Глава 20

— А теперь ещё раз! На брудершафт! — азартно крикнул Анри, и они с Клемом залпом осушили две пинты официально запрещённого в Норленде и потому собственноручно сваренного зелья дестабилизации. — Вин, дуй сюда! Мы не оставим другим ни шанса!

— Они что, действительно считают, что это поможет им обмануть независимого судью и выйти на бой стихий? — с сомнением спросила у Анги я.

Подруга прыснула.

— Ещё как! Но у них всё равно ничего не выйдет. В академии полно сильных магов.

Парни, расслышав её слова, подбежали к нам и энергично запротестовали:

— Какое нам дело до них, если решение принимают чар-сферы?! — скороговоркой выпалил Клем. — А они могут дать сбой!

— И неправильно определить наш уровень магии! — согласно кивнул Анри. — Особенно, если мы хорошенько взбодримся… — озорно произнёс он и дал Клему «пять».

— А на адреналине выплеск сил ого-го! Все это знают! — к нам подошёл покрасневший от зелья Вин. По-свойски меня приобнял за плечи и, поиграв бровями, добавил: — Поднимемся уровня на два. А то и на три, крошки…

Я рассмеялась, скинула с себя его руку, а Анги весело выпалила:

— И всё равно не дотянетесь до фаворитов! Ребята, неужели вы считаете, что одни в академии додумались принять допинг? Маги земли с восьмого курса всю неделю горстями жуют кору серповидной ели, маги ветра с шестого давятся перьями из зада златоклювого вейрана, водники с седьмого закидываются порошком шпанской мушки… — Она резко осеклась, хмыкнула и с масляным блеском в глазах добавила: — Ну, только они совершенно с другой целью… Только это большой секрет! — Мы с Ари и Сэлл переглянулись и прыснули. — В любом случае, это неважно. Пока в академии гнездится Дракон, никому не вырвать из его чешуйчатых лап корону. Так пусть от его атак лучше отбиваются те, кто…

— Кстати, об этом! — оборвал её, пританцовывая на месте — так его штырило! — Клем. — Парни, надо напоить Уилла! Вдруг на адреналине он обскачет Виктора? — заговорщически произнёс, заметив, как в рекреационную зону вошёл принц вместе с цветущей и очень довольной Хеленой. — Долой драконий произвол!

Ребята слаженно закивали, потом подбежали к столу, на котором лежали их пузатые фляжки. Начали ими трясти, проверять остатки. А потом Анри вспомнил, что заныкал у себя в комнате ещё две такие же и, радостно выпалив: «Мы его точно сделаем! И тогда появится шанс на ничью!», чарами перенёс их к себе.

— Вам не кажется, что они стали какими-то… гиперактивными что ли, — задумчиво спросила я у девчонок.

— Не важно, что кажется нам, — глубокомысленно заметила Сэлл. — Лишь бы ректору так не показалось.

— Да, — согласно кивнула Ари. — Что-то они совсем разошлись…

— Спорим, неправильно намешали зелье? — хихикнула Анги. — Мне недавно на глаза попался рецептик… Там такой состав… — Она присвистнула, обозначая масштабы проблемы. — Весь выпускной курс не потянет, не то что эти аболтусы!

— Кстати, о выпускниках, — улыбнулась я. — Как думаете, кого, кроме Виктора выберут сферы?

— От магов ветра, скорее всего, снова Марка, — задумчиво сказала Анги. — Хотя он вернулся очень помятым и истощённым из их последней поездки с Виктором… Могут и передумать…

— А от водников, — вставила Сэлл, — либо Эльзу, либо Милену, либо Хайдена. Но, думаю, всё же Эльзу. Она не такая сильная, как наши огневики и ветряники, но своей стихией вполне сносно владеет.

— Ты шутишь? — подскочила на месте Ари. — У Эльзы великолепная техника! Вдобавок, она само изящество. Попадание в образ стихии — семь из десяти!

