Глава 6. Яичница

Пульсар. Только яркие звезды образуют созвездия

Газолла Карлуш — преподаватель по экспедиционной подготовке — меряет аудиторию чеканным шагом, сцепив руки в замок за своей спиной. Не будь она голограммой, властный стук ее ботинок отражался бы от барабанных перепонок, сдавливая мозг.

— Если вы думаете, что работа ксеногеолога заключается в высадке на прелестную планетку с розовым небом и радугой во весь горизонт — вы ошибаетесь, — ее голос рассекает воздух подобно топору, который стремится обрубить все представления о ксеногеологии. Даже нереалистичные. — Если вы думаете, что работа ксеногеолога заключается в том, чтобы сгрести в баночку песочек и собрать в пробирку воздух — вы ошибаетесь. Если вы думаете, что экспедиция — это туристическая поездка с просмотром достопримечательностей — вы ошибаетесь.

На каждой ее лекции или практическом занятии мне хочется залезть под парту и как в детстве закрыть уши ладонями. Каждое новое слово, произнесенное этим строгим язвительным голосом, выбивает из меня веру в себя и свои возможности. Я кажусь себе песчинкой в миллионе других песчинок на пляже, до которой никому нет дела.

Газолла круто разворачивается на пятках, отчего ее силуэт мерцает, и оставляет на нас — песчинках — след тяжелого ботинка:

— Работа ксеногеолога — это вечная борьба. Запомните, каждая неизведанная планета, на которую вы решите приземлиться, захочет вас убить. — На экране проецируется синяя планета. — Экзопланета, газовый гигант HD 189733 b. Если вы высадитесь на эту планету и захотите полюбоваться небом, то увидите облака из силикатов. Кто знает, чем это грозит?

Замешкавшись, я тяну руку, но затем вспоминаю, что голографическая Газолла этого не видит. Вписываю ответ в специальном окошке на планшете. После отправки рядом с ним возникает зеленая галочка, означающая, что мой ответ правильный, и за него будут начислены дополнительные баллы.

— Вижу, не все ознакомились с моим исследовательским трактатом «Экстремальные ландшафты», — сухо произносит она. — Дополнительные баллы получают трое кадетов. Ответ: на планете идут дожди из стекла, а ветер в семь раз быстрее звука. Если кто-то считает свидание под дождем романтичным, не советую привозить девушку на HD 189733 b — ваше свидание может стать последним. Стеклянный дождь вспорет ваши скафандры и разделает вас, как кротовую тушку.

Кадет позади меня нервно сглатывает.

— Самая темная планета — TrES-2b. Этот газовый гигант поглощает до девяноста девяти процентов света. Поверхность похожа на жидкий асфальт. Если хотите представить себе, как выглядит ад, то эта планета для вас. — Газолла опускает голос до зловещего. — Она чернее угля, настоящая черная бездна с редкими красными вспышками из-за адской жары. Когда-то на этой планете хотели возвести тюрьму для особо опасных преступников, но строительная бригада погибла, обезумев от кромешной тьмы. — Она делает мрачную паузу. — Кто сможет назвать еще хотя бы одну планеты с подобными опасными явлениями?

Пальцы замирают над планшетом. Я ведь читала, вот только вчера! Нет бы дать нормальные названия планетам, а не комбинацию из четырех пальцев… Простите, комбинацию из букв и цифр.

Все-таки мне удается вспомнить. И не одну, а сразу две — K2-141b и Gliese 436 b. Вкратце описываю их свойства. Напротив окошка появляется зеленая галочка.

— И снова знакомые имена, — неодобрительно протягивает Газолла. — Пожалуй, на следующей нашей встрече стоит провести тестирование по рекомендованному мной исследовательскому трактату. Напоминаю, что в следующий раз мы увидимся завтра.

По аудитории проносится стон. Наблюдатель — наноробот, приставленный следить за дисциплиной на лекции — предупредительно грозит пальцем, призывая к тишине и порядку.

