Глава 19

Что забыл Меур в замке?

Появление эльфа в последний момент взбудоражило Этайн больше, чем вся поездка целиком. О своей вылазке с Кетцером Этайн, как обещала, никому не сказала. Впрочем, из-за тревожных мыслей о Меуре Лисс было не до того, чтобы с кем-то делиться своими впечатлениями о замке или драконах.

В голове назойливым комаром вился один вопрос: Меур – шпион? Иначе что он ещё мог делать в замке дракона посреди учебного года?

Мысль эта настолько заслоняла Этайн видимость, что она едва могла сосредоточиться на том, что было написано на древних свитках. Однако способ, если не разрешить свои сомнения, то хотя бы попытаться докопаться до правды, Этайн подсказали эти же свитки. Ей досталась не самая интересная часть архива, однако она знала того, кто разбирал ту часть древних знаний, что хранили память о людях.

– Дечи, прошу! – Этайн старательно пыталась убедить друга в необходимости добраться до архива с историей титулованных семей империи, не раскрывая подробностей.

Орсини задумчиво склонил голову.

– Очень нужно? – В голосе его мешались скептицизм с сомнением. Этайн закивала головой так сильно, что та того и гляди рисковала отвалиться. – Ладно, прямого запрета нам точно не ставили, можно рискнуть.

Их перемещения по крылу исследователей особенно никто не отслеживал. Вообще казалось, что никому здесь не было дела до студентов. Возможно, зайди они в какие-то закрытые части здания, кто-то бы и переполошился, но по архиву они передвигались свободно. Этайн не была даже уверена в том, запомнила ли Адель, кто и к какой части прикреплён.

Так что без особых забот, но ужасно нервничая, они с Дечи просто на день поменялись помещениями. Этайн до последнего боялась, что кто-нибудь её поймает и развернёт с вопросом, куда она направляется. Но как только Лисс закрыла за собой дверь, всю тревогу как рукой сняло.

Помещение было примерно таким же, как и у неё, только побольше. Стеллажи, два стола, узкие окна, ставни, которые она поспешила распахнуть. Сразу было видно, что здесь приложил руку педант Дечи. В одной части, куда ещё не дошел Орсини, свитки были просто нагромождены. Но бо`льшая часть стеллажей была в идеальном порядке. И когда Лисс сунулась туда, оказалось, что там ещё и всё разложено по тематикам.

– Да хранит тебя Всеотец, Дечи Орсини.

Этайн сразу нырнула в ту честь, что отводилась эльфийским семьям. Однако, чтобы найти упоминание рок Гранов, пришлось сильно закопаться. Оказалось, что эльфы – большие любители в подробностях расписывать все свои семейные связи вплоть до седьмого колена, со всеми подробностями. Прежде чем наткнуться на семью рок Гран, Этайн порядочно прибавила Дечи работы, снова и снова перебирая ветхие списки.

Лисс едва не затанцевала от радости, когда наконец очередной свиток раскрылся, показывая Этайн герб рок Гранов – башню и три стрелы.

Однако радоваться оказалось нечему. Генеалогия Меура была идеальной, разве что гораздо старше, чем она предполагала. Этайн помнила слова Тео о том, что предки Меура в своё время получили титул обманным путём. Но ничего такого в свитке не было. Наоборот, род рок Гранов – один из древнейших эльфийских родов. Более того, когда люди во главе с королём-драконом захватывали земли эльфов, рок Граны были одними из первых, кто присягнул на верность новому правителю. За что семья их, очевидно, была любима при дворе дракона, но в другие годы по-разному складывались отношения с эльфийскими королевами.

Разочарованная своей находкой, Этайн скрутила длинный свиток и положила на место. Похоже, зря она дёрнула Дечи.

Лисс уже хотела бросить свои поиски и, возможно, действительно помочь другу в разборе свитков. Или, наоборот, закончить на сегодня, чтобы не испортить его работу. Всё равно время уже было около трёх часов дня. Однако кое-что её заставило остановиться.

Один из неровно лежащих благодаря её возне свитков раскрылся, демонстрируя краешек до боли знакомого силуэта – вытянутой морды гончей. Этайн дрожащей рукой потянулась к свитку. И точно, на желтоватой бумаге был оттеснён герб Сфорца. Лисс сглотнула. Что делает гербовник Сфорца среди эльфийских родов?

