Глава 25

У входа нас встретили рекламные щиты. Как назло ребята заинтересовались тем, что принадлежал моему бывшему работодателю и по совместительству парню Машки – на нем размашистыми буквами было написано «Сантехника для самых дорогих».

Едва я вспомнила о подруге, как в душе загорелся лучик призрачной, но все же надежды. Подруга иногда заходила к жениху на работу, возможно, и сегодня заглянет.

Забыв на время о нашей миссии, посмеиваясь, ребята с азартом обсуждали лозунг, выведенный на плакате чуть ниже: «Ваши булочки будут рады нашему унитазу». И внося дополнительный хаос в умы покупателей, здесь же был изображен мужик в брюках и рубашке, восседающий на белоснежном толчке с двумя французскими багетами в руках. Он не делал ничего неприличного или предосудительного. Просто сидел, скрестив ноги, в эффектной позе, и широко улыбался. Что он забыл на унитазе, не смог объяснить и сам менеджер по маркетингу, кому принадлежала сия “гениальная” идея. Но, как ни странно, его задумка имела определенный успех – купившись на рекламу, покупатели мчались в наш отдел, чтобы обзавестись – внимание! – унитазом-хлебопечкой. Не найдя того, что искали, расстроенный народ уходил восвояси. А дорогущие итальянские писсуары, сделанные в нашей матушке-России, так и не находили своих хозяев.

– Мы здесь не затем, чтобы развлекаться, – бросив последний взгляд на рекламный щит, напомнила ребятам Касия и направилась в торговый центр.

Мы последовали за ней.

Обходя товары со скидками, сложенные пирамидами прямо на центральном проходе, мы направились вглубь гипермаркета. Позади остался закуток с цветами, за ним – отдел с межкомнатными дверями, потом – стеллажи с обоями, бытовой химией и прочей ерундой… Ни на что не отвлекаясь, мы шли вперед.

Вот показалась вывеска отдела сантехники, и я начала нервничать. Моя нервозность усилилась еще больше, когда навстречу нам вышла Машка. Выглядела она расстроенной. До этого момента я, конечно, подозревала, что, возможно, мы встретимся, но чтобы вот так внезапно взять и столкнуться лицом к лицу – к такому я оказалась не готова.

– Она, – негромко бросила Касия и кивком указала на Машку.

А ее тем временем на выходе поймала наш бухгалтер Ирина, незамужняя сорокалетняя дева с вредным характером, влюбленная в босса и постоянно прикрывающая его.

– Простите, нам очень жаль, но в отсутствие Павла Игоревича мы никого не имеем права впускать в его кабинет, – огорченно вздохнула бухгалтерша. – Нам жаль за это возникшее недопонимание.

Грусть во взгляде подруги сменилась тревогой..

– Когда Паша приедет, просто передайте, что я к нему заходила, – не стала развивать тему босса и подчиненных Машка.

Ирина удовлетворенно усмехнулась, а перед моим мысленным взором пронеслась неприятная картина: Павел в своем кабинете, на столе, срывающий одежду с секретарши Анечки.

Короткая вспышка – и видение исчезло. Поморщившись, я посмотрела на ребят. Они выглядели определенно скверно. Парни держались молодцом, старательно подавляя отвращение, а вот на лицах девушек светилась брезгливость, которую Ирина почему-то приняла на свой счет.

– Что вам нужно? – вежливо, свысока поинтересовалась она.

В моей голове уже сформировалось некое подобие плана: разоблачить, утешить. И касался он напрямую Машки.

– Вы потакаете низменным инстинктам своего начальника, – передернула плечами Ябеда.

– Вы прикрываете изменника, – в унисон ей выпалила Мармеладка.

– Я не понимаю, о чем вы говорите, – нервно оглянулась на Машку бухгалтер и попятилась назад.

Машка в растерянности повернулась к нам, но меня не узнала.

– Какого черта?.. – нахмурилась она.

