Глава 23

Рычащее беснующееся пламя охватило голову, грудь Виктора, растеклось по раскинутым в стороны ладоням, закрутилось огненным смерчем вокруг его мускулистого тела. И кристаллические стены задрожали…

— Он же не… — настороженно произнёс Сайтек, и искрящиеся лазурью границы печати треснули.

— Уматываем отсюда! Живее! — рявкнул Марк, и мы разбежались.

Я понеслась к своему призрачному дракончику. Одним рывком запрыгнула на него и взлетела вверх. Марк подхватил Сайтека, и они вдвоём взмыли под потолок. А пламя уже заполняло собой поле арены…

Один за одним я нервно выкидывала в Виктора разученные заклятья. Причём, скорости ради, действовала не палочкой, а руками. Но они отлетали от него, как зачарованные. Сайтек пытался сдержать противника огромными каменными плитами, а Марк какими-то странными чарами вытягивал кислород из огня.

Внезапно арену прорезал яростный рык — и лианы, покрывавшие потолок, вспыхнули, а незримая сила подхватила Сайтека и швырнула на край арены. Каменные плиты тотчас устремились к нему, обложили, создавая гроб. Я вскинула руку, чтобы помочь напарнику, но стараниями Виктора заклятье слияния неожиданно прервалось. Палочка отделилась от моего тела и полетела к огневику. А мой дракончик развеялся. Я начала стремительно падать…

Марк было направил в мою сторону ветряной поток, но Виктор ударил его чистой силой, и тот потерял равновесие. Вокруг мага мгновенно завернулся ало-оранжевый кокон — излюбленное заклятье Виктора «Огненный плен». Он ухмыльнулся, подхватил на руки до смерти перепуганную меня, закинул себе на плечо и весело произнёс:

— Ну что, мелкая интриганка, попалась? — Я разлепила сжатые веки — неужели жива? — Что за феноменальная тяга к заговорам? — между тем фыркал Виктор. — Я её защищаю, оберегаю, пылинки сдуваю, а она меня стравливает с лучшим другом. Мерзавка! — Он перехватил меня поудобней за бёдра, да так, что я свесилась ещё ниже.

— Ай! — тотчас обиженно взвизгнула. — Что ты творишь?! — Немедленно меня отпусти! — Мой взгляд скользнул по застрявшему в огненном капкане Марку, по разъярённому Сайтеку, который пытался раздвинуть палочкой стены своей гробницы, и я сердито охнула: — Что ты сделал с ребятами?!

— Наказал, — невозмутимо ответил Виктор. — Будут знать, как идти против меня. Совсем страх потеряли… А всё твоё тлетворное влияние!

Я разъярённо рыкнула, задёргалась, замахала кулаками:

— Поставь меня на землю! Немедленно! А не то я.

— Что? Защекочешь до смерти? — ухмыльнулся Виктор и на радость восторженным зрителям легонько, но очень обидно похлопал меня по пятой точке. — Не страшно, Миранда.

Послышался раскатистый смех, и я заверещала:

— Ненавижу тебя! Пусти!

— Полагаю, это победа, мистер Штельм?! — долетел до меня из-за спины весёлый голос ректора. — Может, вы наконец отпустите мисс Фоуксли, расколдуете остальных участников соревнования и подойдёте ко мне за наградой?

— Вот ещё! — хмыкнул Виктор. — Миранда — мой боевой трофей! И расставаться с ним я не намерен! — Он опять демонстративно постучал по моей пятой точке, и я рассерженно взвыла. — Красавица в плену, а поверженные противники отбывают справедливое наказание. Всё, как в жизни, многоуважаемый ректор. Хотя от короны я и впрямь не откажусь…

С этими словами он лениво взмахнул рукой, и золотой артефакт с рубинами, выпорхнув из обсидианового ларца, что находился в ладонях у ректора, устремился к нему. Виктор без интереса перехватил его в воздухе, небрежно нацепил себе на голову и побрёл по лестнице к постаменту.

