Глава 10

Настоящее…

— Рат-Тер-Кта-Кат-А-Харр! — Выразительно произнес лирд Морган с кафедры тератологии, ведущий у нас «Оживление», и гадкая куча материалов на его столе окуталась полупрозрачной дымкой и притянулась друг к другу.

Колючий кустарник в горшке, что-то дохлое, кажется, бывшее при жизни помесью кошки и ежа… бодро собралось в единое целое и существо в горшке встрепенулось, сделало движение в сторону препода, но тут же поджало длинные шипы, встретившись с его строгим взглядом.

— Маме таких наделаю, — тихо хихикнула Дени, пока преподаватель отвернулся, чтобы записать на доске слова. Я приложила палец к губам, призывая ее к молчанию, не хватало, чтобы нас с урока выгнали за ее болтовню, я только-только начала понимать, что и как надо делать.

— Как вы все знаете, такие создания недолговечны, в зависимости от ваших магических сил, они проживут от нескольких минут до суток. Рат — растение — в этой формуле означает растительную часть материалов, Тер — вещь, а Кта — собственно то, что вы хотите сделать, — соединение и Кат — существо, означает что в результате вы хотите соединить растение и существо. А-харр — оживление соединенного результата.

Результат сидел в своем горшке и изображал кактус с глазками.

— Харр, — хрипло произнес учитель и существо в горшке резко усохло и осыпалось.

Интересно, если так Харрнуть на что-то более крупное, типа одного неприятного блондина, он тоже того… развоплотится? Или это только на созданные тобой создания действует?

Я посмотрела на суповой набор, лежащий передо мной на столе. Чьи-то косточки, какая-то ботва, металлические запчасти непонятного назначения и живая медуза в банке. Мы сейчас это собирать в монстрика будем?

Лирд Морган был моим любимым лектором, потому что объяснял он все очень дотошно, как для тупиц. Которыми, видимо, и считал всех первокурсников. Чему лично я была очень рада.

— Но таким простым способом можно получить лишь самых простых големов, состоящих не более чем из пяти ингредиентов. — Продолжал просвещать нас лектор. — При чем соединятся они в случайном порядке, раз вы не задали им очередность соединения и не факт, что выйдет нечто жизнеспособное.

Лирд Морган обвел взглядом аудиторию, проверяя все ли глаза смотрят на него.

— Если результат вас не устроил, ну или вы просто не хотите уничтожать ингредиенты, вместо — харр следует использовать приказ — а-кта, чтобы разъединить ваше создание на составляющие. Приступайте.

— Рат-Тер-Кта- Кат- А-харр! — раздавалось со всех сторон и я, уже привычно порезав себе палец, тоже сказала, — рат- кта- кат- а-харр!

Ну просто любопытно было, каким именно случайным способом ботва передо мной с медузой соединиться может… Получилось миленько… эдакий куст наоборот, ботва воспряла и зазеленела молоденькими листочками, прилепившись под купол медузы вместо щупалец, которые там были раньше. Правда, сидеть в банке оно больше не хотело. Медуза, бодро перебирая зелеными плавниками- листьями, настойчиво пыталась выбраться из банки.

— А-кта! — Я быстренько разъединила получившееся, пока учитель не заметил мое баловство. Собрала все заново уже вместе с остальными ингредиентами.

— Для создания качественного голема, тературги используют сердца, — обрадовал нас учитель.

У меня нервно дернулся глаз. Какие еще сердца? Покосилась на сокурсников, все сидели спокойно, значит и правда все в курсе, кроме меня.

— те, кто выберет специализацию тературга, научится делать их на втором курсе обучения, остальным эти знания ни к чему.

Урок шел к концу, а я только во вкус начала входить. Я вдруг поняла, что мне нравилось учиться в этой Академии.

Все странно, немного жутковато, местами противно, но так интересно.

Создавать мелких монстров у меня получалось прекрасно, наверное, бурная фантазия, выросшего на ужастиках ребенка, помогала. Да и формула была простой, перечисляешь все части и говоришь слово их соединяющее.

Урок был последним и после я собиралась отправиться в библиотеку, вернуть пару книг, ну и со старушкой- библиотекарем посплетничать.

Очень она это дело уважала.

