Глава 11

Мы сидели в тёплой кухоньке гостиницы «Сизый дым», но всё ещё не верили, что спаслись, сбежали от Хатершамского проклятия. Так и чудилось, что оно стоит за окнами и смотрит. Где-то там, за углом, в тени, куда не достаёт тень фонариков. Стоит и смотрит, выжидает, готовясь напасть. И уже не спасут внезапно появившиеся практически из ниоткуда Гайде и мадам Лафаер. Проклятие настигнет меня. И буду я, словно тот извозчик, смотреть на мир мёртвыми глазами и выдавливать пугающее обычного смертного «Ыыы».

Все эти мысли, дикие и страшные, неслись у меня в голове, путались, заставляя дико биться сердце и дрожать руки.

С момента как мы вошли в гостиницу, а вернее, ворвались, торопливо прикрывая за собой дверь и зажигая сотни огоньков во всём доме, я не могла выдавить из себя ни слова. Так и сидела в оцепенении, смотря в одну точку, за окно. И не могла отвести от него взгляда. Всё пыталась увидеть там монстра. Нервно сцепляла пальцы и заново прокручивала события сегодняшнего вечера.

Рядом сидела Хэйди. Точно такая же, как и я. Молчаливая, с расширенными от ужаса всего пережитого глазами, и взглядом устремленным туда же, за окно.

Гайде и мадам Лафаер с грустью смотрели на нас.

– Онемели, – прошептала хозяйка гостиницы. – От ужаса. – И всхлипнула.

– Не раскисай, авось ещё очухаются, – участливо проговорила мадам Лафаер. – Видишь же, у девочек шок. Приготовь-ка снадобье, да покрепче и погорячее. Лишь бы умом не тронулись да не попростывали. Остальное поправимо. Главное, мы успели. Девочки живы. Ну что ты стоишь, грей воду и настойку свою вытаскивай.

Гайде кинулась к плите, ставя чайник. Потом к шкафу. Вытащила из него круглую бутыль и булькнула нам по полстакана тёмной жидкости.

Передала один мадам Лафаер.

– Давайте, милые, пейте. Лаф, помогай, ты пои Хэйди, а я Лию.

Я послушно открыла рот, когда хозяйка надавила мне на челюсть. Жидкость влилась, дико обожгла гортань и ухнулась в желудок. Да так, что у меня чуть слёзы из глаз не брызнули.

– Что это? – хрипнула я, задыхаясь от слишком крепкой настойки.

– Заговорила! – с облегчением выдохнула Гайде.

– Жить будет, – отозвалась мадам Лафаер, заставляя выпить и Хэйди.

Та сглотнула, закашлялась. Медленно подняла глаза, и у неё потекли слёзы.

– Я косметику вашу потеряла, – сказала она тихо, смотря на демоницу.

Мадам Лафаер обняла её.

– Главное, что голова на месте. Ты поплачь, это страх выходит. Это хорошо. А косметика вернётся. Я это точно говорю. Одно из её преимуществ – ею никто, кроме вас, воспользоваться не сможет. Она всегда возвращается к хозяину, самыми необычными иногда путями, но возвращается. Вот такая магия.

– А как же бал? – всхлипнула Хэйди, прижимаясь к мадам.

– А что бал? – Лафаер взяла девушку за подбородок и заглянула в заплаканное лицо. – Вы будете самыми красивыми на балу. Я обещаю. Лично вас соберу.

Гайде тоже не сдержалась и расплакалась, обняв меня, Хэйди и мадам Лафаер.

– Косметику им жалко, – поддерживала она Хэйди всхлипами. – Сами живы, это счастье. Ох вы ж, девочки мои. Подумаешь, бал! Да мы с Лаф вас так нарядим, будете самыми красивыми.

– Самыми-самыми? – Хэйди постаралась улыбнуться.

– Самыми-самыми, – подтвердила Лафаер, вытирая с её лица слёзы, хотя у самой помокрели глаза.

И уже никто не сдерживался. Мы плакали в четыре голоса. Обнявшись. И не знаю, сколько бы ещё проплакали. Но тут засвистел закипевший чайник и прервал нашу слезливую идиллию.

Гайде поспешила вытереть лицо рукавом и кинулась наливать всем чая.

Через несколько минут мы сидели у стола, накрытого плюшками и тёплыми бутербродами. Рядом дымились бокалы, из которых пахло свежезаваренными травами.