Я покивала головой, соглашаясь. Эльза и впрямь была очень красива, а колдовала так, будто выплетала кружево чар, а не просто махала палочкой. Ван Веррени нам её всё время ставил в пример, приглашал посмотреть на зачёты с участием его любимицы.

— А от магов земли кто пойдет? — продолжила я расспросы.

Анги пожала плечами.

— Понятия не имею. У них всё время меняются фавориты. Но точно не девушка: стихия хоть изначально и женская, но сильные волшебницы с их потока выпустились в том году. А те, кто остались… О, глядите! — оживилась Анги и указала рукой на перевозбуждённых Клема, Анри и Вина.

Ребята обступили со всех сторон Уилла и энергично совали ему под нос свои фляжки, громко скандируя:

— Пей! Пей! Пей!

— Парни, отстаньте! — рассмеялся Уилл. — Проще уж усыпить Виктора, чем накачать меня до его состояния.

Ребята многозначительно переглянулись, и Анри озвучил всеобщую мысль:

— А что? Это идея… — К тому моменту его язык уже не поспевал за работой мозга и заплетался. — Бежим! Может, ещё и успеем.

И с этими словами они, то и дело врезаясь в стены, унеслись из рекреационной комнаты.

Анги и Сэлл рванули за ними. Ари отозвала в сторонку Хелену, а Уилл подсел ко мне.

— Ну что, Миранда, идёшь на церемонию? — мягко поинтересовался куратор.

— Конечно! Если парням удастся облапошить чар-сферы, а я этого не увижу, то с горя съем лепреконскую шляпу! — рассмеялась я. — К тому же, там будет Виктор. Он просил составить ему компанию. — Уилл перестал улыбаться, кивнул, и я, заметив его реакцию, тихо спросила: — Как ты? Не напрягает, что Виктор снова тебя обставил?

Он покачал головой.

— Всё нормально, Миранда. Виктор же доминион, по-другому и быть не могло. Но мне нравится за ним наблюдать в такие моменты, — серьёзно ответил Уилл, и я в который раз подумала о том, какой же он великодушный и благородный. Другой бы завидовал, бесновался. А он вёл себя очень достойно. Как и подобает настоящему принцу. Хотя и находился в тени. — К тому же, это его последний год в академии.

Внезапно у меня в животе позорно заурчало. Я смущённо накрыла его руками, потупилась. И почему мне всё время хочется есть?! А Уилл, глянув на меня мельком, опять просветлел.

— Сбегай к миссис Эппи на кухню, перекуси. Если отбор затянется, еду ты нескоро увидишь.

— Пожалуй, ты прав. Спасибо, — отозвалась я, перехватив ревнивый взгляд Хелены. Вскочила со ступенек и рванула к выходу. Но что-то меня царапнуло изнутри. Я резко остановилась, обернулась к куратору и торопливо сказала:

— Уилл, ты будешь классным правителем! А он — аномалия! Помни!

На кухне у тётушки Фай витали соблазнительные ароматы жареной курочки, лукового супа и шоколадного пудинга. Я сидела за широким белоснежным столом и с аппетитом уплетала оставшиеся с завтрака блинчики с грибами. Кругом носились с тряпками поварята. Тётушка Фай грозным голосом им отдавала команды, а в перерывах оценивающе смотрела на меня, тяжело вздыхала и причитала:

— Кушай-кушай, тебе полезно. Ещё месяц назад была тощей, как швабра, без слёз не взглянешь. А сейчас начала мясцом обрастать, хорошеть. И синяки под глазами исчезли! К концу года, может, и формами обзаведёшься… Всё-таки Виктор молодец, бережёт тебя, пестит.

— Да, он замечательный… — пробормотала, запивая компотом горячие блинчики. — Изначальные, как же вкусно! Будь моя воля, навсегда бы здесь поселилась…

Тётушка Фай улыбнулась и протянула мне тарелку с заварными пирожными.

