Глава 27

…Я бежал… Не знаю, куда и зачем. Кругом была тьма, и я что-то кричал. Испуганно звал кого-то. Но кого именно, не мог разобрать. Мне было страшно. Так страшно, как никогда в жизни. Словно что-то ужасное должно было вот-вот случиться. Или уже случилось… Я не понимал.

Сердце колотилось, как бешеное, а тело не слушалось. Оно сделалось странным: огромным, чужим. И всё вокруг меня разлеталось. Деревья, кусты. А я всё кричал, драл голосовые складки до крови. Но вместо слов изрыгал пламя. Отплёвывался от огня, нервно озирался по сторонам и бежал…

* * *

В холле первого этажа творилось нечто невообразимое. Адепты что-то кричали, испуганно причитали и разбегались в разные стороны. А преподаватели, выхватив палочки, споро расставляли охранки вдоль окон и стен.

— Изначальные, что происходит? — прошептала я, растерянно, недоверчиво озираясь.

От группки старшекурсников отделился взволнованный Марк и подбежал ко мне.

— Мири! А ты что здесь делаешь?! Немедленно уходи в свою башню!

— Марк… Что происходит?

Он окинул меня тяжёлым усталым взглядом и глухо сказал:

— Виктор полыхнул. И, похоже, утратил рассудок. Ректор вызвал оперативников Серпа. Они сейчас всё здесь оцепят и будут дожидаться прибытия лэра Максимилиана.

— Зачем? — тупо спросила я.

Марк поджал губы, покачал головой.

— Только он сможет остановить Виктора. — Внезапно за нашими спинами прозвучал хлопок. Я обернулась и увидела около портоплит Кассандру Mepц. Она махала рукой, отдавала команды своим оперативникам, которые, словно пауки, в мгновение ока разбежались по академии. — А вот и королевская Кобра пожаловала…

— Какая встреча, надо же… Юный грифон и та самая девушка, из-за которой закрутилась вся заваруха… — кривя губы в улыбке, пропела правая рука короля, приближаясь. Остановилась в полуметре от нас, приспустила чёрные очки-авиаторы и сказала: — А ведь я тебя предупреждала, Миранда: Виктор — огненный демон, который не в состоянии себя контролировать…

— Это неправда! — вскрикнула я. — Где он?!

— По моим данным, на улице. Сражается с ректором и малышом Уиллемом, — беспощадно сообщила Кассандра. — Сейчас прибудет лэр Максимилиан, и начнётся побоище. На этот раз Викториан не избежит камеры. Надеюсь, пожизненно. А вам двоим стоит вернуться в свои башни… — Она посмотрела в упор на Марка и, кровожадно улыбнувшись, пропела: — А то мало ли… снова зацепит…

Я метнула в неё нервный взгляд, потом развернулась и побежала к центральному входу.

— Мири! — бросился за мной Марк. — Ты куда?!

— Хочу попытаться успокоить Виктора! Ты разве не слышал, они опять его арестуют и упекут навсегда в Серп! Всё из-за меня…

— Миранда, не смей! — Марк перехватил меня за руку у самой двери. — Он убьёт тебя!

Я вырвалась, резко распахнула тяжёлую массивную дверь и выскочила на улицу. Тело тут же обдало морозным воздухом, пронзило тысячью льдинок — весна, и не скажешь. Но на адреналине я этого почти не ощутила.

Ибо передо мной предстала чудовищная картина. Виктор, с ног до головы охваченный пламенем, пошатываясь, неспешно брёл куда-то вперёд.

Ближе всего к нему был Уилл. Он что-то кричал, пытался остановить приятеля, бросал в него файеры и прочие заклятья. Но они разлетались, натолкнувшись на невероятной мощи огонь. А Виктор раздражённо, не глядя, насылал на него лавину жуткого пламени. Уилл уворачивался, отпрыгивал в сторону, отбивался. На помощь ему приходил ректор. Но огонь разрушал всякие чары. И пламя, сжигая одежду, лизало принцу то грудь, то голову, то плечо.

Ректор, Гриддек, ван Веррени были ближе всего к академии — метрах в пяти от неё. Судя по голубоватым искрящимся на стенах замка силовым нитям, они навесили на него защиту. Но кое-где виднелись разрывы потоков, и мне стало ясно: долго она не выдержит. А значит, не только академия была под угрозой, но и жизни собравшихся в ней людей.