Есть я не хотела. Собственно, как и все. Но я сделала пару глотков напитка, чтобы прогнать остатки настойки Гайде. Теперь у меня появился привкус пряных трав. Всё лучше, чем алкоголя. Тем более что напиток оказался успокоительным. И я медленно, но всё же начала соображать.

– Гайде, как вы нас нашли?

Женщина взяла плюшку, повертела в руках и положила обратно на тарелку.

– Узнала я его. Извозчика. Раймоном звали. Помните, я вам о флористке рассказывала, что первая пропала. Так вот он на неё работал.

– Тоже пропал? – выдохнула Хэйди.

Гайде кивнула.

– Забрало Хатершамское проклятие? – тихо спросила я.

Хозяйка гостиницы тяжко вздохнула, подтверждая мои подозрения.

– Поехал в соседний городок, по пути вместе с экипажем и канул. А уже потом стали поговаривать, что он якобы видел мышь учёную. Тогда мы ещё не знали, что она является предвестником проклятия. Пропал и пропал. Он ведь при жизни говоруном жутким был. Да вот только давно это было, оттого я его и не признала сразу. А как вспомнила, так чуть не поседела. Это же как получилось, что я сама вас с нежитью невесть куда отправила. Хотя почему невесть… Я ведь быстро сопоставила и вид его, и молчание странное. Неживой.

– Мертвее мёртвого, – подтвердила Хэйди. – Собственно, как и экипаж его.

Мадам Лафаер задумчиво посмотрела на девушку.

– Это ведь как получается, если его проклятие забрало, то… – Она с ужасом оглянулась на окно, за которым горели яркие фонарики.

Я вздохнула и кивнула.

– Скорее всего. Иначе откуда проклятие знало, где мы, и появилось именно там. Он вёз нас к нему.

Хэйди на меня покосилась.

– Знаешь, Лия, я с тобой начну бояться куда-то выходить. Ну ладно, понимаю, ты попала под проклятие, но я-то тут при чём? Я вообще мимо проходила…

Я внимательно посмотрела на девушку.

– А ведь и верно. Какое любопытное проклятие. Не смутило его то, что я была не одна.

– Ты сейчас на что намекаешь? – сощурила глаза Хэйди. – Оно теперь и за мной охотиться начнёт?

Я покачала головой.

– Просто к тому, что странно это. Кареты у проклятия и нежить подвластная… Что-то не так с ним. Не удивлюсь, если и замок свой имеется.

– С прислугой, – добавила Хэйди.

– Не пугай, – махнула на меня рукой Гайде. – И так страшно. А если ещё и подумать, что проклятие избирательное и на всё идёт, чтобы заполучить свою жертву и сделать нежитью, так совсем жутко. Это ведь значит, что оно и сюда придёт, и мы ему не помеха. – Женщина пугливо оглянулась и перешла на шёпот. – И чтобы забрать тебя, оно и нас убьёт. И нежитью сделает.

– Типун тебе на язык, – нахмурилась мадам Лафаер. – Не вспоминай проклятие на ночь. – Женщина взяла бутерброд и, отломив кусочек, положила себе в рот. Медленно прожевала и, нарушив образовавшуюся тишину, начала говорить: – Давно я магию хорошую не использовала, думала, позабыла, ан нет. Когда ко мне Гайде перепуганная прибежала, я всё на свете вспомнила, что в академии проходила.

– Мы уж и не думали, что найдём вас, – сокрушённо покачала головой хозяйка гостиницы. – Хорошо, Лафаер всё же настояла пойти за город с поисковым маяком. Мы, когда увидели вас, бегущих к нему, своим глазам не поверили. Но, видимо, в эту ночь все боги были с вами и помогали. Иначе как объяснить, что вы вышли прямо на маяк?

– И как вы не побоялись идти искать нас? – Я удивлённо посмотрела на бесстрашных женщин. – А если бы сами на проклятие нарвались?

– Мы боялись, – честно призналась Лафаер. – Но что мы? Уже пожили. А вы молодые. И бросить вас мы просто не могли. Хотя и думали, что не найдём. Пока мы до поля дошли, уж совсем темно стало. По всему, экипаж должен был быть уже далеко. Да и маяк, что я на ваши имена поставила, еле светился и почти погас. Мы собрались возвращаться, как вдруг маяк птицей взмыл в небо и закричал нашими голосами ваши имена. А это одно обозначало: он вас почувствовал. Мы и кинулись за ним. Через поле, по сугробам.

