Глава 8

Настоящее…

Дни шли. Как могла, я пыталась наверстать упущенное. Сидела часами в библиотеке, штудировала дополнительную литературу и словари.

Пока удача была на моей стороне и мне почти успешно удавалось скрывать свое невежество. А ведь приходилось делать все это в тайне от Дени и остальных. Зато я изучила Академию лучше любого другого первокурсника. Обшарила практически все пыльные углы. Ну, куда меня пускали, конечно.

Я говорила Дени, что иду писать стихи в сад или библиотеку, иногда и правда это делала. Ничего не сочиняла, конечно, просто вспоминала выученные когда-то стихи и записывала в тетрадь.

Но чаще, как шпион, пробиралась куда-нибудь в пустой класс и упражнялась в магии, оттачивая до автоматизма самые простые заклинания. То, что остальные выучили еще будучи детьми.

Сегодня мне не везло, наверху все было занято и я спустилась на нижние этажи.

Нас часто предупреждали, что не стоит соваться туда, потому что, негласно, это территория серых старшекурсников, но там было много комнат для тренировок, защищенных и оборудованных всем необходимым, а это именно то, что мне необходимо. Потому что я вечно боялась что-нибудь сломать, сжечь или поранить кого-нибудь ненароком.

Это мешало.

Первокурсникам там тоже было можно заниматься, но считалось, что мы еще ничего такого не умеем, что следует творить в специально отведенном для этого месте, поэтому старшие курсы спокойно выпроваживали младших с нижних этажей. Мне это казалось глупостью, от таких неучей как я точно будет больше вреда.

Спалить Академию я боялась больше, чем встречи со старшекурсниками, истории с карандашом мне хватило. К тому же, ну не верилось мне до конца, что мне тут могут причинить вред, все таки учебное заведение, да еще и для знати… а зря!

Двери в каменные тренировочные комнаты имели небольшие оконца, можно было заглянуть внутрь, толком ничего не увидишь, но понять, есть там кто-то или нет, можно.

Я и заглядывала, пока не наткнулась на комнату, где не сверкало, не переливалось и не было видно в окошечко ничего шевелящегося.

А там ничего и не шевелилось, когда я зашла внутрь…

На каменном полу, щедро украшенном рунами, совершенно неподвижно лежала голая девица, ее руки были раскинуты в стороны и касались красиво выведенных рун, пальцы были в крови.

За ее головой так же неподвижно сидел такой же голый тип и держал окровавленную руку на ее лбу. Чем они вообще тут занимаются?

Я быстренько попятилась назад к приоткрытой двери, но тут парень резко вскинул голову, откидывая длинную челку, и уставился на меня жуткими светящимися голубыми глазищами, его губы шевельнулись и дверь за моей спиной с грохотом захлопнулась.

Девица даже не вздрогнула, а я во все глаза наблюдала за тем, как он очень медленно встает, демонстрирует мне, что голый полностью, вот прям совсем, и также неторопливо идет ко мне.

Мама!

Судя по его взгляду, нас с крысом сейчас будут убивать!

— Ты! — Очень невежливо поприветствовал меня серый.

— Ты помешала ритуалу!

— Я больше не буду, — очень честно предложила я, упираясь спиной в закрытую дверь, пятиться дальше было некуда, а голыш приблизился уже почти вплотную.

— А больше и не надо! — Рявкнул на меня тип и замер, нависая надо мной своей голой, но от того не менее устрашающей фигурой. — Ты помешала!

— Я просто искала пустую комнату, — попыталась объяснить я, взгляд то и дело пытался сползти ниже от его груди, куда почти упирался мой нос, прямо по гладкой коже живота… Стоило усилий не смотреть ниже.

— Первокурсница?

— Ддыааа, — глупо проблеяла я.

— Понятно. Значит так, сейчас раздеваешься, и произносишь формулу дарения крови, поняла?

Ну вообще-то нет, не поняла, с чего бы, что за хозяйские замашки? Подумаешь, тренировку прервала, теперь сразу раздеваться? Да даже если б я знала эту самую формулу, фиг ему, а не моя кровь!

— Не собираюсь я раздеваться! И кровь моя останется при мне, — злобно сказала, уставившись в глаза этому хаму. Кажется, он удивился. Хотя с чего бы?

— Отойди от меня, ты же голый! — пискнула я храбро.

Парень скривил красивое лицо, словно лимона куснул, но потом растянул губы в хищной усмешке и приблизился еще.

Вот же наглая рожа!

Мое лицо вспыхнуло жаром, стою, наверное, сейчас вся красная, а этот пялится на меня, словно только сейчас решил разглядеть как следует.

— Как тебя зовут, малышка?