— Итак, разберем планеты, названные вашими сокурсниками, — как ни в чем не бывало продолжает Газолла. — K2-141b — лавовая планета. На стороне, повернутой к своей звезде, температура достигает трех тысяч градусов Цельсия. Планета плавит свою же поверхность. На другой стороне можно наблюдать экстремально низкую температуру в минус двести градусов Цельсия — раскаленные породы затвердевают, образуется лавовый океан. На планете идут каменные дожди. Gliese 436 b — небольшой газовый гигант. Вода на ее поверхности находится в сверхкритичном состоянии и остается твердой даже при трехстах градусах по Цельсию из-за сверхвысокого давления. Таким образом, это ледяная планета с кипящей поверхностью. Парадоксально, необъяснимо, но факт. Идеальный кандидат для ксеногеологической экспедиции. — Газолла повышает голос: — Во Вселенной множество таких планет — как открытых учеными, так и еще неизвестных. Вас могут послать исследовать любую из них. — Коварная улыбка искривляет голограмму: — Особо везучие побывают на каждой. Если выживут, конечно.

Родители облегченно выдохнули, когда меня зачислили на ксеногеологию, посчитав, что это безопасное направление. Их воображение рисовало картины лесов с гигантскими грибами, пастбищ с диковинными зверушками и закатов всевозможных цветов на далеких планетах. Но вот чего они себе не представляли, так это из стекла и камня, кипящий лед или кромешную тьму газовых гигантов. Если бы они присутствовали на лекции, они бы срочно забрали меня домой и всучили респиратор со словами:

— Тальма, лучше хронический бронхит и астма, чем самосожжение на лавовой планете!

Интересно, если бы на веб-сайте Пульсара было больше подробностей об обучении и предстоящей работе выпускников, насколько сильно упал процент поступающих?

Кадет за моей спиной ерзает, будто прямо сейчас хочет сорваться в командный штаб академической станции и написать заявление об отчислении.

Газолла складывает ладони и барабанит подушечками пальцев, триумфально и высокомерно вздернув подбородок:

— Вам предстоит проводить целые месяцы в изоляции, экономить запасы кислорода, преобразовывать собственную мочу в питьевую воду. Вы будете засыпать от усталости прямо в скафандре, питаться одними высококалорийными брикетами с комплексом витаминов и минералов — на вкус как песок из-под ботинок.

Именно таким песком мы себя и ощущаем, Газолла, именно таким.

— И все это — если вам повезет. В противном случае по вашим последним координатам отправятся межгалактические криминалисты и группа из отдела анализа космических катастроф для выяснения, от чего вы погибли. Посмертно вы послужите на благо следующей экспедиции — она избежит ваших ошибок. — Она хищно прищуривается, словно надеется услышать рыдания безысходности. Не удивлюсь, если Газолла воспроизводит подобные записи перед сном. — А теперь мы перейдем к изучению… — Она замолкает на полуслове и недовольно сжимает губы. Фыркнув, она объявляет: — Кадеты, участвующие в Плеядах, вас просят пройти в штаб.

Даже не знаю, расценивать это как подарок или наказание. Газолла сумела запугать меня так, что я перенимаю паническое настроение Таллулы. Плеяды? Противодействие и опасные миссии? А отказаться еще не поздно?

Я поднимаюсь со своего места и озираюсь — меня провожают десятки пытливых взглядов. Кроме меня в этой аудитории нет других участников.

Таллула встречает меня на выходе из кампуса, суетливо пританцовывая с ноги на ногу, будто ей приспичило в туалет.

— Вот нас и отправляют на убой, — мрачно заявляет она.

Признаться, спускаясь на лифте, я подумала в этом же направлении. Что, если нас отправят сразу на задание? Я не хочу участвовать в самоубийственной миссии! Только не после такой «оптимистичной» лекции Газоллы Карлуш!

— Перестань, — ободряюще улыбаюсь ей, но уголки губ дрожат. — Еще даже инструктаж не проводили. Нас никуда сегодня не отправят.

Я не уверена в этом, но не хочу подпитывать панический настрой Таллулы. Если я озвучу свои опасения, то мы обе будем трястись по дороге в штаб. Мысленно успокаиваю себя тем, что это всего лишь страх неизведанного. Стоит пройти одно испытание, как мы поймем, что в Плеядах нет ничего ужасного.

Добравшись на метро до штаба, мы нерешительно примыкаем к собравшимся кадетам. Некоторые из них уже сбились в группы по пять человек — нашли тех, с кем в одной команде. Приподнявшись на цыпочках, выискиваю взглядом Лэма или Зуви. Ни того, ни другого.

— Здравствуйте, я участница седьмой команды. А вы? — За спиной раздается вежливый голос с правильно поставленной дикцией. Слишком правильной. Обернувшись, мы с Таллулой упираемся взглядами в наноробота со сдержанной улыбкой на интерфейсе.

— Мы из другой команды, — грубовато отрезает Таллула. Я посылаю ей укоризненный взгляд.