— Виктор, перестань! — крикнула я, пробежав пару метров вперёд. Но меня тотчас нагнал Марк. Сгрёб в охапку, оттаскивая назад.

— С ума сошла? Ты что творишь?! — рявкнул он, пригибаясь и утягивая за собой вниз меня. Ибо огненная волна полетела в нас. Чудом успели спастись! — Он же тебя убьёт!

— Не убьёт, — отозвалась я и выкрикнула упрямо: — Виктор! Пожалуйста, перестань!

— Миранда?! — вместо него ответил мне Уилл. — Ты что здесь забыла? Марк, немедленно уведи её в замок! Пока…

Договорить он не успел, ибо отвлёкся, и огненный смерч, насланный Виктором в ответ, опять его зацепил. Ректор, Гриддек, ван Веррени тут же выставили щиты, постарались изменить направление пламени, но им это удалось так себе. Виктор был слишком силён.

— Мисс Фоуксли! Ван Хольцберн! А ну пошли вон отсюда! — рявкнул Гриддек, отвлёкшись на нас и не заметив, что ректор, создав вокруг себя белёсый энергетический кокон, медленно, шаг за шагом приближался к Виктору.

Тот почуял его, рыкнул, и дикое беснующееся пламя озером разлилось вокруг. Защита ректора таяла на глазах, и я понимала: ещё пара таких ударов, и он умрёт. Как и все, кроме Уилла. Надо было срочно что-нибудь предпринять.

Я огляделась, оценила расстояние до Виктора и, пнув Марка локтем в живот, ударив его головой, на всех скоростях рванула вперёд. Благо, мужчины сражались, и не могли меня перехватить. На ходу вытащила палочку и выкрикнула:

— Сей ваан пар! — Вокруг меня тут же материализовался энергетический кокон. Тот самый, которому научил Гриддек. — Виктор, перестань! Умоляю! — Замерла в паре шагов от него и с отчаяньем бросила: — Я здесь. Рядом с тобой. Всё хорошо.

Внезапно Виктор остановился. Медленно повернулся ко мне.

— Никому не двигаться! — рявкнул ректор, с ужасом наблюдая за нами. — Никаких чар!

Удерживая силовую завесу, я сделала осторожный шажок к Виктору.

— Ты ведь слышишь меня, понимаешь? — сдавленно прошептала, борясь со слезами.

Виктор по-звериному изогнул шею, разглядывая меня.

Вблизи он выглядел жутко, пугающе. И впрямь огненный демон. Грозный хищник, который мог кинуться в любой момент, уничтожить. И даже этого не осознать. Что сделает с ним лэр Максимилиан, когда прибудет? Хорошо, если сумеет сдержать. А если нет…

— Просто дыши… Сейчас пламя угаснет. Я помогу.

Осторожно, не сводя с него глаз, выставила вперёд палочку. Виктор недовольно рыкнул, но нападать не спешил. Ну а я дрожавшими от страха пальцами сделала лёгкий замах — опрокинула на него ковш воды.

Она зашипела, начала испаряться, коснувшись раскалённого тела, а Виктор коротко вздрогнул, угрожающе изогнувшись, передёрнул плечами. Вот-вот кинется!

— Только не злись… — ласково прошептала я. — Ты ведь этого и хотел. Потому и шёл к озеру. Я права?

Он зарычал, медленно потянулся ко мне рукой, касаясь барьера, его разрушая. От ужаса напряглась, но не вздрогнула. Чудом сумела сдержаться. Но ощутила, как чьи-то чужие чары осторожно восстанавливали, усиливали мою защиту.

— Ты должен остыть… успокоиться… — пробормотала с надеждой. — Я помогу тебе, ладно? Снова опрокинула на него ковш воды.

Виктор яростно фыркнул, отряхнулся и резко шагнул ко мне, разрывая защиту. Ну всё. Мне конец.

От страха поёжилась. Но вместо крика, мольбы с губ слетели слова его песни:

— Я молчу, ты говоришь. Я бегу, а ты стоишь…

Виктор резко замер, растерянно посмотрел на меня, и я уловила проблеск сознания. Изначальные, он меня услышал! Узнал!

— …Вдруг увидела драконов, полетела их кормить… Ты сочинил для меня эту песню, помнишь?

