце билось слишком громко. Она пыталась уверить себя, что сегодня все должно быть гораздо проще. Самое сложное она уже пережила вчера – пришла впервые к Максу, осталась с ним один на один и, наверное, все же умудрилась не выдать свое к нему отношение.

– Видишь, Марина тоже голодная! – донесся до нее будто сквозь вату голос Геры. – Закажем пиццу! Вряд ли Макс нам первое, второе и компот сварил. А жрать хочется так, что аж кишки скукоживаются.

В подтверждение его слов желудок Геры издал громогласный рокот.

– О боже, – закатила глаза Лида и первой вышла из припаркованной машины.

Они решили не дожидаться лифта, все равно подниматься нужно было на третий этаж. Гера на ходу изучал в телефоне меню ближайшей пиццерии. Марина шла первой, с каждой пройденной ступенькой чувствуя, как сердце разгоняется в бешеном ритме. Когда они миновали первый пролет, сверху послышался звук открывающейся двери, а затем женский голос звонко объявил:

– Ладно, Макс, как приеду, позвоню!

По лестнице торопливо застучали каблучки, и, не успела Марина осознать масштаб надвигающейся катастрофы, как им навстречу выбежала Аня – ослепительно красивая, благоухающая дорогими духами, с развевающимися длинными волосами.

Гера тут же отскочил к стене, давая ей пройти, и, к вящему недовольству Лиды, окинул девушку восхищенным взглядом. Аня, однако, внимание Геры не оценила, зато, увидев Марину, улыбнулась и задорно поздоровалась:

– Привет! Макс сказал, что ждет в гости коллег! Хорошо вам посидеть!

Аня помахала всем на прощание и выпорхнула из подъезда.

– Кто это? – первой пришла в себя Лида.

– Девушка Макса, – старательно ровным тоном ответила Марина, чувствуя себя так, будто ей внезапно нанесли удар в солнечное сплетение. Оставалось еще только согнуться. Но она, наоборот, выпрямила спину и расправила плечи. Ни перед кем, тем более перед Лидой, она не выдаст истинных чувств.

– А тебя она откуда знает? Вы что, вчера все вместе заседали?

– Случайно встретились в торговом центре, и Макс нас познакомил.

– Во он дает! – отошел от неожиданности и Гера. – И чего скрывал, что с такой знойной красоткой амуры крутит? Восхищаюсь его выдержкой – каждый раз делать покерфейс на мои подколки! Наверное, про себя он дико ржал.

– Так тебе и надо! С какой радости он должен отчитываться перед тобой о своей личной жизни? – ядовито поинтересовалась Лида, но смотрела она в этот момент не на Геру, а вслед Ане. Затем незаметно улыбнулась и будто удивленно качнула головой. Но настроение Лиды отчего-то внезапно улучшилось, тогда как состояние Марины ушло в минус. Певшая до этого душа теперь трубила похоронный марш по всем надеждам, которые посмели возродиться после вчерашней встречи. Как там сказал Гера? Держать покерфейс? Научиться бы у Макса… Ей сегодня очень пригодилось бы его умение. Пусть уже потом, ночью, она задохнется от боли, расплачется, ругая себя за такую глупую безнадежную любовь, которая никому, даже ей, не сдалась. А сейчас она будет улыбаться, общаться с коллегами и, в первую очередь, с Максом так, будто они находятся в офисе, а не в домашней неформальной обстановке, в которой неожиданным образом стираются границы и нелепые надежды смеют расправлять крылья. Сейчас она – та привычная всем Марина, на которой держится работа агентства.

– И не лезь к нему с расспросами… – продолжила шипеть сзади Лида, поучая Геру, будто прожившая с ним двадцать лет жена. – Это его личное дело!

– Да не полезу, успокойся! Может, мы в нашем агентстве скоро и вторую свадьбу сыграем, после Маринкиной!

Сердце пропустило очередной удар: с вчерашнего вечера Марина совершенно забыла о том, что «выходит замуж». Ну что ж…

– Если бы ты не тормозил, то случилась бы в агентстве и третья свадьба, – неожиданно ляпнула Люсинда. В другой ситуации Марина обязательно бы обернулась к Люси и показала ей большой палец. Но вместо этого она остановилась возле нужной двери, решительно нажала на кнопку звонка и встретила открывшего им дверь Макса ослепительной улыбкой.

Он проводил их в большую комнату, которая служила ему и гостиной, и спальней, и рабочим местом. Квартира оказалась однокомнатной, но просторной и светлой. Обстановка была современной и очень уютной, каждая деталь – от штор до картин – подобрана со вкусом. То ли у Макса был и талант дизайнера, то ли квартиру обставляла девушка. Марина решила, что последнее, потому что в подборе всех элементов чувствовалась женская рука: бежевые шторы, бежевый диван с подушками, статуэтки на книжной этажерке.