— Эй, куда ты меня тащишь?! — взвизгнула я, дрыгая энергично ногами. — Прекрати!

— Лисёнок, — с омерзительным самодовольством в голосе произнёс Виктор, — бейся сколько угодно, но учти: твоё платье о-очень короткое.

Тут же жалобно пискнула и перестала вырываться. А Виктор ухмыльнулся.

— Умница. Вот за это тебя и люблю.

— Я тебе этого не прощу, — простонала я, пытаясь хотя бы немного оттянуть платье. Но из такого положения до него было нельзя дотянуться. А Виктор, оценив мои непонятные телодвижения, бессовестно рассмеялся и продолжил тащить меня, как мешок с картошкой, по лестнице к постаменту.

А когда оказался на нём, рухнул па трон, предназначенный для воплощения стихии огня и самым бесстыдным образом усадил меня к себе на колени. Я оскорблённо фыркнула. Как могла, оправила платье, стараясь при этом не думать о том, что с трибун отлично были видны мои голые босые ноги. А затем демонстративно распрямила спину и сложила на груди руки.

— Ты просто отвратителен… Он опять ухмыльнулся.

— Да ладно тебе, Миранда, не злись. Смотри, что у меня есть. Корона для моей королевы… С этими словами он взмахнул рукой, и к нам подлетел сапфировый артефакт. Виктор издевательски возложил его мне на голову, а я посчитала, что ворчать и дёргаться на потеху публике ниже моего достоинства, и вырываться не стала. Хотя и пыталась заморозить его полным ледяного презрения взглядом. Но огневик не проникся:

— Очень красиво…

— Мистер Штельм, что вы творите?! — выпалил ректор, когда обнаружил опустевший ларец. — Корону победителя боя стихий может надеть только один человек…

— Глупости! Что это за король без своей королевы? Тем более, такой очаровательной… — нахально ответил Виктор и мне подмигнул: — Правда, Лисёнок? Не смущайся, тебе очень идёт.

— Изначальные, — прошипела я, — была бы я доминионом воды, точно бы тебя укатала…

— Хорошо, что ты не он. — Виктор поиграл бровями и взмахом руки приманил к себе кубок с виноградным напитком. — Будешь что-нибудь их закусок? — Я возмущённо фыркнула, и он ухмыльнулся. — Как хочешь. А вот я не откажусь от мясной нарезки…

— Хочешь сказать, что будешь есть на глазах у голодной девушки?! — взвилась я.

Он мне подмигнул.

— Ещё как! А моя королева, когда сменит гнев на милость, сможет без проблем подкрепиться. Ну что, хочешь салатика?

— Нет! — рявкнула я и задрала подбородок повыше.

— Как знаешь… — иронично бросил Виктор, и позолоченной блюдо с мясной нарезкой подлетело к нему. Он демонстративно медленно отправил в рот ароматный мясной ломтик и посмотрел на меня.

В этот момент взмокший Сайтек под аплодисменты взволнованных зрителей наконец выбрался из каменной гробницы, оценил обстановку и направился к нам. Взял кубок с вином, сделал пару глотков и, пожав руку Виктору, рухнул на соседний трон.

— Выпусти меня! — долетел до нас обиженный голос Марка. — Сколько можно?!

— Может, уже отпустишь его? — мрачно уточнила я, снова оттянув пониже край платья.

— С чего вдруг? — невозмутимо ответил Виктор, делая глоток из кубка. — Пускай страдает, предатель.

— Поразительно, как ты не додумался заточить и меня.

— У меня на тебя планы поинтересней, Лисёнок, — с многозначительными интонациями прохрипел Виктор, нахально поглаживая моё бедро, и я раздражённо фыркнула. Сбросила с себя его руку.

Он рассмеялся.

В этот момент снова раздался взвинченный голос Марка.

— Эй, Виктор, уже не смешно! Здесь жарко, как в пекле, и кислорода всего ничего! Выпускай меня, живо!

— Вот ещё! Надо было раньше об этом думать, предатель!

