Глава 11

Настоящее…

— Как вы все знаете, — начала урок преподавательница, — в нашем королевстве регулярно проводится Турнир среди учеников всех Академий.

— Трупнир, — раздался смешок где-то позади меня.

— Все ученики всех уровней обучения будут соревноваться за звание лучшего представителя своего курса в течении нескольких месяцев. Победитель войдет в команду нашей Академии и будет одним из четырех. Одним из тех, кто будет представлять нас на Турнире всех академий королевства.

Преподаватель обвела нас взглядом, проверяя, оценили ли мы груз ответственности, возложенной на нас… судя по поникшим плечам моих однокурсников, груз они оценили…

— Сегодня, после занятий, все должны явиться в общий зал, где будет проведен предварительный отбор.

Я напряглась, рановато мне участвовать в каких либо испытания, мы учимся-то всего пару месяцев! Я только комнату и одежду от пыли чистить научилась да соединять цветочки с мышами… ну не только это… но все равно мало!

— Предварительный отбор проводят преподаватели академии и учитываться будет только врожденный магический потенциал. Участвовать обязаны все, без исключений. Те, чей потенциал достаточно велик, перейдут в следующий тур отбора в команду.

— Это ужасно, Розалинда, на прошлом турнире ни один первокурсник и до второго тура турнира не дошел, зачем вообще нам участвовать? Нас же все равно теряют в первых же соревнованиях. — Дени возмущалась шепотом, вцепившись в мой локоть. Нескольких еле откачали, а парочка вообще умерла!

Судя по тому как вокруг все шушукались, обсуждали они тоже самое.

Радостных лиц видно не было, предстоящий трупнир, как все его называли, энтузиазма у первокурсников не вызывал.

— Мне так страшно, — пальцы Дени почти болезненно впивались мне в руку. — Не пройти отбор, значит я слабачка, а если пройду, вдруг попаду в команду?

— Ну может, если нас отберут, попробуем потом не победить в следующих турах? Выберут ведь только одного.

— Ну да, команду соберут в конце года, так что время завалить какое-нибудь из заданий будет, главное, не попасться, а то из Академии исключат.

Милый все же мирок… родители у этих студентов, почти как мои, отправили деток в место, где они легко могут загнуться на первом же году обучения, и рады. Только вот мои, в моем мире, считались ужасными родителями, а здесь все это как само-собой разумеющееся воспринимают… Вон, маман Дени, та еще наседка, а все равно отправила дочь в этот террариум.

После занятий, печальные первокурсники направились в общий зал, нас построили в его центре, а потом лирдайс Герис взмахнул рукой что-то бормоча, по периметру вспыхнули светящиеся сферы жизнеутверждающего болотного цвета.

Возле каждой из сфер стоял преподаватель и тоже что-то бормотал, держа одну руку на ней.

Сферы вспыхнули ярче и выдали порцию мыльных пузырей, ну или не мыльных… но нечто их напоминавшее, только гадостного зеленовато- коричневого оттенка.

Пузыри рванули к первокурсникам.

Первокурсники отшатнулись, но потом вспомнили, что отбора не избежать и замерли, приняв свою участь.

— Тебя выбрали, — прошептала Дени, смотря куда-то поверх моей головы, над ее головой висел один из пузырей, а вот над рядом стоящим он лопнул, окатив голову парня коричневатой слизью с отвратительным запахом. Интересно, так и было задумано?

— Тебя тоже, — обрадовала ее я.

Пузыри над большей частью первокурсников взрывались, поднялся визг и шум и все это среди жуткой вонищи. А потом еще и птица на плече лирдайса Гериса издала свой коронный оглушающий вопль…

— Сейчас же прекратить! — Раздался его усиленный голос и все пузыри исчезли вместе со слизью и запахом.

— Старшекурсники, причастные к этому издевательству, будут найдены и наказаны, — сообщил лирдайс залу, но, как по мне, было поздно, тут и там раздавались язвительные шепотки, — ну ты и вонючка!

Кажется, у многих появилось новое прозвище, будто мало того, что их при всех ткнули носом в то, что у них магии меньше, чем у нас… избранных.