Виктор молча стоял, но пламя неожиданно начало уменьшаться. Хоть бы мне удалось! Изначальные, хоть бы у меня всё получилось!

— …А они в тебя огнём, бьют когтями и хвостом… Ставлю щит, тебя спасаю, а ты лезешь на рожон…

Внезапно за моей спиной послышался стук, топот множества ног. Видимо, дверь распахнулась, и из замка высыпали оперативники.

Виктор зарычал, изогнулся, принимая странную позу, словно защищая от врагов нас обоих, — а в следующий миг дыхнул в новых противников яростной огненной волной. Которая вместе с ними окутала и меня.

Тотчас от ужаса сжалась в комок, закрыла лицо руками, предвкушая нестерпимую жгучую боль.

— НЕТ!!! — заорал хрипло Виктор, приходя в себя, но было поздно.

Я слышала треск, чувствовала прикосновение тёплого воздуха к коже, видела яркие вспышки света, пробивавшиеся сквозь щели меж пальцев и с силой стиснутых век. Но боль отчего-то не приходила. Странно. Неужели меня кто-то спас?..

Осторожно приоткрыла глаза, осмотрелась. Воротник белого свитера и пиджак уже вовсю пылали, но невыносимая агония не наступала. Впрочем, ожогов тоже не намечалось. Даже волосы не обратились в пепел! Только намагнитились и распушились. Что за ерунда?

Я недоверчиво осмотрела себя. Затушила ладонью ало-оранжевые язычки пламени на одежде. Потом глянула на Виктора. Огонь ушёл из его глаз. И в них появилось столько боли, отчаянья, ужаса, что сердце сжалось в комок.

— Миранда?.. — слетело хриплое, раскатистое с его губ. Словно шелест, треск дров в костре, но не речь человека.

— Кажется, я цела, — пробормотала растерянно. — Поверить не могу, что ты меня подпалил…

Виктор пошатнулся. Так, будто эти слова выкачали из него всю силу. Обречённо, виновато опустил плечи. Пламя почти полностью угасло, и он развернулся, медленно поплёлся по снегу вперед. К заледеневшему озеру.

Я обернулась. Увидела растерянных оперативников. Изумлённых ван Веррени, Гриддека, ректора. И лэра Максимилиана. Он как-то странно на меня смотрел, сжимая в руках меч, и загадочно улыбался.

— Надень, пока не простыла! — подлетел ко мне Уилл и накинул на плечи мою белоснежную шубу. Но из-за перепада температур, кожу охватывал жар.

Щёки, кончики пальцев горели, но я всё же надела пушистую шубку. Кивнула.

— Спасибо.

— Тебе ещё надо переобуться, — серьёзно произнёс Уилл. — Замри.

Он сделал взмах палочкой, и мои чёрные ботиночки сменились моими же высокими меховыми сапогами.

— Спасибо, — глухо, плохо понимая, что происходит, повторила я и поплелась за Виктором.

Он лежал на берегу, погружённый до середины груди в льдистые воды озера Древних. Мрачный, измотанный и усталый.

— Виктор… — тихонько прошептала я, останавливаясь у него за спиной. — Как ты?

— Миранда, уйди, — прохрипел он, даже не обернувшись. — Ты не должна здесь находиться.

— Не замыкайся. Я за тебя беспокоюсь… — ответила, кутаясь в пушистую шубку. Сделалось зябко, не от холода Норленда, а от его ледяного тона.

Виктор молчал, тягостно, нервно, и я уже решила, что не ответил. Но нет. Я ошиблась.

— Я думал, что убил тебя, Мири, — глухо произнёс он. — Мне нет оправдания.

— Ерунда, — отмахнулась я. — Всё ведь закончилось хорошо. Наверное, ректор или кто-то из преподавателей меня подстраховал…

Виктор покачал головой.

— Нет, они не могли. У них попросту нет такой силы.

Я смутилась. Что же тогда произошло пару минут назад? Неужели лэр Максимилиан вмешался? Или дело в чём-то другом? Пламя ведь определённо должно было меня уничтожить… А потом увидела поникшего измотанного Виктора, который отчаянно втягивал ноздрями, ртом морозный норталианский воздух, стараясь унять свой огонь, и с напором сказала:

— Ну и что?! Какая теперь уже разница? Главное, что со мной ничего не случилось! Ты не должен себя корить…

Он промолчал.

