Глава 28

Драконий замок.

Рихтан фон Логар понял, что что-то происходит, когда в карауле остался всего один стражник.

Колдун выждал момента, пока его единственный охранник отойдет по нужде и поспешил к решетке. Из темницы драконьего замка мало что можно было услышать. Особенно без магии. Но это не так беспокоило второго принца Хелдона, как то, что переворот начался раньше времени.

— Что у них там происходит? — пробормотал он себе под нос и прикрыл глаза.

За то время, что он просидел в заключении, мужчине удалось найти изъян в ауре артефакта. Герцог де Лавинд был прав, когда предупреждал, что браслет нестабилен. Но это не недоработка, это запланированная функция.

— Шума не избежать.

В следующую секунду браслет на руке некроманта взорвался, разлетаясь на две половины. Рихтан зашипел сквозь зубы от боли, зажал ладонью рану.

— Что тут происходит?! — по коридору уже спешил его единственный соглядатай.

— Побег, — осклабился Рихтан и щелкнул пальцами.

Лорейн Атрикс/Ирис де Вальде.

Драконий замок горел. Самая высокая башня осыпалась камнями, проломила крышу основного здания. Стекла в окнах полопались от жара, но основная часть не подверглась нападению. Адахар принял мой план, хотя и не был с ним согласен. И от драконьего пламени уже занимался парк. Деревья превращались в огромные спички. Пламя, как зачарованное, перебрасывалось с растения на растения, уничтожая все на своем пути. Постройки и защитная стена оплавились, осыпались камнями. Теми самыми, которые закалила в своем огне мать Адахара.

“Ирис, осторожнее!”

Я видела, как оживают статуи у главного входа. Превращаются в магических големов и встают на лапы. Отреагировать не успела, Адахар пронесся над ними черной тенью, поливая жидким огнем.

Големы потонули в нем на секунду, а через мгновение раскалились до красна и развалились на части.

— Давай же, — пробормотала я под нос, гипнотизируя взглядом главный вход. — Ты не пропустишь возможности подчинить себе настоящего дракона. Ты же знаешь, что я сбежала. Знаешь, что я тут.

Адахар хотел сжечь замок, уничтожить до основания. Его не волновало, что внутри не только поданные Хамарта де Лавинда. Дракон рычал от той боли, которую у меня отобрал. И желал отомстить.

Да только тогда бы на моих руках была смерть Анира. А этого допустить я никак не могла. Я нашла выход.

Сейчас я стояла в центре огромного пожара и наблюдала за тем, как ревет мой дракон. Как Адахар поливает огнем императорский замок. Как трубит, облетает башни, обдает пламенем верхние этажи. Как в окнах лопаются стекла, как осыпается уцелевшая до этого момента крыша, проседают камни на стенах.

Герцога я увидела не сразу. Лишь почувствовала давление чужой воли. Попытку подчинить меня. А через меня завладеть и сознанием дракона.

Все же не хочешь его смерти. Ты хочешь его подчинить. Как я и думала. Отлично.

Обернувшись, я встретилась взглядом со своим мужем. Он спешил в мою сторону от закрывающегося портала, защищался ледяным куполом от подползающего к нему пламени. Лицо Хамарта кривилось от злости, он что-то кричал. Но я ничего не слышала, все звуки тонули в драконьем реве.

— Ирис, преклони колени, — этот приказ я почувствовала каждой клеточкой своего тела.

Но вместо того, чтобы подчиниться, только вскинула подбородок и сформировала перед собой магическую сферу. Секунда, и она устремляется в герцога. Тот отводит ее легким движением руки, и продолжает приближаться ко мне. Все еще удерживает щит от огня, следит взглядом за Адахаром.

Давление на меня усиливается. С каждой секундой все сложнее сохранять разум. Но близость крылатого друга помогает. Он в силах частично рассеять влияние Хамарта. Мужчины, который заслужил смерти. Который должен умереть. Но не забрать с собой моего брата.

Потому мое следующее заклинание в разы слабее предыдущего. Хамарт это чувствует, усмехается. Думает, что его власть надо мной сейчас возьмет верх.

Адахар не вмешивается. Но уничтожает еще нескольких големов, которые слишком стремительно направляются в нашу сторону из замка. Те тонут в драконьем огне и теряют иллюзию жизни.

— Подчинись мне, Ирис!

Я чувствую злость герцога, которая обжигает меня изнутри. Но выдерживаю. И вновь бью чарами.

Он уже слишком близко. Де Лавинд явно намеревается навесить на меня кандалы и новый артефакт, запрещающий колдовать. После чего запрет в клетке и будет издеваться, пока не сломит меня.

Именно этого он хочет. Об этом думает. Я чувствую.

— Ты проиграл, — произношу я и открываю перед собой портал. — Ты слабее Эвуда.

Я делаю шаг вперед и знаю, что он последует за мной. Я чувствую это точно так же, как и то, что давление от его желаний усиливаются. Он приказывает мне не закрывать портал, не подозревая, что я заманиваю его в ловушку.

Запах гари остается позади. Меня встречает зеленью и цветением парк Алой академии. Я удерживаю портал открытым, а сама делаю шаг вперед. Преодолеваю невидимую границу и оказываюсь у озера с черной гладью. У Ведьминого омута.

Через мой портал проходит человек. И после этого я его закрываю.

— Ирис!

Он бросил свой замок. Своих людей. Его не интересует тот бой, что сейчас идет за зачарованными стенами. Он не боится потерять своих защитников. Сейчас ему важнее поймать сбежавшую наследницу де Вальде. И подчинить себе ее дракона.

— Так вот, что скрывалось в Лунном дворце, — он следует за мной, совершенно не обращая внимания на ауру, что буквально кипит у мистического озера. — Дракон?