— Вот, возьми сладенького, полакомись. Твои любимые. Только что испекла.

При виде десерта я восторженно застонала, а улыбка тётушки Фай стала ну очень довольной.

— Давай я тебе положу их в пакетик. А то на церемонию опоздаешь.

— Церемония! Точно! — Глянула на часы и с огорчением поняла, что она минуту назад как началась. — Бездна! Мне надо бежать!

— Вот возьми, — собеседница протянула мне полный лакомств пакетик. — Съешь по дороге.

Я просияла.

— Тётушка Фай, вы лучшая! Спаси-и-ибо!

С этими словами я забрала щедрый дар и унеслась в зал для демонстраций. По дороге уплетала за обе щеки пирожные. Вкуснотища такая! Как устоять? Главное — энергичней работать зубами!

Когда я влетела в набитый до отказу зал для собраний, то с ужасом поняла, что там было не протолкнуться. Виктор должен был придержать мне местечко в первом ряду. Но попробуй к нему сейчас пробраться сквозь эту толпу. Да и ребят нигде не было видно. Я предприняла пару отчаянных попыток протиснуться немного вперёд, но адепты хохотали, тянули вверх шеи и никуда сдвигаться не собирались.

—…Да, Викториан, — весело произнёс ректор, — в ваших талантах мы не сомневались…

— Тогда, может, отдадите корону стихий мне прямо сейчас? — самодовольно ответил он. — Чего ждать, если и так всё ясно?

По залу пронеслась очередная волна смеха, и я подпрыгнула на месте, чтобы увидеть, что творилось на сцене. Но смогла разглядеть на огромном экране-трансляторе, который над ней повесили, лишь руку Виктора, которой он лениво подбрасывал переливавшийся всеми оттенками красного шарик. Наверное, это и была огненная чар-сфера.

— Приятной неожиданности, — иронично парировал ректор. — Ита-а-ак, сейчас мы узнаем, кого же стихия ветра выбрала в этом году своим воплощением! — Адепты завертели головами, возбуждённо зашептались, и я снова подпрыгнула, чтобы понять, что там происходило. Но ничего не увидела. — Он скор, он силен, он азартен и весел! — между тем заливался ректор. — Лёгок в общении, в сражении честен! Он ласковый бриз и шальной ураган, не сможет поймать его лучший аркан! Маркус ван Хольцберн, прошу, поднимитесь на сцену! Стихия выбрала вас, — тяжело выдохнул глава академии. — Снова…

— Пока всё, как обычно, — ехидно вставил Виктор, и я увидела на всё том же огрызке экрана, как он дал подходящему другу «пять». — Вы точно не передумали, многоуважаемый ректор»?

— Точно, — буркнул недовольно глава академии, и ребята опять засмеялись.

А я энергичней накинулась на пирожные. Осталось всего две штуки! Сейчас их быстро доем, освобожу руки и смогу протиснуться к сцене.

— …Он миролюбив и трудолюбив. Предпочитает сраженьям любовь и мирские утехи. Но если придётся идти на врагов, будет бороться не ради потехи! И участником от башни земли становится… Сайтек ван Фиртли! — Надо же, тот маг земли, который чуть меня не прибил на факультативе у Гриддека. Хоть бы Виктор его снова не подпалил… — О, юноша, поздравляю! Вы по праву заслужили подобную честь!

Я заозиралась по сторонам и случайно увидела с краю трибун Анри и Клема. Они стояли в неестественных позах и как-то медленно и очень странно шевелили руками. Словно заржавевшие роботы из немагического мира. А Вин вообще замер на месте с поднятой в воздух ногой. Анги удерживала его за шкирку, чтобы тот не упал. Дела… Интересно, что это их так приложило: Виктор или зелье?

