Глава 18 Анна

Четверг. Восемь часов вечера, стрелки медленно двигались вперед. В пятой секции стояла влажная, душная тишина. Воздух здесь был пропитан ароматом Южной Астреи. Эти цветы, похожие на рассыпанные по изумрудным стеблям звезды, медленно раскрывали свои чашечки, выбрасывая в воздух облачка светящейся голубой пыльцы.

Я работала почти вслепую, ориентируясь на это мягкое мерцание. На мне были высокие защитные перчатки и маска — вдыхать пыльцу Астреи было опасно, она могла вызвать затяжной магический сон.

«Еще немного, — успокаивала себя, аккуратно сметая пыльцу в уже почти полный хрустальный флакон. — И я вернусь в комнату. Там я в безопасности».

Прошло еще пять минут, и флакон был наполнен до краев мерцающей голубой пылью. Я облегченно выдохнула. Выйдя из пятой секции, и плотно прикрыв за собой прозрачную дверь, сняла тяжелые защитные перчатки и маску. Хрустальный сосуд отдала дежурному магистру.

Сегодня мне было гораздо спокойнее, чем обычно. Дея и Мая были здесь же, в соседних крыльях теплиц — они отрабатывали часы вместе. Мы ни на шаг не отходили друг от друга все дни, и я чувствовала себя под защитой этой негласной стражи. За прошедшие три дня мы ни разу не встретили Дерена, и в душе затеплилась надежда: возможно, он решил, что месть ведьме ниже его достоинства?

Я бросила взгляд на соседние секции — сквозь густую листву виднелись силуэты подруг, занятых делом. Им оставалось еще минут пятнадцать. Чтобы не стоять без дела, решила зайти в ванную комнату при теплицах. После работы с Южной Астреей кожа лица всегда немного зудела, и мне отчаянно хотелось смыть остатки пыльцы.

Ванная встретила меня прохладой и запахом хлорки. Я подошла к раковине, открыла кран, подставила руки под струю холодной воды, и тщательно умыла лицо.

Но стоило мне потянуться за полотенцем, как за спиной раздался звук, от которого кровь заледенела в жилах.

Мягкий, отчетливый щелчок засова на входной двери ванной.

Я замерла, так и не дотянувшись до полотенца. Вода продолжала шуметь, стекая в раковину, но этот звук казался теперь бесконечно далеким. В зеркале, над моим собственным бледным отражением, возник высокий силуэт в темной форме боевого факультета.

Дерен стоял у двери, небрежно прислонившись к косяку. Он выглядел пугающе спокойным для человека, который только что запер дверь в женскую ванную.

— Как видишь, я умею ждать момента, когда ты останешься одна.

Внутри, под самым моим сердцем, разлилась холодная, колючая злость.

Я медленно выключила кран, вытерла лицо и руки. Выпрямилась, расправила плечи и повернулась к нему, глядя прямо в эти холодные, самоуверенные глаза.

— И что дальше, Дерен? — мой голос прозвучал неожиданно ровно, без единой нотки дрожи. — Ты запер дверь. Мы одни. Что ты собираешься делать?

Я сделала шаг навстречу, внутри больше не было страха. Напротив, пришла странная, кристальная ясность. Он не видел, как я пролезала через лаз в стене. У него нет свидетелей того, что я была в деревне. А синяк на его лице? Что ж, в Академии боевых магов синяки — обычное дело на тренировках. Если он обвинит меня, ему придется признать, что его, лучшего адепта курса, уложила ведьма-первокурсница. Его же друзья первыми поднимут его на смех.

— Давай, признай это: ты мне ничего не сделаешь, — я сделала еще один шаг, так что между нами осталось меньше полуметра. — Ты — гордость боевого факультета, а здесь за дверью полно свидетелей, и тебе не нужен скандал. Один мой крик — и сюда ворвутся мои подруги и дежурный магистр. И как ты объяснишь свое присутствие в запертой женской ванной?

Я видела, как в его глазах промелькнула искра удивления. Он не ожидал, что я перейду в контратаку. Он привык, что его боятся, что перед ним трепещут. Но я знала: сейчас сила на моей стороне, потому что на моей стороне правила Академии.

— Так что открывай дверь и дай мне пройти, — твердо закончила я, скрестив руки на груди. — Ты потратил свое время зря.

Дерен молчал несколько секунд, внимательно изучая мое лицо, словно пытался найти в нем хоть малейший след прежнего страха. Он не двигался, и его массивная фигура всё еще преграждала путь, но я видела, как напряжение в его плечах сменилось чем-то другим.

В следующий миг он сократил расстояние между нами одним резким, почти животным движением. Прежде чем я успела вскрикнуть или хотя бы выставить вперед руки, его ладонь легла мне на талию, и он рывком прижал меня к себе. Мой вдох застрял в горле, столкнувшись с его жесткой грудной клеткой.

Дерен склонил голову, так что его дыхание коснулось моей шеи, заставляя кожу покрыться мурашками. Его губы оказались у самого моего уха, и он прошептал так тихо, что этот звук, казалось, вибрировал прямо у меня внутри:

— А ты быстро учишься, Сольер. Мне нравится твой боевой настрой.