– Не поминайте его, пожалуйста, при нас, – попросила Мармеладка. Они с Ябедой, перебивая друг друга, принялись рассказывать о видении.

– Изменник заперся в кабинете и не собирается в ближайшее время оттуда выходить, – с горящими глазами выкрикнула Ябеда, а Мармеладка чуть не плача жалобно добавила:

– Он занимается непотребством.

– Паша никогда бы мне не изменил, – естественно не поверила первым встречным Маруся. – Мы должны поженится.

Судя по всему, свое решение она пока не приняла, и жениху не озвучила – это явно читалось на лице подруги. Видимо, она несколько дней оттягивала момент, чтобы ответить заветным «да» на предложение жениха, и когда решилась – жениха на месте не оказалось. А тут еще мы. Судя по задумчивому лицу, сомнения вновь начали одолевать подругу.

– Мне жаль тебя расстраивать, Маша, но девочки говорят правду. По отношению к тебе Павел совершает ужасные вещи. Он давно обманывает тебя и не собирается раскаиваться.

– Мы с вами знакомы?– прищурилась Машка.

– Эм-м-м… я, наверное, лучше принесу вам воды, – мотнула я головой, понимая, что Машка не должна ни о чем догадаться. И зачем, зачем я заговорила?! Лучше бы молчала. Она и раньше меня не слушала, почему сейчас должно что-нибудь измениться?..

– Прошу, не уходите, – внезапно попросила она и в ее глазах блеснули слезы. – Вы напоминаете мне мою знакомую.

– Вы были очень близки? – с искренним сочувствием поинтересовалась Касия.

– Василиса была для меня почти как сестра, которой у меня никогда не было, – с грустной улыбкой призналась Маруся и смахнула с щеки слезу. Ребята с изумлением покосились на меня, и я нерешительно кивнула, подтверждая, что речь идет обо мне. Наши переглядывания не укрылись от Машки. Она нахмурилась и обратилась непосредственно ко мне: – Вы тоже были с ней знакомы?

В ее взгляде было столько надежды, что я поняла: промолчать не получится.

– Нет, мне не повезло с ней познакомиться, – не стала я давать ей повода для новых встреч. Сомневаюсь, что после нашего с Касией набега на банк меня вообще отпустят на землю. Свершиться чудо, если никто не узнает, что мы там были.

Для Машки я умерла, будет лучше, если так и останется.

Несмотря на поразительную схожесть, в отличии от жизни на земле жизнь на небесах течет иначе. Там совершенно другие ценности. Душа – вот самая ходовая валюта на небесах. После замужества с Павлом Машке светит прямая дорога в ад. Он сломает, поработит ее. И чтобы подруга избежала знакомства с Люцифером, мне нужно было указать ей правильное направление, а не предаваться с ней воспоминаниям, сидя в кафе за чашечкой чая.

– Ты потеряла близкого человека и тебе одиноко, но ты не там ищешь поддержку и сочувствие, – взглядом умоляя ее прислушаться, пробормотала я. – Наверняка твоя подруга хотела бы, чтобы ты оставила печаль позади и жила дальше. Чтобы встретила достойного парня, родила детей, завела внуков и состарилась с ним.

– Я и с Павлом могу быть счастлива, – нахмурила Маруся.

– Ты ошибаешься, – с возрастающим отчаянием не согласилась я. – Там, где есть обман, нет места любви. – И я рискнула пойти на крайние меры: – Пойдем, отыщем твоего жениха и узнаем, чем он занимается на самом деле.

Лютик протянул Машке руку, и она неуверенно вложила в его ладонь свою. Пройдя вдоль выстроенной рядами фарфоровой и фаянсовой продукции, мы свернули в небольшой коридор, закончившийся вместительным помещением, где за столами сидели сотрудники бухгалтерии и менеджмента. Сбоку от входа имелась неприметная серая дверь. Где собственно и обнаружилась сбежавшая от нас и стоящая сейчас на страже секретарь Ирина. Игнорируя вытянувшиеся лица сотрудников, мы подошли к кабинету Павла, и Зазнайка, отделившись от нас, выступил вперед. Обхватив за плечи онемевшую от его дерзости секретаршу, он оттеснил ее в сторону, освобождая Лютику и Машке проход.

