Глава 34. Проекция ярости

В просторной гостиной нового дома, созданного магией Макса, повисла гнетущая и почти осязаемая атмосфера. Виолетта медленно обводила взглядом помещение, и каждый предмет интерьера, каждая деталь этой фальшивой роскоши вызывали у нее лишь нарастающее чувство тошноты.

Она чувствовала себя птицей, которую поймали в лесу и заперли в золотой клетке, где вместо прутьев были невидимые магические стены. Она несколько раз подходила к массивной дубовой двери, но та была наглухо закрыта, не поддаваясь ни физической силе, ни слабым попыткам применить внутреннюю магию. Девушке оставалось только стоять посреди комнаты и ждать, когда Максу надоест эта игра и он соизволит вернуть ее в академию.

Макс же вел себя так, будто они были старыми друзьями, решившими провести тихий вечер за беседой. Он невозмутимо подошел к столу и начал разливать чай из изящного фарфорового чайника. Тонкий аромат трав наполнил комнату, но для Виолетты он казался запахом тлена.

— Тебе стоит присесть, Виолетта, — мягко произнес он, протягивая ей чашку. – Гнев, плохой советчик. Тебе пора привыкать к новой жизни, потому что это единственный исход, который ожидает твою историю. Все остальное, лишь затянувшаяся агония твоего прошлого.

Его спокойствие, эта ледяная уверенность в собственной правоте доводили ее до исступления. Ей хотелось разбить эту чашку о стену, закричать так, чтобы рухнули эти накрахмаленные потолки, но она просто стояла, сжимая кулаки. Внезапно она замолчала, обрывая на полуслове готовую сорваться колкость.

Виолетта прижала ладонь к груди, прямо там, где под кожей бешено колотилось сердце. Внутри нее что-то изменилось. Она почувствовала не просто привычную душевную боль, а странный, ритмичный и тяжелый гул, который шел откуда-то извне, но отзывался в каждой ее клетке.

Это был Виталион. Она знала это так же четко, как знала вкус собственной боли. Он больше не метался в бреду, не тонул в кошмарах, которые навязал ему Макс. Теперь он был пугающе спокоен. Это была не пустота, а холодная, концентрированная ярость дракона, который наконец-то нашел свою цель и больше не собирался отступать.

В это же время в академии Филип и Мелоди стояли у кровати Виталиона. Они видели, как его тело замерло, а дыхание стало ровным и глубоким. Филип первым понял, что происходит. Он видел этот взгляд хищника, который заприметил добычу сквозь сотни миль. Парень осознал, что остановить брата невозможно, и любая попытка удержать его сейчас приведет к тому, что Виталион просто выжжет все вокруг. Вместо того, чтобы бороться с этой стихией, они решили помочь.

— Мы должны дать ему точку опоры, — быстро проговорил Филип, доставая из походной сумки древний артефакт. Это была небольшая сфера из мутного стекла, заключенная в оправу из светлого металла, которую он получил в городе света. — Без проводника он может просто развеяться в пространстве.

Мелоди кивнула, ее лицо было бледным, но решительным. Она положила свои руки поверх рук Филипа, касаясь артефакта. Девушка начала вливать свою магию в сферу, стараясь стабилизировать канал связи, который уже начал прокладывать Виталион. Воздух в их комнате задрожал, наполнившись электричеством. Виталион закрыл глаза, и в тот же миг его сознание покинуло тело. Оно неслось сквозь пространство и время по золотой нити связи истинных пар, которая горела в темноте как путеводный маяк.

В гостиной дома Макса внезапно упала температура. Виолетта увидела, как ее дыхание превращается в густой пар. Окна, за которыми еще мгновение назад был виден магический городок, мгновенно покрылись плотным слоем инея, рисуя на стеклах причудливые и пугающие узоры. Уютный камин, который так старательно поддерживал Макс, погас в одну секунду, оставив после себя лишь горький дым.

Посреди комнаты, прямо перед Виолеттой, начал сгущаться серый туман. Он закручивался в воронку, из которой медленно начал формироваться призрачный, полупрозрачный образ Виталиона. Он выглядел величественно и страшно. В этом облике не осталось ничего от того израненного парня, которого Виолетта оставила в академии. Его глаза светились ярким алым светом, а за спиной колыхались огромные тени, напоминающие раскинутые крылья дракона.

— Виталион! — закричала Виолетта, бросаясь к нему.

Она хотела коснуться его, обнять, почувствовать, что он здесь, но ее руки лишь прошли сквозь холодный дым. Призрак не был материальным, это была лишь его проекция, его воля, прорвавшаяся сквозь щиты Макса. Девушка продолжала выкрикивать его имя, пытаясь предупредить об опасности, пытаясь сказать, чтобы он уходил, пока Макс не нанес удар.