— Даже не знаю, что сейчас чувствую, — сказала Дени, смотря вслед тем, кто этот отбор не прошел.

Я и сама не знала, вроде как это хорошо, что потенциал большой, но ни в каких трупнирах я участвовать не хотела, особенно, если трупы в них реальные.

В итоге, в центре зала осталось человек пятнадцать. Не так уж и мало с одной стороны, но что-то мне подсказывало, что соревноваться мы будем в том, кто лучше сможет симулировать собственный проигрыш остальным.

Судя по взглядам, которые счастливчики бросали друг на друга, никто не хотел стать победителем.

Но в себе я не сомневалась, уж что-что, а не победить я могу!

Даже стараться не придется. Никто здесь не знает о магии меньше меня.

— Главное, не вылететь на первом же задании, как-то это подозрительно будет.

Мы переглянулись.

— Задания для претендентов будут скрытые, вы не будете знать, что это они, пока не станет известен результат, — расстроил нас голос лирдайса.

— Мы знаем о нежелании первокурсников участвовать в турнире, но ваше участие необходимо, даже если оно будет коротким, — подтвердил наши опасения он.

— Мы — расходный материал, — пробормотала Дени и я была с ней совершенно согласна. Как бы исхитриться и понять, когда эти самые задания начнутся? Не заваливать же каждый зачет и все, что напоминает проверку? Так и из Академии вылететь недолго.

— Да уж, — печально вздохнула Дени, — кажется, увильнуть не удасться.

Вокруг раздавались печальные вздохи остальных счастливчиков. Не только мы с Дени строили планы избежать предоставленной нам чести. И вот эти планы канули в лету.

Не успели мы толком осознать всю степень своей неудачливости, как вокруг раздался тихий свистящий звук и вспыхнул фиолетовый защитный купол, накрывший 15 студентов в центре и оставляя снаружи всех остальных.

Мы еще стояли и глазели на него с открытыми ртами, когда прямо на нас посыпались монстры.

Много-много мелких монстров, клацающих зубами, щелкающих склизкими щупальцами и таращивших на нас многочисленные глаза.

Визг Дени прямо мне в ухо, вывел меня из ступора, в котором я наблюдала за их стремительным приближением.

— Прижмись к моей спине, — рявкнула я ей и, резанув палец, принялась направо и налево орать, — А-кта! мини големы послушно рассыпались на составляющие.

Вокруг визжали, кричали заклинания и отбивались ритуальными ножами.

Вот как тут смухлевать? Жить-то хочется, желательно, не покусанной и не пожеванной.

— Уничтожай их, на разсоединение чужого голема тратится больше, откат будет большой, — подсказала Дени и я послушно начала кричать, — харр! Человеку, сохранившему первого своего катара живым так много лет, я в этом деле верила безоговорочно.

Мы справились.

Монстры вокруг уже не шевелились, когда добрые преподаватели сняли барьер, не позволяющий нам разбежаться.

Из пятнадцати человек, на ногах осталось двенадцать, и двое из них держали в руках мертвых катаров.

Неумелое использование своих сил, слишком большой откат ударил по ним и убил.

Животных было жалко.

Я испуганно проверила Мрака, он был в порядке, выполз из широкого рукава моей мантии, с довольной мордой рассматривая хаос вокруг. А вот ласка Дени выглядела как выжатая меховая мочалка… Странно.

— Те, кто прошли, будут носить этот знак, — невозмутимо сказал лирдайс Герис, взмахнув рукой, и на наших мантиях вспыхнула алая эмблема.

— Что там? — Поинтересовалась Дени, чуть не вывернувшая себе шею, пытаясь рассмотреть символ на собственной спине.

— Там мишень для шпыняния, — я повернулась к ней спиной, давая получше рассмотреть горевшую на ней огромную метку.

Чувство было как в школе, когда тебе на спину незаметно бумажку с надписью «Пни меня» цепляют.

— Мы — избранные, — похоронным голосом заключила Дени.