Лида рассматривала комнату с откровенным любопытством, Люси с равнодушным видом сразу заняла место на большом диване. Интересно, бывала ли она у Макса раньше? Марина скромно присела рядом с Люсиндой. Гера бухнулся в компьютерное кресло возле стоявшего у окна рабочего стола. Макс же остался стоять перед ними, явно испытывая неловкость, и в какой-то момент, будто ища поддержки у Марины, скользнул по ней взглядом. Оттого что она вновь видела его другим – не задернутым на «молнию», не одетым в черные тона, а домашним – в светло-синих джинсах с потертостями, в красной футболке, обтянувшей его широкие плечи, легче ей не становилось, наоборот, она влюблялась в него, неожиданно впустившего их на свою территорию, еще больше.

– Кофе? Чай? – предложил Макс. Он тоже отчего-то заметно нервничал: поднял плечи и застенчиво улыбнулся.

– Еще есть домашний пирог, мама через Аню передала.

– Пирог оставь себе, – ответил за всех Гера и махнул смартфоном. – Мы тут пиццерию обнаружили с неплохим ассортиментом.

– Если ты про «Итальяно», то да, пицца там хорошая. Можем сделать заказ.

– Вот и ладушки! – обрадовался Гера и, прежде чем вновь погрузиться в меню, кивнул Максу:

– Да сядь ты, не маячь! С едой мы сами разберемся. Хата твоя, угощает всех добрый Гера, вход на пати для девушек бесплатный. Кстати, шикарная она у тебя!

Он, не отрывая взгляда от телефона, поиграл бровями, намекая на Аню.

– Гера! – тут же одернула его Лида.

– Я о квартире! Уютная!

– Это не моя заслуга, – Макс опустился в кресло и поморщился, вытягивая больную ногу. – Квартиру мне сдали знакомые друзей. Моего тут только комп, стол, кресло. Ну и так, по мелочам… На свою, надеюсь, к тридцати заработаю.

– Ага, – кивнул Гера то ли его словам, то ли своим мыслям. – Так, я буду вот эту, дьяболо. Надеюсь, она кишки мне адским огнем не выжжет. Девушки?

Он передал Лиде телефон с открытым меню пиццерии и вновь развернулся к Максу:

– Своя хата, даже если съемная – это хорошо! Но от работы далековато, не?

– Мне нормально. Друг поблизости живет. И родители. Район хороший. Если буду покупать, то тут же.

– Если?.. – уцепился Гера.

– Родители хотят оставить мне свою квартиру и переехать на дачу. Участок там огромный, дом крепкий, – ответил Макс под любопытными взглядами коллег, которых перестал интересовать выбор пиццы. Никогда он еще не откровенничал с ними.

– Но я не хочу лишать родителей квартиры. Мало ли. Дача находится далеко от Москвы. Маме там нравится, конечно. Но все же одно дело – жить в столице, в районе, где есть все. Другое – в деревне, вдали от города. Хоть дача, конечно, и шикарная, генеральская.

– Так ты у нас генеральский сын? – изумился Гера, напрочь забыв о том, что голодный.

– Внук. Дед был генералом. Отец еще не дослужился, хоть тоже в высоком чине.

– Ого! Так ты тоже военный?

– На мне династия оборвалась, – засмеялся Макс, принял из рук Лиды телефон Геры и быстро пролистал меню. – Не захотел поступать в военное училище, пошел в обычный вуз на экономический, успешно сдал экзамены. Но банкира из меня тоже не вышло: концерт, теракт, больница, кома. Ну а очнулся я уже с известными вам странностями, хоть потом универ все же закончил. Вот эту мне пиццу, Гера. Счет пополам. Хата для пати, как видишь, не моя, так что тоже угощаю.

Он будто не заметил, что в комнате повисла тишина, хоть тот злополучный концерт в последние дни не раз упоминался на рабочих собраниях.

– Так ты… – первым нарушил молчание Гера и то ли с сочувствием, то ли с восхищением добавил:

– Богатая у тебя биография.

– Не отказался бы от более скромной.

– Гм… Что пить будем? – нарочито бодро вопросил Гера. – Девушкам, наверное, как обычно, сок? Макс, мы с тобой пивка, ага?

– Я на анальгетиках. Меня с них и без того в сон клонит, после пива вообще вырубит. Минералки, Гер. И ты за рулем.

– Ну вот что ты начинаешь, нормально же сидели! Ладно, минералки так минералки… Лида, любовь моя, какой сок хочешь? Твой обожаемый апельсиновый?

– Темное нефильтрованное, любимый, – внезапно объявила Лида и медово улыбнулась. Гера аж крякнул.

