Глава 12

Баркатолла с тихим всплеском пристала к мраморным ступеням. Лакей склонился в почтительном поклоне и, не поднимая головы, подал мне руку, помогая выйти. Две служанки торопливо подхватили подол платья, тщательно следя за тем, чтобы шелк не коснулся воды.

Надо же… Давно ли я сходила с баркатоллы в свадебном платье? Кузины с набитыми конфетами карманами вот так же держали платье. Хотя нет. Не так. В этот раз все по-другому. И вообще. Это было… Словно в другой жизни. Та, другая жизнь была тихой, спокойной, понятной, даже счастливой, но… Не моей.

Подумать страшно, сколько стоило это платье! Страшно, потому что уж кому-кому, а мне, дочери торговца тканями, прикинуть примерную сумму труда не составило. Я понимала толк в дорогих материалах. И не только в цене, а потому с уверенностью могу сказать — столь восхитительного шелка я не видела никогда! По лифу и юбке каплями росы искрилась вышивка из ледяных кристаллов. Не обошлось тут и без магии, иначе как объяснить, что платье не тяжелее ночной сорочки? Все утро я кружилась в нем, стоя перед зеркалом своей спальни. За этим занятием меня и застала бабуля.

— Не трать силы, — хмыкнула Доминика де Виера. — Держу пари, очередь из кавалеров выстроится до Большого канала.

— Вот еще, — хихикнула я. — Я вовсе не хочу танцевать.

— Оно и видно, — отзывалась бабушка, оглядывая мои раскрасневшиеся щеки.

Ну ладно. Хочу. Конечно, я хочу танцевать, только вот кавалер мне нужен один. Орландо сказал, что тоже приглашен во дворец. Именно ему старшая Виеро обязана моим покладистым поведением во время всех этих примерок, примочек, припарок и прочих пыток, морским на зависть! Русалья тина, чего только не делают богатые знатные девицы! Ужас один…

Правда, результат впечатлял. Горничные постарались на славу — волосы блестели, струились локонами по плечам, сияя вплетенными в прическу крошечными жемчужинками. Я никогда не была такой красивой! Краше только русалки. Или полу-русалки. Бьянка… Я вздохнула. Жаль, она меня не видит.

— Улыбайся! — прошептала Доминика де Виера, подталкивая к Золотому дворцу.

Еще недавно я и помыслить не могла, что когда-нибудь окажусь в главном здании Аквитэлии! Золотой дворец. Огромный, величественный и прекрасный. Здесь, в этих белоснежных мраморных стенах, что в данную минуту переливались золотом магической иллюзии — решались государственные дела и вершился закон. Окруженный двенадцатью мраморными колоннами, дворец Совета семи высших магов сиял, отражаясь в черных водах канала. На мгновение я застыла перед лестницей… Как красиво!

— Смелее, Аурелия — послышался позади бабулин голос.

— Вот бы матушка увидела, — вырвалось у меня.

— Ты думаешь, она не видела? — приподняла брови Доминика де Виера. — Твои родители познакомились здесь, на балу тысячи свечей в Золотом дворце.

— Расскажите… Пожалуйста, — попросила я, боясь, что откажут.

— Твоя матушка так лихо отплясывала, что потеряла туфельку. Августо подхватил ее прямо посреди танца. Ты очень похожа на нее, детка. Я никогда не была в восторге, так как их союз с точки зрения связей был увы, не самым лучшим из возможных вариантов, но… Ничего нельзя было сделать! Твоя мама была красавицей. Ах, как же она была хороша в тот день!

— А какое на ней было платье? — я боялась дышать, так сильно мне хотелось хоть что-то узнать о том времени.

— Аурелия, девочка, ты мне, право слово, льстишь. Я уж в летах и память… Кажется, что-то цвета морской волны.

— Мама любит этот цвет… А что было потом?

— Потом? Мой невозможный сын не слишком вежливо оттеснил ее партнера и сам продолжил танец, пытаясь одеть даме туфельку, одновременно игнорируя вопли обиженного поклонника.

— Ха-ха-ха-ха-ха… Мама никогда не рассказывала мне об… — я осеклась, понимая, как глупо все это звучит.

Конечно, она не рассказывала…

— Будешь себя хорошо вести, я поведаю все семейные секреты, — подмигнула дама в роскошном темно-лиловом платье. — А теперь — спину ровно! Покажем всем, что женщины рода Виера по праву считаются одними из первых красавиц Аквитэлии.