Мой вечно мрачный вид сразу вызвал у нее непонятную мне симпатию, почему-то она решила, что я девушка порядочная, серьезная, не то что эти…

Кто именно эти, я уточнять не стала, видимо, все остальные первокурсницы, а может и студентки вообще…

Но на нашем с Дени пути встал Ив…

— Привет, Розалинда, можно с тобой поговорить, наедине, — он выразительно посмотрел на Дени и та, вежливо кивнув, сказала, — я в общежитие, буду ждать тебя там.

Ив подхватил меня под локоток и направился в неизвестном направлении подальше от моих однокурсников, — Хотел попросить тебя об одолжении, — проникновенно прошептал он, наклонившись к моему уху.

По уху прошлось его теплое дыхание и меня передернуло.

— Что тебе нужно?

— Видишь ли, у меня тут намечается интересный эксперимент и единственное, чего мне не хватает — это жертвенной крови. А я за это тебя на Зимний бал приглашу.

Я посмотрела на него недоуменно, это он на мою кровь что ли губы раскатал? Еще и в качестве награды… на бал приглашает? А типа просто так меня пригласить много чести?

— Я не пойду на бал, у меня без этого дел хватает, — собрав в кучку всю вежливость, какая во мне была, ответила я. Тут то бы ему и отчалить по-добру по-здорову, но Ив не отступал.

— Мне очень нужна кровь, Розалинда.

— И? Причем тут я?

— Ну ты светлая…

Мысленно хмыкнула, вспомнив, как я тут появилась… Знал бы ты, Ив, с кем связался… я, конечно, не она, но тоже не самое светлое создание на свете.

— И что? Моя кровь мне и самой пригодиться, с чего мне давать ее тебе? Балы и твое общество меня не интересуют.

— По старой дружбе? — Ив состроил милую мордашку, но я только насмешливо посмотрела на него в ответ.

— Нет. Никакой дружбы у нас не было.

— Хорошо, а если за деньги? Крови мне надо не так и много, за пару суток все восстановишь, при правильном питании, а мне ну очень надо.

— Нет, обратись к кому-нибудь другому, у меня с деньгами все в порядке, — резче, чем хотела, ответила я.

Нет, ну достали эти серые в самом то деле. Крови им всем подавай, ну этот хоть раздеваться не предлагал, пока…

— Ты уверена что ты светлая? Такая вредная… и крыс твой, — Ив скосил глаза на мое плечо, крыс и правда ощерился на серого, глаза прищурены, длинный хвост с кисточкой бьет из стороны в сторону раздраженно, мой лев!

— Уверена, Ив, мы добрые, милые существа, если с нас крови сцедить не пытаются, вот тогда мы звереем, правда Мрак? — Я почесала пальцем грудку крыса и тот немного успокоился.

— Не дам я тебе своей крови, отстань от меня, Ив, — у меня наконец-то получилось отобрать у серого свою руку, когда мне на помощь подоспел Ной.

— Он тебе досаждает? — Выглядел он довольно внушительно, магия магией, но силушкой Ной был не обижен, кулаки у него были, как мои три, и сейчас они были сжаты.

Ив моего защитника оценил, видимо, потому-что драки в коридоре устраивать не стал, хотя, судя по взгляду, ему хотелось.

— Слишком здоровенные первокурсники пошли, — хмыкнул насмешливо Ив, делая шаг от меня в сторону. — И жадные к тому же.

Ох, чую, припомнит он мне этот отказ…

Мы с Ноем ушли и лично я очень старалась не оглянуться, потому как чувствовала спиной взгляд.

— Ты же понимаешь, что он сильнее? Он же второкурсник, еще и серый, — Вместо спасибо спросила я Ноя.

— Понимаю, но расчет был на то, что магией драться он не будет, тем более с первокурсником, такое не одобряется, а вот без магии, я вполне могу за тебя постоять.

— Спасибо, Ной.

— Можно я тебя до общежития провожу? — и в голосе надежда такая, что стало неудобно отказать… Пришлось признаваться.

— По плану я сейчас в библиотеку, книжки сдать и с библиотекарем посплетничать.

— Посплетничать? — Удивился Ной.

— Ну да, мы девочки любим такое, — улыбнулась я.

