Глава 16

Ледяной ветер выл между скал, проникал в каждую щель. Этот звук напоминал жуткий, предсмертный стон – протяжный, полный безысходности. Думаю, так звучала смерть.

Тонкий слой инея на камнях цеплялся за подошвы, словно пытался удержать нас здесь навсегда. Каждый шаг оставлял след – будто эти проклятые горы метили чужаков.

Снежок, виновато прижав уши, издал тихое скулящее урчание. Ликант же, отпустив, наконец, мою руку, медленно оглянулся, и в его глазах мелькнуло что-то… странное. Неуловимое. Будто он узнавал эти места.

– Визгельм… – произнёс он осевшим голосом. Во взгляде пронеслись искры страха.

Ликанта способно что-то напугать? Не могу поверить!

– Что это за место? – повернулась я к нему.

– Беонитовы скалы. Под нами – ущелье Визгельм. – Он сделал паузу. – Его называют Рекой Падших.

Хотя я не знала, кто эти Падшие, но одного названия хватило, чтобы по спине побежали мурашки.

И тут раздался рык.

Я повернулась в сторону своего стража. И обомлела. Так у меня не двоилось в глазах!

Снежок переместился в это место вслед за другим мерлоком!

Ослепительно белый, с серебристыми чешуйками на ушах и хвосте, переливающимися даже от слабого света – он был всего на голову выше моего Снежка. Но эти глаза… Взгляд зелёных, светящихся, полных разума глаз был чересчур знакомым…

Но самое удивительное было не их сходство. А то, как мой страж прижимался к боку незнакомца, как трепетно касался мордой его шеи. Или её? Может быть, это была девочка?

Однако его действия не были похожи на звериные ухаживания. Это… Это было пронзительно человечно.

Через нашу связь хлынули чувства – нежные, теплые, переполненные такой любовью, что у меня перехватило дыхание.

Серебристый мерлок лизнул Снежка в нос, затем поднял на меня тот самый, невероятно разумный взгляд. И меня осенило.

Мама. Это была его мама!

Вот почему мой Снежок оказался так далеко от привычной среды обитания. Вот почему он выбрал меня. Он не потерял мать… Он искал её!

Инельда

– Инельда? – услышала я потрясенный голос Ликанта.

В его глазах – шок. Мерлок повернула к нему голову, и в ее изумрудных глазах вспыхнуло узнавание.

Ликант сделал шаг, затем еще один – неуверенный, будто боялся спугнуть видение. Инельда двинулась к нему навстречу, позволяя его дрожащей ладони коснуться своей морды. Его пальцы впились в белоснежную чешую, будто проверяя – реальна ли она.

На моих глазах происходило что-то невообразимое! Я вздохнула, понимая, что долгое время не дышала.

Это… страж моей мамы? И она… мать моего Снежка?

– Где ты была? – прошептал Ликант, гладя её чешую. – Ты жива… Но как?

Ледяная волна прокатилась по спине.

Стражи покидают мир вместе со своими Хранителями! Они связаны так сильно, что страж не может выдержать его смерти.

А если страж мамы жив, то она…

Я задохнулась, падая на колени.

Мама жива! Моя мама жива!

Слова, повторяемые разумом раз за разом в неверии, сотрясли всё существо.

Снежок тревожно ткнулся мордой мне в плечо, но я не могла пошевелиться. Перед глазами плясали чёрные точки, а в ушах звенело.

Мама. Жива.

Все ошибались…

Ликант поднял на меня взгляд. В его ледяных глазах пылало то же осознание. Тот же шок.

– Жива… – прошептал он, вторя моим кричащим мыслям, эхом отзываясь в разрывающейся груди.

Я бросилась к Инельде, не замечая, как она вздрогнула и отпрянула.

– Где она? – голос сорвался на крик. – Что с ней случилось? Как её найти?

Грустные глаза мерлока были полны невыраженной боли. Конечно, она не могла ответить.

Я в отчаянии протянула к ней нити тёмной магии, вспоминая, что могу общаться с магическими существами ментально. Но наткнулась на глухую стену молчания. Она была зверем, пусть и разумным, но не оборотнем, не драконом. Была не чувствительна к такой магии.

Я закусила щеку до крови, ощущая её металлический привкус на языке.

Что… Что мне делать? Я должна её найти! А если она… если с ней что-то случилось? Если она где-то там, одна, раненая, беспомощная…

Всё это время… Я жила, не ведая, что моя мать была жива…

Я зажмурилась, чувствуя, как огонь дракона раздирает меня изнутри. Обжигает, рвёт на части, скребёт нутро до боли. Когти впились в ладони.

Я откинула голову и в ослепительной вспышке света взмахнула крыльями, смутно замечая, как все вокруг отшатываются от меня.

Небо над головой манило бескрайней свободой и покоем.

Но в мыслях исступленно билась одна мысль: Моя мама жива!

С рёвом я рванула вверх, в небо, плотным туманом обступающем каменные скалы.

Облака обволакивали ледяной пеленой, каждое дыхание обжигало лёгкие. Но сердце пылало яростью – найти, спасти, защитить.