Желание Доминики де Виера представить меня высшему свету немного смущало. Мне это не к чему, но бабушке сегодняшний бал был важен. Она восемнадцать лет ждала возвращения былой славы ее семьи.

Я даже подумала о том, что будь я, к примеру, дурнушкой, — стала бы она со мной возиться? Покупать дорогие наряды… Пока с ее стороны я видела только хорошее, но кто знает? Что потребует старшая из рода Виера взамен?

Я постаралась выкинуть из головы все сомнения. Пока ведь все хорошо? На мне красивое платье, музыка, бал, и… Орландо! Он должен быть здесь!

Поднявшись по ступенькам, мы оказались перед высокими резными дверями. Их створки распахнулись, приглашая в мир роскоши и богатства.

Небесно-голубой паркет казался озером, застывшим под ногами. Белоснежные стены парадного зала украшали витиеватые узоры золоченой лепнины, мерцающие в свете свечей… а свечи! Зачарованные, они порхали, под потолком, словно огненные бабочки, две из которых плавно спустились вниз и остановились перед нами. Бабушка наклонилась и слегка подула на фитилек — пламя вспыхнуло алым светом, и свеча умчалась ввысь.

— Тысяча свечей. Ровно столько гостей должно быть в Золотом дворце. Это традиция, — пояснила Доминика Виера. — И, как ты уже, наверное, догадалась, пригласить ровно тысячу гостей и соблюсти при этом все тонкости политических интриг — задача не из легких. Раздобыть билет на бал в канун Новогодья не так просто, как кажется.

Так вот откуда пошло название… Теперь понятно. Я осторожно подула на свечу. Она зажглась и улетела к потолку — туда, где под тихую музыку зимнего вальса кружились остальные.

— Как только стихнет последний аккорд, они, — бабушка взмахнула веером, указывая на парящие огоньки, — превратятся в красно-золотых соловьев. Иллюзия улетит на север и будет петь, пока не исчезнет. К сожалению, воплощение магии не может дать потомство, иначе мы бы давно восстановили популяцию этого вида соловьев.

— Восстановили?

— Конечно. Эти удивительные птицы вымерли много лет назад.

— Как жаль, — протянула я.

— Очень! Все из-за их язычков. Порошок засушенных язычков красно-золотых соловьев использовался в очень редких зельях. Если кому достался подобный ингредиент, скажем, в наследство от предка-зельевара, он настоящий богач! Щепотка такого порошка стоит целое состояние.

— В Авэлин больше не преподают зельеварение, — я вспомнила встречу с Байором и меня передернуло.

— Знаю. Зря, между прочим. Весьма полезная дисциплина. Если ты не против, девочка, — я сама дам тебе несколько уроков. Кстати, надо бы сварить кое-что для твоего друга. Эти покушения…

— Орландо грозит опасность?

— Какой смысл повторять вслух очевидное? Запомни. Молчи и делай вид, что все прекрасно. Что ты единственная девушка на этом балу, у которой нет, не было и никогда не будет проблем! Ты родилась чтобы танцевать и носить бальные платья. Поняла? — Виера сложила веер, и с его помощью заставила меня приподнять подбородок. — Улыбайся, Аурелия… Вот так. Молодец! Такой бриллиант как ты, достоин самой лучшей огранки.

— Доминика! — смутно знакомый голос заставил обернуться.

Альдэ Ривери — та самая магиня, что поддержала меня на разбирательстве в Авэлин, не пожалев собственную внучку. Сама же Изабелла, шла рядом с отцом и дамой, скорее всего, его супругой. При виде меня красавица изменилась в лице, я же беззаботно улыбнулась.

«Я рождена носить красивые платья и танцевать! У меня нет, не было, и никогда не будет проблем!» — прозвучало в голове. А ведь не плохо получается, в самом деле. Спасибо, бабуля!

— Это — вдова моего брата, — шепнула мне бабушка тем временем. — А это — племянник с женой и дочкой. Вы должны были видеться в Авэлин.

— Виделись, — буркнула я. — Еще как.

Дамы поприветствовали друг друга теплым поцелуем в щеку, а альдэру Ривери пришлось поцеловать руку тетушки. Мою руку вопреки этикету он проигнорировал, заработав очень недовольный взгляд своей матушки.