– Ла-адно. Моя женщина! Плечо подставила. Я тебе потом тоже, если что… Марина?

– И мне пива. Только светлого, – внезапно для себя объявила она. Что ж, у нее в этот вечер тоже будет свой… анальгетик.

– Ого! Вечер перестает быть томным. Люсиндом, удиви тоже!

– Светлое.

– Я уж решил, что вискарь попросишь. Макс, мы с тобой будем на нашем празднике скучные. Впрочем, не знаю, какие тебе обезболы прописали. Они иногда тоже «мультики» показывают. Ну все, заказ сделан! За пивом для девчонок сам сгоняю. У тебя тут магазин напротив дома.

– Сколько я тебе должен? – спросил Макс, доставая телефон. Но Гера отмахнулся.

– Ты лучше скажи нам, Джеймс Бонд, зачем созвал нас на конспиративную хату?

– Соскучился. Особенно по тебе, Гера.

– Мой ты хороший! – умилился Герасим, но тут же сменил шутливую манеру разговора на серьезную, не дав больше Максу возможности уйти в сторону:

– Что с тобой случилось? Марина упомянула аварию. Тебя сбили? И что это за игры в секреты от Степаныча?

– Сбили. А от Степаныча я ничего не скрываю, но ситуация такая, что лучше нам все обсудить без него. Шеф слишком увлечен расследованием, но все не так уж безобидно. Лида оказалась права.

– Так это… – Гера изумленно вытаращился на Макса. – Тебе экскурсию в больничку устроили специально?! Я подумал, что какой-то рогатый тебя случайно на дороге подрезал!

– Не случайно, – усмехнулся Макс и рассказал все, что накануне и Марине. Не упомянул он только то, что машина могла принадлежать Таисии Заливай. Марина поняла, почему Макс умолчал: не пожелал подкидывать коллегам деталей, чтобы не разжигать их интереса к делу.

– Вот дрянь! – в сердцах выругался Гера. – И ты не заметил, кто был за рулем?

– Нет, конечно.

– Второе покушение, – вмешалась Лида. – Первое было на Марину. Теперь на Макса. Кто следующий? Люсинда? Или ты, дорогой? Я понимаю, почему Макс позвал нас тайно! Мы должны принять твердое решение, а не так, как в прошлый раз, и завтра настоять на том, чтобы шеф прекратил расследование.

– Ты считаешь, что Сергей Степанович даже после случая с Максом будет настаивать на продолжении? – усомнилась Люсинда. – Не думаю.

– Я надеюсь, что ты не ошибаешься, – усмехнулась Лида. – Но его не остановили ни мои предупреждения, ни то, что произошло с Мариной. Только если мы сообща откажемся, он нас послушает.

– Ты рисуешь его каким-то бездушным монстром, – пробормотала Люсинда. Лида хмыкнула, но затем добавила:

– Я прошу только принять единое решение, хоть оно не всем по душе. Макса временно вывели из игры. Но остались другие.

Гера шумно выдохнул и мотнул головой, будто внутренне с чем-то не соглашаясь. Но затем решительно вскинул на всех глаза:

– Хорошо. Завтра скажем Степанычу, что завязываем.

– Но не лучше ли нам знать, кто стоит за покушениями? – возразила Люсинда. – Или все так и останется безнаказанным?

– Не нам вершить правосудие. На Марину нападение было без свидетелей и слишком странное для того, чтобы заявить о нем в полицию. Как написать заявление о магическом воздействии? – хмыкнула Лида. – С Максом проще. Кто-то же ему помог, скорую вызывал, ДПС-ников. Авария зарегистрирована? Страховая компания извещена? Больничный оформлен? И разбит не только байк! На боку внедорожника наверняка осталась вмятина. В общем, целая колода карт в руки тем, кто должен официально заниматься расследованием аварии.

– Я бы предпочла знать, с кем имею дело, – с неожиданным упрямством возразила Люсинда. – Такие преступления должны быть наказуемы!

– Так пусть преступника и накажут официальные органы! А не мы, доморощенные шерлоки, – повторила Лида, но Люси фыркнула и с неожиданной горечью обронила:

– Дождешься от них «официального» наказания…

– Люси? – встревоженно спросила Лида. Но разговор оборвал звонок в дверь. Гера быстро подорвался и махнул Максу рукой:

– Сиди, я открою. Пока ты до двери доковыляешь, горячая пицца успеет заморозиться.

И то ли момент был упущен, то ли Макс и Лида решили, что убедили команду, но в ожидании Геры разговор не продолжили. А когда коллега вернулся с кучей квадратных коробок и спросил, куда нести ужин – в комнату или на кухню, засуетились. «Пати» с предложения хозяина решили продолжить там, где и сидели, – в комнате. Девушки накрыли журнальный столик, принеся с кухни нужную посуду. Гера в это время успел сбегать в магазин и вернулся, как выразился, с «тарой».

