Глава 29

Я на негнущихся ногах вошла в просторное белое помещение, кусая губу и страшась узнать всю правду. Боясь, кого-то не увидеть. Страшась, что драконий замок заберет у меня еще больше.

Внутри было пусто. Я не понимала, что происходит, ничего не чувствовала. Мной владел только страх за других. За их жизнь и безопасность.

Смерть Хамарта де Лавинда подарила облегчение. Но вместе с тем, внутри меня поселилось несколько других чувств. Пугающих меня одним своим существованием.

— Лори!

Меня окликнул Рихтан. Грязный в разорванной одежде и со всклокоченными волосами. Но не его внешний вид заставил сердце ухнуть вниз. А взгляд.

В глазах колдуна было столько боли, что я пошатнулась. Радость от победы сошла на нет. Осталась где-то там, в Алой академии, на территории, которую я покинула несколько часов назад.

Я знала, что битва в замке закончилась почти сразу после смерти Хамарта де Лавинда. О ней узнали намного быстрее, чем о гибели Горейна Эвуда.

Все побросали оружие, сдались отряду лорда фон Аберга, который обещал всех помиловать. Именно отец Вивьен встретил меня у входа в то, что осталось от драконьего замка. Доложил обстановку и объяснил, как пройти в лазарет.

Именно в нем я сейчас находилась. В огромном помещении, заставленном огромным количеством коек. Ближе ко входу лежали раненые. А вот постели у стен были накрыты белыми простынями. И тоже заняты.

— Рих, — я шагнула ему навстречу. Руки похолодели, а в голове роилось столько предположений. — Кто? Анир?..

— Нет, он жив, — некромант развернулся и указал в сторону одной из кроватей.

На ней лежал мой брат. Глаза закрыты, лицо бледное, а на щеках проступили красные пятна.

— Что с ним?

— Магический откат от клятвы, — Рихтан говорил тихо, на меня не смотрел. — Он сильно пострадал. Выжить должен, но могут быть проблемы с памятью и магией.

Я поджала губы, а потом со злостью сжала кулаки:

— Как же так?! Хамарт погиб не из-за переворота. Его убила даже не я. А Кова!

— Кова жива? — удивился некромант, наконец на меня посмотрев.

И тут меня осенило. Кинжал, которым я разорвала артефакт! Он принадлежал Аниру. Косвенно мой брат все же был виновен в смерти лорда де Лавинда.

— Позже, — попросила я, тряхнув головой. — Где Вивьен, Зианар и Ры?

Но прежде, чем мужчина успел ответить, я увидела подругу. Она лежала на три кровати дальше чем Анир. Рядом с ней на корточках сидел Том и держал чародейку за руку. А по лицу той текли слезы.

Я, не отдавая себе отчета, кинулась к ней.

— Вив…

— Прости, — она подняла на меня глаза. Бледная, уставшая, измотанная. — Я ее не уберегла.

Ее. Ее…

Внутри меня что-то с оглушающим звоном лопнуло, а ноги подогнулись.

Нет! Нет-нет-нет! Не может быть! Только не Рырара! Только не эта храбрая дочь орков! Рвущаяся к справедливости, не знающая страха и злости. Вечно готовая прийти на помощь друзьям. Нет!

— Лори, — Вивьен протянула мне руку. Я схватилась за ее пальцы, как за спасительную ниточку и села на кровать рядом.

— Как это произошло?

— В бою.

На мои глаза навернулись слезы боли, обиды и беспомощности.

Вивьен сжала мою руку в своей и тихо расплакалась:

— Я не смогла ее уберечь. Спасти…

— Тише, — Том подался вперед, успокаивая дочь графа фон Аберга. — Ты не виновата в этом. Если бы не ты, там погибли все. Вивьен.

Она мотнула головой, через силу села и рывком обняла меня. В тот момент мы перестали быть сильными чародейками, взрослыми женщинами, бойцами. Мы стали просто подругами, которые потеряли родного человека. Родную душу.

— Лори, — я вздрогнула от голоса, раздавшегося за спиной. Подняла глаза и смахнула слезы.

Передо мной стоял Зианар из дома Лесного Шелеста. Выглядел он не лучше других.

— Все закончилось? — спросил он, опускаясь передо мной на корточки.

— Да, — я кивнула. — Должно. Только какой ценой?

— Цена есть у всех решений, — прошептал он и отвел взгляд. Глянул на Вивьен и сосредоточенно свел брови, заговорил вновь, обращаясь ко мне. — Но если ты решишь принять мое предложение, я готов нести бремя последствий за тебя. Любых. Всех. И всегда.