От удивления разжала пальцы, и пирожное выскользнуло из руки. Чудом успела его подхватить в последний момент. Но слишком сильно сдавила, и густой шоколадный крем растёкся по моей ладони, потянулся к запястью. Вот невезуха! Пришлось его неэстетично слизывать.

— А теперь мы узнаем участника из башни воды. Полагаю, это опять будет девушка, — произнёс ректор, и шеи адептов ещё сильней повытягивались. — Вода дарит жизнь и её забирает, своё воплощенье оберегает…

Крем немилосердно вытекал, и я, крутясь на месте ужом и удерживая остатки пирожного, энергично устраняла проблему.

— …Она прекрасна и грациозна, изящна в манерах, в подаче себя виртуозна…

Рука сделалась ужасно липкой. А салфеток с собой у меня не было. Внезапно увидела, что из заднего кармана штанов Вина торчал беленький носовой платок.

Удача!

По залу пошли робкие смешки, изумлённые перешёптывания, и я, воспользовавшись всеобщим замешательством, сделала лицо кирпичом и шустро приманила его к себе палочкой. Повезло! Никто не увидел! Довольно улыбнулась, вытирая ладонь, и одним махом закинула остатки пирожного себе в рот. Сощурилась, словно кошка, энергично орудуя челюстями, — вкуснотища!

— …В сраженьях блистательна, неповторима. — Точно Эльза! Зачёты у лэра Фэнкри она сдавала великолепно. Только почему все смеются? — А в танцах пластична, непременно игрива. — Зал уже заходился от неудержимого хохота.

Да что там у них происходит?!

Изнывая от любопытства, встала на носочки, запрыгала на месте. Но ничего, кроме бледно-голубой сферы, вертевшейся вокруг чей-то золотистой макушки не разглядела.

Между тем собравшиеся в зале адепты уже были на грани истерики. Они не просто крутили головами, а бурно жестикулировали, разворачивались, выискивая глазами в толпе сей выдающийся образчик добродетелей.

— …В придумках, забавах равных ей нет… Но кто же она? Вот главный секрет!

Стадный инстинкт сработал, и я завертелась ещё сильнее. Обернулась, когда поняла, что Эльза прячется у меня за спиной. Но около массивной резной деревянной двери никого не было. Странно. И тут меня осенило…

Медленно подняла глаза вверх и с ужасом обнаружила над собой светящуюся чар-сферу. Осторожно повела головой вправо, потом влево. Но артефакт летал за мной, как заарканенный. Гогот в зале стал просто нечеловеческим. И я жалобно пискнула. Вот позорище!

— Мисс Фоуксли, голубушка, не смущайтесь, — ласково обратился ко мне ректор, и толпа расступилась. А я увидела на экране транслятора крупным планом свою перекошенную от непередаваемой гаммы эмоций физиономию. — Поднимайтесь к нам, милая. Мы вам все очень рады.

Я моргнула. Одним быстрым движением бросила платок Вина в пакетик, скомкала его и сжала в руке, так как выбросить или спрятать было попросту некуда. И, сгорая со стыда, медленно направилась к сцене. Там уже меня поджидал Виктор, омерзительно ухмыляясь. Марк с Сайтеком тоже надо мной потешались и даже не пытались этого скрыть, негодяи. Шикарно!

— Лисёнок, иди сюда, не тушуйся, — весело бросил Виктор и забрал у меня пакетик. В один миг обратил его в пепел, и я, став подле него, отряхнула руки и изобразила некое подобие благопристойности.

— О твоих манерах, оказывается, слагают легенды… — издевательски произнёс огневик одними губами, когда ректор продолжил вещать. — Я поражён…

— Сама в шоке, — ответила, глядя строго перед собой. — Ты постарался?

Виктор усмехнулся.

— Ты переоцениваешь мои дарования.

— Изначальные, откуда в тебе взялась эта скромность?

— Пусть это останется тайной. Для нас обоих.