– Мы потом все за собой уберем! – пообещала Марина, но Макс только улыбнулся.

Ужин начался в атмосфере напряженного молчания, но постепенно разговор – легкий, непринужденный, уже не касающийся работы, вновь разгорелся. Гера шутил, ухаживал сразу за всеми девушками. Лида, находясь в превосходном настроении, откровенно с ним кокетничала. Макс по своей привычке больше отмалчивался. Марина пару раз поймала на себе его взгляды, но он тут же отводил глаза. О чем он думал, понять было невозможно, хоть иногда Макс и вставлял короткие, но меткие реплики в общий разговор. Время в дружеской атмосфере летело незаметно. Марине впервые было так просто и уютно в компании коллег; хоть случались у них и праздничные обеды, но либо в офисе, либо в ресторане. Никогда еще она не испытывала такого доверия к тем, с кем бок о бок работала, никогда не чувствовала себя такой важной частью команды, как сейчас, когда они болтали о пустяках. В этот необычный вечер она любила их всех, даже вредную Лиду, радовалась тому, как они сплочены, какое у них взаимопонимание и как они важны друг для друга. Может, потом она все спишет на эффект от пива, которое ей щедро подливал Гера. Может, на собственные фантазии. Но вечер действовал на нее благотворно, даже временно ушла боль от понимания того, что ее любовь к Максу безответная и безнадежная. И поэтому, когда Гера внезапно спросил, как идет подготовка к свадьбе, Марина поняла, что больше не может обманывать коллег, как это глупо – пытаться показать Максу, что у нее все замечательно. Главное, что все хорошо у него. Так сложились их судьбы: он выбрал другую девушку. Может, и Марина когда-нибудь полюбит другого парня, который ответит ей взаимностью. Так зачем продолжать врать и запутываться все больше в ненужной лжи, создавая себе сложности?

– Свадьбы не будет. Извини, Гера, не могу пригласить, – на удивление легко произнесла она и даже искренне улыбнулась.

– Поссорилась с женихом? – по-деловому осведомилась Люсинда. – Может, еще помиритесь?

Марина поймала настороженный взгляд Лиды: эту проницательную ведьму история «со свадьбой» не обманула. Что ж, хорошо, что не стала затягивать с признанием еще дольше.

– У меня нет жениха, я ни с кем не встречаюсь. Все началось с того, что я попозировала в качестве невесты для блога моей сестры, а потом меня пригласили побыть моделью в рекламной фотосессии для магазина свадебных аксессуаров.

– Фигасе, – произнес Гера и широко улыбнулся. – Ну ладно. Надеюсь, салаты мы еще поедим!

Он покосился на Макса, но тот не заметил его взгляда, потому что смотрел с прищуром на Марину. Осуждал ли он ее за ложь? Насмехался, злорадствовал? Нет, ничего этого она не прочитала в его взгляде. Макс смотрел на нее будто с радостью, но одновременно с затаенной болью. Он спохватился и отвел глаза, оставив Марину в смешанных чувствах. Ее улыбка, с которой она делала «чистосердечное признание», погасла.

– Так! – хлопнула в ладоши Лида. – Это хорошая новость, потому что… э-э-э… поработать моделью – престижно.

Марина, может, и удивилась бы реплике Лиды, если бы все еще не находилась в замешательстве от взгляда Макса. Знать бы, о чем он думал. В какой-то момент она испугалась, что утратила его доверие из-за того, что водила коллег за нос. Ей стало стыдно за просьбу разместить пост, который начинался со слов: «Моя сестра скоро выходит замуж». Надо бы позвонить Наташе: пусть хотя бы отредактирует заголовок. Но Гера уже вошел в блог Марины и восхищенно присвистнул:

– А тебе идут все эти финтифлюшки! Красиво!

Она опустила глаза, поднеся к губам бокал. Гера с его простодушием только все усугубил. Сейчас еще пустит телефон по кругу, демонстрируя всем снимки с фотосессии и перепост записи из блога Наташа. Позорище…

– Твоя сестра – отличная рекламщица! Умеет поддеть на крючок и заинтриговать, – сказал Гера совсем не то, что ожидала Марина, и спрятал телефон. – Может, заказать ей рекламу нашего агентства? А Маринка пусть снова выступит моделью!

– Хорошая идея, – поддержал ровным тоном Макс, но затем улыбнулся: – Нарядим Марину в Панночку.

– Для Панночки у нас уже есть настоящая ведьма! – возразил Гера и захохотал, уворачиваясь от подушки, которой в него запустила Лида.