Глава 13

Архангел буравил меня взглядом разочарованного преподавателя. Во его понесло… Не думала, что он успел ко мне прикипеть.

– Я была немного занята, – со всей вежливостью, на какую была способна, ответила я, имея в виду демоницу.

Поняли меня превратно. Впрочем, о чем я… Каждый думает в меру своей испорченности.

Архангелу хватило одного взгляда на поваленные стеллажи, чтобы у него появились ко мне новые вопросы.

– Какое отношение Вас-с…– подавился на моем имени архангел и, откашлявшись, голосом строго папы начал свою речь заново: – Какое отношение вы, Василиса, имеете к учиненному в библиотеке погрому?

Архангел был настроен решительно. Весь его вид говорил, что он собирался докопаться до правды, где я сознаюсь во вселившемся в меня бесе и последовавшем за этим вандализме. Баратиэля выдали глаза. Особенно правый. Он сильнее дергался и немного косил в сторону, отчего я начала догадываться, что глаза б преподавателя меня больше не видели.

Пойду, разыщу демоницу, я страшно соскучилась по ней. На самом деле – страшно. Лежать у целителей с переломами совсем не хочется, а надо. Время, проведенное в больничке, однозначно лучше отповеди Баратиэля. С чего бы ему мне верить? Я с первой нашей встречи ему не понравилась.

– Ламия приревновала меня к Рафалеону и напала.

– Не несите ересь, Василиса. Демоны не ревнуют.

Ну вот. Я же говорила.

– Я думал, Баратиэль, вы умнее, – с высокомерным превосходством произнес демон и моя челюсть чудом не упала на пол. – Ничего, я объясню вам. Нам, демонам, свойственно испытывать человеческие эмоции. И ревность одна из них.

– Демоны – бесчувственные существа, – с абсурдной упертостью настаивал на своем архангел. Мне не давал покоя его голос. Он звучал взволнованно. Баратиэль гораздо увереннее чувствовал себя с отцом Рафалеона, а тот ведь не абы кто – повелитель города демонов. Для архангела было важно, чтобы в возникшем споре его голос стал последним. Видно, зная о его слабости – быть всегда правым, – демон усмехнулся и с издевкой произнес:

– Неужели?

– Вы, демоны, ничего не знаете о чистой, не затуманенной лживыми речами любви. Не заблуждайся, мальчишка, ревность вам неведома! – хмуро изрек архангел.

Яркая вспышка искр пробила воздух, и темная воронка разинула свою пасть. Я двумя руками вцепилась в рукав демона.

– Что, во славу Бездны, здесь происходит?! – вышла из портала Нигора. В ожидании ответа она приняла довольно эффектную позу, выпятив черный хлыст на боку, длинный кончик которого, очерчивая идеальную линию бедра, касался высокого сапога, обтягивающего второй кожей стройную ногу.

Не сводя глаз с знойной красотки, архангел кашлянул в кулак.

– Демоны разгромили библиотеку и запугали ангелов! Снова!

– Она не похожа на перепуганную мышь, – и, покачивая бедрами, точно модель, расхаживающая по подиуму, демоница приблизилась к нам с Рафалеоном. Придирчиво осмотрела нас и, сузив глаза, остановила взгляд на руке демона, властно обнимающего меня за плечи. Думая, что хуже быть не может, я поймала на себе запоздалый осуждающий взор архангела. Похоже, Баратиэль отодвинул прелести демоницы на второй план и вспомнил о своей нелюбви к демонам.

Под его хмурым взглядом я отодвинулась от Рафалеона. Рука демона мимоходом скользнула по моей спине и, вцепившись в запястье, подтянула обратно.

– Я уже соскучился по тебе, Василек, – сообщили мне и мягко обняли за плечи.

– Соскучился? – не поверила ему. Думая, что он шутит, присмотрелась к демону. Рафалеон не сводил взгляд с архангела, а тот, жутко хмурясь, не посмел ему возразить.

– Затея соседства ангелов с демонами нам всем выйдет боком, – с абсолютным безразличием поделилась своими наблюдениями Нигора. Складывалось впечатление, что ее описанная ситуация нисколько не касалась.

У архангела вспыхнули белым светом глаза и сразу потухли, как вспышка гнева. Демоница задела его за живое.

– Скажи об этом сама знаешь кому, – с надеждой предложил Баратиэль. – Он тебе доверяет и прислушается.