Я сдавленно хмыкнула и принялась внимательно слушать поздравления и напутствия ректора. Если отбросить указания на усердные тренировки, то последние сводились к созданию коалиций. Маги огня обычно объединялись с магами ветра, а водники — с магами земли. Но бывали и исключения.

— Ну что, Миранда, хочешь стать царицей стихий? Тебе бы пошла корона… — заговорщически прошептал мне на ухо Виктор, ласково приобняв. — Обычно я держу её для себя, но по такому случаю готов расчистить для своего Лисёнка путь к трону, а потом и самому сдаться на милость очаровательной королевы.

— Вот ещё! — фыркнула я, задумчиво косясь на Марка и Сайтека: кому бы из них предложить союз? — Я хочу биться честно! Не вздумай мне поддаваться.

Виктор усмехнулся.

— Как скажешь. Но если вдруг передумаешь, дай мне знать.

После церемонии избрания участников боя стихий нас с Виктором окружили ребята и начали наперебой выкрикивать поздравления вперемешку с советами. Даже заторможенные Анри, Клем и Вин — Виктор клялся, что их не трогал! — изъявили невербально желание выразить мне свои восхищения.

Парни широко улыбались, моргали, а Вин то и дело падал к моим ногам. Ногу ему так и не удалось разогнуть. Виктор был в настолько благостном настроении, что согласился вместе с Марком и Уиллом сварить для них зелье-антидот. По-хорошему, надо было парней порталами перекинуть в целительский блок. Но если бы ректор узнал, что они в себя влили, то вмиг бы отчислил из академии. Пришлось снова хитрить.

Голова ужасно раскалывалась, а в душе царил кавардак, но я улыбалась, мечтая поскорей оказаться в каком-нибудь тихом укромном местечке. Уже собиралась попрощаться с ребятами, как к нам подошёл Гриддек.

— Миранда, можно вас на пару слов?

Я растерянно глянула на Виктора, потом на ребят и согласно кивнула.

— Конечно, профессор. — И, когда мы с ним отошли в сторонку, с затаённой тревогой спросила: — Что-то случилось?

Он усмехнулся.

— Нет, не беспокойтесь. Я просто хочу узнать, как вы планируете сдавать зачёт по боевым искусствам.

Стоило лишь это услышать, как я помрачнела.

— Не знаю, — хмуро ответила, обхватив плечи руками. — Друзья обещали меня немного потренировать… Надеюсь, этого хватит.

— Весьма маловероятно, — безжалостно произнёс профессор, и я с удивлением подняла на него глаза. Что происходит? — Скажите мне вот что, мисс Фоуксли. Вы же не примите помощь Виктора во время боя стихий?

— Разумеется, нет, — растерянно отозвалась я. — А при чём тут это? Профессор ухмыльнулся.

— При том, что, если вы хорошо себя покажете на состязаниях, думаю, ректор сумеет уговорить лэра Фэнкри поставить вам зачёт автоматом за второй триместр, — заговорщически произнёс он и, подмигнув, растворился в толпе галдящих адептов.

* * *

2,5 года назад

— Ну что, Викториан, ты уверен? — провокационно спросил Нэт, когда мы с ним стояли на вершине горного склона. — Доберёшься до замка, не сломав шею?

Я с наслаждением втянул ноздрями морозный воздух, опустил на глаза очки и нахально сказал:

— Лучше переживай за свою! Разобьёшься — отправишься прямиком к Изначальным. Целительская магия — не мой конек.

— Посмотрим, кто кого ещё будет лечить! — рассмеялся Нэт. Вскинул вверх руки и создал гигантского воздушного змея. Я сделал такого же, только огненного. — Встретимся на финише! — крикнул друг, забираясь на спину зверю. — Не опаздывай!

И, не дожидаясь сигнала, рванул вперёд. Я недовольно фыркнул, запрыгнул на своё огненное творение и, бросив победный клич, понёсся следом за ним по отвесному горному склону.