— Виктор! — выкрикнул Уилл, подбегая к нам вместе с Марком. — Ты в порядке?

— Ну ты и устроил аттракцион! — вставил маг ветра, кутаясь в свою шубу. — Если я заболею, это будет на твоей совести!

Я метнула в него упреждающий взгляд, едва заметно покачала головой.

— Уилл уведи Миранду отсюда, — бесцветно произнёс Виктор. — А ты, Марк, наколдуй мне одежду. У меня с пальцев только огонь срывается…

— Хорошо… — Марк завозился с вещами, а Уилл подошел ко мне с явным намерением увести.

— Миранда, идём.

Я тут же вырвала у него свою руку, уперлась:

— Никуда я не пойду. Виктор, не смей меня прогонять. Так нечестно! Я же волнуюсь…

— Миранда, он прав… — осторожно вмешался Марк. — Сейчас от тебя мало толку. Лучше иди к себе. Выпей чай, успокойся, согрейся.

— Я в норме, понятно! И никуда не пойду. Виктор… — Я сделала несколько робких шажочков к нему. Замерла. Осторожно присела. — Я… я… так испугалась, когда услышала, что тебя хотят заточить в Серп, — жалобно прошептала, вгрызаясь нервным взглядом в него. — А когда увидела твоё пламя… Изначальные, я должна убедиться, что с тобой всё хорошо!

Он медленно повернул ко мне голову, посмотрел недоумённо.

— Ты меня не боишься?

Я задумалась на пару секунд, отрицательном мотнула головой.

— Нет. Ну, т. е. ты, конечно, выглядел очень жутко. Но я отчего-то знала, что ты меня не обидишь. Тот поджог не считается! Тебя спровоцировали! Я хорошо помню. Да и целился ты не в меня… А, скорее, хотел защитить… Не могу по-нормальному объяснить… Я… Я знаю, что мы расстались… Но можно, я провожу тебя в твою комнату и посижу там немного? — добавила, смущённо кусая губы.

В голубых глазах, полных огненных искорок, мелькнула надежда. Мелькнула и тут же угасла. Я уже видела, как он собирался отрицательно мотнуть головой, как в дело вмешался Марк.

— Разумеется, можно! — оптимистично ответил он вместо приятеля. — Мири, вот тебе ключи от нашей комнаты! — Марк бросил мне связку. — Прибери там немного, а то это огненное чудовище устроило жуткий погром. — Я улыбнулась, охотно кивнула. — А ты, Уилл, иди к деду и скажи ему, что всё хорошо…

— Марк…

— Что, Марк? Виктор, не тупи, — произнёс он, многозначительно понизив голос, и покосился на меня. — Что ни делается, всё к лучшему. Мири, а ты почему ещё здесь?

Я усмехнулась и побежала в академию.

В комнате парней было поистине жутко. Деревянные панели на стенах обуглились, почернели, ковёр сгорел. Впрочем, как и часть мебели. А зачарованный потолок покрылся копотью. Красота. Марку следовало благодарить Изначальных за то, что его приютил Уилл.

Я выложила на стол провиант, добытый по дороге у тётушки Фай, подняла разбросанные по полу вещи, разложила их по местам и поправила кровать.

— Ты зря так стараешься… — внезапно долетел до меня из-за спины хриплый голос Виктора.

Я обернулась. Внимательно на него посмотрела. Огневик уже не пылал, хотя огненные венки на шее, висках пока что были заметны, но всё же казался разбитым.

— Приляг, — прошептала я. — Тебе нужно поспать.

Уголки его губ дрогнули.

— Я не засну…

— Чепуха. Все так говорят. А потом отрубаются. У тебя перегруз, я же вижу.

— Не перегруз, а проблемы с контролем стихии, — он тихо поправил меня, но всё же присел на кровать.

Я улыбнулась.

— Это мы сейчас исправим.

— Интересно чем же?

— Безалкогольным мохито! Со льдом! — охотно сообщила я и решила разрядить гнетущую атмосферу шуткой: — Самое то для свирепого огнедышащего Дракона в самом расцвете лет после лихого сраженья!

Виктор сдавленно хмыкнул. Но спорить не стал. Я же повернулась к столу и начала резать мяту и лайм, смешивать соки.