– Люцифер никому не доверяет, – холодно заметила Нигора, повернув к нему голову. – Добро и зло постоянно соседствуют рядом. Ангелы и демоны – их олицетворения. С этим утверждением Люция не смог поспорить королевский магистрат. И ты всерьез думаешь, что я смогу убедить его? Не после того, как убили единственного, кто мог удержать правителя ада от неосмотрительных поступков. Гадриэль, будучи верховным жрецом и поверенным дьявола, не заслужил, чтобы его вместе с супругой и единственным новорожденным ребенком перебили, как скот. Люцифер не успокоится, пока не извергнет в чертоги Бездны душегубов. За все рано или поздно приходится платить.

Архангел напряженно сжал тонкие губы и нахмурился.

– Ты понимаешь, что обрекаешь нас на постоянное столкновение интересов? – и Братиэль выразительно кивнул на нас.

Рафалеон и не подумал смутиться, за нас обоих покраснела я. Нам приписывали отношения, которых не было и не могло быть.

– Я так понимаю, оправдываться уже бесполезно? – поинтересовалась упавшим голосом.

– За якшание с демонами вас ждет взыскание, – сурово вынес мне вердикт архангел. Зря он открыл рот. Ох, зря…

– Василек, ты что-нибудь знаешь про нерушимое Вето? – раздался у меня над ухом ленивый голос Рафалеона.

– Возможно… – перед моим взором пронеслись ритуальные пляски в честь поклонения богу солнца. – Ты про танцы у костра? Когда народ собирается в один и тот же день для жертвоприношения.

– Позор на мою седую голову! – хлопнул себя по лбу Баратиэль и слукавил. Он не выглядел стариком. В крайнем случае, дядечкой лет тридцати, немногим старше меня в мои двадцать с небольшим хвостиком. – Вето – свод правил для ангелов и демонов, за его нарушение следует взыскание. И вам Василиса грозит…

– Жаль, тебя прерывать Баратиэль, но раз Василек ничего не знала о Вето, то и взыскание на нее не распространяется.

– Я сам решу, что распространяется на мою ученицу, а что нет!

– В Вето нигде не сказано о запрете общения ангелов и демонов, – сделав вид, что не слышал выпад архангела, ровным тоном продолжил Рафалеон. – Там было что-то еще про угрозы и злоупотребление полномочиями… Но, думаю, Баратиэль, ты лучше всех знаешь о своде законов, собранных в Вето. Ты следишь за их нерушимостью.

Архангел посмотрел на меня мрачным взглядом. Он был крайне недоволен.

– Ты! – показал на меня пальцем. – Разыщешь Касию и без опозданий явишься на вторую пару проф-подготовки. А ты… – с недобрым прищуром посмотрел архангел на Рафалеона.

– Я нахожусь не в твоем подчинении, – усмехнулся Рафалеон и подтолкнул меня к широкому проходу, как бы намекая, что мне пора идти, а не уши греть, слушая старших. Я сделала вид, что не поняла его намека, и сама нагло подсунула свою руку под его локоть.

– Разберись с ним, – повысив голос, приказал архангел Нигоре, глядя на мое безобразное поведение. Он совсем не верил в мою изобретательность, и потому винил во всем развращающее влияние демона на меня.

– Зная тебя, Баратиэль, можно подумать, что моему ученику удалось пробиться через твое хваленое самообладание, – язвительно поддела его демоница. Интересно, о каком самообладании архангела она говорила. Разве что он сам расхваливал свое умение держать себя в руках. Нигора обольстительно улыбнулась Рафалеону: – Зачет по моему предмету.

Поведение Баратиэля начало вызывать стойкую ассоциацию с выражением «собака на сене».

Упоминать, что архангел покраснел от гнева, думаю, лишнее. Его худощавое лицо пылало раздражением. Полы мантии раскинул в стороны налетевший порыв ветра. Длинные волосы разметались по плечам и заискрились. Глаза засияли холодным белым светом и стали похожи на два прожектора. На щеках проступили изящные вензеля морозца. Насыщенно алые губы плотно сжались. Посох в студию! Моя заветная детская мечта сбылась. Я встретила настоящего Дедушку Мороза! Не поднебесье, а настоящая сказка!

– Дедушка Мороз, можно я сяду к вам на колени и расскажу стишок? – мило улыбаясь, попросила я архангела. У меня за двадцать пять лет накопилось много желаний. Я надолго смогу занять Баратиэля. И чего демоница с архангелом на меня смотрят, как на тронувшуюся умом?.. Я тут пытаюсь унять конфликт, а они.. они… В общем, я обиделась на них.