— Ты забыла, — с нажимом произношу я, — мы тоже из седьмой команды. — Обращаюсь к тиммейту: — Ты NID508? Я Талминья — можно просто Тальма, — а это Таллула. Она немного не в настроении.

Таллула фыркает и цедит:

— Это просто Яичница, не распинайся перед ней так.

Я наклоняюсь ближе и шепчу ей:

— Мы в одной команде. Нам нужно сотрудничать.

— Я не хочу ни с кем сотрудничать! — взрывается Таллула, привлекая к себе внимание.

— Тише ты, на нас уже смотрят, — шиплю я.

— Пусть смотрят! Пусть знают, что… — она не успевает договорить. Лэм опускает ладонь на ее плечо:

— Что ты дикарка? Правильно, Таллула, пусть другие команды боятся нас. А что, может, нам всем повязать шкуры поверх формы? Будет нашей отличительной чертой.

Таллула обмякает и зарывается лицом на груди Лэма:

— Если мне суждено погибнуть, проследи, чтобы это было красиво. — Она отрывается от него и вцепляется мне в плечи: — Талминья, обещай, что выберешь самое пестрое платье на мои похороны. Они должны пройти ярко! Не хочу банального траура.

Вместо ответа решаю перевести тему:

— Кто-нибудь видел Акосту?

Лэм пожимает плечами:

— Я даже не знаю, парень это или девушка.

NID508 следит за нами с вежливым, но нечитаемым выражением интерфейса.

— Яичница, как ты оцениваешь наши шансы на успех? — спрашивает Таллула.

Интерфейс подсвечивается меланхоличным серым цветом:

— Вероятность успешного прохождения первого задания составляет сорок процентов. Ответ основан с учетом вашей эмоциональной нестабильности, и будет изменен, когда станет известна цель нашей миссии.

— Вот видите, — мгновенно подхватывает Таллула, — мы не справимся! Даже Яичница в нас не верит!

— Почему ты называешь меня Яичницей? — прищуривается нанотиммейт, если я правильно распознала изменения на интерфейсе.

— Потому что ты искусственный интеллект, запертый в корпусе наноробота.

— Я не могу выстроить логическую цепочку. Дополни свой ответ данными.

Таллула фыркает и отворачивается. NID508 издает звук, похожий на сканирование, и предлагает:

— Если для вас затруднительно произносить мой серийный номер, вы можете называть меня Яичницей.

— Спасибо за одолжение, — бросает через плечо Таллула. Мы с Лэмом переглядываемся с солидарным неодобрением. Даже Зуви, кажется, защищает Яичницу, механически ругаясь на Таллулу.

Нас приглашают пройти в малый конференц-зал. Мы с Таллулой и Лэмом садимся рядом, а Яичница — в паре кресел от нас. Считав негативный настрой, она решила выдержать дистанцию.

Я ожидаю снова увидеть руководящий состав, если не в полном составе, то хотя бы с командором. Но вместо нее на сцену выходит Неуза Жайме. Позади генерал-куратора собираются ассистенты — я насчитываю семь человек.

— Кадеты, я рада приветствовать вас на заседании межгалактического квеста Испытание Плеяд. Не ждите пафосных речей. Отложим их на итоговое собрание. Перейдем сразу к инструктажу. Как вы знаете, — а вы должны знать, — семь ярких звезд образуют звездное скопление Плеяд. Цифра семь будет сопровождать вас на протяжении всего квеста. Семь команд, каждая из которых должна выполнить семь обязательных заданий. По итогу мы представив Конклаву сорок девять успешно выполненных миссий. Заметьте — успешно выполненных.

Замечаю, что сжала губы в тонкую нить только тогда, когда они начинают неметь. Интересно, если все команды выполнят по семь заданий, как будет определяться победитель?

— Помимо этого, для вас подготовлены дополнительные миссии. Их выполнение необязательное, но, если вы решите поднять рейтинг своей команды, а также послужить на благо Вселенной, можете выбрать любое из банка побочных квестов. Основные же миссии будут держаться в строжайшем секрете и распределяться между командами при помощи рандомайзера. От обязательных заданий нельзя отказаться, попросить поменять или обменяться с другой командой. Любая попытка этого будет воспринята за слабость, которая негативно скажется на командном рейтинге. Напротив каждого пройденного задания будет отметка об успешности выполнения, а также номер команды для отслеживания прогресса соперников. Однако, напоминаю, что Испытание Плеяд проводятся с миротворческой целью, а не для того, чтобы подстегнуть конкуренцию или вызвать конфликты между командами. Любая агрессия в отношении команды-противника будет пресекаться и наказываться понижением в рейтинге.