Но я замерла, неожиданно заметив внизу всполохи магии. Что там происходит?

Ринулась вниз.

Ликант вооруженный сияющим магическим щитом и мерцающей чёрной плетью. Мерлоки, угрожающе скалящиеся впереди него…

Кровь застыла в жилах, когда я разглядела их врагов.

Теперь я поняла, о ком говорил тёмный эльф. Те самые Падшие.

Проклятые твари с гнилой плотью и белесыми глазами-пустошами. Кошкоподобные, но лишенные шерсти, с вытянутыми конечностями и когтями, как лезвия.

Омерзительные, уродливые до безобразия, что от одного их вида к горлу подкатывала тошнота.

Их было… слишком много. Десятки. Сотни. Они двигались будто были единым организмом. Стремительные, голодные, веящие ароматом гнили, от которого выворачивало душу.

Рык вырвался из глотки сам собой. Не раздумывая, я выпустила на них серебристое пламя.

Огонь дракона – чистейшая стихия уничтожения. Падшие взвыли, превращаясь в пылающие факелы. Те, что уцелели, бросились врассыпную с визгом ужаса. Я пустила им вдогонку ещё один сноп пламени – на этот раз он выжег скалы дотла.

Теперь я понимала, почему у тёмных эльфов не было шансов в войне. Против такой силы… не устоять никому.

Приземлилась с трудом переводя дыхание. Человеческий облик вернулся сам собой – кожа горела, а в висках стучало. Ликант подхватил меня под руку, но мир уже плыл перед глазами.

Почему… каждый раз после драконьей магии… мне было так плохо?

Я осела, стремительно слабея. Небо перед глазами закружилось, стремительно темнея и наваливаясь на меня всей тяжестью.

***

Сознание возвращалось неохотно. Я долго разглядывала размывающийся перед глазами белый балдахин, пока не поняла, где нахожусь. Резко села в кровати, игнорируя боль, застучавшую молотками в голове.

Что-то было не так. Драконья регенерация должна была нейтрализовать любые последствия трансформации и не допустить подобных симптомов. Но каждый раз становилось только хуже.

Я поморщилась, растирая взрывающиеся от боли виски.

Рядом послышалось трепетание крыльев. Эфила.

– Ваше высочество, выпейте этот отвар, пожалуйста. Он поможет вам, – в её ручках дрожала чашка с дымящимся отваром.

Я сделала глоток. Вкус горьких трав отдался во рту незнакомым послевкусием.

В этот момент дверь приоткрылась и послышались лёгкие шаги. Бабушка.

– Лисса, моя дорогая… Ты, наконец-то очнулась, – её прохладные пальцы сжали мою ладонь. В голубых глазах читалась тревога, отчего мне стало неловко. – Как ты себя чувствуешь?

– Уже гораздо лучше, – соврала я, натягивая улыбку.

– Лекарь говорит, что с твоей магией происходит что-то странное. Две противоположные, конфликтующие силы в одном теле – это просто немыслимо, – она озабочено покачала головой. – Именно поэтому он не смог сказать точнее, почему это происходит.

Я нахмурилась. Значит со мной действительно было что-то не так. Я не должна была столь резко терять силы от использования драконьей магии.

Тёмная магия не вызывала подобного истощения. Только драконья. Хотя до того, как я впервые обернулась – наоборот, проблемы были только с тёмной.

В чём же могла быть причина?

Голова гудела от множества вопросов. Пока я не разберусь с этим, оборачиваться было опасно.

– Причина должна быть, – ответила я и вновь потёрла виски.

Мне внезапно пришла мысль – Тимилис писал, что тёмная магия передаётся по наследству. Возможно, она передалась мне от бабушки? И она обладает такой же силой?

Осторожно, под видом поправки одеяла, я коснулась её руки и протянула к ней нить тёмной магии. Надеясь, что почувствую знакомое сосредоточие магии Тимилиса. Но в ментальном подпространстве не было ни намёка на силу, подобную моей.

У бабушки не было тёмной магии.

А значит, ответы на мои вопросы мог дать только Ликант. Если, конечно, удастся разговорить этого колючего молчуна.

– Бабушка, – я поднялась в кровати повыше, утраиваясь удобнее. – А Ликант… Кто он?

Её губы растянулись в загадочной улыбке.

– А он сам тебе не рассказал? – сразу же всё поняла бабушка.

Да скорее снега Тернграда растают, чем он откроется кому-то.

– В таком случае, советую спросить у него напрямую, – добавила она с лёгким подтруниванием.

– Так и поступлю, – пробормотала я, представляя, как будет тяжело выбить из этой скрытного эльфа хоть что-то.

– Я попросила их не являться к тебе без причины, – сказала бабушка, поправляя моё одеяло. – Но, если тебе лучше… к тебе настойчиво кое-кто просился.

Я озадаченно нахмурилась. А когда по её взмаху распахнулась дверь, изумленно застыла. Дыхание перехватило.

Два белоснежных силуэта ворвались в комнату. Снежок и… Инельда. Страж моей матери. Которая…

Обжигающей волной хлынули воспоминания.