Я недобро прищурилась. Крикнула:

— Ма-а-арк, попробуй расцепить потоки! Они переплетаются буквой V под потолком! Отыщи в правом верхнем углу небольшую впадинку и действуй!

— О, Мири, спасибо, — обрадовался друг. — Сейчас попробую.

А Виктор метнул меня укоризненный взгляд. Я невозмутимо пожала плечами.

— Что?

— Ничего, — мрачно ответил он и сделал глоток из кубка. — Это было моё любимое заклятье. Которое до этого момента никто не знал, как разрушить.

— Я в курсе, — ответила, мстительно улыбнувшись.

— Мерзавка…

От дальнейшего обмена любезностями нас оторвал счастливый вопль Марка:

— Хвала Изначальным, я выбрался! Мири, ты чудо! О, вы уже едите?

Мокрый, взъерошенный и основательно подпаленный маг ветра направился по лестнице к нам. По дороге скинул серебристый камзол — атрибут наряда своей стихии, вытер с лица белоснежным платком капельки пота и принялся обмахиваться рукой, как опахалом.

— Уф-ф, ну ты и засранец, Виктор, — бросил он, схватив со стола кубок и сделав затяжной глоток. — Продержать меня столько времени в этом пекле! М-м-м… Чем бы мне заесть этот стресс?

Он схватил со стола золотое блюдо с излюбленными ракушками, плюхнулся на трон слева от нас и мечтательно протянул:

— Самое то… Вкуснотища…

— Может, ты меня наконец отпустишь? — снова активизировалась я.

Щеки ужасно пылали. Ведь я понимала, что зрители на трибунах с восторгом наблюдали за нашим скандальным поведением. После такого позорища — век не отмоюсь.

Виктор издевательски изогнул бровь и посильней обхватил мою талию.

— С чего вдруг? Меня всё устраивает. А если тебе неудобно, можешь положить голову мне на грудь. Не бойся, не скину. — Он издевательски подмигнул, и я, скрежетнув зубами, сбросила с себя его руку.

Дёрнулась, попыталась удрать, однако Виктор успел в последний момент меня перехватить. И самым бесстыдным образом вернуть в прежнее вызывающее положение.

— Виктор, я серьёзно. Довольно. На нас и так все косятся. Я же умру со стыда!

— Не умрёшь, я тебя реанимирую, — отмахнулся он, подсовывая мне под нос устрицы. — Мы короли этого вечера. Воплощения мощнейших стихий. А они по природе необузданные, своенравные. Так что мы с тобой отлично попадаем в образ. Ну что, будешь устрицы? Или отобрать у Марка ракушки с икрой?

— Виктор, какие ракушки? — простонала я, отведя от себя тарелку с закусками. — Это к твоим выходкам в академии все привыкли! Из нас двоих ты — стихия. А вот я — никто!

Он ухмыльнулся.

— Тем более. Все шишки достанутся мне. — Он избавился от ракушек и поманил к нам блюдо с креветками. — На твоём месте никто бы не смог удрать от меня. Так что расслабься и наслаждайся моментом.

Я метнула в него яростный взгляд и оскорблённо фыркнула. А Виктор опять рассмеялся. Между тем ректор взмахнул палочкой — и искромсанное поле арены, покрытое оплавленными каменными глыбами, обгоревшей растительностью и грудой земли, на глазах у восторженной публики трансформировалось в блистательный бальный зал. Появились столики с закусками для гостей и адептов. Приличных размеров танцпол. А за нашими спинами — инструменты для музыкантов: барабан, контрабас, струнные…

Восторженно закрутила головой по сторонам, разглядывая эти невероятные преобразования. На миг даже забыла о том, что сижу полуобнажённой на коленях у своего безбашенного парня на высоком троне с пафосной короной на голове, а на меня смотрит вся академия во главе с членами королевской семьи.

— Итак, дорогие мои, состязания стихий окончены! — энергично сообщил зрителям ректор.