Но Макс не нападал. Он стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди, и на его лице застыла кривая ухмылка. Он быстро оценил ситуацию и решил использовать этот момент, чтобы окончательно добить Виталиона ментально, разрушив его связь с Виолеттой раз и навсегда.

Макс сделал шаг вперед и, прежде чем Виолетта успела отстраниться, обнял ее за талию, властно притягивая к себе. Он заставил ее стоять рядом, удерживая так крепко, что она не могла пошевелиться.

— Посмотри, дракон, — громко произнес Макс, обращаясь к призраку. Он демонстративно обвел свободной рукой роскошный дом. — Посмотри, как ей здесь хорошо. Виолетта находится здесь добровольно. Она выбрала безопасность, выбрала этот уютный дом, потому что она смертельно устала от твоей вечной тьмы и той бесконечной боли, которую ты ей причиняешь. Ей не нужен монстр, ей нужен покой.

Он чувствовал, как Виолетта дергается в его руках, но продолжал свою игру, провоцируя Виталиона на всплеск неконтролируемой ярости. Макс хотел, чтобы дракон окончательно сошел с ума от ревности и боли, чтобы его сознание схлопнулось, превратив его в зверя, у которого не останется пути назад.

Виолетта видела, как призрак Виталиона начинает дрожать. Алое свечение в его глазах стало неровным, а черты лица начали искажаться от невыносимой муки. Каждое слово Макса падало как капля раскаленного металла в душу дракона. Виолетта поняла план Макса в ту же секунду. Он хотел убить Виталиона его же собственными чувствами.

— Нет! Это ложь! — закричала она, вкладывая в свой голос всю силу, что у нее осталась. — Виталион, не верь ему! Все, что ты видишь здесь, это ложь и тюрьма! Я ненавижу этот дом! Я ненавижу его!

Она рванулась из рук Макса, и в этот момент ее внутренняя магия, подпитанная отчаянием, вошла в прямой контакт с проекцией Виталиона. Между ними вспыхнула ослепительная вспышка. Воздух в гостиной затрещал от невероятного напряжения.

Пространство дома, созданное волей Макса, начало трещать по швам. Стены пошли глубокими трещинами, из которых вместо камня и дерева проглядывала бездонная и холодная пустота. Идеальный мир, который так тщательно выстраивал Макс, начал осыпаться как старая штукатурка. Картины падали со стен, мебель разлеталась в щепки под напором этой двойной силы.

Макс побледнел. Он понял, что ситуация выходит из-под контроля. Если он не прервет этот контакт прямо сейчас, Виталион, ведомый этой связью, сможет прорваться сюда физически, и тогда он просто разнесет весь этот мир к чертям вместе с его создателем. Или, что было еще страшнее для планов Макса, Виолетта просто сожжет свою силу в этот момент невыносимой боли, не выдержав такой нагрузки на свою душу.

— Довольно! — выкрикнул Макс, взмахивая руками.

Он был вынужден оборвать связь, разрывая золотую нить. В ту же секунду Виолетта почувствовала, как ее подхватывает мощный вихрь. Реальность снова исказилась, превращаясь в размытое пятно.

Через мгновение она почувствовала под руками холодный камень пола. Макс перенес их обратно в академию, в один из пустынных коридоров. Он не стал ее бережно ставить на ноги, а просто швырнул на пол, словно ненужную вещь. Девушка больно ударилась плечом, но даже не охнула, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя.

Макс стоял над ней, и теперь в его глазах не было ни капли той притворной нежности. Он смотрел на нее с самой настоящей, неприкрытой ненавистью. Его лицо было жестким, а губы плотно сжаты.

— Ты сама выбрала этот путь, — прошипел он, и его голос был подобен хрусту ломающегося льда. — Думаешь, ты спасла его? Нет, ты лишь ускорила его конец. Я вернусь, Виолетта. Я вернусь, когда ты сама приползешь ко мне и будешь умолять о помощи, потому что твой Виталион теперь официально нестабильная угроза для всех окружающих. Он монстр, и очень скоро это поймут все в этой академии.

После этих слов он резко развернулся, и его фигура начала растворяться в темной, маслянистой дымке. Через секунду в коридоре не осталось и следа его присутствия, только запах серы и холода напоминал о том, что он здесь был.

Виолетта не стала ждать ни секунды. Она превозмогла боль в теле, поднялась с холодного пола и пошатываясь от усталости, и со всех ног побежала в сторону жилого крыла. В ее голове была только одна мысль. Она должна увидеть Виталиона, должна убедиться, что он вернулся в свое тело и что его душа все еще принадлежит ему, а не той тьме, которую так настойчиво провоцировал Макс. Она бежала по коридорам, мимо удивленных студентов и сонных портретов, чувствуя, как внутри нее снова разгорается искра надежды, которую не смог потушить даже сам Мансалиус.