— Миранда… — неожиданно произнёс Виктор. — Прости меня. Я придурок.

— Знаю, — улыбнулась я, не оборачиваясь.

— Я с ума схожу без тебя.

Моя улыбка стала немного шире.

— Это заметно.

— Ты… ты вернёшься ко мне?

Я покусала губу, решая, стоит ли спрашивать про Селесту. А потом поняла: ну её. Виктор выбрал меня. А я его. И мне этого хватит.

— Да… — робко ответила, поворачиваясь. — Но только если ты пообещаешь, что больше меня не предашь!

В голубых глазах отразилась такая радость, что я даже дёрнулась: вдруг опять полыхнёт.

А Виктор улыбнулся, искренне, от души, и притянул меня поближе к себе. Да так, что я рухнула ему на колени.

— Лисёнок…

Горячие губы скользнули к моим, и я, ощущая себя на пике блаженства, ему ответила. Мы прижимались друг к другу, счастливо обнимались, словно с момента разлуки были мертвы, а лишь сейчас ожили. Но первой поцелуй разорвала я.

— Эй, полегче, Дракон! А то опять полыхнёшь! — рассмеялась я. — Сначала пройдешь полный курс мохитотерапии, а только потом перейдёшь к близким контактам!

С этими словами я споро взяла со стола бокал с искрящейся салатовой жидкостью и протянула ему:

— Пей!

Виктор откинулся на подушку и устроился поудобней. Забрал из моих рук бокал, и меня вместе с ним. Я лежала, свернувшись калачиком, подле него. Неспешно перебирала пальцами чёрные жёсткие волосы и то и дело легонько касалась губами горячего лба.

— Виктор, что сегодня с тобой произошло? — осторожно спросила, когда он смежил веки, расслабился. — Почему ты полыхнул?

Он тяжело выдохнул, снова напрягся. — Скажи, станет легче.

Виктор поднял голову, поцеловал кончики моих пальцев и произнёс:

— С самого детства меня преследует ночной кошмар. Я бегу, не зная куда и зачем, — медленно, глухо произнёс он, — и кого-то зову. Но никого рядом нет. Я один. Не знаю почему, но в тот момент мне так страшно… как никогда в жизни.

Я ласково поцеловала его в висок, поощряя говорить дальше.

— Он не снился мне с осени, но после нашего расставания я разозлился, потерял над собой контроль, и кошмар возродился. Я не помню, как всё произошло. Просто внезапно понял, что оказался внутри того сна. Начал что-то кричать, кого-то искать… А потом появилась ты. Я не видел тебя и не слышал. Просто ощутил знакомую магию. Она расслабляла. И песня… Далёкая. Как из другой жизни. Стал понемногу успокаиваться, приходить в себя. А когда открыл глаза, то увидел тебя в огне. И понял, что натворил.

— Не думай об этом, — мягко сказала я. — Главное, что всё обошлось. И мы опять вместе.

Он повернулся, потянулся ладонью к моим волосам, заправил парочку выбившихся прядей мне за ухо:

— Ты не надела мою заколку…

— Знаю…

— Пообещай, что будешь всегда её надевать. Как бы ко мне ни относилась…

— Хорошо, — мягко улыбнулась я. — Обещаю.

В этот момент дверь распахнулась без стука и в комнату влетела взвинченная перепуганная лэрис Кристабелла. Подол жёлто-оранжевого платья, подхваченный ветром, развевался, как язычок пламени.

— Виктор, мальчик мой! — задыхаясь, прошептала она. — Как ты, мой милый?

— Мама… — Виктор резко выпрямился, сел на кровати, отставил мохито в сторону. А я потеряла дар речи. Молча открывала и закрывала рот, не в силах пошевелиться. Изначальные, что происходит?! — А ты что здесь делаешь?

— А где мне быть, как не рядом с тобой? — изумилась она. — Твой отец рассказал, что ты снова сорвался…

Она резко осеклась, заметив сидевшую на подушке меня. Виктор проследил за направлением её взгляда и ухмыльнулся.

— Мама, знакомься, это моя Миранда. Мы с ней опять помирились. Лисёнок, — он обратился к шокированной до глубины души мне, — это моя мама. Уверен, вы обязательно найдёте общий язык.

Я придурковато моргнула. Потом перевела на него растерянный взгляд. И отмерла.