— Давайте поаплодируем нашему бессменному победителю — Виктору Штельму! — Адепты энергично захлопали в ладоши. — Но и остальные участники сегодняшнего сражения проявили себя в высшей мере достойно! Они продемонстрировали не только великолепное владение стихийной магией, но и потрясающее умение работать в команде… И даже… проявили креативность:

После этих слов Анри, Клем и Вин подскочили со своих мест на трибунах, громко зааплодировали, засвистели и нахально выкрикнули:

— Мири — ты супер!

Я потупилась, ещё сильней покраснела. Виктор ухмыльнулся, а ректор весело произнёс:

— Согласен с вами, мисс Фоуксли превзошла саму себя! Присаживайтесь. — Довольные донельзя парни заняли свои места. — Так вот, о чём это я… Давайте поаплодируем нашим воплощениям стихий воды, ветра, земли — мисс Фоуксли, лэру ван Хольцберну и лэру ван Фиртли!

Адепты с энтузиазмом захлопали в ладоши. Кое-то, поддавшись коллективной эйфории, засвистел, заулюлюкал.

— А теперь… — вкрадчиво произнёс ректор, когда в зале воцарилась опять тишина. — Предлагаю нашему сегодняшнему победителю — Виктору Штельму открыть праздничный бал. — С этими словами он обернулся к нам и иронично спросил: — Полагаю, несчастная мисс Фоуксли станет вашей партнёршей?

— Разумеется, — хмыкнул Виктор.

А меня от этой новости пробила мелкая дрожь. Зазвучала лирическая мелодия. Виктор бережно снял меня с колен, поставил на пол, и я ужасом поняла, что мой самый страшный кошмар медленно, но верно воплощается в жизнь.

— Виктор… — испуганно прошептала, когда он присел передо мной на колени и принялся обувать хрустальные туфельки. Которые не пойми откуда взялись около трона. — Может, ты выберешь кого-то другого себе в партнёрши?

— С чего вдруг?

— Ну, понимаешь… Я не умею танцеватъ, — призналась смущённо, но Виктора не проняло:

— Чепуха. Вы с Марком отлично зажгли на Ноябрьском балу.

— Но то были современные танцы! А эти ваши норлендские традиционные у меня не получаются от слова «совсем». Не зря лэр Тильтек называет меня неповоротливой мебелью…

Виктор замер со второй туфлей в руках. Медленно поднял на меня глаза.

— Неужели так плохо?

Я грустно улыбнулась и жалобно пискнула:

— Очень.

Огневик окинул небрежным взглядом любопытных зрителей, которые с жадностью взирали на нас, потом задумчиво почесал подборок.

— М-да… Ну и задачка… Ладно, вот как поступим. Марк, иди-ка сюда! — он обратился к приятелю.

Тот удивлённо на нас посмотрел, но оторвался от своих икорных ракушек, пожал плечами и спрыгнул со своего ветряного трона. Подошёл к нам.

— Бери Лисёнка и Сайтека, и идите все дружно отжигать на танцпол.

Мы с Марком переглянулись.

— Не понял…

Виктор закатил глаза.

— Что тут непонятного? Миранда не умеет танцевать классические танцы. Так что нам придётся изменить программу сегодняшнего мероприятия, — заговорщически произнёс он. — Я перенесусь к музыкантам и задам ритм. А вы с Лисёнком станцуйте что-то вроде того, что было во время прошлого бала. И Сайтека с собой прихватите. Я к вам потом присоединюсь.

Марк метнул в меня озорной взгляд и весело произнёс:

— С радостью.

— Отлично! — кивнул Виктор и улыбнулся растерянной мне. — Миранда, только не вздумай стесняться. И вот ещё что… — Он окинул меня издевательским взглядом и криво ухмыльнулся. — Не надевай туфли. Сегодня ты стихия! Помни, — ласково произнёс Виктор, и пол под моими ногами начал резко теплеть. С благодарностью на него посмотрела: заботится. Огневик подмигнул и, оборачиваясь, властным командным голосом крикнул: — Сайтек, живо сюда!

Маг земли, который в этот момент попивал вино, устало откинувшись на спинку трона, нахмурился. Но всё-таки подошёл.