– Та самая алая птица – это маяк? – спросила я.

Лафаер кивнула.

– Давнее колдовство. Тяжёлое. Нынче такое не делают. Я им никогда не пользовалась и не думала, что смогу. – Помолчала и добавила: – Смогла.

Я с благодарностью посмотрел на мадам. И вдруг дошло.

– Я одного не могу понять, как мы оказались недалеко от Хатершама?

– Зато я, кажется, поняла, – подала голос Хэйди. – Это всё кони. Гайде же сказала, извозчик из местных, пропал вместе с экипажем. Видимо, это и есть тот самый экипаж. Если помнишь, я приказала им направляться домой. Вот только я имела в виду академию, а они…

– Направились домой! – всплеснула руками Гайде. – Они направились в стойло дома, где находились при жизни.

– Немного не довезли, – кивнула Хэйди и тут же добавила, смотря на женщин: – Спасибо вам. Если бы не вы… – Смолкла, и в её глазах снова мелькнули слёзы. – Ох, как вспомню этого монстра…

Договорить она не успела.

В дверь домика постучали. Не просто постучали, а ударили так, что окна задребезжали.

Все разговоры в кухоньке разом смолкли.

Гайде медленно поднялась и взяла с соседнего стола половник.

Я схватила первое, что попалось под руки, бокал с горячим напитком и бутерброд. Хэйди поднялась и взялась за спинку стула, приноравливая его к руке. Мадам Лафаер встала и выпрямилась. На пальцах её заиграл огонь. Не удивлюсь, если она оканчивала боевой факультет.

Никто из нас не торопился открывать. Но все мы стояли готовые дать отпор тому, кто войдёт.

И оно вошло.

В следующий момент раздался визг, крик, вопль, писк и звон.

* * *

Бывший декан Айдан стоял, смотря на нас всех убийственно. По лицу его стекали капли успокоительного чая. Меховая шапка медленно догорала после атаки мадам Лафаер. По плечу сползал тёплый бутерброд. У ног валялся разбитый стул.

Айдан медленно перевёл взгляд на Гайде, прижимавшую в себе половник.

– Ваша очередь, – проговорил тихо и зло. – Вы поварёшкой собираетесь воспользоваться или я всё-таки могу пройти?

Гайде икнула, отложила половник на стол и осторожненько придвинула высшему демону стул.

Он с опаской на него посмотрел и выдал тихое:

– Я постою. – После чего прошёл в кухню, снял дотлевающую шапку и, оглянувшись, положил ей останки рядом с поварёшкой.

Из-за высокого воротника-стойки высунул морду перепуганный Мыш. Дунул на подпалённый хвост и покрутил у виска лапкой, оглядывая нас.

– Совершенно с вами согласен, лорд Мыш, – сказал Айдан. – Чрезвычайная бесовщина – это, видимо, заразно.

– Ой, – сказала я. – Простите нас, пожалуйста. Мы просто думали, там монстр.

Айдан ничего не успел на это ответить, потому как в кухню кособоко ввалилось зеркало.

– Уф, хорошо, я позади стояло! Иначе неминуемо бы подпортили мне фейс.

Зеркало проплыло по воздуху, оглядывая помещение.

– Приличненько.

– Вот же сволочь, – сказала Хэйди и села на стул, предложенный Айдану. – Заставило нас себя тащить через всю академию. А само, оказывается, летать умеет! Точно отправлю на помойку! Дай только вернуться.

– У меня тогда летательный рефлекс не работал, – сказало зеркало. – А на помойку меня теперь поздно. Я сил снова набралось и вполне себе коммуникабельно. То есть вернусь, даже если вы меня в соседний город свезёте. А ещё я привязываюсь к тому, в чьей комнате стою. То есть жить буду у вас, леди Хэйди, до последних дней, и только смерть разлучит нас.

Демоница в лице изменилась от такой перспективы.

– Знаешь, Лия, – обратилась ко мне, – я, по-моему, догадываюсь, почему его в подвал снесли. Слушать эту штуковину до конца дней своих даже у демона не хватит сил.

Зеркало остановилось напротив Хэйди и замерло, отражая её.