— Рада знакомству, лэрис Кристабелла… — жалобно пискнула, мысленно представляя, что сотворю с этим бессовестным ящером, когда мы останемся наедине.

— Только не убивай меня, ладно? — ухмыльнулся Виктор, верно истолковав мою мимику. — Я тебе потом все объясню.

— Объяснишь что? — нахмурилась лэрис Кристабелла, разглядывая меня с плохо скрываемым неодобрением.

Но в этот момент в комнату влетел Уилл вместе с отцом и дедом. И я очумело посмотрела на них. Мой взгляд скользнул по лицу короля Норленда, задержался на старческих голубых глазах, на до боли знакомой кривой ухмылке, потом переместился к лэру Адриану. Черноволосому, статному, тоже голубоглазому. Изначальные, какая же я идиотка! И почему я сразу обо всём не догадалась?! Они же так сильно похожи!

— Вижу, вы уже познакомились, — насмешливо произнёс лэр Адриан, косясь на Виктора.

— Пришлось… — неохотно ответил тот.

— Викториан, а я тебя предупреждал: нехорошо обманывать девушку. Даже не знаю, как ты будешь теперь объясняться…

— О чём это вы? — уточнила лэрис Кристабелла. — Я ничего не понимаю! И это меня злит!

— О том, что твой сын, моя дорогая, — ухмыляясь, медленно произнёс лэр Максимилиан, — судя по всему, утаил от мисс Фоуксли своё истинное происхождение… Как это на тебя похоже, Викториан. — Он издевательски покачал головой.

— Так ты не знала, что мы с ним братья? — удивлённо выпалил Уилл. — Как такое возможно?

Лэрис Кристабелла выжидательно вскинула брови. Видимо, и её этот вопрос весьма волновал.

— Ну, она иностранка… И никто не стал её просвещать, — замялся Виктор. — А у меня другая фамилия…

— Это просто за гранью! — фыркнула лэрис Кристабелла. — Ладно, потом нам всё расскажешь. Собирайся, мой милый. Мы забираем тебя домой.

Виктор неохотно кивнул. А я слезла с кровати и тихо сказала:

— Прошу прощение. Я, пожалуй, пойду.

Но стоило мне сделать лишь шаг, как Виктор резко схватил меня за талию и притянул обратно к себе, неделикатно усадив на колени.

— Куда ты собралась, Лисёнок? — прошептал он мне на ухо и ласково поцеловал в шею. — Я тебя не отпускал.

— Но… а как же… — простонала, краснея, я.

— Полагаю, мисс Фоуксли, — весело произнёс лэр Адриан, — вы поедете с нами. — Иначе Викториан разозлится и спалит половину страны.

— Точно, пап. Я могу, — нахально заявил он. — Ну что, Лисёнок, придётся тебе всё-таки подучить этикет.

— Я урою тебя, — сказала одними губами.

Но он на это лишь рассмеялся. А я с затаённой тревогой покосилась на маму Виктора.

— Дорогая моя, — вступил в разговор лэр Максимилиан, перехватив мой затравленный взгляд, — будь полюбезней с этой милой особой. Ведь именно благодаря ей твой сынок сегодня без моего вмешательства обрёл утраченный разум.

— Разум нельзя потерять, — хмуро парировала она. — Он либо есть, либо его нет.

Лэр Максимилиан ухмыльнулся.

— Дорогая, ты это сама сказала.

Лэрис Кристабелла недобро прищурилась, определённо собираясь выдать какую-нибудь гневную отповедь, но в этот момент в комнату залетел раскрасневшийся Марк. Мигом оценил ситуацию и радостно бросил:

— О, вы уже познакомились! Замечательно! — Он проскользнул к нам, лавируя меж королевских особ. — Надо же… настоящий мохито! Какая удача! Я угощусь, если не возражаете.

— Марк, милый, — встрепенулась лэрис Кристабелла, — так ты тоже был в курсе всей этой авантюры и ничего мне не сказал?

Он поперхнулся. Закашлялся.

— Ну… Я…

— Полагаю, мне будет, что обсудить с твоей мамой, — с нажимом сказала лэрис Кристабелла и жёстко добавила: — Собирайся, ты едешь с нами.

Марк кисло поморщился, но всё же кивнул. И я сразу же поняла, кто был главным в семействе дей Штеллемов.