— Зря ты тогда нас с ним отпустил, — поддеваю я его.

Ментальный удар оказывается неожиданно слишком сильным. Я сгибаюсь пополам, хватаю ртом воздух. Его влияние на меня усиливается. Адахар не последовал за нами. Я попросила его помочь людям там. Тут я справлюсь сама. Потому что так хочет судьба.

— Ты даже не представляешь, как меня разозлила, — его голос бьет плетью, а вслед за этим летит заклинание сети.

Оно разбивается о появившийся щит. Я вливаю в защиту больше половины своего резерва и улыбаюсь. Хамарт мог уже догадаться о моих планах, но его разум затмило существование дракона. И легкость, с которой его можно заполучить.

— Подчинись, жена!

Клятва, что связала нас, скручивает меня в рог геонского барана. Но щит продолжает стоять, не подпускает мужчину, не пропускает чары.

Давай! Еще чуть-чуть! Еще немного!

Появление первой бестии я не вижу, я чувствую. Водная мантикора, за не на поверхность выскальзывает китрам, вспархивает гарпия.

Маги и ученые до сих пор не знают, как из Ведьминых омутов появляются бестии. Почему приходят на всплески магии.

— Убить его, — усмехаюсь я, приручая появившихся бестий.

Они моментально бросаются вперед. Мантикора рычит, метит в горло мужчине. Китрам перекатывается студнем по земле, поднимает передние щупальца. И я знаю, что Хамарт видит огромный круглый рот и сотней тонких острых зубов.

Гарпия вопит и нападает с воздуха. Ее сносит огненным заклинанием, испепеляя прямо в воздухе. А из омута лезут все новые и новые бестии.

Они подчиняются моему дару. Я уже не держу щит, только стою у кромки воды и наблюдаю за тем, как Хамарт все больше выматывается. Все больше магии из него вытягивает это место.

Я упиваюсь силой, чувствую всех бестий, как саму себя. И отдаю новый приказ.

Китрам добирается до моего врага, обвивает ноги толстым щупальцем и роняет того на землю. Его сородич наваливается на герцога и одним резким движением, прижимает. А водная мантикора, которая поймала собой два смертельных заклинания из последних сил бросается вперед и с рыком впивается клыками колдуну в пах.

Я слышу его крик, полный боли и отчаяния. Упиваюсь им и улыбаюсь.

— Месть не приносит облегчения, Рихтан, — тихо произношу я. — Ты прав. Месть уравновешивает лишь чаши весов.

Я чувствую запах крови. Через своих бестий, их нюхом. И в тот же миг мир взрывается. Яркая вспышка разбрасывает бестий в стороны, калечит тела. Я теряю связь с ними, как нити — одну за другой.

Хамарт встает. Раны затягиваются на нем в несколько мгновений. Только кровь, запекшаяся на одежде, подтверждает, что все это не приснилось мне.

— Ты допустила одну большую ошибку, — злобно шипит колдун.

— Кровь, — я ругаю себя за свое слепое желание сделать ему больно. Нужно было просто убить, а не давать магу крови силы.

— Горейн Эвуд умер от яда, парализующего. Не дающего крови дать ему сил…

Омут Ведьм тих. Несмотря на количество выплеснутой в воздух магии, из него больше не появляются бестии. Мы остаемся с Хамартом де Лавиндом один на один. И от страха у меня сжимается сердце.

— Ты слишком слаба, Ирис, — произносит он, разводя руки в стороны, — побоялась даже убить меня. Ведь моя смерть повлечет гибель Анира Атрикса.

— Не повлечет, — я готовлюсь отразить его удар щитом и молю высшие силы вновь активизировать Омута Ведьм. — Ведь ты умрешь не во время переворота, не из-за его действий.

— Ты тут из-за его действий, — ухмыляется Хамарт. — Подчинись мне, и я прощу тебе эту ошибку.

Магия слетает с его пальцев широким алым лезвием. Я ставлю щит за секунду, и тут же отлетаю назад от силы удара. Меня отбрасывает прямо в Омут. Вода вязкая, как масло, тянет на дно, утаскивает подводными течениями.

— Признай наконец свое поражение, Ирис де Вальде.

Я смотрю на него снизу вверх, пытаясь выплыть. Мою магию высасывает озеро до последней капли. И вот я вновь одна рядом с этим монстром, и вновь беспомощна.

“Откусить голову или разорвать на части?”

Этот голос! Это!

Я недоверчиво поднимаю взгляд к небу. Чувствую, что меня вновь подчиняет себе чужая воля. Принимает мое молчание за согласие.

“Кова?”

Мое сердце бьется настолько бешено, что вот-вот выскочит из груди. В голове не укладывается.

А королевская виверна выныривает из облаков и входит в пике. Хамарт не видит ее, не чувствует. Он магией вытаскивает меня на землю и говорит. Что-то о послушании, о драконе, об артефакте.

“Отбрось его, Лори”.

Вскидываю взгляд на Хамарта де Лавинда, который подошел уже слишком близко. Вижу недоумение на его лице, полную уверенность в том, что ему удалось подчинить меня своей воле.

И толкаю его в грудь.

Колдун отступает на шаг. А через секунду над нами проносится виверна, обхватывает лапами Хамарта и взлетает с ним в воздух. Магия выплескивается из мужчины, стараясь справиться с непонятно откуда взявшимся врагом.

А через секунду его тело разрывают на части две огромные лапы. В эту же секунду по мне бьет откат разрушенной клятвы. Я стала вдовой.

“Я же поклялась тебе, что ты не пожалеешь о моем возвращении”, — шепчет в моей голове Кова.

Вместо ответа, я падаю на колени и закрываю лицо руками.

Все закончилось. Этому ужасу подошел конец. Настоящий конец империи Имвалара.