– Не хотите позвонить? – отпустив руку девушки, подал ей идею Лютик.

Машка послушно достала телефон из сумки. Ее пальцы скользнули по темному экрану, пробуждая его, и она тут же набрала номер жениха. Протяжный, отчетливо слышный даже на расстоянии гудок – и в трубке раздался раздраженный голос моего бывшего работодателя.

– Слушаю!

– Паша? Ты где? – глядя перед собой, холодно спросила она.

– Я знаю, что мы договорились встретиться. Но объявился крупный заказчик, и мне пришлось уехать. Я тебе это уже объяснял, – плохо сдерживая ярость, практически накричал на нее Павел. – Буду не раньше вечера.

И на этом отключился.

Подруга убрала от лица дрожащую руку и недоверчиво уставилась на потемневший экран телефона.

– Он никогда со мной так не разговаривал, – опустив глаза, расстроенно пролепетала она.

– И больше не заговорит. Обещаю, – Лютик прикрыл глаза, дотронулся до замка, и тот под его пальцами чуть слышно щелкнул. Как показали тренировки, в отличии от нас всех он в совершенстве овладел управлением материей, а нам оставалось лишь завидовать ангелу.

– Мы из охранной компании, – врала я на ходу, объясняя чудеса, случившиеся на глазах посторонних. – Нам пришло сообщение, что в кабинете вашего директора утечка газа. Отмычки подобрали заранее.

Несмотря на нелогичность моих доводов, на лицах сотрудников отразилось понимание.

Лютик любезно открыл перед Машкой дверь и вслед за ней вошел в кабинет моего бывшего директора.

– Маша? Что ты здесь делаешь? – донесся его голос, в котором отчетливо слышалась паника.

Мы хоть и остались дожидаться Марусю с Лютиком в общем офисе, но то видение, где Павел обжимается с крашеной блондинкой, боюсь, я при всем желании не скоро смогу развидеть. За подругу слишком обидно.

Из кабинета раздался хлесткий звук пощечины, а чуть позже на пороге кабинета появилась Машка. Она выглядела неприступной и отчужденной. Внутреннее ангельское чутье мне подсказывало: предательство жениха не сломило ее, а сделало сильнее. Ей было больно, но мы с ребятами знали, что это самый счастливый день в ее жизни. С этого момента у нее все будет хорошо.

– Постой, – застегивая на ходу пуговицы рубашки, выбежал за ней Павел. На его щеке еще алел след от пощечины.

Машка не стала замедляться и, не слушая жениха, прошла к выходу из офиса, напоследок хлопнув перед ним дверью.

Стукнув кулаком по дверному косяку, Павел обернулся к сотрудникам и рявкнул:

– Чего уставились? Бегом работать или всех нафиг уволю! – и тут его взгляд остановился на нас: – А вы что тут делаете?

– Ничего, – пошла в несознанку Ябеда и, быстро сориентировавшись, нагло соврала: – Мы заблудились.

Убрав руки от секретарши, Зазнайка первым бросился к выходу, словно застигнутый на месте преступления вор, мы гуськом потянулись за ним.

– Держите их, Павел Игоревич! – заверещала отошедшая от шока секретарша и полностью сдала нас: – Это они надоумили вашу невесту без разрешения войти к вам в кабинет.

– Стоять где стоите! – прогремел на весь офис взбешенный голос моего бывшего директора. Но, естественно, слушать его никто не собирался.

Зазнайка рванул на себя дверь, и мы выбежали в общий зал. Гнаться за нами на глазах покупателей Павел не решился. Его усилиями дверь снова закрылась, с силой ударившись о дверной косяк.