Поначалу Этайн показалось, что она взялась читать какой-то роман, а не историю рода. Летописец, который явно сочувствовал героям повествования, рассказывал о его высочестве Измите, младшем брате императоров. Если Этайн не изменяла память и уроки истории, Измит был дядей нынешних императоров, тем самым сыном, которому в наследство не доставалось ничего, кроме уважения.

«Неизвестно, была ли то любовь или влечение плоти, но принц Измит воспылал чувствами к одной из эльфийских принцесс, что считалась самой прекрасной из своих многочисленных сестёр, принцессе Алит».

Но связь эта оказалась неудачной. Принц то ли пообещал жениться на девушке и не женился. То ли долгое время не давал знать о себе, уйдя на войну. Принцесса, наделённая даром «чужие помыслы видеть», оказалась натурой впечатлительной. Алит принца не дождалась и бросилась с высокой скалы. Но вот незадача, от этой связи остался бастард. Ребёнок, рождённый вне брака, да ещё и в такой сомнительной истории, признан быть не мог.

«Велением императоров бастард был оставлен на попечение её величества королевы Рэм, награждён титулом герцога и отныне зваться должен быть Сфорца».

Лисс застыла, пытаясь переварить прочитанное. В голове был вихрь из имён, дат, фактов и воспоминаний. Этайн подскочила и принялась расхаживать между узкими полками, рискуя что-нибудь уронить. Но так легче было сопоставить факты.

Роду Сфорца было от силы триста лет, а не тысячи, как утверждал и искренне верил в свои слова Тео. Это раз.

Происхождение у герцогов было тоже весьма сомнительным. Если бы брак между драконьим принцем и эльфийской принцессой был узаконен, то вопросов бы не было. Но бастард, который наверняка стал причиной очередного витка конфликта между эльфийским королевским домом и драконьим… Это, конечно, не торговцы, что купили себе титул, но такое огромное пятно на репутации, что вовек не отмоешься. Это два.

Тео, как и целый ряд его родственников, рад обманываться своим высоким происхождением. Причин врать у Маттео не было. Лисс его слишком хорошо знала. Вся жизнь Тео была построена вокруг служения семье, вокруг чести крови. Соответственно, тайну происхождения либо уже не помнили в семье Сфорца, живых же свидетелей позора Измита уже не осталось. Либо оберегали и не рассказывали непосвещённым. Это три.

Этайн тяжело села на край стола, всё ещё сжимая в руках свиток. Интересно, знал ли про это отец Маттео? А дядя?

Она должна рассказать обо всём этом Тео. Не потому, что надеялась на то, что это как-то повлияет на их будущее. Нет, даже притом что Сфорца на самом деле потомки бастарда, Этайн всё ещё оставалась безродной дочкой мельника. Просто оставлять Маттео во тьме лжи с его иногда чрезмерным тщеславием Лисс не могла.

Оставалась одна загвоздка. Этайн потёрла грудную клетку. Печать, которая, в случае если она попытается рассказать о найденном Тео, оставит от неё горстку пепла.

Лисс снова пробежалась по строчкам взглядом. Хорошо бы показать Сфорце сам документ. Даже если она найдёт лазейку, вряд ли он поверит ей на слово. Ещё подумает, что она просто мелочная мстительная дура. Впрочем, какая теперь разница…

Взгляд зацепился за строки, где рассказывалась история бедной принцессы. Автор явно сочувствовал Алит, впрочем, оставлял возможность додумать читателю самому причины её гибели – виновность принца или впечатлительность девушки. А может, и то, и другое.

Мысль пронзила её молнией. Этайн подскочила, едва не роняя свиток. Поймала тот в последний момент. Кажется, она знает, что делать! Ведь Дахут так и не поставили «Карающий огонь». Осталось лишь убедить всех участников этого маленького спектакля.

– Повтори-ка. – Дахут опустила свою кружку с элем, воззрилась на Этайн. – Я должна пробраться в архив, подделать старый гербовник и принести его в академию, я правильно услышала?

Они сидели на постоялом дворе недалеко от Императорской академии. Этайн специально выбрала место подальше от Разведки, чтобы не наткнуться ни на кого из местных. А это местечко они знали хорошо, частенько наведывались сюда, ещё учась в столице. Здесь и сейчас было множество магов в разного цвета форме академии. На них троих поглядывали с недоверием, но с расспросами не лезли. Лисс даже не верилось, что с момента их выпуска из Императорской академии минуло меньше года. В прошлом году в это время они судорожно готовились к выпускным экзаменам.