– Леди Хэйди, вы выглядите неподобающе. Разве вы не знаете, что леди в любой ситуации должна…

Демоница встала и взялась за стул.

Зеркало тут же шмыгнуло за спину Айдана.

– Я раритетное. Меня стулом нельзя.

– Кота не хватает, – выдала в это время я.

– Ну уж извините, – выдал Айдан, сложив руки на груди. – Котелок, конечно, тоже хотел участвовать в спасательной кампании. Но в моём экипаже вполне хватало и вашего зеркала, которое не замолкало всю дорогу.

– Это оно умеет, – поддержала бывшего декана Хэйди.

– Да что же вы стоите, лорд, – засуетилась Гайде. – Я вам сейчас чаю налью.

– Чая мне, пожалуй, хватит, – злорадно усмехнулся Айдан, вытирая последние капельки с лица. – Как и ваших замечательных бутербродов, – добавил, попробовав оттереть пятно на плече.

Хозяйка гостиницы охнула и изменилась в лице.

– Простите нас, лорд. Нехорошо вышло.

Мадам Лафаер молча подошла к Айдану, вытащила из кармана платочек и начала помогать ему вытирать пятна на одежде.

– Не самый лучший вечер, лорд. Девочки страху натерпелись, да и мы тоже. Так что не обессудьте. А что вас привело в «Сизый дым» в столь позднее время?

В это время с плеча Айдана соскользнул Мыш и бросился ко мне. Забрался по одежде и сунулся мордочкой прямо в лицо, издав короткое и тревожное:

– Пи-пи-пии.

– Он меня и привёл, – кивнул на грызуна магистр Айдан. – Примчался в кабинет. Пищал, лапами махал. Мы в вашу комнату прошли, там мне котелок и перевёл весь этот писк. Выходило, что предвестник чувствует беду, что с вами должна произойти. Вроде как проклятие рядом.

Сказав последнее, Айдан посмотрел на меня пронзительным взглядом.

– Так и есть, – ответила я. – Мы едва избежали смерти.

– Я внимательно слушаю, адептка Лия.

Мне показалось или у высшего демона после того, как я сказала, что чуть не погибла, голос заметно охрип?

– Это вышло случайно. Мы нечаянно сели в экипаж нежити, который повёз нас к самому проклятию…

У Айдана напряглись скулы.

– Ваши случайности когда-нибудь вас убьют.

Наверное, он был прав. Я опустила голову, но всё же продолжила:

– Нас спасли Гайде и мадам Лафаер.

Айдан взглянул на вытирающую пятно на его рукаве женщину, потом на хозяйку гостиницы.

– Леди, я более чем признателен вам. И как только вернусь в Институт высших тёмных сил, обязательно упомяну о том, что вы сделали для адептки Лии. Институт не оставит вас без награды.

– Да какие награды, – выпрямилась мадам Лафаер и посмотрела Айдану в лицо. – Спасибо сказали, и то ладно. От высшего демона вашего сословия и это удивительно. – Вы обо всех адептах так печётесь? – Мадам лукаво улыбнулась.

Айдан закашлялся.

– Это особая адептка, я за неё головой отвечаю.

Лафаер сузила глаза, смотря на декана.

– Ну-ну, – сказала довольно. – Главное, эту голову не потерять от…

Смолкла. Слишком резко и порывисто повернулась к окну.

Мы все разом к нему повернулись.

Огоньки на улице не горели. Последний мигнул и затух.

– А вот теперь, кажется, у нас очень неприятные гости, – протянула Гайде.

Свет на кухне начал мигать.

Айдан щёлкнул пальцами, пытаясь его сохранить магически.

Тот стал совсем тусклым, но всё-таки держался. Однако в коридоре он затух. Во всём доме затух. Остался только в кухоньке, едва-едва освещая её.

– Пи, – как-то глухо и однозначно произнёс Мыш, прячась мне под волосы.

Со стороны входа раздался небольшой шум.

Мы и так все уже смотрели туда.

Огромный силуэт прошёл по тёмному коридору и остановился в полуграни света и темноты в паре шагов от входа в кухню.

– Божечки ты мой! – прошептала Гайде.

– О, нечистые! – выдохнула мадам Лафаер.

А у меня было просто бешеное дежавю. Уже второй раз за ночь я видела этот силуэт. Вот только теперь он был… ужасающе… вызывающе… Ухожен.