Он чуть сильнее сжал пальцы на моей талии, давая почувствовать, насколько я на самом деле беззащитна в его руках, несмотря на всю свою храбрость и знание правил.

— Значит, думаешь, я ничего не сделаю? — в его шепоте послышалась опасная, почти одобрительная усмешка. — Ты права, скандал мне не нужен. Но не надейся, что ты меня убедила. Ты только что сделала всё гораздо интереснее.

Его взгляд медленно скользнул по моему лицу, задерживаясь на губах.

Я хотела что-то ответить, оттолкнуть его, но слова замерли на губах.

А в следующую секунду он меня поцеловал.

Это не было похоже на нежность — это было похоже на захват. Он жадно пил мое дыхание, словно забирал ту самую смелость, которой я только что хвасталась. Мой вскрик утонул в его губах. Дерен действовал властно: его ладони скользнули ниже, он легко, одним движением поднял меня над полом и прижал к холодной кафельной стене своим телом.

Я оказалась в ловушке между его стальными мышцами и ледяным камнем. Его поцелуй становился всё более глубоким и требовательным, а аура боевого мага теперь не просто давила — она обжигала. В голове всё помутилось: запах озона, жар его кожи и бешеное сердцебиение, которое я чувствовала сквозь наши мантии.

Громкий, настойчивый стук в дверь разрезал тишину ванной комнаты, словно удар хлыста.

— Анна! Ты тут? Ты скоро? Мы уже всё, — голос Маи звучал совсем рядом, за тонкой перегородкой. — Магистр Сирилл идет проверять сектора, нам пора уходить!

Звук её голоса подействовал на меня как ледяной душ. Сознание, затуманенное жаром поцелуя и близостью Дерена, мгновенно прояснилось. Я уперлась ладонями в его плечи, пытаясь отстраниться, но он не спешил меня отпускать.

Дерен медленно, дюйм за дюймом, разорвал поцелуй. Его глаза, потемневшие от желания и азарта, были так близко, что я видела в них свое испуганное отражение. Он тяжело дышал, и я чувствовала, как под моими пальцами перекатываются его напряженные мышцы.

— Анна? Ты там заснула? — снова раздалось из-за двери, и на этот раз к Мае присоединился голос Деи. — Замок что, заело?

Дерен усмехнулся — победно и дерзко. Он плавно опустил меня на пол, но не отступил, продолжая удерживать меня в кольце своих рук, прижимая к стене. Его большой палец медленно провел по моей нижней губе, стирая следы своего безумства.

— Похоже, твоя «свита» вовремя, Сольер, — прошептал он, и в его голосе больше не было угрозы — только обещание чего-то гораздо более опасного. — Иди к ним. Пока я еще помню о правилах.

Он отступил на шаг, мгновенно превращаясь из хищника в холодного, отстраненного адепта боевого факультета. Одним коротким жестом он отодвинул засов.

— Анна! — Дея буквально ввалилась в помещение, как только дверь открылась. — Что тут...

Она осеклась на полуслове, увидев Дерена. Мая, стоявшая за её спиной, округлила глаза и прикрыла рот ладонью.

Дерен прошел мимо них, даже не удостоив девушек взглядом. Его мантию чуть раздувало при ходьбе, а походка была такой же уверенной, как и всегда. Только проходя мимо Маи, он на секунду замер и бросил через плечо, глядя прямо на меня:

— Мы продолжим в следующий раз, Анна.

Он скрылся в полумраке теплиц, оставив после себя запах озона и звенящую тишину.

Подруги тут же набросились на меня с расспросами, их голоса сливались в неразборчивый гул, но я не могла вымолвить ни слова. В голове до сих пор стоял туман, а перед глазами — его потемневший взгляд. Мои губы всё еще горели, храня вкус его безумной жажды, а сердце отказывалось возвращаться к нормальному ритму.

Теперь мне стало окончательно ясно, что за игру он ведет.

В ту самую первую ночь у стены, когда он перехватил меня в тени, в нем горел вполне однозначный, хищный интерес. Тогда он хотел от меня не признаний в нарушении режима, а чего-то гораздо более личного. Он хотел меня.

Боевики, такие как Дерен, привыкли получать всё, что хотят. В их мире сила — это право, а желание — приказ к действию. Они не знают слова «нет», особенно когда речь идет о ком-то, кого они считают слабее или ниже себя по статусу. Мой удар лишь раззадорил его, превратив обычное влечение в одержимость охотника, чей трофей посмел огрызнуться.

Но внутри меня всё протестовало против такого исхода. Я была воспитана в строгости, в семье, где честь и чистота значили многое. Я не хотела терять невинность с парнем, которого едва знала, и уж тем более с тем, кто использовал шантаж и силу вместо искренних чувств. Для него это была игра, азартное покорение очередной вершины, а для меня это было неприемлемо.

В следующий раз, когда он подкараулит меня — а я не сомневалась, что это случится скоро, — мне нужно будет дать ему понять раз и навсегда: со мной такие игры не пройдут. Он может быть сколько угодно сильным магом и аристократом из знатного рода, но я не шлюха, которую можно прижать к стене в ванной и получить всё по первому требованию. Если он думал, что я сдамся под натиском его наглости, то он глубоко ошибался.