В первые секунды я даже не поняла, о чем он говорит. Боль от новостей была такой силы, что сбивала с ног. А когда осознала, вновь накатила злость. Как же не вовремя! Когда я ни о чем кроме друзей не могу думать.

— Прости, — я покачала головой, подавив нарастающий в сердце гнев. — За свои поступки я должна отвечать сама. Перед собой и богами.

Он тихо выпрямился, кивнул и шагнул в сторону. Принял мой отказ. И пусть сейчас я сделала другу больно. Лучше один раз, чем всю жизнь.

— Я хочу с ней попрощаться, — прошептала я, вновь повернувшись к Вивьен и Тому. Эти двое стали свидетелями нашего с эльфом разговора. И судя по лицам, не совсем понимали, что произошло.

— Конечно, — Вивьен попыталась встать.

— Лежи, — Том легко надавил ей на плечи. — Ты сама едва не погибла.

Подруга поджала губы и отвернулась. А я только сжала ее пальцы и встала. Том поднялся и жестом предложил меня провести. Мы прошли мимо Рихтана, который тихо о чем-то говорил с лордом фон Абергом.

— Сюда, — Том указал на одну из кроватей, которая была накрыта плотной белой тканью А затем отступил, оставляя меня с моим горем наедине.

На несгибающихся ногах, я прошла к ней и аккуратно отодвинула ткань. Рырара… Она ушла со спокойствием на лице. Без боли или сожаления.

— Нара, — прошептала я одними губами, пытаясь смириться, проститься и отпустить. Запомнить ее веселой и счастливой. — Ты была настоящим воином. И отдала свою жизнь за лучший мир. Прости, что меня не оказалось рядом. Но я даю тебе слово, что мы с тобой встретимся. Может быть не в этом мире. Но мы сестры, а сестры не могут быть далеко друг от друга.

Прикрыв глаза, я попросила ее душу дождаться меня. Пусть не сейчас, но что значит время для таких, как мы?

— Лори, — Рихтан подошел тихо и остановился рядом, — мне жаль.

Я кивнула, накрыла Рырару полотном и, повернувшись, уткнулась мужчине в грудь. Он поглаживал меня по спине, а я давилась всхлипами и до боли сжимала кулаки.

В какой-то момент я подумала, что больше не смогу дать мужчинам себя касаться. Как тогда, в первый раз. Но я ошиблась.

В первый раз Хамарт меня сломал. Сейчас же, у него ничего не вышло.

Ненавижу этот мир! Ненавижу!

— Мунд здесь, — через какое-то время произнес он, поглаживая меня по волосам. — Он хотел с тобой поговорить.

— Да, — я с трудом смогла справиться с эмоциями, провела дрожащими руками по лицу и выпрямилась. — Нужно. Теперь нужно так многое.

— Я бы хотел тебя от всего этого оградить, принцесса…

— Не стоит, — я последний раз провела руками по щекам. — Теперь это моя жизнь.

Он выпустил меня из объятий, а я направилась к кровати Анира. За той суматохой, что творилась в моем сердце, я не заметила, как пришел Мунд. Брат поднялся мне навстречу, обнял и заглянул в глаза.

— Лори…

Я только кивнула ему, а потом перевела взгляд на Анира:

— Мне удалось спасти его. Рихтан говорит, что наш брат выживет. Но могут быть проблемы с памятью и магией.

— С этим мы обязательно справимся, — пообещал мне Мунд, но больше ничего сказать не успел, потому что Анир тихо застонал и пошевелился. А потом медленно и с трудом открыл глаза.

— Лори? — в его глазах промелькнуло удивление. — Мунд?

Я шагнула к нему и села на край кровати. Младший сын лорда Атрикса повернул голову и нахмурился:

— Где я?

— Что ты последнее помнишь? — тихо спросила я, борясь с ужасным чувством. Я не хотела, чтобы он помнил то, на что заставил его смотреть Хамарт де Лавинд. Пусть он забудет этот ужас! Мы все его забудем. Герцог мертв, а значит, ничего больше не имеет значения.

— Нашу встречу в таверне, — прошептал он. — Ты просила меня о помощи, и я согласился… А потом… Что случилось потом?

— Хамарт мертв, — ответила я. — Клятва, которую ты ему дал, ударила по тебе. Твоя память повредилась.

— Мертв? — удивился Анир, глянув мне за плечо. — Мунд, это правда?

— Да, все закончилось, — подтвердил его брат-близнец. — Лори спасла тебя. С той вашей встречи прошло время.

— Я не заслужил этого, — покачал головой Анир и скривился от боли. — Я столько раз обвинял тебя во всем, Лори. Так много боли тебе принес.