— А ты что здесь делаешь? — прошипела Изабелла, оттесняя меня в сторону.

— Тоже, что и ты, — мои губы расплылись в ехидной улыбке. — Пришла на бал.

— Как ты посмела? Почему тебя пустили, ты же…

— А тебя почему пустили? — не осталась я в долгу.

— Но ты же…ты — Виера, дочь отступника!

— А ты — его родная племянница, — пожала я плечами.

Изабелла побледнела от злости, что сказалось на ее безупречной внешности не лучшим образом. Раздуть конфликт на публике она не посмела, а потому пыталась удовлетворить жажду мести острыми шпильками, которыми колола полушепотом, пользуясь тем, что взрослые слишком заняты разговором. Я не отвечала, давно потеряв к подобным играм всяческий интерес. Тем более, что мое внимание переключилось на нечто, куда более интересное. Сначала среди пышных, сверкающих жемчугом и кристаллами нарядов я не могла разобрать ровным счетом ничего, но постепенно глаза привыкли. Я сразу его узнала. Темно-синий камзол расшит серебряной нитью. Как же этот цвет идет его глазам…

Орландо Нери подмигнул мне и подошел ближе. Радостная улыбка просияла на моем лице, и я, как ни старалась, не могла от нее избавиться. Внутри все пело! Я больше не связана ни клятвами, ни обещаниями…

— Перестань так откровенно пялиться на него, — прошипела Изабелла.

— Попробуй мне запретить, — огрызнулась в ответ, даже не удостоив соперницу взглядом.

— Мальчик мой, как я рада тебя видеть! — альдэ Ривери протянула Орландо обе руки.

— Не мог же я пропустить бал тысячи свечей, — отозвался он, склонившись над усыпанными дорогими перстнями пальчиками магини.

Завязался непринужденный разговор. Пожилые дамы весело болтали, обсуждая последние новости. Гости продолжали прибывать, пока двери не закрылись и последняя, тысячная свеча не взмыла к зачарованному потолку. Оркестр начал играть. Какая… восхитительная музыка! Звуки чарующей мелодии наполнили своды зала, и мне показалось — свечи под потолком стали медленно кружиться, повторяя ритм: раз-два-три, раз-два-три, раз….

— Выпрями спину, — шепнула бабушка. — Альдэр Висконти просил дозволения отдать твой первый танец ему. Я, конечно, согласилась. Надеюсь, ты не против?

Пристальный взор потемневших глаз Орландо скользнул по мне. Я поймала этот взгляд. Напряжение росло…

— Я…

— Она против, — заявил Орландо. — Простите, но первый танец Аурелия обещала мне.

— И все последующие танцы тоже, — услышала я свой собственный голос.

Все исчезло. Обиженно сопевшая от злости Изабелла, напряжённо перешептывающиеся маги, пары, что уже вовсю кружились в центре зала. Только я и он.

Я никогда не чувствовала себя такой счастливой! Даже тогда, в день свадьбы. Сердце переполняла любовь, а душа вальсировала, то и дело взлетая к горящим свечам! Еще чуть-чуть и она вылетит из тела совсем… Я стану призраком, и придется просить Гвидо с русалкой принять меня в их скромную компанию. Мне стало смешно.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

— Почему ты смеешься?

— Потому что я счастлива!

Орландо не выпускал меня из рук. Мы вальсировали, скользя по зеркальному паркету, пока, наконец, не объявили перерыв. Бабушка увела меня в дамскую гостиную, где нам предстояло переодеться. Надо отдать должное Доминике де Виера, всю дорогу до комнат она молчала, и лишь зайдя за расписные ширмы, набросилась с расспросами.

— Что у тебя с молодым Нери? — без всяких предисловий спросила она.

— Ну… — я замялась, потому что на самом деле, не знала.

Что у меня с «молодым Нери?». Действительно… Что?!

— Мы…дружим, — выдохнула я, пока служанка занималась застежками на моей спине. Облако аквамаринового шелка опустилось к ногам. — Какое платье надеть сейчас?

— По этикету первыми идут светлые оттенки, — подсказала бабушка. — Дружба, значит? Это поэтому вы жметесь друг к другу на глазах у всех?

— Тогда… Белое. Да, вот это, с расшитым лилиями лифом, — обратилась я к служанке, краснея. — Мы… Просто веселились. Праздник же…

— Ну-ну, — покачала магиня головой. — Рискованно. Но в целом… Я одобряю.

