Глава 20

– А как вы придумали такую конструкцию печи? – тем же вечером, после сытного ужина, уточнила я, глядя, как Нииса ловко вытирает отмытые Асэ аккуратно вылепленные глубокие миски.

– Я ведь начала с простого, – ответила благодушно женщина, подтверждая мои догадки, что она не попаданка, – совершенствовала, каждый раз добавляла и убирала ненужные элементы, экспериментировала. Много лет ушло. Но конечный результат стоит того, не так ли?

– Бесспорно, – улыбнулась я ей в ответ. – Вы правда бессмертны?

Нииса пожала пухлыми плечиками:

– Да, болезни не берут, а возраст, когда мне подарили Великий Доро, откатился на двадцать лет назад и застыл. Но это не значит, что меня невозможно убить. Сжечь, отрубить голову, четвертовать и вот больше нет заботливой Ниисы. Вообще способов много. Зато моя душа точно попадёт на райские острова Праведников.

– Душа бессмертна, и проходит круги очищения, чтобы возродиться вновь, – тихо пробормотала я, потому что всегда верила в теорию переселения душ, а по-простому в реинкарнацию.

– Что? – вдруг замерла Нииса, обернулся, сидевший на другом конце задумчивый гиатрос Иринеос, вперили в меня свои взоры Агата и Эол.

– Да так, – махнула рукой, но Иринеос не дал мне замять эту тему.

– Погоди, Аглая. Ты сказала, что наши души возрождаются? Но ведь это противоречит законам, существующим в нашем мире. На этой земле везде так и боги одни и те же, просто они носят иные имена и даже Царство Аида у всех народов одно и то же, разве что названия могут отличаться. Так почему же ты думаешь иначе?

Няня Арфея, повесив полотенце на крюк, приделанный к печи, подошла к столу и села напротив меня.

– Просто я так думаю, – пришло время пожимать плечами мне. – Ведь никто не запретит мне иметь на этот счёт иное мнение?

– Действительно, никто, – кивнул Нииса, Эол и Агата быстро переглянулись.

Все молчали, чего-то ожидая от меня, и я, вздохнув, поделилась своими умозаключениями:

– Бессмертная сущность разумного существа перевоплощается снова и снова из одного тела в другое. Эту бессмертную сущность называют по-разному: духом или душой, «божественной искрой», «высшим» или «истинным Я». В каждой новой жизни развивается иная личность индивидуума в физическом мире, но одновременно определённая часть «Я» прежнего индивидуума остаётся неизменной, переходя из тела в тело в череде перевоплощений (прим. автора: формулировка взята из просторов интернета), – меня слушали очень внимательно, а потом вдруг раздался чей-то хриплый голос, чем напугал Асэ, тот едва не выронил чашу, что держал в руках.

– Гиатрос Аглая, – из-за угла дома вышел небольшого роста (в сравнении с уже виденными мною) пожилой кентавр, он неспеша прошёл ближе к нам и остановился подле стола, заглядывая в моё лицо и ища что-то. – Доброго всем вечера, – вежливо поздоровался, продолжая глядеть только на меня. – Вы описываете очень сложные, непростые вещи. Царство Аида существует, тот же Арфей может подтвердить его наличие, он был там и всё видел своими глазами. Ваш супруг Алкей там также не раз бывал. А вашим словам нет подтверждения, они голословны.

Сказать, что моя душа тому подтверждение? Нет уж, обойдётся. Об этом знает только Гер, и довольно на этом.

– Я ведь не подвергала сомнению наличие Царства Аида. Ни единым словом. Просто мне кажется, что у души есть выбор, и если она достаточно сильна, то может сопротивляться мрачным Керам, в общем всем тем, кто утягивает их в это самое царство.

– Хмм, – протянул мужчина, сложив руки перед грудью, – я живу уже очень много лет, но мой смертный час близок, я чувствую это. Но твои слова они… они пугают меня. Поверь, напугать кентавра Агапита дано не каждому.

– Травяного взвара с мёдом, уважаемый Агапит? – спросила Нииса, поднимаясь со своего места.