Он что, решил пофлиртовать? Уставилась возмущенно на наглого голого мага. У него одна девица без трусов на полу валяется, кровь ему дает и неизвестно, что еще, а он ко мне подкатывает? Думает, я рядом с ней прилягу?

— Так как твое имя?

— Тебя это не касается! Я уже ухожу, — с этими словами я поднырнула под его руку, выбираясь из опасной для моей девичьей чести близости к обнаженному мужскому телу. А парень сделал шаг от двери.

— Эта комната не пустая и ты мне помешала, теперь все заново начинать! Ты вмешалась в проведение моего ритуала, а я готовился к нему неделю! И даже имени своего не хочешь сказать? Ты мне должна!

— Вовсе нет! Ничего я тебе не должна, втирай это другим дурочкам.

Кстати о дурочках… девичье тело на полу начало шевелиться, а потом раздался томный голосок с придыханием, — Милый, ты уже все?

У парня дернулся глаз, я состроила ехидную гримассу и таким же голоском пропела, — Мииилый, а пошел бы ты лесом? Ну или к своей добровольной жертве, а я пошла искать свободную комнату, и вообще, запирать понадежней надо, если уж такой важный ритуал! — с этими словами я развернулась на месте и проколола палец об отвор, прошептала, — сэ!

Дверь послушно открылась, чуть не съездив мне по лбу и я выскочила в коридор, словно за мной черти гнались.

— Еще встретимся, — раздалось злобное мне в спину. «Надеюсь, что нет», — подумала я. Академия-то большая… Первокурсниц тут много.

Комнату я все таки нашла, три раза проверила заперлась ли и только тогда начала свою тренировку.

Я отрабатывала то, что другие делали на автомате, с маниакальным упорством желающего выжить и потихоньку это приносило свои плоды.

Вспомнила же я это треклятое сэ! Пусть не сразу, но вспомнила! А значит я — молодец.

— Будем учиться магичить, — уверенно заявила я Мраку, спуская его с плеча. Крыс шмыгнул в самый дальний угол, явно стараясь уйти подальше от магичащей меня… вот и чем я заслужила такое недоверие?

— Лэ, — произнесла я, доставая уменьшенный справочник Урдалы из небольшой сумочки на поясе. Увеличивать и уменьшать у меня уже выходило на автомате. Проделать такое нельзя было только с зачарованными вещами, вроде учебников, защищенных магией от вандализма студентов… А вот ту же мебель, например, или одежду — легко! Очень удобное умение, только, к сожалению, кровь тратится тем больше, чем больше уменьшаемый предмет.

Что там у нас сегодня? Справочник с базовыми заклинаниями я заучивала подряд. Но сегодня не могла сосредоточиться.

— Та! — произнесла я, это означало «иди» по нашему, по магски, резать палец пока не стала, ходить тут все равно было нечему, кроме меня да крыса. Просто повторяла уже выученное в прошлый раз. — И-та — приди. — А-та — уходи.

Крыс попытался выполнить последнее, но я строго посмотрела на него и он замер на середине пути к двери.

Проклятый голый старшекурсник всплывал в самые неподходящие моменты. И волосы такие белые! А глаза… нет, ну я все понимаю, он злился, но в сочетании с этим ледяным цветом и угрюмым лицом, напугал он меня капитально.

— Э-та — следуй за мной. Что там еще осталось, а вот! То самое р-та, что в противоядии использовалось и обратное ему ар-та — впитать.

Теперь можно и поучиться новым словечкам…

К себе мы с крысом вернулись поздно, зато я выучила несколько новых рун и слов и, кажется, у меня неплохо получалось.

Когда я вспомнила, что завтра выходной радости моей небыло предела.

Я так устала от постоянного напряжения на уроках, от ожидания, что вот сейчас меня спросят о чем-то само собой разумеющемся, а я вообще не пойму, о чем вопрос и опозорюсь перед всеми… Наконец-то можно выдохнуть.

— Давай прогуляемся в город, мне нужно докупить кое-что, — сказала Дени и замерла в ожидании, прижав ладошки к груди.

— Если честно, я бы лучше посидела дома, — ответила я, но Дени состроила такое жалобное личико… Да и виновата я перед ней… не то, чтобы зеленый ей не шел, но с полной окраской я немного переборщила.

— Только не долго, — сдалась я, и она радостно заскакала по комнате… Ласка скакала вместе с ней, а мы с Мраком, недоуменно переглянувшись, отошли от них подальше, мало ли, вдруг это заразно…

Как же хорошо, что она такая отходчивая, я бы, наверное, так не смогла. Ее зеленой сделали и заставили просидеть так весь урок, а она вместо того, чтобы мне гадость какую сделать, счастлива от того, что пойдет со мной гулять… в моей прошлой жизни, мне такие люди не встречались.

