Глава 10

Дорога тянулась пыльной лентой по равнине в сторону далёких холмов. Телегу трясло, но я уже попривыкла за сутки пути. К тому же старалась не сидеть всё время, часто шла рядом, держась одной рукой за невысокий бортик. Спутники мои больше молчали, Агата зорко следила по сторонам, Эол спокойно правил лошадьми.

– Госпожа Аглая, – не выдержала Агата первой, – а почему именно к кентаврам в Восточный лес?

Я помолчала немного, ещё раз взвесив все за и против. Сейчас эти люди мои единственные защитники и соратники, поэтому они должны быть в курсе, куда и зачем я их веду.

– Друзья, – заговорила я, и тут же заметила, как Эол чуть повернул голову в мою сторону, явно прислушиваясь, прочистив горло, чуть громче продолжила, – как вы уже знаете, мы идём в царство мёртвых, на поклон к Богу Аиду. Точнее я иду, а вы меня лишь сопроводите до входа, который никому не известен, кроме…

– Кроме Арфея, – закончил за меня Эол, – и он живёт в селении кентавров! – догадался мужчина, даже оглянулся на меня, чтобы убедиться в своей правоте.

Я не стала ничего отрицать:

– Эол, ты правильно всё понял. Именно там он сейчас находится.

– И я точно спущусь с вами, – вставила Агата, – никогда себе не прощу, что в самый ответственный момент, оставила вас одну.

– Да, – кивнул Эол, – мы все вместе начали это путешествие, каждый знал, на что шёл, поэтому бросать вас на полпути я не смогу.

Помолчали. Сморгнула, набежавшие слёзы, всё же приятно знать, что я не одна в этом мире, и у меня есть настоящие друзья, которые за мной и в огонь, и в воду…

– Я думала, он умер давно, – чуть нахмурившись, прервала тишину Агата, продолжив беседу. – Он наверняка уже настолько стар, что едва может ходить.

– Ты не знаешь всего, Агата, ты не жила столько, сколько я и не общалась с магическими существами. Тот лес, – вернув взор на дорогу, слово взял супруг Медусы, а я прислушалась, потому что таких деталей, естественно, не знала, – волшебный, он останавливает время, и поэтому, скорее всего, Арфей вполне ещё молод и полон сил. Там, насколько мне известно, Арфей в плену у кентавров, только под его музыку вождь Гирей может уснуть и проснуться в хорошем настроении.

– Вот как, – пробормотала Агата, – среди людей много домыслов о Восточном лесе ходит, но все они такие противоречивые, что я давно перестала искать в них правду. Получается, ты точно знаешь, как туда добраться?

– Многие знают, – степенно кивнул Эол, – вот только не всех Хранитель пропускает.

– Интересно, нас пропустят? – опередив меня, спросила стражница.

– Нужно знать слово-ключ, – натянув поводья, Эол остановил коней и всем корпусом развернулся ко мне. – А вы знаете его? Вам ведь кто-то подсказал, что делать и куда идти.

– Я не знаю, – покачала головой, навряд ли имя Эвридики мне поможет попасть в селение кентавров. А более во сне ничего не было интересного и запоминающегося.

– Это не очень хорошо, – вздохнул Эол, – но нам бы пока просто добраться до леса, а там на месте разберёмся.

– Я тоже так думаю, – согласилась я с ним, – будем решать проблемы по мере их поступления.

– Золотые слова, – подняв указательный палец вверх, кивнул мужчина, и вернулся к прерванному занятию: стегнул коней и те зашагали вперёд, телега, скрипнув, тронулась с места.

Вечерело, воздух стал прохладнее и приятно обдувал разгорячённое лицо.

– Пора готовиться к ночёвке, – решила я, оглядываясь.

– Вон за тем невысоким холмом можно разбить временный лагерь, – предложил наш возничий.

– Хорошо, так и поступим.

Мы, съехав с дороги, обогнули холм, остановились подле него так, чтобы прикрыть спину и видеть происходящее перед нами.

Разбить лагерь – дело небыстрое, особенно когда нужно обиходить уставших животных и приготовить что-нибудь горячее. Агата взяла на себя роль повара и принялась щипать, подстреленную пару часов назад, дикую птицу. Эол увёл лошадей к мелкому ручью, что протекал чуть дальше в жидком лесочке. Я же пошла за ним следом, чтобы набрать хвороста для костра.

Птичку зажарили над горящим костром, и, пока кипятилась вода в глиняном котелке, медленно жевали чуть жестковатое мясо. Ветки уютно трещали в костре, а я старалась ни о чём не думать.

– Эол, – не выдержала я тишины, – расскажи мне о том, какое оно, царство Аида.

Мужчина удивлённо на меня посмотрел.

– Я из другой страны, что за морем, – решила пояснить, – не знаю ваших легенд и мифов.

– А у вашего народа они разве другие?

– Вот и сравним, – хмыкнула, не став более ничего добавлять.

– Действительно, – кивнул Эол, откладывая ветку с практически съеденной порцией мяса. – В царстве мёртвых, управляемое суровым и страшным богом Аидом, братом Зевса и Посейдона, – на имени последнего Эол запнулся и едва заметно поморщился, но всё же продолжил рассказ ровным голосом, сумев совладать со своими эмоциями, – души либо страдают в ужасных бесконечных муках, либо блаженствуют, в зависимости от поступков при жизни. Суд трёх в подземном мире Аида решает, кто достоин, а кто нет.