— Так, Сайтек. Марк с Лисенком сейчас пойдут танцевать то, что было на прошлом балу. А ты к ним присоединишься.

— Вообще-то я не планировал танцевать…

Голубые глаза Виктора полыхнули огнём, и Сайтек переменился в лице.

— Хорошо, я потанцую.

— Вот и договорились.

В этот момент прозвучал голос ректора:

— Похоже, наши стихии что-то задумали… Викториан, не поделитесь с нами, в чём дело?

Огневик тут же перестал заговорщическим полушепотом раздавать нам указания. Обаятельно улыбнулся и повернулся к ректору:

— Мы с остальными стихиями решили, что вальсы и котильоны — это не для нас! — нахально заявил он, чем поверг ректора в шок. — Хотим немного взбодриться. А заодно и встряхнуть ребят.

— Викториан, — начал было ректор с укором.

Но мой парень уже порталом перенёсся к музыкантам, наколдовал себе гитару — и по залу пронёсся раскатистый дребезжащий звук.

Мы с Марком и Сайтеком переглянулись и направились на танцпол. А Виктор на радость взбудораженным адептам уже вовсю отжигал. Причём вместе с академическими музыкантами. Неужели и их запугал?

— Марк, а ты что такой нервный? — тихонько спросила я друга, когда мы с ним спускались на танцпол по ступенькам. Его взгляд то и дело устремлялся к гостям.

— М-м-м… дело в том, что в зале мой отец… — с загадочной улыбочкой сообщил он. — А я вроде как нарушил семейный кодекс, когда предал Виктора и перешёл к вам. Уже предвкушаю, какой разнос он мне устроит!

Марк сдавленно хмыкнул, а я с изумлением на него посмотрела.

— Ладно, потом с этим как-нибудь разберусь. А сейчас… Потанцуем?

Я глянула на лица адептов, жадно следящих за тем, что мы творили. Затем увидела ректора, чьи брови были приподняты. После чего скосила глаза на ложу. Лэр Максимилиан и его сын Адриан ухмылялись. У лэрис Кристабеллы был пришибленный вид. А вот Уилл, заметив меня, показал «класс», и я немного расслабилась.

— Давай, — ответила Марку, и мы, встав напротив друг друга, зашлись в приступе диких плясок под задорный мотив.

В ход пошли уже хорошо отработанные и «хмельной оборотень», и «маг-недоучка», и «мальчик с рюкзачком». А дальше мы с ним пустились в импровизацию.

— Сайтек, давай энергичней! — крикнул Марк, покружив меня.

И маг земли неожиданно перехватил мою руку, резко рванул на себя. Да так, что у меня перед глазами завертелось всё, как на карусели. А затем, сделав поддержку, низко наклонил к полу. Я ошарашено уставилась на партнёра. Пухлые губы улыбались, в зелёных глазах затаились смешинки.

— А ты действительно классная…

Смутилась, а в следующий миг испуганно вскрикнула:

— Ай!

— Какая же ты, сердцеедка, Миранда, — прошептал Виктор, притягивая меня к себе, кружа. — Ни на минуту нельзя оставить тебя без присмотра.

Я рассмеялась, но спорить не стала. И мы уже вчетвером продолжили танцевать. Марк с Сайтеком, стоя по бокам нашей импровизированной шеренги, вытворяли нечто вопиюще отвязное. Мы же с Виктором, выплясывали дуэтом. Он то наклонял меня, то кружил, то выделывал какие-то невероятные движения, и я с азартом за ним повторяла. При этом стараясь перещеголять.

А какой-то момент заметила, что адепты покинули свои места, вышли на танцпол и присоединились в нашей разгульной четвёрке. Развлекались так, что стены дрожали! Было ужасно весело. Я в который раз рассмеялась и оказалась в объятиях Виктора. Он замер на месте, восхищённо смотря на меня — в голубых глазах искрились огненные крапинки. А затем поцеловал так, словно не мог без меня, задыхался. Я ответила. И мы на пару мгновений, а может, и вечность, перенеслись в другую реальность. Туда, где никого, кроме нас не было.

