Глава 17

Ричард, успокойся! Я знаю, как лечить драконью лихорадку! — говорю юному дракону.

Не верит. Взгляд — испуганный, но, кажется, беспокоится он в основном за свою эльфийскую Истинную. Ну и за меня, конечно.

Себя он в своих мыслях уже успел похоронить, смирившись с неизбежной смертью. Драконий оборотень снова что-то говорит эльфийке, в голосе — мольба. Не нравится ему, что и эльфийка и я игнорируем его приказ бежать без оглядки. Ну как ему объяснить…

— Ричард, подумай! Ты раньше валялся в этом доме в забытьи. Сейчас — пришёл в сознание. Наверняка был болен несколько дней. Если не недель.

Эльфийка кивает, подтверждая. Подхожу к драконьему оборотню вплотную, беру за руку, смотрю в глаза. Стараюсь не замечать панику во взгляде мальчишки. Нам же потом общаться, а «драконы ничего не боятся, ага?»

— Ну, подумай сам! Разве заболев драконьей лихорадкой, можно очнуться? Да и даже если ты заразил нас, это ничего не значит! Ты что, совсем не слушаешь, что я говорю? Я умею лечить драконью лихорадку! Прекрати психовать!

Ричард смотрит на меня недоверчивым взглядом, а потом ошарашивает: «Ты из другого мира, Каэри?»

Что-то мне не по себе от его взгляда. Если бы Ричард обо всём догадался, то и назвал бы меня моим настоящим именем. А так…

- С чего ты это взял? — спрашиваю почти равнодушно.

— В предсказании это есть… мудрость и знания из других миров… люди из чужого мира сумеют лечить смертельные для всех болезни. И проклятие сумеют снять. С черных драконов. У Терсаля надо спросить, я наизусть не помню всего, — отвечает Ричард, одновременно внимательно меня рассматривая.

— Ну, если не помнишь… — тяну я разочарованно. А сама думаю. Сколько же мне драконaм скоро придется рассказать!

Всё же болезнь не побеждена до конца. Конечно, Ричард чуть старше Сиерлена, и откровенно говоря, лучше владеет собою. Но я всё равно замечаю по слишком осторожным движениям драконьего оборотня, по его прерывистому дыханию, по тени, мгновенно пробежавший по лицу юного дракона и почти сразу пропавшей… мальчишке больно!

Эльфийка тоже это замечает. Достает из сумки настойку каких-то трав. Мальчик безропотно пьет из маленькой бутылочки эльфийскую настойку… что-то не похоже, чтобы это помогло бороться с болью. Теперь, когда Ричард выяснил, что его Истинной ничего не грозит, а Сиерлен — жив, его собственное самочувствие выходит на первый план.

Я четко понимаю: то, что антибиотики начали действовать, ещё не значит, что мальчишка выздоровел. Ночка нам с эльфийкой явно предстоит суматошная. Ричард смотрит на меня, его взгляд немного расфокусирован и затуманен, как при высокой температуре.

Похоже, мальчишка и сам понимает, что до полного выздоровления ему ещё далеко. Этому драконьему оборотню тоже тяжело терпеть боль, как и Сиерлену. Но дракону удается ещё раз изумить меня. Да, ему больно, но он отвлекается от собственного недомогания и торопливо, словно боясь, что передумает, говорит: «Я благодарен Вам за спасение, Каэри! Никто кроме Вас не сумел бы меня спасти. Драконья лихорадка для драконов смертельна. Без исключений. Вы — великий маг… не допустите, чтобы заболела моя Истинная! Без нее мне не жить!»

Дракон мягко касается плеча эльфийки, которая всего несколько минут назад опустилась на колени рядом с его кроватью и все время нашего с ним разговора нежно гладит его по волосам.

Оюшки… Мальчик, ты только выздоровей, пожалуйста! А профилактику я и для себя, и для твоей эльфийки проведу, не беспокойся. Чтобы мы по эльфийскому поселению не разнесли заразу, как две «тифозные Мэри».

Интересно, это у чёрных драконов так принято, беспокоиться друг о друге или эти трое юных дракона — необычные драконы?

Вечер проходит относительно спокойно. Эльфийка успевает даже покормить Ричарда, приготовив с помощью магии из своих эльфийских запасов что-то наподобие геркулесовой каши. Разваренной. Надеюсь, по вкусу это всё же лучше, чем по виду. Но попробовать этот «эльфийский шедевр» не осмеливаюсь, ограничившись тем, что создаю себе две чашки черного кофе. Эльфийка на это магически созданное питьё смотрит с таким же подозрением в несъедобности, как я — на ее «кашу».