— Но ты все еще моя семья, — грустно улыбнулась я, погладив его по руке. — И как твоя старшая сестра, приказываю тебе выздоравливать. Мунд?..

— Конечно, я займусь им. Можешь даже не спрашивать.

— Это хорошо, — я встала и уступила ему место у брата. — Тогда я оставлю вас. Ненадолго.

Они кивнули одновременно. И это такое простое, но синхронное движение значило для меня куда больше простых слов и улыбок. Братья вместе. Оба пережили этот ужас. А значит, все у них будет хорошо. У нас.

Я шагнула к выходу. Знала, что со мной хочет поговорить лорд фон Амберг. Хочет обсудить дальнейшие планы, доложить о том, что происходит в соседних провинциях.

Но сейчас я просто хотела побыть одна.

Из лазарета я буквально выбежала, миновала стражу, свернула за угол. Призвала магию, для купола тишины. Схватилась за стену и, согнувшись пополам, закричала. Высвобождая боль, страх, отчаяние и ужас.

А когда воздух в легких закончился, я опустилась на корточки и закрыла лицо руками. Не удержала равновесие и села прямо на холодные камни.

— Принцесса…

Я вздрогнула от неожиданности и подняла глаза на Рихтана, который без особых сложностей перешагнул через купол, который я поставила в последнюю секунду.

— Прости, мне нужно время, — прошептала я. — Это…

— Я знаю, — он поднял меня и прижал к себе. — Это ужасно. Но без этого никуда. Лори, это жизнь. И это война. Все они знали на что шли. Все знали чего хотели. И сейчас видят эту победу вместе с нами.

— Рих, мне страшно.

— Все позади.

— Нет, — я подняла на него глаза. — Мне страшно из-за того, что происходит со мной. Мое сердце черствеет. Смерть отца и известие о Кове подкосили меня, я не жила, не дышала, не могла мыслить. А сейчас… мне больно. Мне до безумия больно. Но не так. Я горюю обо всех погибших. Но во мне что-то изменилось. А ведь королева без сердца — плохая королева.

— Если бы у тебя не было сердца, ты бы сейчас об этом не задумывалась, — покачал головой колдун.

— Рих, я убила человека, — прошептала и покачала головой. — Пусть не своими руками. Пусть он заслуживал этого. Пусть он… Я ничего не чувствую после того, как Хамарт де Лавинд умер. А должна. Все же он человек: две руки, две ноги, голова…

— О чем ты умолчала? — некромант подцепил мой подбородок пальцами и заставил посмотреть ему в глаза. — Что “пусть он”? Лори?

— Он провел обряд обручения, — произнесла я, вкладывая в эти слова все, что произошло в доме де Лавинда. И мысленно молила его не спрашивать больше ни о чем.

Рихтан фон Логар смотреть на меня еще несколько секунд, а потом просто обнял. Не знаю, о чем он сейчас думал. Но думаю, прекрасно понимал, что я пережила. Или как минимум переживал.

Я уткнулась ему носом в грудь и решила, что никогда и никому не скажу, что сделал со мной Хамарт де Лавинд. Иначе это будет что-то значить. А это ничего не значит. Анир об этом забыл, и я забуду. Пусть не сейчас, позже, когда воспоминания потускнеют, а эмоции выветрятся.

А если кто из выжившей прислуги попытается что-то рассказать, я буду все отрицать. У них нет доказательств. Королева Белонда не должна показывать слабость.

Почему я не сказала Рихтану все прямо? А что бы он сделал? Злился? Проклинал Хамарта? Лорд де Лавинд уже мертв, а его империя развалилась на части. Этого достаточно. Особенно после того, как Адахар забрал у меня половину боли от пережитого. Мой друг подставил мне крыло. И это позволило лететь дальше. Я закрою дверь в свое прошлое, где было слишком много боли и потерь. Теперь я буду сама создавать свое настоящие и будущее. Благодаря всему, что произошло, я стала сильнее.

Хамарту де Лавинду не удалось меня сломить. И это главное.

— Там Кова с Адахаром меня ждут, — глухо произнесла я, когда сердце перестало так бешено стучать. — Эта виверна появилась так неожиданно и так вовремя. Что я просто обязана задушить ее своими руками за те седые волосы, которые получила от мысли, что она погибла.

— Отличное решение, — усмехнулся Рихтан, мягко целуя меня в макушку. — Но пока ты не ушла, я скажу только одно. Верь мне и знай, я всегда буду на твоей стороне. Что бы ни случилось. Вместе мы никогда не откроем двери для новых бед.

