Глава 74 Анна

Утро началось с мягкого, настойчивого солнечного луча, который пробился сквозь узкое окно и расчертил наше одеяло золотистой полосой. Тумана, этого вечного проклятия города, не было и в помине. Воздух за окном казался прозрачным и звонким, а небо — пронзительно голубым.

Сегодня нам никуда не нужно было спешить. Вчера Дерен переговорил со своим капитаном, и тот дал ему увольнительную. Мэтр Орсий в лечебнице тоже проявил милосердие: едва услышав о моем венчании, он велел мне не показываться на глаза до завтрашнего утра.

Я чувствовала, как Дерен проснулся. Он не шевелился, просто смотрел на меня, а затем его пальцы начали медленно и невесомо водить по моей спине, спускаясь к самому изгибу талии. От этих прикосновений по коже побежали знакомые мурашки.

— Уже утро? — пробормотала я, не желая открывать глаза и выходить из этого состояния блаженного покоя. Я сладко потянулась, задевая его своими коленями, и почувствовала, как он тут же придвинулся ближе.

— Утро, леди Валори, — прошептал он мне в самое ухо, и от звука моего нового имени сердце пропустило удар. Он притянул мое сонное тело к себе, заставляя каждой клеточкой почувствовать его жар. — И самое прекрасное в нем то, что у нас есть целый день, который принадлежит только нам двоим.

Я наконец открыла глаза и улыбнулась ему — открыто, не пряча своего счастья. Приподнявшись на локте, я почувствовала, как одеяло соскользнуло с моих плеч, обнажая кожу, всё еще хранившую память о его вчерашних ласках. Дерен подался вперед, и когда его губы коснулись чувствительной ямки у меня на шее, я невольно зажмурилась от удовольствия.

— Я бы хотела так просыпаться каждое утро, — прошептала я, запуская пальцы в его жесткие волосы и притягивая его голову ближе. — Чтобы больше не было страха и одиночества. Только ты.

— Так и будет, — пообещал он, приподнимаясь и заглядывая мне в самую душу. В его взгляде было столько решимости и нежности, что у меня перехватило дыхание.

Он снова накрыл мои губы своими, подтверждая каждое слово. В этом утреннем свете, заливавшем нашу постель, его поцелуи были ленивыми и глубокими. Нежность медленно перетекала в горячую волну желания, и я всем телом подалась навстречу своему мужу. Мы никуда не спешили, заново открывая друг друга в лучах солнца, наслаждаясь каждым стоном и каждым мгновением, которое теперь принадлежало нам по праву.

***

Спустя какое-то время я всё же заставила себя выбраться из-под теплого одеяла, хотя руки Дерена очень неохотно выпускали меня из объятий. Накинув его просторную рубашку, которая доходила мне почти до колен, я босиком прошла на маленькую кухню.

Дерен вскоре присоединился ко мне. Он не стал одеваться полностью, натянув лишь штаны, и теперь прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди и наблюдая за мной с той самой собственнической улыбкой, от которой у меня до сих пор слабели ноги.

Я принялась хлопотать у плиты, пытаясь соорудить завтрак из того, что он заранее припас в кладовой. Нарезала хлеб, поставила на огонь сковороду с остатками мяса и разбила несколько яиц.

— Тебе помочь? — насмешливо спросил он, подходя сзади и обнимая меня за талию, когда я помешивала еду.

— Я боюсь, что если ты начнешь помогать, то у нас всё пригорит, — рассмеялась я, откидывая голову ему на плечо. — Просто сиди и жди.

Наконец мы уселись за небольшой деревянный стол прямо у окна. Ели неспешно — постоянно отвлекаясь друг на друга.

— Остынет же, — шептала я, когда он в очередной раз притянул меня к себе прямо через угол стола, чтобы коротко, но нежно поцеловать в кончик носа.

— Пусть остывает, — отзывался он, запуская пальцы в мои распущенные волосы. — Я два года был голоден по тебе, Анна. Хлеб подождет.

***

Солнце стояло высоко и мы решили, что было бы преступлением провести такой день в четырех стенах, пусть даже эти стены были самыми желанными на свете.

— Куда пойдем, леди Валори? — тихо спросил Дерен, когда мы вышли на залитую светом улицу. Он непринужденно обнял меня за талию, и я почувствовала, как по телу разливается уютное тепло.

— Куда угодно, — улыбнулась я.

Мы бродили по узким улочкам, которые при солнечном свете казались почти очаровательными. Зашли на городской рынок, где пахло специями, свежей рыбой и сушеной травой. Дерен, торговавшийся с продавцом яблок с таким серьезным видом, будто решал судьбу империи, купил мне целый кулек сочных плодов. Мы ели их прямо на ходу, смеясь и пачкаясь сладким соком.

Позже мы вышли к набережной. Без тумана море казалось бескрайним и глубоким, его волны лениво разбивались о портовые сваи, рассыпаясь мириадами искр. Мы долго сидели на старом каменном парапете, подставив лица теплому ветру. А потом гуляли до самых сумерек, чувствуя себя абсолютно свободными.