— Спасибо, — прошептала я.

Бабушка уже закончила со своим нарядом, а горничная все еще возилась с моим платьем. На Доминике де Виера было платье, цвета грозового неба. Оттенки нарядов старших дам по этикету должны быть темнее. Это платье мне очень нравилось! Бабушка вообще выглядела… роскошно. Строго. Элегантно. Но тем не менее просто сногсшибательно.

— Ты красавица, — она едва не прослезилась, глядя на меня. — Как все же несправедлива судьба. Я не смогла дать тебе то, что ты заслуживаешь по праву.

— Бабушка…

— Не обращай внимание. Всему виной игристое вино. И все же, присмотрись и к альдэру Висконти. Он весьма сговорчивый юноша.

— Но… — я нахмурилась.

— Ну хорошо, хорошо… Я не буду портить тебе вечер, — и она приложила изящный пальчик к ярко накрашенным губам.

Мы обнялись.

«Никому не доверяй», — учил отец, и, хотя ему я тоже не доверяла, тут он прав. Тем не менее, Доминика де Виера мне нравилась. Не хотелось бы разочароваться в ней. И… Не хотелось портить такой вечер подобными мыслями!

Покинув дамскую гостиную, мы вышли в коридор. Юные и не очень альдэ, раскрасневшейся от танцев и впечатлений, сновали мимо, не пропуская подносы с наполненными до краев бокалами. Праздник был в самом разгаре!

До зала оставалось совсем немного. Коридор вдруг опустел, а голоса смолкли. Странно… Я посмотрела на Доминику — она тоже что-то почувствовала, потому что нахмурилась. Внезапно перед нами выросла темная фигура. Мы застыли, наблюдая, как из тускло освещенного коридора появляется еще одна.

— Доброй ночи, — послышался мужской голос.

Свет от пылающей сферы осветил лицо. Алвиз Нери. Глава совета магов собственной персоной.

— Доброй, — поклонилась Диминика Виера.

— Рад видеть вас, альдэ де Виера, на балу тысячи свечей. Вас и вашу внучку.

Несмотря на произнесенные слова, Алвиз Нери даже не посмотрел на мою бабушку. Взгляд его пристальных глаз был устремлен исключительно на меня.

— Взаимно. А сейчас простите, но мы спешим. Скоро начнется…

— Не смею задерживать, — оборвал бабушку альдэр Нери. — А вот ваша дорогая внучка мне еще нужна…для беседы.

— С вашего позволения, я подожду, пока вы закончите.

— Не стоит, — улыбнулся Глава совета Семи и едва заметно кивнул магу, стоявшему за его спиной. Тот вышел вперед. — Вас проводят в зал, альдэ де Виера.

— Я не уйду без Аурелии, — твердо заявила она, сжимая мою руку.

— С вашей милой Аурелией ничего не случится, даю слово, — произнёс Алвиз. — Или вы не верите слову Главы совета?

— Бабушка, все хорошо, — я отпустила ее руку и отошла на шаг назад.

Доминика де Виера молча кивнула. Маг в черном плаще скользнул следом за ней.

Мы с Алвизом Нери остались наедине.

В полутемной зале было холодно. Я ежилась, кожей ощущая ледяной взгляд. Тень улыбки мелькнула на губах мага, а в глазах читалась ненависть. Так явно, что стало страшно.

— Красивое платье, — сделал он неожиданный комплимент.

Я даже бояться перестала. Растерянно моргнула и удивленно уставилась на него. Что?

— Вот только цвет… Ты не нежная белая лилия. Нет. Ты — пылающее пламя. Алая роза.

Он подошел ко мне почти вплотную. Инстинктивно отпрянула, но спина уткнулась в невидимую стену. Бежать некуда — я в ловушке. С негодованием почувствовала, как мужские руки гладят спину, опускаются на талию…

— Боишься меня? — шипит насмешливый голос.

— Не трогайте… — выдохнула я, сжимая кулаки.

— Думаешь, я решил покуситься на твою честь? — смех, ядовитый, отравляющий, въедался в сознание, подавляя волю. — Аурелия, Аурелия… Девочка моя. Ты, конечно, хороша, но этого мало, чтобы привлечь мое внимание. Я уже давно не в том возрасте и положении, чтобы бегать за хорошенькими студентками.