— Никогда бы не подумал, что тебе нравятся сплетни, — удивился Ной.

— Иногда это единственный источник нужной информации, — загадочно ответила я.

Ной вопросов больше задавать не стал, но до библиотеки со мной все же прошелся. Проводил до самых дверей.

— Как всегда вовремя, — улыбаясь, приняла мои книги библиотекарь, да, я такая, чего не сделаешь, чтобы быть на хорошем счету.

— Можете посоветовать что-то для начинающих? Хочу повторить основы, ведь они — краеугольный камень всего, — с умным видом попросила я.

— Какая же ты умница, — ни за что похвалила меня библиотекарь и пошла рыться в своих закромах.

В итоге я разжилась довольно увесистым томом, сборником всех базовых заклинаний. Будет что почитать… по ночам. К моему удивлению, Ной никуда не ушел, ждал меня у входа в библиотеку.

— Решил все же проводить, мало ли, — заявил он, а я пожала плечами, Ива я не особо опасалась, он, конечно, старше и серый, но бояться его не получалось.

— Давай сходим в город, — внезапно предложил Ной, вырывая меня из мыслей о серых старшекурсникам.

— В город?

— Ну погуляем, поедим пирожных, или что захочешь.

Он что на свидание меня зовет? Посмотрела на парня задумчиво. Нет, он очень даже ничего… Высокий и плечи такие… блондин, правда, но кто не без недостатков? Светлый опять же, а значит крови моей точно не жаждет, в отличии от некоторых.

— Да как-то времени особо нет, — неуверенно ответила я.

— Да ладно тебе, сколько на это времени надо. Не только же учиться всю жизнь.

Ной смотрел на меня, ожидая ответа, а я не знала, что сказать, понятное дело, время-то я найду, но обнадеживать парня, явно рассчитывающего больше, чем просто на дружбу, мне не хотелось. Но и ходить на свидания с ним я не собиралась.

— Прости, но ты не в моем вкусе, хочешь общаться, так я с удовольствием, но на свидания я ходить не собираюсь. Не нужно мне это.

Ной вздохнул, взъерошил свои длинные волосы и тяжело вздохнув сказал, — Ну ладно, я подожду.

Да что ж такое? Я вовсе не это имела ввиду!

Ко входу в Красную башню мы пришли оба недовольные. Лирида Торсон сделала вид, что жутко занята, что-то записывая в свою тетрадь, и я беспрепятственно поднялась на свой этаж.

Нужно было еще подготовиться к завтрашним занятиям. Я старалась заранее читать то, что мы будем изучать на следующем уроке, чтобы хоть примерно ориентироваться в предмете.

На завтра у нас была лекция об органических ядах, по зельеварению. Отражающие заклинания по защитной магии, урок по тактике и стратегии по боевой и оживление по тератологии.

Я прилежно читала свои учебники до глубокой ночи. Обнаглевший Мрак два раза приходил на кормежку. Он очень быстро освоился в новых реалиях и перестал бояться меня.

Даже наглел иногда. Браслет он себе выбрал из моего самого роскошного комплекта и теперь щеголял в ошейнике с крупными рубинами. Пришлось отдать, раз уж пообещала. А ведь я его сама еще ни разу не надевала!

•••

Очень далекое прошлое…

Ночью она пришла ко мне.

Я лежал в постели, глядя в потолок, и обдумывал планы на завтрашний ритуал. Нужно было рассчитать силу, с которой кровь этих шестерых вольется в защитный контур. Если все сделать правильно, стена простоит еще сто лет, не поддаваясь ни осадам, ни магии.

Дверь открылась без стука. Только она могла войти так.

Рэзэлиндэ стояла на пороге в белом, тонком одеянии, и лунный свет, падающий из окна, делал ее похожей на призрака. Но она не была призраком. Она была живая, теплая, и ее глаза горели тем огнем, который я любил больше всего на свете. И ненавидел. Потому что сейчас в них горел не свет любви, а свет праведного гнева.

— Я узнала о сегодняшнем приговоре, Арэвэн.

Я вздохнул. Медленно сел, опершись спиной о резное изголовье.

— Рэзэлиндэ, уже поздно. Иди ко мне.