– Не подделать, а всего лишь переписать. – Этайн заёрзала на стуле, чувствуя себя неуютно под пронзительным взглядом изумрудных глаз.

– Это связано с тем, почему ты просилась в мою вотчину? – Дечи вообще смотрел куда-то в сторону и будто бы в разговоре не участвовал. Но, оказывается, внимательно слушал.

– Да. То есть нет. – Лисс шумно выдохнула. – Не совсем. Я искала другое, но наткнулась на кое-что не менее важное.

– Я в деле. – Дахут усмехнулась. – Наконец-то что-то стоящее, а не эта возня с припарками.

– Ура! – Этайн развернулась к Дечи. – Только твоё одобрение, больше ничего.

– Я иду с вами. – Орсини наконец оторвал созерцательно-задумчивый взгляд от толпы студентов и посмотрел на подруг.

– Это необязательно. Если нас поймают, ты можешь хотя бы прикинуться, что не знал…

– Это не обсуждается, Лисс. Я иду с вами. – Дечи качнул головой. – Должен же за вами кто-то присматривать.

– Хорошо. – Этайн вздохнула. С Орсини спорить было бесполезно.

– Есть только одна проблема, – снова подала голос Дахут. – В платье целителей я туда не пойду, с таким же успехом можно сразу заявиться к Адель. Да и в форме уже порядком виден живот. Боюсь, что я буду слишком заметна.

– Кажется, я знаю, где достать камзол побольше. – Дечи едва заметно улыбнулся.

Камзол Яко пришёлся Дахут как раз впору. Конечно, был немного широковат в плечах, но живот скрывал идеально.

– Вы вдвоём пойдёте вперёд, я за вами, – инструктировал Дечи, пока Этайн в очередной раз поправляла на подруге камзол. Ей всё казалось, что пуговицы топорщатся.

– Лисс, оставь ты его в покое. – Дахут нервничала, а оттого была особенно ворчливой. – Почему за нами?

– Потому что втроём мы привлечём слишком много ненужного внимания. Готовы?

Дахут кивнула и сложила пальцы в кулак, оттопырив мизинец – эльфийский знак удачи.

Всю дорогу до кабинетов архива Этайн молчала, пытаясь успокоиться, дышать ровно, но всё равно чувствуя нервную дрожь будто бы где-то внутри. Даже Дахут выглядела более спокойной, правда, неестественно бледной. И вроде бы всё шло хорошо. Они встретили по дороге пару разведчиков с нашивками в виде четырёх стихий, но те прошли мимо.

– Здесь. – Этайн кивнула на дверь, буквально в шаге от них с эльфийкой. Уже было хотела сделать шаг, как из-за поворота вынырнула куратор.

Лисс показалось, что время замедлилось. Она видела, как светлые кудряшки взметнулись в воздух, когда Адель делала резкий поворот. Ладони Этайн взмокли. Всё пропало.

– Внутрь. – скомандовал Дечи, едва не подталкивая Лисс прямо в дверь. – Быстрее.

Этайн дёрнула дверь на себя, Дахут, умничка, скользнула внутрь. Уже закрывая дверь, Лисс услышала голос Орсини:

– Магистр Адель! Можно вас на пару слов?

– Матерь… – Дахут прислонилась к стене, белая как снег. – Я думала, нам конец.

– Я тоже. – Дрожь внутри перебралась к ногам. Этайн нервно улыбнулась. – Давай побыстрее закончим с этим.

Эльфийка кивнула и оттолкнулась от стены, оглядываясь. Судя по её лицу, архив выглядел не очень вдохновляюще.

– Значит, здесь вы проводите целый день? – Дахут хмыкнула, проходя вглубь. – Не так весело, как я себе представляла. Пожалуй, в сером платье и повеселее будет.

– Поверь мне, здесь бы ты только получила бесценный опыт сидения на неудобном стуле много часов подряд. – Этайн прошла вперёд к нужному стеллажу, унимая предательскую дрожь, которая теперь переметнулась к рукам.

Лисс безошибочно выудила свиток из стопки прочих и протянула Дахут. Эльфийка как раз выудила из-за пазухи чистый свиток.

– Ну и что там за тайна века? – Рок Рив раскрыла свиток, пробегаясь глазами по строчкам. Этайн внимательно следила за тем, как вытягивается, а затем каменеет лицо подруги. – Лисс… – Дахут подняла взгляд. – Ты хочешь показать это Тео?

Этайн молча кивнула.