Связываюсь магически с Терсалем, с помощью магического поисковика по имени и поясняю ему, что Сиерлена нужно разбудить и покормить. И напоминаю, что ничего, кроме паштетов и бульонов ему пока нельзя. И рассказывать ему, где сейчас я и Ричард тоже не следует. Терсаль кажется смышлёным парнем, кивает мне и обещает приглядеть за другом. А ведь я успела мешок колостомы у Сиерлена только один раз опустошить. Чувствую, что разрываюсь между желанием немедленно отправиться к Сиерлену и пониманием, что я всё же могу быть заражена. Ну не могу я быть в двух местах одновременно, с двумя разными драконами!

А еще риск заражения значит две недели антибиотиков — и строгую изоляцию, и в Академию я попаду на неделю позднее! И что делать… Знаю! Прививки нужны, вот! Единственная проблема — у меня нет такого оборудования, да и времени для таких исследований понадобится ещё больше… есть ли решение у Каэри? Оказывается, есть. И называется это чудо — стазис. С помощью магии искусственно ограничивается пространство, и течение времени в этом «стазисе» можно ускорить или замедлить, по желанию. Только вот… Каэри это знает чисто теоретически, провернуть что-то такое никогда не пробовала. Потому, что сложно…

Ночь. Теплая. Последние деньки лета. Странно, мир иной, а учиться идём тоже осенью. Но это так, отвлечённая мысль…. Стазис я всё же создала. Правда, не с первого раза. Удивительно, как я не разворотила дом эльфийки моими «попытками».

Стазис, как оказалось, не препятствует проникновению ветра в ограниченное пространство. Как-то это… неправильно. Я думала, что нам нужно будет время от времени снимать стазис из-за того, что нечем станет дышать. А оказывается, даже лист с дерева в стазис может залететь в открытое настежь окно. Только падать на пол листик будет мгновенно, словно попал в притяжение чёрной дыры.

Пространственно-временная магия — самая сложная. Парадоксов в этом магическом мире — не сосчитать. Учебников по пространственной магии у Каэри три, по пространственно-временной всего один. Его я и взяла за основу, когда две недели, необходимые для выздоровления дракона и профилактики у нас с эльфийкой сжала до нескольких часов — эта ночь длиться вечно не будет. Всего две недели.

Мальчишке я снова поставила капельницу и постаралась убедить в том, что надо немного поспать. Эльфийка поступила проще — заставила выпить дракона ещё одну из своих настоек. На этот раз настойка подействовала… или Ричард слишком устал, чтобы противиться сну.

Чувствую себя разбитой и уставшей. Магической энергии на поддержание стазиса требуется море, а самое простое восстановление — с помощью секса, не представляется возможным. Сиерлена я подвергать опасности заразиться драконьей лихорадкой не собираюсь. Одного кофе мне на поддержание стазиса не хватит. Может, попробовать всё же «кашу» которой эльфийка кормит дракона? Кстати, а что она сама ест? Не «кашу» же?

Первый день стазиса подходит к концу. Жестами показываю эльфийке, что тоже не прочь поесть. Она удивлена — видимо решила, что неограниченную энергию я черпаю из кофе. Но с улыбкой делится кусочком лепёшки и фруктом, отдалённо напоминающем апельсин. Мякоть внутри совершенно другая на вкус, больше похожа на перезрелyю вишню. Каэри этого может и достаточно… а я ещё есть хочу!

Создаю шоколадку, делюсь с эльфийкой. Она осторожно пробует маленький кусочек… кажется, шоколад в этом мире не знаком. Но эльфийке нравится! Очень! Создаю ещё несколько шоколадок. Отдаю эльфийке, пусть поpадyется. Хорошо, что у неё на шоколад и орехи нет аллергии — запоздало приходит мысль о опасности органики из других миров.

Забавно, что в этом магическом мире нет шоколада. Не забыть бы Сиерлену предложить шоколадные конфеты, когда он выздоровеет…

Спать хочется. Очень. Договариваемся с эльфийкой, кто будет «ночным дежурным» первые четыре часа, а кто — после. В результате жеребьевки эльфийка идёт спать. Ложится рядом с Ричардом, а меня посещает мысль, что девчонка смухлевала. Или это говорит зависть? Спать хочу…