Побочные квесты… Звучит, как возможность выбиться в лидеры. Всего-то надо успешно пройти все задания и по максимуму отхватить дополнительные миссии.

Оптимистичный запал дает трещину, когда я понимаю, что эта мысль посетила каждого, кто, как и я, заинтересован в участии. А значит, банк побочных квестов будет разграблен в короткие сроки. Если мы не поторопимся, нам оставят объедки из самых бесперспективных заданий.

— Имейте ввиду, дополнительные миссии могут как повысить ваш рейтинг, так и понизить, в случае провала, — оглашает Неуза. Это меня моментально отрезвляет. И не только меня. Слышу несколько разочарованных вздохов. Мало пройти как можно больше занятий, еще нужно показать результат.

Вверх взмывает рука одного из кадетов. Неуза кивает ему, разрешая задать вопрос.

— Скажите, а как будет рассчитываться рейтинг?

— Если бы вы проявили немного терпения, то обязательно узнали бы ответ в ближайшие минуты, — с холодной вежливостью отчеканивает Неуза и обводит взглядом конференц-зал: — Советую обратить внимание на промах вашего соперника, а для кого-то — напарника. Нетерпение, спешка — это негативные факторы, которые могут сыграть с вами не только злую шутку, но и привести к понижению рейтинга. В Испытании Плеяд каждый шаг должен быть выверенным и продуманным. Итак, перейдем к вопросу расчета рейтинга. Основной рейтинг команды складывается из семи обязательных заданий. За каждое успешное прохождение вы получаете базовые баллы. Однако, — голос генерал-куратора черствеет, — выполнение дополнительных миссий влияет на коэффициент успеха. Чем выше сложность побочного квеста, тем больше баллов он принесет. Если задание — как основное, так и дополнительное — провалено, то рейтинг падает. Чем больше оценивается побочный квест, тем больше обрушится рейтинг при его невыполнении.

Яичница анализирует услышанное и подает голос:

— Выходит, что дополнительный квест — это стратегический риск?

Таллула кидает на нее негодующий взгляд, но Неуза не делает замечание нашему нанотиммейту.

— Именно, — подтверждает она. — Лучшие результаты достигаются не количеством, а качеством выполнения. Те, кто жадно бросится захватывать все подряд, скорее всего, обрушат свой рейтинг. Помните об этом. Также на рейтинг влияют ваши личные показатели. Каждый из вас получит браслет, считывающий ваше физическое и психоэмоциональное состояние. Эти данные помогут нам понять, насколько вы справляетесь с нагрузкой, — продолжает Неуза. — Нервозность, страх, усталость, агрессивность, нерешительность или чрезмерная самоуверенность могут стать причиной снижения вашего рейтинга. Предвижу рвущийся вопрос: «Какую роль играют личные показатели?». Конклав нуждается в сильных и стабильных сотрудниках. Умение держать себя в руках, принимать решения на холодную голову и работать в команде — залог успеха.

Мы с Лэмом одновременно скашиваем красноречивые взгляды на Таллулу. Как только она наденет браслет, ее психоэмоциональное состояние вгонит рейтинг всей команды в стабильный минус.

— Извините? — один из кадетов привлекает внимание и указывает в нашу сторону. — А как будут считываться личные показатели наноробота? Они отличны от показания живых существ.

Чувствую, как к щекам приливает кровь от обращенных на нас недружелюбных взглядов. В Плеядах участвует единственный наноробот, и он достался нашей команде, что вызывает неприязнь и возмущение остальных. Могу их понять — сенсоры наноробота анализируют миллионы параметров в секунду. Яичница сможет оценить обстановку, просчитать различные варианты исхода и предложить рациональные варианты решения задачи. О таком тиммейте можно только мечтать. А нам и мечтать не пришлось.

Неуза невозмутимо объясняет:

— Физический и психоэмоциональный фактор в данном случае заменяется фактором эффективности. Рейтинг будет зависеть от того, насколько действия наноробота способствуют успешному выполнению миссий и как они влияют на общее состояние команды. — Решив, что она сполна ответила на вопрос, Неуза возвращается к вопросу браслетов: — Браслет активируется каждый раз, когда команда будет собираться для обсуждения стратегии, а также непосредственно перед отправлением на задание. Соответственно, по возвращении на станцию, браслеты передают сведения в штаб и переходят в спящий режим. У наноробота вместо браслета данные будут извлекаться и передаваться из твердотельного накопителя. Если браслет будет утерян или испорчен, участнику предоставят новый за счет Пульсара, но команда будет оштрафована. Помните, каждое ваше действие или бездействие сказывается на команде и общем рейтинге.