– Василек, ты себя хорошо чувствуешь? – поинтересовался у меня демон.

– Погладь меня еще раз по голове – и я тебе палец откушу, – кровожадно пообещала ему.

– Узнаю своего ангелочка, – глубоким волнующим баритоном сообщил Рафалеон.

В его глазах горело дьявольское искушение, которым природа, похоже, наградила всех демонов без исключения. Рафалеон откровенно наслаждался моей не в меру активизировавшейся подозрительностью. Иначе с чего его вдруг потянула на нежности? Пальцы демона погладили мой висок, едва касаясь кожи, и я поплыла… М-м-м, как хорошо…

– Халтурщик, подбородок пропустил. Взялся делать массаж – делай его качественно, – возмутилась я и, вытянув шею, подставила подбородок.

Рафалеон рывком наклонился и быстро коснулся своими губами моих.

– Ой, – отшатнулась, стараясь унять разыгравшееся воображение. Мне пригрезилось наяву, что некоторые бесстыжие демоны совращают меня прямо при архангеле.

Беглый взгляд на Баратиэля. Не-а… Не пригрезилось.

У архангела был такой ошарашенный вид, как будто я выщипала у него перья и набила ими подушку, чтобы лучше было спать по ночам. Вроде бы и крылья при нем, а взлететь не может. Вроде бы я и в ангелах числюсь, а в его глазах стала выглядеть не лучше демонов.

– Тебе когда-нибудь придется кому-нибудь довериться, Василек, – с кривой улыбкой, из-за которой ангелы готовы распрощаться со своей незапятнанной душой и перейти на темную сторону, пообещал демон. В его темных глазах плясали дерзкие бесенята. Я поняла, что он так просто не отступится. Моя интуиция подсказывала мне, что лучше прямо здесь и сейчас признать его своим доверенным лицом, авось и отстанет, потеряв интерес. Но нет уж, дудки ему.

– Когда-нибудь кому-нибудь обязательно доверюсь, но этим кем-то будешь не ты, – мило улыбнувшись, пообещала я демону.

Темные глаза Рафалеона загадочно блеснули, и в воздухе разлился сладковатый запах роз. Где-то в дальнем закутке библиотеке раздались первые звуки волнительной мелодии. Я бы даже сказала – волшебной. Мягкая, соблазнительная и одновременно опьяняющая, она околдовывала. Мое сердце билось и замирало в такт музыке в ожидании чуда… Притягательный взгляд демона удерживал и не отпускал. Хотела бы я сказать, что всему виной была магия, но, к сожалению, себя не обманешь. Я просто не могла заставить себя уйти. Рядом с ним я чувствовала себя живее всех живых – я была самой собой. Легкий ветерок закружился вокруг меня и одним стремительным воздушным потоком взмыл к потолку. Заметив лукавые искорки в глазах Рафалеона, я осторожно посмотрела вверх. Ярко-красные и ослепительно белоснежные лепестки роз, кружась, падали на меня.

Прикрыв глаза, я вдохнула тонкий аромат роз. Прикосновение мягких шелковистых лепестков всколыхнуло в душе волну тепла и нежности. Прямо ароматерапия. Будь на моем месте ангелочек, не видевшая ничего, кроме скупых комплиментов от собратьев, она бы с криком «Забирай меня скорей!» мысленно начала присматривать себе темные наряды.

– По-озерство-о, – пропела я и гордо зашагала по широкому проходу в поисках подруги, бросив на ходу архангелу: – Пойду, найду Касию.

– Не туда! – с нотками веселья в голосе, крикнул мне Рафалеон.

Сбоку появился светящийся шар, завис на несколько секунд в воздухе, а потом рванул вперед. Я так старалась не потерять его из вида, что чуть не пропустила осветившую поваленные стеллажи яркую вспышку. Пару раз мигнув, она осыпалась фейерверком, оставив после себя надпись:

“Ты разбила мое сердце!”.

– Было бы что разбивать, – ехидно заметила я, стараясь четко следовать за ориентиром.

– Я тебя слышу, Василек, – прозвучало шутливо в моей голове. Испуганно пискнув, я оглянулась – никого – и зашагала быстрее.

– Поторопитесь, Василиса. Я не потерплю вашего вторичного опоздания! – раздался совсем рядом голос Баратиэля. Я шарахнулась в сторону. Снова никого. С их магическими штуками я скоро заработаю себе инфаркт. Взяли себя манию лезть ко мне в голову…

Характерный звук хлопков от порталов разнесся эхом по библиотеке. Архангел и демоны отправились восвояси.