Грудь резко сжалась, словно невидимые тиски сдавили рёбра. Я беспомощно раскрыла рот, но воздух не шёл в лёгкие. Перед глазами поплыли тёмные пятна.

– Дыши, дитя, – тёплая ладонь бабушки легла мне на грудь, и тут же по телу разлилось успокаивающее тепло. Магия. Дыхание наконец-то вернулось.

В её голубых глазах бушевала буря эмоций – безумная надежда, слёзы счастья, которые она едва сдерживала.

– Ликант всё рассказал мне. Да, милая, я знаю… – её губы задрожали. Она спрятала лицо в ладонях, не в силах справиться с эмоциями. – Она была жива… всё это время.

Я тут же потянулась к ней, обняла, чувствуя, как по моим щекам тоже катятся слёзы. Её аромат зимних ягод и снега смешался с запахом слёз.

– Вы… узнали что-то новое? – спросила я, когда она немного успокоилась.

– Нет, – она покачала головой, но в её глазах горела решимость. – Но теперь у нас есть хоть что-то.

Она с нежностью посмотрела на Инельду. Мерлок ткнулся мордой в её ладонь.

– Мы найдём её, – голос бабушки звучал твёрдо, несмотря на слёзы. Эта хрупкая женщина вдруг показалась мне несокрушимой. – Главное – она жива.

– Но почему Инельда не обнаруживала себя до сих пор? – удивилась я.

– Это одна из многих загадок, – вздохнула бабушка. – Но я думаю…

– Она почувствовала Снежка, – перебила я. – Но почему не пришла к вам раньше…

– Мы во всём разберемся, – уверенно ответила она. Посмотрела на меня и мягко улыбнулась. – Но сейчас тебе нужно отдыхать. Ты истратила слишком много сил, сражаясь с Падшими.

Бабушка ещё раз сжала мою руку и ободряюще улыбнулась, прежде чем направиться к двери.

– Бабушка?

Я с ясной точностью поняла ещё кое-что.

Она обернулась – собранная, уверенная, уже в своих мыслях и планах.

– Мы должны разбудить короля.

Её губы снова задрожали, а в глазах вспыхнул такой свет, будто кто-то зажёг в них звёзды. Она уже думала об этом.

– Да, моя дорогая, – улыбка. Светлая. Ослепительная. – Так мы и поступим.

Когда дверь закрылась, я откинулась на подушки, пытаясь осмыслить всё произошедшее. Грудь распирало от странного чувства – будто внутри меня раскрылся цветок надежды.

Мама жива.

И мы сделаем всё, чтобы найти её.

***

Подготовка к ритуалу заняла всю ночь. Жрецы чертили на полу зала сложные символы, перешептываясь на древнем наречии. Я наблюдала за их движениями, чувствуя, как тревога сжимает горло. Уже утром мы попытаемся разбудить короля – и я стану частью этого.

Мне объяснили, что ключевыми фигурами в ритуале будем выступать мы с бабушкой и… Ликант.

Я всё ещё не понимала, что делал Ликант среди нас, хотя меня уже вовсю точили подозрения.

А что делала среди них я, понимала ещё меньше. Для короля я совершенно незнакомый человек. Чужой.

Утро наступило слишком быстро.

Зал сиял под стеклянным куполом, словно гигантский кристалл. Лучи солнца преломлялись в ажурных узорах, рассыпаясь по мраморному полу мерцающими бликами. В центре, в каменной ложе лежал он – Каран Меллесар.

Даже в покое его облик внушал благоговейный страх. Могучий, со смуглой кожей и серебристыми прядями в чёрных волосах, он казался воплощением древней мощи. Белоснежные одежды лишь подчёркивали его царственность. Не король – божество из старых легенд.

«Дракон», – Ликант заставил меня вздрогнуть, вновь проникнув в мои мысли.

Я подняла глаза и встретила его необычно серьёзный взгляд. Ни тени привычной насмешки.

«Сейчас мы соединим наши тёмные магии. Королева направит их к его сердцу».

Я расширила глаза, вспышкой осознавая, что он только что сказал.

«Он… как и мы?»

«Да»

Этот короткий ответ перевернул всё. У короля тоже есть тёмная магия!

Подождите… Если король обладает тёмной магией, и мне она передалась от него… Кто тогда Ликант? Кем он приходится правящей семье?

Кто он, демон его подери?!

Его магия коснулась моей – обжигающая, живая. Я закрыла глаза, погружаясь в мир энергетических плетений. Наши силы сплелись в единый поток, беспокойный и мощный.

И тогда от бабушки хлынул свет. Чистый, ослепительный. Он окутал наш тёмный жгут, словно оправа драгоценный камень.

Заклинания жрецов зазвучали в унисон. Воздух затрепетал. Наша объединённая магия устремилась к груди короля, проникая сквозь белые одежды…

И вдруг – взрыв света.

Я едва не вскрикнула, когда его глаза распахнулись. Тёмно-зелёные, мерцающие внутренним светом, как у хищника, они приковались ко мне с такой интенсивностью, что от потрясения чуть не подкосились ноги.

Холодный ужас сжал внутренности в тугой узел, вытесняя воздух из легких. Что там говорили о его ярости и ненависти к драконам?