Очень далекое прошло…

Прикасаться к ней, видеть как в ее глазах горит огонь желания было словно возвращение в наш мир, словно мы стали ближе, смогли снова проникнуть друг в друга, в мысли, в чувства друг друга.

Единство тел дарило ощущение и единства наших сущностей. Ее руки прикасались ко мне, к обнаженной коже и тело отзывалось сладкой дрожью, напряжением внизу живота, почти болезненным желанием разрядки и когда она наступила, этот мир, взорвавшись на миллиарды частиц, стал тем, из которого мы пришли.

— Арэвэн! — Вскрикнула она, содрогаясь вместе со мной в этом восхитительном взрыве, — ты видишь это? Ты чувствуешь?

В ее глазах горел свет и то чистое радостное счастье, которого я не видел с тех пор, как мы оказались в этом мире.

— Да, любимая, это как возвращение домой, — прошептал я, чувствуя как медленно это ощущение отступает, но оставляет после себя нечто… эхо ее любви во мне? Часть ее сути, что навсегда может остаться со мной? Что-то, чему не было названия ни в нашем языке, ни в языке этого мира.

Попробовав однажды, мы делали это снова и снова, находили в этом радость, утешение и то чувство единения, пусть и на краткий миг, что потеряли обретя тела. Мы изучили наши тела, научились принимать их слабости и желания.

А Рэзэлиндэ научилась улыбаться мне.

— Сегодня я спасла жизнь торговцу из дальних земель, а еще мальчику, он родился, но не мог дышать, — ее лицо светилось и я готов был вечно смотреть на нее.

— Вот видишь, две жизни за пару глотков крови, разве это не стоит того, Рэзэлиндэ?

Она помрачнела, свет померк в ее глазах, но она все же кивнула мне. — Наверное, стоит.

Я обнял ее хрупкие плечи, прикоснулся губами к волосам, — точно стоит, спроси того торговца или родителей мальчика, они скажут, что да.

— Арэвэн, ты же понимаешь, дело не в количестве… — она прижалась ко мне сильней, — я боюсь… боюсь привыкнуть, хотя, наверное, зря. Эти тела, они ведь не бессмертны, мы ведь уйдем потом?

Она замерла в моих объятьях, ожидая моего ответа.

— Что ты имеешь в виду? Уйдем? Зачем нам уходить? Мы ведь можем менять тела бесконечно долго, любимая.

Я не стал говорить ей, что с трудом сдерживал часть наших от перехода в другие тела даже сейчас. Многие не хотели довольствоваться тем, что им подарил случай, они хотели выбирать. Сильнее, красивей, моложе. Они точно не захотят уходить, когда время жизни этих тел истечет. Но как сказать ей об этом?

— Я не хочу. Когда это тело состарится, я хочу уйти, покончить с этим.

— Нет! Ни за что, Рэзэлиндэ! — мои руки сжались вокруг нее сами. Я не мог ее отпустить. Она смотрела на меня своими прекрасными лучистыми глазами, в них было понимание и упорство. Желание настоять на своем.

— Наш конец, конец всего нашего мира настал так… внезапно. Но сейчас у меня было время подумать, любимый, — она погладила меня по щеке, — я думала и я не хочу прожить вечность здесь. Этот мир, эти тела не предназначены для этого. Все жизни здесь — краткий миг, но он яркий, полный чувств и ощущений, ты понимаешь?

Я понимал. Но не хотел с ней соглашаться. К счастью, у нас впереди еще было много лет, я знал, что заставлю ее передумать.

Но мысли о том, что делать, когда эти тела состарятся, теперь часто посещали меня.

— Ты хочешь сказать, что я должен лежать и гнить в этом теле, если, например, сломаю себе спину? — рассмеялся Рэлэн, когда я пересказал ему наш с Рэзэлиндэ разговор.

— Она слишком жалостливая к низшим. Я вообще не понимаю, почему мы не можем менять тела хоть каждый день, они все равно мрут сотнями в этом мире, какая разница, десятилетием раньше или позже?

По большому счету, я был с ним согласен. Срок жизни людей казался нам мгновением, другое дело мы… существа, привыкшие к вечной жизни, как смириться с тем, что теперь это не так? Тем более, когда рядом легкий способ исправить это.

Тогда мы еще не знали, что чем чаще наш разум меняет тела, тем быстрее деградирует…

Наше влияние росло, а люди под нашим началом процветали. Мы дали им так много, а брали всего лишь кровь.

Многие из нас, стали брать больше, чем нужно чтобы просто жить, но людей было так много и они так быстро размножались.

Магия подчинялась нам, только если мы были сильны, а еще лучше, если крови было очень много. Мы могли почти все, если ее было достаточно.