– Да, дорогая Нииса, будьте добры. Этот напиток в вашем исполнении всегда непозволительно хорош!

Мужчина сложив ноги, аккуратно опустился на землю, так что его торс возвышался над столешницей, практически также, как если бы сидел обычный человек.

– Расскажите, – попросил кентавр Агапит, сверля меня чёрными глазами, составлявшие невероятный контраст с практически белоснежными волосами.

– О чём?

– О том, что вас удивило в нашем поселении, – усмехнувшись, ответил он, благодарно кивнув Ниисе, поставившей перед ним высокий глиняный бокал.

– Вы, – честно сказала я, чем заслужила ещё один пронзительный взгляд тёмных очей. У меня даже мороз по коже пробежал.

– А можно поподробнее?

– Ваше строение. У вас два сердца, четыре почки, две печени… – начала перечислять я то, что настолько поразило моё воображение, – один общий пищевод в теле эммм…

– В той части, где брюхо лошади? – усмехнувшись, договорил за меня Агапит. – Не бойтесь называть вещи своими именами.

– Да, у ваших двух тел одна большая общая пищеварительная система, это просто… у меня нет слов. Мне бы хотелось изучить вас, как можно пристальнее, но нет на то времени, к сожалению. Могу только сказать, что вы удивительные создания.

– Благодарю! – на этот раз я получила лукавую улыбку. – Очень лестно. Вы бы хотели стать кентавридой?

– А? – округлила глаза я, – хмм. По здравому рассуждению мой ответ скорее нет, чем да.

– Отчего же? – старик подул на парящую жидкость и сделал большой глоток душистого взвара.

– Я привыкла к человеческому телу и не ведаю, каково быть в ином. Поэтому, если бы мне дали выбор, осталась бы человеком.

– Привычка… она нас сгубит, – покачал головой кентавр. – Вы идите спать, – вдруг обратился он к моим друзьям. – Нииса, позаботься о гостях. Им завтра в дальнюю дорогу отправляться, пусть выспятся, как следует. Всем доброй ночи! А с вами, госпожа гиатрос, я бы хотел ещё немного побеседовать.

Через некоторое время мы остались наедине и я вопросительно на него посмотрела.

– Как думаешь, есть кто-то или что-то выше наших богов? – понизив голос, спросил Агапит, глядя в свою кружку.

– Конечно, – недоуменно пожала плечами. – А что?

– Так, ничего, твоё мнение хотел узнать. А как думаешь, звёзды на небе это что такое?

Я молчала. Мне отчего-то не хотелось отвечать на его вопросы. Зачем ему это?

– Понимаете, гиатрос Аглая, – поняв, что я ничего не скажу, заговорил старый кентавр вновь, – как я уже говорил, мой конец близок, а я так и не смог разгадать многие тайны. Изучаю небо, слежу за звёздами и пришёл к некоторым интересным выводам. Я чувствую, что вы знаете очень много, возможно, гораздо больше меня. Я смотрю в ваши глаза и понимаю, что столкнулся с необыкновенным человеком.

В растерянности смотрела на него.

– Подтвердите только, верны ли мои догадки: земля наша круглая? Вращается вокруг солнца?

Сжав губы в тонкую линию, ещё раз всё обдумала и решилась:

– Звёзды – это самосветящиеся небесные тела, далёкие настолько, что и представить невозможно. Мы живём на планете, она круглая, у нашей планеты есть спутник, – кивок на бледно-голубую луну, – спутник вращается вокруг земли, земля вокруг своей оси и вокруг солнца по круговой орбите. Всё просто, – пожала плечами.

– М-да, хмм, вот оно как, – кивал сам себе кентавр-исследователь, – откуда ты всё это знаешь?

– У меня был хороший учитель, – честно ответила я, – очень знающий. У него была такая труба, в которую можно было рассмотреть небесные тела гораздо ближе.

– Тоже такую хочу! – сдерживая волнение, с загоревшимся взором, вдруг воскликнул Агапит.