— Среди них был юноша, — не сдвинулась она с места. — Тот, что просто защищал свою сестру.

Я промолчал.

— Ты знал об этом?

— Знал.

— И ты все равно приговорил его? — В ее голосе звякнула сталь, та самая, что появлялась только в спорах со мной.

— Рэзэлиндэ… — я устало потер переносицу. — Давай не начинать. Я устал.

— А я устала просыпаться в городе, который пахнет страхом! — Она шагнула вперед, и лунный свет скользнул по ее лицу, обнажая бледность и круги под глазами. — Ты строишь империю на крови разумных, Арэвэн. На крови таких, как он, просто напуганных людей, они не угроза нам.

— Я строю порядок, — мой голос оставался спокойным, хотя внутри уже закипало раздражение. — Посмотри вниз. Посмотри на этот город. Когда мы пришли сюда, люди убивали друг друга за кусок тухлого мяса. Теперь у них есть дома. Еда. Защита.

— Ценой свободы.

— Свобода умирать с голоду в зубах у дикого зверя? — Я поднялся с постели и подошел к ней. — Рэзэлиндэ, я беру кровь у немногих, чтобы спасти многих. Разве не этого ты хотела? Чтобы большинство было счастливо?

— Это не счастье, — прошептала она, отводя взгляд. — Ты не чувствуешь их, Арэвэн. Ты не чувствуешь никого, кроме себя. И меня. Для тебя они — цифры. Ресурс. Ты смотришь на них сверху вниз и не видишь людей.

— Потому что они не люди! — вырвалось у меня громче, чем я планировал. — Они — урхи. Они живут пятьдесят лет, если повезет. Они рождаются, едят, совокупляются, умирают. Они даже не успевают понять, кто они такие! Что мне в них чувствовать?

— Я тоже урха, — тихо сказала она, глядя мне прямо в глаза. — В этом теле.

Это ударило под дых. Я замер.

— Ты — Рэзэлиндэ, — выдохнул я. — Моя Рэзэлиндэ.

— В теле урхи. Которая берет их кровь чтобы иметь возможность творить магию. Которая живет за счет их смертей. И я каждый день спрашиваю себя: где грань, за которой я перестаю быть собой и становлюсь чудовищем?

Она развернулась, чтобы уйти. Я не позволил. Схватил за руку, развернул к себе, прижал к груди. Она попыталась вырваться, но я держал крепко.

— Отпусти.

— Нет.

— Арэвэн…

— Нет, — я зарылся лицом в ее волосы, вдыхая знакомый, уже родной запах. — Я не спорю с тобой. Я не могу спорить. Я могу только любить тебя. Этого достаточно?

Она замерла. Потом, медленно, ее руки поднялись и обвили мою шею.

— Этого мало, — прошептала она. — Но это все, что у меня есть.

Я подхватил ее на руки и понес к постели. В этот раз все было иначе. Не то безумное, отчаянное единение первых раз, когда мы познавали свои тела. Не та нежность, что была после. Сегодня была жажда. Жажда стереть все слова, все обиды, все проклятые споры о том, кто прав, а кто виноват. Жажда раствориться друг в друге, чтобы не слышать криков тех, кого завтра поведут на алтарь.

Ее пальцы впивались в мою спину, ее губы искали мои, и когда мы слились в одно целое, мир вокруг взорвался. На миг, всего на миг, я снова почувствовал то, что чувствовал в нашем мире. Ее сущность, переплетенную с моей. Ее мысли, ее боль, ее любовь — все это хлынуло в меня, омывая черноту, что годами копилась в душе.

А потом все стихло. Мы лежали, тяжело дыша, переплетенные телами и душами. Она уснула первой, уткнувшись носом мне в плечо, такая хрупкая, такая живая.

Я смотрел на нее и думал.

«Ты права. Я не чувствую их. Я чувствую только тебя. И власть».

Я провел пальцем по ее скуле, стирая дорожку от слезы, которую она пролила, когда кричала мое имя в экстазе.

«И знаешь, любимая? Власть становится слаще.»

Завтра на закате шестеро умрут. Послезавтра их кровь будет течь в стенах, защищая тысячи. А потом я снова буду стоять на этой башне и строить планы.

Потому что я — Архитектор этого мира. Нашего мира.