— Давай убежим, — заговорщическим тоном предложил он.

— Давай! — весело ответила я. — Только сначала я хочу переброситься парой фраз с друзьями.

— Хорошо, — покачал головой Виктор. — Только недолго.

И мы, взявшись за руки, побежали с танцпола. Однако путь нам преградил лэр Максимилиан.

— Добрый вечер, Миранда, — вежливо поздоровался он. — Викториан. — Мой парень напрягся, резко притянул меня к себе, обнимая. Что не укрылось от внимательных старческих глаз. — Поздравляю с победой. Но, согласись, на этот раз ты был в шаге от проигрыша.

— Ошибаетесь, лэр, — сухо ответил он. — Я никогда не проигрываю.

Лэр Максимилиан блеснул голубыми глазами, лукаво улыбнулся и переключился на меня. — Мисс Фоуксли, я поражён вашими дарованиями. Честно признаюсь, не ожидал увидеть в вашем исполнении одно из древнейших заклятий секретных архивов дей Штеллемов.

Я мысленно заскулила. Стыдно-то как. Закусила губу и виновато на него посмотрела.

— Не смущайтесь, моя дорогая, — улыбнулся он, гипнотизируя меня своими голубыми глазами. — Это было великолепно. Вам практически удалось, как вы выразились, укатать этого ящера. Что бы там Викториан ни говорил, — иронично произнёс он, а мой парень ещё сильнее напрягся. — Уверен, если бы у вас было больше ресурса, печать бы не дрогнула.

— Благодарю, — тихонько сказала я, не зная, как реагировать на подобную похвалу. Неужели у меня всё же есть шанс попасть в Серпентейлиум?

— Не за что, моя дорогая. Кстати, — он понизил голос до заговорщического шёпота: — Лэр Фэнкри мне обещал, что поставит вам зачёт автоматом за второй триместр.

Я изумлённо, восторженно охнула. На радостях рванула вперёд, чтобы обнять того, кто принёс мне настолько благую весть, но тут же попятилась. Взяла себя в руки. Лэр Максимилиан, верно истолковав мои дёрганые телодвижения, ухмыльнулся.

— Удачи, мисс Фоуксли. Викториан.

С этими словами король Норленда отошёл от нас и направился к ректору. А на его месте тотчас появился Уилл. В сопровождении очень красивой Хелены — своего черноволосого кербера. Она неестественно широко улыбалась и ревниво поглядывала на меня.

— Виктор, поздравляю! — радушно поприветствовал нас Уилл. — Мири, это было что-то невероятное! Поверить не могу, что ты смогла повторить печать! Уму непостижимо! У деда с отцом лица повытягивались, когда они поняли, что происходит!

— Спасибо, — просияла я, а Виктор недовольно фыркнул:

— Да, мальчуган, знатно ты мне удружил. Ты чем вообще думал, когда подсунул этой безмозглой архивы? Она же вообще без тормозов!

Я рассмеялась.

— Уилл, не слушай его! Твоя книга — лучшее из того, что я читала в последнее время! Без неё — не видать мне автомата по боевым искусствам!

— Так дед уже рассказал? — заговорщически уточнил он. — А я хотел тебя первым поздравить… Ну ладно.

— Так это ты ему сообщил про зачёт? — спросила взволнованно я. Он мне кивнул. — Спасибо! Ты самый лучший куратор на свете! — расцвела я и кинулась ему на шею. Но тотчас отстранилась, перехватив разъярённый взгляд Хелены. — М-м-м… а насчёт той книжечки? Можно я оставлю её себе? — уточнила, закусив губу.

А Виктор с Уиллом одновременно выпалили:

— Ни за что!

— Разумеется! — Принц глянул на моего парня, ухмыльнулся. — Брось, она тебя честно сделала.

Виктор закатил глаза.

— Ну-ну…

— Кстати, тебя ищет мама.

А вот эта реплика заставила грозного Дракона насторожиться.

— Серьёзно?

