Глава 37. Бездна забвения

Они шли по бесконечным коридорам академии, и звук их шагов выбивал ритм, похожий на погребальный марш. Макс уверенно вел Виолетту за руку, его пальцы собственнически сжимали ее ладонь, а на лице сияла та самая усмешка триумфатора, который наконец-то дождался финала долгой и изнурительной охоты. Свадебное платье Виолетты тяжелым облаком шуршало по каменным плитам, высекая тихие искры из впитанной в него магии.

Все, кто попадался им навстречу, студенты, высыпавшие из своих комнат после исчезновения тьмы, и даже несколько профессоров, застывших в нишах, провожали их взглядами, полными глубочайшего непонимания и немого удивления. Никто не решался заговорить. Воздух вокруг пары вибрировал от такой плотной концентрации силы, что обычным магам было трудно даже дышать. Все видели лишь ослепительно красивого героя в черном костюме и его призрачную невесту, чье лицо казалось высеченным из чистейшего льда.

Почти у самого выхода из главного корпуса, там, где лестница расширялась, переходя в парадный вестибюль, появились Филип и Мелоди. Они застыли у подножия ступеней, преграждая путь, словно два последних защитника рухнувшей крепости. Филип, увидев Виолетту в этом платье и сияющего Макса рядом, дернулся вперед. Его кулаки сжались, а в глазах вспыхнул опасный огонь. Он был готов броситься в бой, даже понимая, что противник неизмеримо сильнее.

Но в тот же миг Мелоди крепко придержала его за руку. Она покачала головой, одними губами напоминая ему о недавней просьбе Виолетты. Не вмешиваться и довериться ей, чего бы это ни стоило. Виолетта на мгновение замедлила шаг. Ее взгляд, холодный и отстраненный, встретился с глазами друзей. В этом мимолетном контакте было больше слов, чем в любой речи. Она посмотрела на них с глубокой, щемящей благодарностью за то, что они нашли в себе силы подавить гнев и исполнить ее последнюю волю. Филип медленно опустил руки, хотя его челюсти были сжаты так, что на скулах ходили желваки.

Пара прошла мимо них и вышла на улицу. Вечерний воздух был наполнен ароматом роз. Тропинка, ведущая к небольшой старой часовне на окраине академического парка, была густо устлана нежными лепестками, а по краям дорожки сами собой вспыхивали магические свечи, создавая живой коридор из дрожащих огней. Все это выглядело как ожившая сказка, прекрасная и фальшивая до самой сути. Они молча шли к небольшому каменному сооружению, увитому сухим плющом.

Макс упивался моментом. В его голове уже выстраивались планы на следующие столетия. Как он будет обучать ее, как они будут путешествовать между мирами, как она со временем забудет этот маленький эпизод с драконом и признает его величие. Он искренне верил, что заполучил ее.

Виолетта же молчала, погруженная в собственные мысли. Она не видела ни свечей, ни цветов. В ее сознании, укрепленном крупицей силы Макса, раз за разом прокручивались тонкости древнего ритуала, который им предстояло совершить. Она знала то, чего не видел за своей гордыней этот монстр. Магия, отданная добровольно, имеет свою цену, и закон равновесия никто не отменял.

Они вошли под своды часовни. Внутри было прохладно и пахло вековой пылью. Прямо у алтаря, сотворенного из цельного куска дымчатого камня, парил призрак. Древняя сущность, лишенная плоти и эмоций, которая веками заключала союзы сильных мира сего. Его пустые глазницы светились тусклым белым светом.

Больше в часовне никого не было, хотя снаружи, за магическим барьером, уже столпилась толпа любопытных зевак. Филип и Мелоди стояли в первом ряду, не сводя глаз с дверей. Они знали, что не смогут справиться с Максом в открытом бою, но уйти просто так не могли. Никто из них не понимал, что задумала Виолетта, почему она так покорно идет на заклание к этому монстру.

— Начнем, — коротким властным жестом велел Макс.

Призрак заговорил. Его голос был подобен шелесту сухих листьев, он читал слова брачного ритуала древних миров, которые не слышали в этих стенах тысячи лет. Воздух начал сгущаться, наполняясь золотистым туманом. Ритуал требовал подтверждения намерений.