Мы скользили вниз, словно безумные. Снег летел во все стороны, наши звери сталкивались боками, пытались вывести из строя друг друга. А мы хохотали, ощущая себя живыми.

Пару раз мне удалось откинуть Нэта в сторону, и его змей, закружившись, налетел на скалу и чуть не развеялся. Друг разъярился: создал ему крылья, в полёте нагнал меня и начал забирать кислород из моего огня. Я заставил своего зверя, подпрыгивая и переворачиваясь, петлять. А потом развернулся — и дыхнул пламенем в Нэта. Он выставил щит и в ответ напустил на меня ураган. Кое-как вырвался из его эпицентра, и мой змей, оскалив клыкастую пасть, прыгнул на своего соперника.

Всё смешалось: звери, люди. Наши творения вцепились зубами, когтями в шкуры друг друга, переплелись хвостами, а магия ветра раздула пламя, рождая чудовищный огненный шар, который с жутким грохотом нёсся по склону, превращая снег в воду, выжигая редкую пожухлую траву и разметая камни.

Такой кучей малой мы и приземлились у подножья горы. Благо, родители этого не видели.

Иначе был бы скандал. А оттуда порталом перенеслись к моему замку.

Видок у обоих был изрядно потрёпанный. Мои куртка и футболка сгорели, от очков и ботинок не осталось и следа, а джинсы местами дымились. Нэт был немногим лучше: его защитили щиты. Но нам было весело. Мы оба были стихиями и друг с другом могли позволить себе не сдерживаться. И в нашем общении сквозили лёгкость, свобода. Несмотря на то, что Нэт был старше меня на два года.

Пошатываясь и пиная друг друга, мы направились к небольшой делегации, выстроившейся на пороге. Кроме слуг, там были Марк со своими сёстрами, Леста с кузиной и Уилл.

— Какой радушный приём. Только рушника с хлебом и солью не хватает, — издевательски бросил Нэт. — А это что за красотка в серебристой шубке? Раньше её здесь не видел…

Я улыбнулся, с восхищением глядя на Лесту. Постучал по плечу друга и с гордостью произнёс:

— Это мой Пепел — девушка, на которой я однажды женюсь. Нэт скорчил гримасу.

— Лэри дей Соррен? Надо же, не признал. А она изменилась… Небось, всё такая же назойливая и нетерпимая?

— Смотря с кем, — ухмыльнулся я и пихнул Нэта в бок. — Не доставай её, и она тебя удивит. Друг скептически изогнул светлую бровь и с чрезмерной радостью выкрикнул:

— А, малютка жираф! Как давно мы не виделись?

Сёстры Марка и Уилл тихонько засмеялись, услышав это приветствие. А Леста от злости скрежетнула зубами, но сделала книксен. Натянуто улыбнулась и проскрипела: — Года два, ваше высочество…

— О, ты свела пятнышки? — продолжал доставать её Нэт. — И как мне теперь тебя величать?

— Может, по имени? — ядовито процедила она.

— Нет, это слишком банально!

Я покачал головой, наблюдая за ними.

— Нэт… Не дразни Лесту…

— Мы просто общаемся. Два года не виделись, подумать только… О, а что это за прелестные создания? — Он переключился на сестёр Марка, а Леста нырнула в мои объятия и прорычала на ухо:

— Как же он меня бесит… Если бы не статус кронпринца, уже бы давно его осадила. — Я усмехнулся, поцеловал её в щёку, и Пепел уже мягче добавила. — Где вы столько времени пропадали?

— Соревновались в гонках на стихийной живности.

Леста окинула меня восхищённым взглядом, облизала губы и нежно мурлыкнула:

— Надеюсь, ты его сделал?

— О, да!

Нэт расслышал мой ответ и обернулся:

— Разумеется, нет! Техническая ничья! Кстати, Викториан, лэр Максимилиан у себя? Мне нужно с ним обсудить кое-что важное…