Метки загорелись только у восьмерых и мне стало по-настоящему страшно, шансы попасть на турнир резко выросли даже для такого неуча, как я. А про Дени так вообще молчу. С сочувствием посмотрела на подругу.

Остальные первокурсники смотрели на нас со смесью зависти и облегчения, а вот старшие курсы разглядывали так, стовно уже прикидывали, кто из нас попадет в турнирную команду.

Если я все правильно поняла, первокурсники просто снабжали свою команду своей кровью столько, сколько могли продержаться в участниках, а потом их сливали на пользу команде, чтобы в более сложных соревнованиях под ногами не путались неумехи.

Турнир между всеми академиями нашего королевства не был концом турнира, победившая команда через год выступала на турнире между несколькими королевствами. Тем составом, который победил. То есть выбывшие не возвращались в команду. Хоть что-то хорошее во всем этом.

Нужно идти в библиотеку, слишком запутано все и непонятно для меня.

Наверняка там есть полный свод правил проведения этих турниров. Да, и там моя любимая болтливая старушка, та еще сплетница, заодно разузнаю все про лириду Торсон.

Проверенные пирожные из лучшей кондитерской города сработали и на этот раз.

— Какая хорошая девочка, прям как в старые времена! Не то что эти, ири нынче пошли наглые, да невоспитанные, никакого уважения от них не дождешься, — щедро делилась своим мировоззрением со мной библиотекарь.

— Да-да, — подпевала я ей изо всех сил, — абсолютно с вами согласна. Кстати, я вот недавно попала в такую неприятную ситуацию, вы не представляете, такой стыд, такой стыд.

Женщина навострила уши, явно надеясь на эксклюзивную сплетню.

— Мой катар нашел серебряный браслет и нацепил его себе на шею, а лирида Торсон, — я заговорчески понизила голос, придвигаясь ближе, — как раскричится, когда его увидела, вором его обозвала, а браслет-то он на чердаке Красной башни нашел, какое тут воровство? Но все равно стыдно так было. И откуда там ее браслету взяться? Непонимаю.

Я сокрушенно покачала головой, очень надеясь, что добрая женщина сейчас меня просветит.

Библиотекарь не сплоховала,

— Ох и история там была, давно, правда, это было еще при лирдайсе Гринде. У Терезы сестра близнец была и жили они там вместе, пока в Академии учились. Тихие обе, трудолюбивые, а потом, уже под конец обучения, жених Терезы и сестра пропали, что там и как я не знаю, но думаю я, сбежали они, увела поганка жениха-то у сестры. А та с тех пор одна и осталась.

— Какой ужас! У родной сестры? — Сделала я большие глаза.

Подозрительно…

Будь я Терезой, стала бы я носить помолвочный браслет человека, который сбежал с моей сестрой? Как-то объяснение Дени про погибшего жениха мне ближе, чем эта история.

— А лирдайса Гринда — это, простите, кто? — поинтересовалась я.

— Лирдайса Гринда да Вериленди была главой этой академии в те времена. Очень она этим сироткам сочувствовала, все заботилась о них, в комнаты при академии поселила. Терезу особенно привечала.

Старушка только еще больше разогрела мое любопытство, из фактов было только, что ни жениха, ни сестры с тех пор больше не видели.

Все остальное — домыслы настроенной на лирический лад женщины.

Нет. Тереза точно не стала бы тогда носить этот браслет. Скорее прокляла бы эту парочку в догонку, с ее то характером.

Вот бы найти эту Гринду да расспросить.

•••

Очень далекое прошлое…

Прошло тридцать три года.

Я стоял на балконе своего дворца, сложенного из камня и крови сотен. Теперь это был не Ур-Тал, а Нар-Арад — «Кровавый Свет».

Город раскинулся на десятки лиг, опоясанный тремя кольцами стен. В центре, у подножия дворцовой скалы, кипела жизнь: рынки, храмы, казармы. Дальше, во втором кольце, селились ремесленники и торговцы. В третьем, у самых стен, ютилась беднота — те, кто пришел в город на заработки и так и не смог пробиться выше.