– Я не могу создать телескоп, увы, – покачала головой. – Лишь приблизительно помню, из чего он состоит, чтобы сделать хоть что-то путное уйдёт немало времени и сил. И терпения.

– Всё это ерунда, – старый кентавр резко поднялся на все четыре ноги и прошёлся туда-сюда, размышляя.

– Нарисовать сможешь?

– Смогу, – пожала плечами и тоже поднялась со своего места. – Но поймите, это настолько сложный прибор, там столько частей, что даже и не знаю…

– Мне бы просто хотя бы на рисунок посмотреть. Там уж с кузнецом Власом переговорю.

Я качала головой, на словах получалось всё просто, а ведь на самом деле ничего простого там нет.

– На обратном пути мы обязательно посетим ваше поселение ещё раз и я попробую с помощью ваших мастеров создать телескоп. А ещё хочу подарить вашим людям, мхм, вашему народу рецепт изготовления фарфора. Мне кажется несправедливым, что дети и женщины лишены радости покупать всё, что им хочется у людей.

– Фарфор? Что это?

– Это такая посуда из глины, обработанной особым способом. Но мне действительно пора отправляться ко сну. Спасибо за беседу, – устало улыбнулась ему, и уже шагнула было в сторону дома, как Агапит меня окликнул:

– Гиатрос Аглая, вы совершенно необыкновенный человек. Я редко встречал таких щедрых душой и наделённых мудростью души. Мне бы хотелось побеседовать с вами на разные темы, но я всё понимаю, у вас важная миссия впереди и вам нужно отдохнуть, – он ненадолго замолчал и вдруг добавил: – Вы хотите помочь моему народу просто так, посему я не могу отпустить вас не отблагодарив.

– Но я ведь ничего ещё для вас не сделала, – моему недоумению и растерянности не было предела. – Вы ничего мне не должны.

Старик, словно не слыша меня, продолжил говорить:

– Арфей усыпил стража и прошёл дальше. Но наш сладкоголосый певец боится высунуть нос из леса и с вами никуда не отправится, поэтому вам придётся справиться с этим этапом самостоятельно, воспользовавшись небольшой хитростью. Возьмите эту монетку, – протянул он мне, блеснувшую в неровном свете масляной лампы круглую золотую монету, а не привычный вытянутый обол, – киньте её в воды Стикса, и Харон подплывёт к вам и переправит на другой берег. Цербер любит сладкое. А дальше вы обязаны справиться сами. Более я помочь вам не смогу.

Я смотрела на старика кентавра и в душе расцветал цветок безграничной радости и благодарности за помощь.

– Я этого не забуду, – искренне ответила я, принимая золотой, – спокойной ночи, уважаемый Агапит.

– Спокойной ночи! – кивнул он в ответ, и я отправилась на топчан, выделенный мне Ниисой.

Утром, быстро перекусив отменной кашей с кусочками мяса, мы выехали из поселения кентавров.

– Ну, что же, в добрый путь! – воскликнул Эол, подстёгивая коня, животное тут же ускорилось и мы отправились в путь, следуя маршруту, нарисованному Арфеем.

Две большие плетёные корзины были забиты продуктами: заботливая Нииса уложила туда всё самое необходимое и на первое время о пропитании мы могли не беспокоиться.

– О чём вы вчера говорили с Агопитом? – полюбопытствовал гиатрос Иринеос.

– О звёздах, – ответила я. – Вообще странный разговор вышел. Словно этот Агапит меня проверял, только зачем ему это было нужно я так и не поняла, – задумчиво протянула я.

– Расскажете и нам о звёздах? – сонно попросил Алим, его веки были тяжёлыми, но он старался держаться. Часть прошлой ночи Алим рассказывал свои сказки Орею и оттого не выспался.

– Обязательно, только попозже, спите, – кивнула я ему. – Всё равно пока делать нечего, впереди только дорога.

Я смотрела на розовеющий горизонт, сжимая в кулачке золотую монетку, подаренную стариком кентавром. И уверенность, что всё у нас получится становилась крепче с каждым мгновением.