Глава 65 Дерен

Кабинет герцога Валори.

На следующее утро после побега, когда солнце только коснулось шпилей столицы, тишина кабинета герцога была нарушена резким стуком в дверь. Вошел дворецкий, его лицо было бледнее обычного, а в руках он дрожащими пальцами держал лист пергамента с фамильным перстнем Дерена.

— Лорд Валори... — начал он, но голос сорвался. — Слуги нашли это в покоях молодого господина. Комната пуста, часть одежды исчезла.

Герцог медленно обернулся. Он вырвал записку и пробежал глазами по строкам. По мере чтения его лицо каменело, а в глазах разгорался холодный, опасный гнев. Он скомкал письмо в кулаке так сильно, что костяшки побелели. Он резко ударил ладонью по столу, заставив подпрыгнуть чернильницу.

— Начальника стражи ко мне! Живо!

Через пять минут в кабинет вбежал капитан Хиллс. Герцог обрушился на него, не давая вставить ни слова:

— Мой сын исчез прямо у вас под носом. Выяснить всё! Где он был вчера, с кем говорил, каждую собаку, которая видела его. Если он покинул город, я хочу знать, через какие ворота и в какую сторону.

— Будет исполнено, милорд! — капитан вытянулся в струнку. — Мы все проверим и допросим стражу на воротах.

***

Тракт на Морнхольд. Спустя неделю.

Пока в столице стража сбивалась с ног, опрашивая свидетелей, Дерен и Ник уже были далеко.

Путь до побережья занял ровно одну неделю. Это были семь дней бесконечной скачки, коротких ночевок в лесу и постоянной оглядки назад. Они обходили крупные города стороной, предпочитая заброшенные тропы и сомнительные тракты, чтобы не попасться на глаза патрулям.

Лошади осунулись, а сами друзья пропитались запахом дорожной пыли и пота. С каждым днем воздух становился всё более влажным и соленым, а небо — тяжелым и серым. Магия в этих краях вела себя странно: Дерен чувствовал, как привычные потоки силы внутри него становятся вязкими, словно они пробирались сквозь невидимый кисель.

На исходе седьмого дня, поднявшись на очередной холм, они наконец увидели цель. Впереди, зажатый между скалами и серым, бурлящим морем, лежал Морнхольд. Город был окутан тем самым легендарным туманом, который, казалось, имел свою собственную волю — он медленно перетекал по крышам домов, скрывая очертания башен.

— Выглядит еще более паршиво, чем описывал дядя, — прошептал Ник, остановив коня на краю обрыва.

Город внизу казался серым пятном, пожираемым наползающим с моря маревом. Острые шпили башен протыкали туман, словно когти утопленника, а шум прибоя снизу доносился как глухой, прерывистый стон.

Я поправил капюшон, чувствуя, как холодный ветер с моря пробирает до костей.

— Где-то там Анна и Лира, — я сильнее сжал поводья. — Поехали скорее, я хочу пройти через ворота до того, как их закроют на ночь.

Мы пустили изнуренных лошадей вниз по склону. Решено было въезжать открыто. Прятаться в лесах или лезть через склады означало сразу привлечь внимание патрулей и стражи, которые в таких пограничных городах всегда настороже. Наша легенда была простой: два наемника, ищущих работу в месте, где мечи всегда в цене.

Когда мы приблизились к главным воротам Морнхольда, стало ясно, что город живет по своим законам. Массивные створки из мореного дуба, обитые железом, уже начали медленно сходиться.

— Стой! — выкрикнул стражник в тяжелом кожаном панцире, преграждая нам путь длинной пикой. Его лицо было почти полностью скрыто платком — местные защищали легкие от сырого тумана. — Кто такие? Зачем в город на ночь глядя?

— Дерен Холт и Никос Стоун, — уверенно произнес Ник, перекрывая гул ветра. — Наемники. Слышали, здесь всегда нужны люди, которые умеют держать сталь. Мы прибыли из столицы.

Стражник выхватил бумаги и поднес их к тусклому фонарю. Несколько секунд он внимательно изучал подписи и тяжелые печати канцелярии. Я чувствовал на себе взгляды лучников со стены, но старался сохранять спокойствие бывалого солдата.

— Из столицы, значит... — стражник вернул документы и неожиданно хмыкнул, оглядывая нас с ног до головы. — Что ж, удачно вы приехали. Работы в Морнхольде сейчас навалом, людей вечно не хватает. То ли мрут быстро, то ли бегут, не оглядываясь.

Он махнул рукой своим людям, и ворота со стоном замерли, оставляя узкий проход.

— Проезжайте. И мой вам совет — найдите ночлег до того, как туман станет совсем густым. В этом городе по ночам легко потеряться.

Мы проехали под сводами ворот. Стук копыт по мокрой мостовой эхом отражался от стен. Как только мы оказались внутри, ворота с тяжелым гулом захлопнулись за нашими спинами.

Город встретил нас запахом гнилой рыбы, сырости и копоти. Узкие улочки уходили вверх, теряясь в белой мгле.

— Ну что, Стоун, — тихо сказал я, поравнявшись с Ником. — Мы на месте.

— И раз работа есть, значит мы не долго будем сидеть без дела, — Ник посильнее натянул плащ. — Ищи вывеску таверны. В таких местах и комнаты сдают постояльцам.

Мы двинулись вперед по улице, утопая по щиколотку в липком морском тумане. Лошади шли неохотно, поводя ушами на каждый шорох за темными фасадами домов. Город казался вымершим, если не считать звуков капающей воды и далекого рокота прибоя.

Где-то через пятьсот метров из белесой мглы проступили очертания здания, и нам показалась покосившаяся вывеска, на которой едва угадывался силуэт многоногого морского чудища. «Старая каракатица» была на удивление крепким строением — основательные каменные стены первого этажа внушали доверие в этом зыбком краю. Из окон лился тусклый желтый свет, доносился приглушенный гул голосов и запах жареного мяса.

Рядом с основным зданием находилась вполне добротная конюшня. Над самой таверной возвышались еще два этажа с узкими окнами, где, судя по всему, сдавали комнаты.

— Похоже, это лучшее, на что мы можем рассчитывать, — вполголоса заметил Ник, кивая на коновязь. — Если здесь сдают жилье, значит, есть шанс закрепиться.

Мы спешились и быстро пристроили лошадей. Я поправил тяжелую сумку на плече и направился ко входу. Надо было поесть и отдохнуть прежде чем искать Анну с Лирой.