Уилл рассмеялся. А я удивилась: неужели родители Виктора приехали в академию и своими глазами видели это позорище?! Изначальные, надо рвать когти!

— Ещё как. Сказала, что в жизни так не краснела. Хочет ввалить тебе от души… Сходил бы ты к ней. Если она найдёт тебя первой — будет дикий скандал.

— М-м-м… Ладно… Схожу, — растерянно произнёс Виктор, взъерошив пальцами волосы на затылке. — Миранда…

— А Миранду искала Анги! — тут же вставила Хелена. — А ещё Полия, Арианна и Сэлла. Они вон там! — она услужливо указала кивком в сторону моих подруг, и я с облегчением выдохнула: вот и нашёлся повод улизнуть.

— Я тогда побегу к ним! — выпалила порывисто, пока огневика не угораздило потащить меня знакомиться с родителями. — А ты, Виктор, иди к маме.

Он очень странно на меня посмотрел. А потом ухмыльнулся и бросил лениво:

— Как скажешь, Лисёнок. Я подойду к тебе минут через десять. Если к тому моменту меня не раскатают в лепёшку, — добавил задумчиво он и исчез в портале.

Хелена утянула куда-то Уилла, а я побежала искать подруг.

— Мири! — крикнула Анги, несясь мне навстречу. Следом бежала Полия. — Это было нечто невероятное! Мы с ребятами хохотали, словно безумные!

— Да уж… было с чего, — мрачно ответила я. — Позорище экстра-класса! Век не отмоюсь.

— Согласна, это было ужасно, — хихикнула Анги. — Мы с парнями, чуть ли не катались по полу от смеха, глядя на то, как ты фыркала и вырывалась, а потом с видом оскорблённой невинности отказывалась от угощений! Но это же Виктор! К вашим перепалкам в академии уже все давно привыкли! Даже больше — ждут с нетерпением!

— Особенно лэрис Кристабелла… — пробурчала я, а Анги сдавленно хмыкнула:

— Да, она была не в восторге. — И расхохоталась чему-то своему.

Полия неодобрительно на неё посмотрела, потом обратилась ко мне:

— На самом деле, Мири, ничего страшного не случилось. Ты лихо сражалась, а потом неудачно угодила в плен! А вот если бы ты с самодовольным видом сидела на коленях у Викториана или, что ещё хуже, его обнимала, вот тогда это был бы скандал!

— Зато теперь ты официально самая желанная девушка в академии! Жаль ты не видела, как парни на тебя слюнки пускали и злились, что Дракон умыкнул тебя у них из-под носа, — отсмеявшись, вставила Анги. — А Виктор, раз заварил всю эту кашу, пусть сам её и разгребает…

Она лукаво прищурилась, глядя куда-то влево. Проследила за направлением её взгляда — и увидела, как лэрис Кристабелла смачно влепила грозному Дракону, держащему в страхе всю академию, подзатыльник, словно нашкодившему школяру. Так вот о какой «маме» говорил Уилл. Я улыбнулась такому повороту событий, расслабилась. А Полия хмыкнула.

— М-да, если кто-то его и в состоянии приструнить, то только лэрис Кристабелла, — весело заявила она. — Говорят, что она ужасно вспыльчивая, но очень добрая. Это правда?

— Ещё как! Прямо, как наша Мири, — нахально ответила Анги и мне подмигнула. — Так что, Лисичка, расслабься. Ничего твоей репутации не грозит!

В этот момент к нам порталом перенёсся Виктор.

— Ну что, Лисенок, наговорилась?

Я закусила губу, окинула его лукавым взглядом, кивнула. И, не удержавшись, с издёвкой добавила:

— Ну что, как прошёл разговор с «мамой»?

Девчонки захихикали, а Виктор переменился в лице. Внимательно посмотрел на меня, потом на Полию, обдумывая что-то своё. А потом усмехнулся:

— Думаю, ты всё видела и сама. Девчонки, поболтаете позже!

С этими словами он подхватил меня на руки, и мы исчезли в портале.