Мужчина ненадолго замолчал, его взор был направлен на танец огня в нашем небольшом костре, сухие ветки весело трещали и мелкие огненные всполохи искорками разлетались в разные стороны.

– Душа, после того, как её смертная оболочка прекращает свой жизненный путь, отправляется на поиски входа в мир Аида. Поговаривают, что сгодится любая расщелина у подножия любых гор. Спустившись вниз, душа попадает на берег реки Ахеррон, которую невозможно переплыть. Страшные рыбы богини Стикс жрут все, что движется. Лишь паромщик Харон перевозит души за монету.

– Это я слышала, – кивнула я, задумчиво вертя в руках кусочек мяса.

– И именно Арфей, когда-то смог убедить Харона переправить его на ту сторону, усыпил Цербера, Аида и его супругу Персефону смог убедить в искренности своих поступков, и бог пошёл ему навстречу.

– Понятно, – вздохнула я, – моя задача привлечь Арфея на свою сторону и убедить его отправиться со мной. Снова.

– Думаю, он согласится, – убеждённости в голосе Эола можно было позавидовать, я же, напротив, совсем не была в этом уверена, – он непременно захочет вернуть свою возлюбленную Эвридику и попытает удачу ещё раз.

– Возможно, ты прав, – не стала спорить, смысла в этом нет, а время всё расставит по местам. – Давайте выпьем по чаше горячего травяного взвара с мёдом и отправимся спать, – вздохнула я и потянулась к своей котомке, развязала горловину, нашла пухлый холщовый мешочек, взяла из него горсть душистой травы и кинула в закипевшую воду.

Первую половину ночи дежурить будет Эол, вторую Агата. Поэтому мы с ней забрались в телегу и, укрывшись тёплыми плотными плащами (ночи были довольно прохладными и сырыми), постарались уснуть.

Покрутившись на месте, пытаясь найти удобную позу, через несколько минут сдалась – сон не шёл. Перевернувшись на спину, посмотрела на далёкое небо. Звёзды, как мелкие жемчужины переливались перламутром, их загадочность и необъяснимая безмятежность успокаивали.

Мысли невольно вернулись к Гераклу. Он там, в Спарте, в нашей комнате, один. И он там, в царстве Аида, и тоже один.

– Госпожа Аглая, почему не спите? – тихо раздалось сбоку.

– Агата, а как думаешь, куда определил суд трёх моего мужа?

– Никуда, – последовал ответ, рядом с повозкой остановился Эол, именно он ответил на мой вопрос, опередив Агату, – господин Полемарх сейчас подле Аида, все мы давно догадались, кто на самом деле Алкей Арис, – словно почувствовав моё удивление, пояснил улыбающийся голос мужчины, – Бог Аид родной дядя любимого сына Великого Зевса, ради забавы он продержит душу господина Геракла рядом с собой пару веков, может, поручит совершить в честь его имени какие-нибудь подвиги, а после отпустит. Так что ни на островах Праведников, ни на Тартаре вашего мужа нет.

– Пару веков, – выцепила я главное, – я столько не проживу.

– Если только не станете бессмертной, – прошептала Агата. – Тогда вы спокойно сможете дождаться господина полемарха, он обязательно к вам вернётся.

– Нет, – качнула головой, – бессмертие – это, конечно, прекрасно, но точно не про меня. Пережить своих детей и внуков, вообще всех любимых людей, не желаю себе такой судьбы.

– Возможно, и здесь есть выход, – заметил Эол. – Спите, госпожа Аглая. Завтра отправимся в путь до восхода солнца, – и я услышала его удаляющиеся шаги – мужчина отправился на обход.

Я всё же заставила себя уснуть, вот просто взяла и усилием воли провалилась в тревожный сон.

На наш маленький отряд мчались отвратительные чёрные смрадные тени. Их гибкие силуэты напоминали крупных волков, горящие красным глаза пугали своей пустотой и жестокой беспощадностью. Я рванула с места, пытаясь убежать, но они были быстрее… и вот мою спину полоснула когтистая лапа и я закричала от пронзительной острой боли.

– Госпожа Аглая! Проснитесь! – кто-то сильно тряхнул меня за плечо и я распахнула глаза, и в ужасе уставилась на Агату, ещё не до конца понимая, что это был всего лишь сон.

Чуть успокоив бешено колотящееся сердце, села и огляделась: рядом с телегой в напряжённой позе замер Эол, в руках он держал натянутый лук.

Не успела спросить, что происходит, как Агата, полным тревоги голосом, заговорила вновь:

– Кто-то движется в нашу сторону, – я заметила, как женщина крепче сжала пальцы на рукояти меча. – Сидите, прошу вас, и старайтесь не высовываться.

– Я чувствую зобных тварей, – раздался спокойный голос мужа Медусы, – их отправили за вами, у них только одна цель – разорвать вас, уничтожить.

Встряхнувшись, откинула плащ в сторону и быстро выпрямилась, вглядываясь в темноту ночи. Костёр давно погас и я не видела ни зги лишь смутные очертания лесочка справа. Прикрыла глаза и сосредоточилась на своём магическом зрении. И тут же почувствовала их.

– Кто это? – выдохнула поражённо.

– Гарпии, – ещё тише проговорил Эол, продолжая смотреть куда-то вверх. – Вам лучше лечь на дно телеги, госпожа Аглая.

– Ну уж нет, – качнула головой, и вынула из ножен подарок Геракла – узкий острый стилет, – я буду сражаться!