Неуза делает паузу, но никто не решается задать вопрос, даже если он имеется.

— Мы находимся в штабе, который вы будете посещать для получения заданий, обсуждения предстоящих миссий и подведения промежуточных итогов. За каждой командой закреплена канцелярия, вход исключительно по биометрии, поэтому вы можете не переживать, что соперники смогут воспользоваться вашим отсутствием, чтобы подсмотреть наработки или вывести из строя снаряжение. — Она делает жест рукой, и ассистенты делают шаг вперед с настоящей военной выправкой. — Также за каждой командой закреплен куратор, который будет заниматься вопросами снабжения, контролировать исправность шаттла перед вылетом и координировать вас. Куратор также выступает посредником между командой и руководством штаба, в том числе и мной. По всем вопросам, проблемам и конфликтным ситуациям вы можете обратиться к своему куратору. Если в его полномочия не входит решение вопроса, он переадресует его в штаб. На этом инструктаж окончен, предлагаю вам воспользоваться канцеляриями, чтобы познакомиться с членами своих команд и выбрать капитана. Позже к вам присоединяться кураторы.

Неуза уходит со сцены, скрываясь за кулисой. По характерному шуму раздвигающихся створок могу предположить, что за ней скрыт лифт.

Один из кураторов указывает на неприметную дверь, за которой скрывается коридор. Нестройным гуськом мы проходим в него и замечаем подсвечивающиеся цифры на дверях. Седьмая канцелярия в самом конце коридора. Прежде чем войти, Таллула жестом останавливает нас и с подозрением прищуривается, глядя на Яичницу:

— Как мы можем быть уверены, что за место одного наноробота не пройдет другой? Они же все на один интерфейс!

Лэм опережает с ответом:

— У нанороботов, дронов-помощников и других устройств со встроенным искусственным интеллектом установлен идентификационный чип, заменяющий биометрию.

Яичница, в подтверждении его словам, «оголяет» корпус на указательном пальце и прислоняет его к считывающему датчику. Спустя несколько секунд с двери снимается блок, впуская нанотиммейта внутрь.

— Допустим, — сдержанно цедит Таллула.

— Да чем она тебе не угодила?! — Теперь, когда Яичница не слышит нас, я не могу сдержать вопрос.

Таллула скрещивает руки на груди и с презрением, обращенным не мне и не Лэму, кривится:

— До землян до сих пор не дошли новости?

— Какие?

— Некоторые время назад Конклав внедрил в ГМК ассистентов-нанороботов, которые в последствии должны были частично заменить медицинский персонал для оптимизации рабочих процессов. Из-за программного сбоя пострадали десятки пациентов, доходило до летальных исходов, а всю вину повесили на руководство клиники. Моя семья тоже попала под раздачу. Из-за ошибки программного обеспечения, к которому они не имели никакого отношения! Этим нанороботам нельзя доверять. Маленькая программная ошибка может стоить нам жизней.

Я ничего не знала об этом. Таллула права — до Земли подобные новости не всегда доходят. Теперь ее враждебность к Яичнице имеет обоснование, но… если в команде не будет доверия, то мы обречены на провал. И дело даже не в рейтинге. Мы можем просто не вернуться с задания, если в критический момент произойдет раскол.

Лэм, кажется, того же мнения. Он опускает ладонь на плечо Таллулы и ободряюще сжимает его:

— Я с Зуви с самого детства. Нашел его в мусоре — одинокого и растерянного. Предыдущий хозяин избавился от него, когда приобрел новую версию. С тех пор он выручал меня столько раз, что и не сосчитать. А я знаю, когда ему нужна моя помощь — любое дребезжание или спутанность навигации, и я устраняю поломку. Поэтому, наверное, я так хорошо разбираюсь в ремонте разных штуковин, — он улыбается. — Обещаю, если за Яичницей будут замечены хоть малейшие признаки, нетипичные для наноробота, я деактивирую ее до устранения сбоя. Она не сможет причинить вред никому из нас. А теперь пойдемте в канцелярию, иначе она решит, что мы замышляем что-то против нее.

Примечение

Приведенные данные о планетах HD 189733 b, TrES-2b, K2-141b и Gliese 436 b реальны.