А над всем этим, в замке жили они — черные маги. Наши потомки. Нас было уже почти три сотни. Рожденные от союзов первых пришельцев с урхами, они унаследовали часть наших сил, и их приспособляемость. И они были моей аристократией. Они были слабее нас, но то, что у них вообще была способность к магии крови, пугало меня. Если они унаследовали ее… значит, часть нашей изначальной сущности перешла им? Значит ли это что чем больше детей мы порождаем, тем меньше от нас самих остается? Пока я не знал этого наверняка, но догадка пугала.

— Любуешься?

Я обернулся. Рэлэн стоял в дверях, ведущих в тронный зал. Он почти не изменился за эти годы, магия помогала нам стареть медленнее. Те же холодные глаза, тот же хищный оскал. Только седина тронула виски.

— Смотрю, — поправил я. — Любоваться нечем. Это работа.

— Работа, — усмехнулся он, подходя к парапету. — Ты стал совсем стариком, Арэвэн. Ворчишь, как дед на внуков, да и тело так и не менял ни разу, а пора бы.

— А ты стал наглее.

— Я всегда был наглым. Просто раньше ты этого не замечал, потому что был занят своей светлой девой.

Я промолчал. Рэзэлиндэ… Она была где-то там, внизу, в лазарете, который построила для бедняков третьего кольца. Она все так же лечила, спасала, отдавала себя. И все так же пила кровь ровно столько, чтобы не умереть. Ни каплей больше.

Тридцать три года. Она изменилась, ее тело постарело, но главное было не это — внутри она угасала. Я видел это. Ее свет тускнел с каждым годом, с каждой новой казнью, с каждым новым законом, который я подписывал, скрепляя его кровью.

Но она была жива. И этого было достаточно.

— Зачем пришел? — спросил я, отворачиваясь от города.

— Вести с границы. Плохие.

Я нахмурился. Рэлэн редко употреблял слово «плохие». Обычно он говорил «интересные» или «требующие вмешательства».

— Арландария и Торгрод объединились, — продолжил он, протягивая мне свиток с красной печатью. — Их армии скоро пересекут границу. Двадцать тысяч. Может, больше. Идут на юг, к перевалам.

Я развернул свиток, пробежал глазами донесение. Разведчик писал, что войска хорошо вооружены, дисциплинированы, а в авангарде идут жрецы с золотыми символами, благословляющие солдат на бой с «кровопийцами».

— Двадцать тысяч, — задумчиво произнес я. — Много.

— Для людей — да, — кивнул Рэлэн. — Для нас — нет. Наших солдат тоже много. Вопрос в том, захотят ли они сражаться.

Я понимал, о чем он. Наша армия состояла из людей. Обычных урхов, которым мы дали оружие и обучили строю. Они были дисциплинированны, но горели ли они желанием умирать за нас? Вряд ли.

— Собери Совет, — приказал я. — Через час.

Совет черных магов заседал в круглом зале под дворцом. Стены здесь были сложены из красного камня, а свет давали магические светильники. В центре стоял круглый стол из цельного куска красного камня, за которым собрались два десятка сильнейших из первых.

Рэлэн сидел по правую руку от меня. Напротив — Кэлиэн, один из нас — первых, но его сущность почти растворилась в череде смененных тел, оставив вместо разума только жажду и хитрость. Мы слишком поздно поняли, как это влияет на наш разум и поплатились, первых стало меньше.

— Они называют нас порождением бездны, — начал Рэлэн, обводя взглядом собравшихся. — Идут сжигать наши города и резать наших подданных. Предлагаю не ждать. Я возьму пятьдесят магов, устрою засаду в горах и вырежу их авангард. Пусть остальные побегут в панике, а мы будем гнать их до самой Арландарии.

— А если не побегут? — подал голос один из молодых. — Если жрецы удержат строй?

— Тогда мы вырежем всех, — пожал плечами Рэлэн. — Пятьдесят магов против двадцати тысяч людей. Мы справимся.

— Мы справимся, — согласился я, и все взгляды обратились ко мне. — Но ценой скольких магов? Пятерых? Десятерых? Каждый из нас стоит тысячи людей. Я не собираюсь менять наших на их солдат.