— Тогда зачем…

— Не могу отказать себе в удовольствии поиграть с добычей. Совсем немного. Прежде, чем… — он нагнулся, обдав лицо горячим дыханием. — Прежде чем отдать ее на растерзание.

Я зажмурилась, но уже через секунду заставила себя посмотреть своему мучителю в глаза. Нельзя показывать, что я боюсь! Нельзя… Но я боялась. Очень! Мысленно звала на помощь Орландо, бабушку, отца, даже Гереро с огненным псом, хотя прекрасно понимала, что выхода нет. Никто не знает, что я здесь. И никто мне не поможет…

— Что вам от меня нужно?

— От тебя — ничего, — снова эта змеиная усмешка.

— Тогда от кого…

Я и без его ответа все прекрасно поняла.

— Отец ведь не рассказывал тебе …ничего?

Ноги подкосились от страха, губы пересохли. Я едва могла дышать. Он знает. Знает.

— Что тебя так удивляет Аурелия? Ты думала, я так глуп, что не смогу узнать, да? Спешу тебя разочаровать, я знаю абсолютно все, что творится в моей стране.

— Не понимаю, о чем вы говорите!

— О чем? Ну…давай вместе вспомним. Может о том, как ты на протяжении последних месяцев регулярно видишься с отцом. И да, мы же оба понимаем, что сейчас речь вовсе не о муже твоей матери, глуповатом и простодушном торговце тканями Альваро. Виера навещает тебя, обучает, ведет с тобой задушевные беседы, не так ли?

Глупо отрицать очевидное, но я не спешила подтверждать его слова. Пальцы непроизвольно дернулись к правому запястью. Пусто. Я оставила браслет с ракушками в спальне бабушкиного особняка. Решила, что с фамильными драгоценностями рода Виера он будет смотреться нелепо. Дура.

— Я мог бы прямо сейчас арестовать тебя и казнить за связь с изменником.

Вздрогнула. Пугает? Но он прав, арест неизбежен. Виера — преступник, а я покрывала его. Тогда почему они до сих пор не схватили Августо, если все это время следили за мной? Что-то здесь не так… Может, блефует? Чтобы узнать правду? Думает, я испугаюсь и все выложу?

— Маленькая лгунья, — шепнул маг.

Его ладонь скользила по корсету, окрашивая лилии. В мгновение ока белоснежный шелк стал алым.

— Этот цвет больше тебе подходит.

— Зачем вам все это? Почему вы меня мучаете?

— Все на благо государства, моя девочка.

— Не верю…

— Что тебе рассказал отец? — рявкнул мужчина, рывком прижав меня к себе. — Ага. Так и думал. Ничего. И именно это обстоятельство может спасти твою жизнь. У тебя есть шанс выжить, Аруелия. При условии, конечно, что ты не будешь творить глупостей…Как твой отец в свое время. Ты так молода. Красива. Талантлива. Ты ведь хочешь жить? Только подумай, какое блестящее будущее тебя ждет, если…

— Вы…чего вы добиваетесь?

— Хочу, чтобы свершилось правосудие, и преступник понес заслуженное наказание.

— Тогда почему Виера до сих пор на свободе?

— Умная девочка.

— Зачем он вам нужен? На самом деле?

— Видишь ли… В качестве мертвеца Августо мне совершенно бесполезен.

— Так вот кто за всем стоял? — воскликнула я. — Это вы отдали приказ привезти меня в Авэлин, чтобы выманить моего отца.

— Он ведь предлагал тебе уехать с ним, так? Но ты отказалась, чем сильно облегчила мне жизнь, сама того не ведая.

Русалья тина! Что же происходит…

— Я умышленно позволял вам видеться. Общаться… Он успел прикипеть к тебе, открыть душу. Виера впустил дочь в свое сердце! Как…трогательно. Раньше ты была всего лишь именем в его памяти, но сейчас стала гораздо большим, и это прекрасно! Я долго… Долго ждал этого момента, но теперь он у меня на крючке, и этот крючок — ты, моя радость.

— Что вы имеете в виду? Я ничего не понимаю.

— Августо упрямец. Никакие пытки не сломят его, но любовь к тебе… Признаться, даже я не ожидал, что все так замечательно сложится. Сердце сурового мага дрогнуло. Ты — моя главная фигура, Аурелия. Моя козырная карта. Пришло время последней партии…