— Я люблю тебя, — прошептала я и, встав на носочки, прикоснулась своими губами к его. — Спасибо, что ты рядом.

Некромант ответил на поцелуй, а потом с сожалением отпустил меня. А я только улыбнулась кончиками губ, после чего поспешила на улицу.

Сражения изуродовали драконий замок, многие коридоры просели и обвалились. Выход на улицу я искала дольше, чем собиралась. А когда наконец сбежала по выщербленным ступеням крыльца, застала весьма странную сцену.

Королевская виверна развалилась на выжженной земле и лениво толкала туда-сюда лапой обуглившийся ствол дерева. Адахар сидел неподалеку и с насмешкой во взгляде наблюдал за ее действиями.

— Кова!

Виверна подняла голову и встретилась со мной взглядом.

“Вернулась, девочка”.

— Ах ты жопа крылатая, — в сердцах выдохнула я, быстрым шагом направляясь к виверне. — Ты специально не дала о себе знать? Не сообщила, что жива?! Ты вообще знаешь, что я пережила?! О нет, ты ничего не знаешь!

Не дав ей и слова мне протранслировать, я распахнула перед королевской виверной сознание и показала все то, что пережила с момента ее пленения и до смерти Эриона Атрикса.

— Ты ненормальная, — выдохнула я и рухнула перед Ковой на колени.

“Вот теперь мне стало стыдно”, — призналась она, позволяя погладить себя по морде. — “Но до того самого момента, как я вспомнила, что ты нашла себе нового крылатого друга”.

— Ты ревнуешь? — удивилась я, заглянув виверне в глаза.

Адахар тихо фыркнул и отвернулся, показывая, что вообще тут не при чем. А мне рядом с этими двумя стало так легко и просто, как не было никогда. Бестии меня успокаивали, помогали собраться с мыслями.

— Как ты спаслась? — тихо спросила я, так и не дождавшись от Ковы ответа на первый вопрос.

“Они послали за мной целый отряд, пытались усыпить и убить. Но не учли, что моя кровь настолько же ядовита, как и слюна. А значит никаким зельем меня не усыпить”.

— Идиоты, — покачала я головой, а потом расплылась в счастливой улыбке. — И хорошо, что идиоты. Насколько я поняла, ты уничтожила тот отряд и вырвалась.

“Именно. Вы с эльфом меня хорошо научили притворяться. Не составило особого труда сделать вид, что их зелье сработало”.

Я рассмеялась, вспоминая их с Зиром выступление, где Кова там хорошо отыгрывала проигрыши и нападения.

“Я виновата, из-за моего яда погиб твой отец”, — затронула она неприятную мне тему.

— Я чувствовала ауру чистого яда, Кова, — покачала головой в ответ. — Это не был яд, которым ты отплевывалась от врагов. Иначе я бы почувствовала. Значит это не твоя вина. Они могли найти другую виверну и…

“Это была моя кровь”, — ответила она и отвернулась. — “Меня сильно ранили. Настолько сильно, что я практически умерла. Если бы они не поверили, что я уснула, и не сняли с меня оковы, мы бы сейчас не говорили…”

— Я не знала, что чистейший яд можно добыть… так, — я постаралась сгладить углы, а Кова только фыркнула.

“Ты простишь меня за то, что я так повлияла на твою жизнь?”

— Кова, посмотри на меня, — тихо попросила я и погладила виверну по лапе. — Мы никогда не знаем, чем обернется то или действие. Глупо просить прощения, потому что я не обижена. Я рада, что ты жива. Но была бы еще больше рада, если бы ты дала знать о себе сразу.

“Я долго восстанавливалась. Не знала, выживу ли”, — ответила она, глянув на меня. — “Ты права, девочка, много что произошло. И никогда не узнаешь, за что придется отвечать в будущем”.

— Спасибо, что пришла мне на помощь, — я улыбнулась и повернулась к дракону. — Познакомься, это Адахар. Мой друг.

Виверна окинула его придирчивым взглядом.

“Слишком молод, чтобы стать тебе опорой, девочка”.

— Он силен не по возрасту, — я посмотрела на дракона. — Без него я бы не справилась с теми тяжестями, что подбросили мне боги.

“Ну что же”, — смилостивилась Кова. — “Тогда я забираю свои слова, Лорейн Атрикс. Или стоит называть тебя Ирис де Вальде?”

— Для тебя, Кова, я готова остаться просто девочкой, — рассмеялась я. — Когда рванем на тот хребет, на который я обещала тебя доставить?

“А вот теперь мне начинает нравиться этот разговор”, — довольно проурчала королевская виверна.

Мне тоже. Мне тоже…