Макс, не сводя с Виолетты торжествующего взгляда, воздел руки. Из самой гущи его магии начал материализоваться кинжал. Он был полупрозрачным, сотканным из чистого света и холодного пламени. Макс осторожно перехватил его за рукоять и протянул Виолетте.

— Этот клинок, ключ к твоему освобождению, — произнес он, и в его голосе слышалось предвкушение. — Он способен безболезненно разорвать твою связь с драконом. Ни тебе, ни ему ничего не грозит. Как только ты обрубишь эту нить, Виталион забудет обо всем, что было между вами. Он очнется чистым, свободным от боли и любви, которая его чуть не сгубила. Он найдет себе другую, женится на какой-нибудь знатной особе и будет жить долго и счастливо. Ты даришь ему покой, Виолетта.

Девушка медленно протянула руку и приняла кинжал. Оружие было невесомым, но она чувствовала в нем колоссальную разрушительную мощь. Именно то, чего она так долго ждала. Ее пальцы крепко сжали рукоять.

Макс начал произносить слова своей клятвы. Он говорил о вечности, о защите, о том, что отныне их судьбы сплетены в одну. Его голос звучал мощно, заполняя все пространство часовни. Закончив свою часть, он замер в ожидании. Он ждал, что сейчас она сделает решающий жест, ударит по невидимой нити связи и произнесет слова согласия, которые окончательно сделают ее его собственностью.

Виолетта подняла голову. Она посмотрела на него тяжелым взглядом, в котором Макс внезапно не увидел ни страха, ни смирения. Это был взгляд человека, доведенного до крайней точки безысходности, за которой начинается абсолютная свобода.

— Ты обещал, что я получу часть твоей силы и защиту от твоего влияния, — тихо сказала она.

— И ты ее получила, — подтвердил он, все еще ничего не понимая. — Теперь исполни свою часть сделки.

Виолетта вдруг горько улыбнулась.

— Ты так и не понял, Макс. Я никогда не буду твоей. Ни по своей воле, ни по принуждению.

С этими словами она с размаху ударила себя этим призрачным кинжалом в грудь, прямо в область сердца.

Макс издал дикий, нечеловеческий крик. Он бросился к ней, но было поздно. Ритуальный клинок, предназначенный для разрыва связей, наткнулся на крупицу силы самого Макса внутри Виолетты. Произошел колоссальный магический сбой. Прямо под их ногами, на каменном полу часовни, начала стремительно проявляться и расширяться воронка из первородного хаоса. Черная, бездонная дыра, от которой веяло абсолютным небытием. Это была брешь в мироздании, куда пропадает навсегда любое существо, будь оно живым или бездушным.

— Что ты делаешь?! — в ярости вопил Макс. Его лицо перекосилось от ужаса. Он вытянул руки, пытаясь применить магию, чтобы затянуть рану или остановить процесс разрушения реальности, но его силы просто поглощались воронкой. Его магия больше не действовала на нее, заблокированная его же собственным даром.

Виолетта чувствовала, как жизнь уходит из нее, но боли не было. Только невероятная легкость. Она посмотрела в лицо монстру, чье величие на глазах рассыпалось в прах.

— Без любви и любимого мне больше нет причин оставаться в этом мире, — прошептала она, и по ее губам скользнула слабая улыбка. — Ты хотел владеть мной? Так владей пустотой. Как только я рухну в эту бездну, равновесие восстановится. Магия хаоса сотрет саму причину твоего безумия. Даже ты, Макс... даже ты забудешь о моем существовании. У тебя не останется даже памяти о том, кого ты так яростно пытался сломать.

Она сделала последний шаг назад, туда, где края пола уже осыпались в черноту.

— Прощай.

Виолетта сорвалась и упала в черноту. Ее свадебное платье на мгновение вспыхнуло белой искрой в непроглядной тьме, а затем исчезло навсегда. Воронка начала схлопываться с оглушительным свистом, засасывая в себя последние остатки золотистого тумана ритуала. В часовне повисла звенящая тишина.