25

Лес встретил тишиной. Выходить наметили рано утром, чтобы успеть до темноты сделать большой переход, потому, едва первые солнечные лучи забрезжили на горизонте, собрались, приладили рюкзаки, сшитые наскоро из старой простыни, на спины, закатали теплый плащ Киарана, уложив валиком поверх рюкзака, сами оделись потеплее, да отправились по зарубкам в путешествие. Старик Лукьян за все годы выработал самый простой и ясный маршрут, пролегавший вдоль реки долгое время, а потом сворачивающий круто к большому селу. На пути должны были только трижды встретиться ручьи, потому фляги взяли большие, с запасом. Топорик Аише приладила себе на пояс, а Киаран вооружился ружьем, которое девушка решила отдать ему – и стрелять не умела, и побаивалась. Рыська радостно прыгала с ветки на ветку, то убегала далеко вперед, то возвращалась обратно, наблюдая, идут ли спутники. Те ползли, медленно, но верно пробираясь сквозь нападавшие за зиму коряги и ветки, сырые, скрытые под слоем перепрелой листвы ямы, небольшой кустарник с едва наметившимися почками. В сером рассветном сумраке казалось, что в лесу зловеще. Аише оглянулась, поежилась, повела плечами, прогоняя мурашки, покосилась на Киарана – тот шел рядом, чуть сжав зубы и глядя прямо перед собой. Ему не страшно? Наверное, нет. Вон как идет смело вперед. Все-таким мужчины – удивительные существа. Все у них по-другому, даже устроены не как женщины. С другой стороны, наверное, и правильно, что они такие разные. Постепенно тишина сменилась птичьим гомоном. Ветер слегка трепал кроны деревьев, отчего те шумели, будто шепча Киарану и Аише ободряющие слова. К обеду стало даже жарковато, пришлось расслабить завязки на одежде и снять платок. Камзол мага, зашитый еще во времена его болезни, не пропускал ветер. Пуговицы на нем были красивые, из какого-то желтого металла с вкраплениями прозрачных камушков, Аише долго гладила их пальцами в свое время, дивясь красоте и богатству. – Устал! – Киаран вдруг привалился плечом к шершавому стволу старой сосны с темной зарубкой на боку. – Надо немного передохнуть. Девушка молча скинула рюкзак, достала из него по лепешке, подала одну мужчине, от второй откусила добрый шмат, принявшись пережевывать жесткое тесто. В былые времена она очень любила такие лепешки. Мама стряпала их с кислого теста, которое ставила на опаре, заготовленной загодя. С вечера готовили закваску, а утром замешивали тугое белое тесто, которое должно было ждать своего часа и трижды подняться до самого верха большой кастрюли, постепенно становясь рыхлым, пузыристым. Потом мама отрезала по кусочку, формировала лепешки с тертым сыром внутри, раскатывала их и жарила на масле. Пока Аише была совсем ребенком, она отщипывала от теста кусочки и совала в рот, ощущая, как по языку растекается кислый вкус. С тоской вздохнув – когда еще доведется испробовать мамину стряпню? – девушка достала флягу из рюкзака и отпила глоток воды – совсем немного, чтобы только проглотить лепешку. Киаран, полулежа на боку, строго глянул на нее. – Надо идти, – сказал он, переваливаясь и поднимаясь на ноги. Рукой он при этом держался за ствол, согнувшись и тяжело дыша. – Можно вернуться, пока не далеко ушли, – заметила девушка. – Потеплее станет, я сбегаю на ярмарку, трав лечебных возьму, а к осени, когда поправишься, пойдем вместе. Он мотнул в ответ головой и гневно выдохнул сквозь сжатые зубы. – Ты ничего не понимаешь! – рыкнул он, зыркнув фиолетовыми глазищами. – Надо идти сейчас! Аише осеклась и отшатнулась. Никогда еще на нее не повышали голос мужчины. Она не знала, как вести себя при этом, ведь в деревне после такого муж мог и побить жену. Вдруг он кинется с кулаками? – Пойдем! – упрямо мотнул головой Киаран, выпрямившись и надевая рюкзак с притороченным плащом обратно. – До ночи надо много пройти. Половину отмеченного пути преодолели молча. Аише обижалась, ничего не могла с собой поделать. Тугой ком рос внутри нее, заполняя грудь и распирая во все стороны. «Ишь ты, орел какой! – думала она, косясь на идущего на два шага впереди мужчину. – Орет он!» Маг молчал. Было видно, что каждый шаг давался ему с трудом, он шатался, держась за большую палку, которую подобрал еще на прошлой стоянке и опирался на нее при ходьбе. К вечеру стало совсем тяжко. Шли все медленнее, часто останавливались отдышаться, а вскоре и вовсе Киаран повалился ничком на землю и стукнул кулаком по ней. – Проклятая рана! – прорычал он тяжело. – Не могу дальше идти! Все! Останавливаемся. Аише сбросила рюкзак на землю и осмотрелась – место для ночлега было неплохое – небольшая поляна, с четырех сторон окруженная молодой порослью ельника, а сверху нависали могучие колкие лапы больших елок, создавая шатер. – Сейчас наберу хвороста для костра, – сказала она и принялась за дело. Вскоре рядом с самым укрытым местом выросла внушительная гора веток и палок, а Кир успел расстелить плащ и разложить припасы. – Сейчас разожжем костер, вскипятим воду, да заварим иван-чай, – проговаривала девушка свои действия, а мужчина наблюдал за ней, лежа на траве. – Сейчас помогу, – сказал он, тяжело поднимаясь и принявшись складывать кострище. Вскоре веселый огонек, выбитый из огнива, начал весело плясать по сучьям, облизывая их и недовольно потрескивая, когда натыкался на влажные участки. Снег сошел совсем недавно, а потому отыскать сухой валежник было сложно. Он занимался долго, чадил, трещал, нехотя разгорался. – Я к реке, – сказала Аише и побрела на шум воды. Спустившись к берегу, она зачерпнула котелком и засмотрелась на серебристые тельца юрких рыбешек, так и снующих в волнах. Вот бы поймать хотя бы одну! Опустившись на колени, она принялась наблюдать за играющими плотвичками, а потом резко зачерпнула котелком, стараясь попасть в самую гущу рыбок. Мимо! Да что ж такое?! Возмущенно пыхтя, Аише снова наклонилась над водой, затаившись и приготовив руку с котелком. Дождавшись, когда рыбки подплывут ближе, размахнулась и снова зачерпнула, но не удержалась второй рукой на склизком камне и рухнула прямо лицом в обжигающе холодную воду. Вынырнув, задохнулась от холода, тяжело хватая воздух широко открытым ртом. С волос, платья текла вода за шиворот и по спине, девушка хотела было отбросить котелок, но заметила в нем движение. Рыбка! Маленькая, не больше ладони, она билась в тесных стенках, играя хвостиком в воде. – Киаран! – завопила Аише и помчалась к стоянке – откуда силы взялись. – Я поймала рыбу!