Глава 9

Утром мы проснулись не от горна. Нас разбудил стук колес о каменные дорожки и множество голосов.

Зевая, мы прошли на балкон. На краю перегородки сидел Гикато и с любопытством смотрел вниз.

— Ну как тебе первое знакомство с институтскими совами? — полюбопытствовала Лейла.

— Ууууф, — отозвался мифик и довольно подмигнул ей круглым глазом.

Мы подошли ближе и тоже с интересом посмотрели на происходящее.

Первое утро в академии встретило нас сумрачным солнцем, затянутым пасмурными серыми облаками. Сколько время мы не знали. Скорее всего, горн и не звучал, так как обучение еще не началось. Зато будущие адепты начали активно въезжать на территорию.

Леди Атланта оказалась права. Академию Драконесс мы увидели сразу. Высокие купола башен, на вершинах которых восседали огромные драконы-стражи, следящие за порядком и спокойствием. Каменные стены, частично увитые плющом и жимолостью. Большие мозаичные окна с рисунками драконов и магов. Дворик с фонтаном перед входом в академию, где к двустворчатой двери входа вели с десяток длинных, широких ступеней. Аллеи, деревья, клумбы, кусты, скамейки, беседки, тянущиеся от нашего общежития к Академии, все это было очень хорошо видно. Балкон четвертого этажа оказался отличной обзорной площадкой.

Мы видели, как в небе, то и дело появлялись прекрасные пегасы, тянущие за собой крылатые повозки. К фонтану подъезжали одиночные кареты и дилижансы, двуколки, всадницы: кто с высокомерными, кто с уставшими лицами, спешивались с лошадей, покидали экипажи и шли по ступеням к зданию. И наоборот. Кто-то уже выходил. Оглядывался, что-то спрашивали у стоящих на ступенях старшекурсниц, которых, я так понимаю, для того и поставили, помогать абитуриенткам. А потом они шли, все как одна, к общежитию.

— У Академии Драконов, наверное, та же канитель, — зевнув, протянула Сирея. И тут же оживилась, указывая мне вниз на аллейку, ведущую к общежитию. — Смотри, Ая! Это оборотница!

Внизу шла девушка с иссини-черными волосами, в облегающей темно-синей рубашке и такого же цвета свободной юбке в пол. За спиной ее был увесистый рюкзак, в руках сумка. Но все это совсем не мешало девушке идти грациозно, словно она ступала по подиуму.

— С чего ты решила, что она оборотница? — я вгляделась в девушку. — Может из черных, высших?

— Нет, — уверенно сказала Лейла. – Ты приглядись как она движется. Плавно, не спеша. Вышагивает словно кошка. Точно тебе говорю, оборотница.

Девушка, уже подошедшая к общежитию, остановилась. И словно бы услышала наш разговор. Подняла голову, поймала наши взгляды. Нахально улыбнусь, тряхнула локонами черных волос. После чего отвернулась и вошла в здание.

— И слух у нее животный, — резюмировала Лейла.

— Ой! — воскликнула я, уже не слушая сестру, а смотря на тропинку. По ней, тяжело вышагивая и ярко выделяясь среди остальных, шли две абитуриентки в боевых латах. Девушки были клыкастые и серые, от пояса вниз тянулись прямые юбки с вырезами по бокам от пола до широких бедер. А бедра там были такие, что даже проходящие мимо будущие адептки засматривались.

— Это же орчихи! — воскликнула я.

— Они на девушек совсем не похожи, — поморщилась сестра. — Может это парни? Смотри какая мускулатура.

— У них косы до пояса, — сказала я. — И глаза раскосые.

— У всех орков косы, — назидательно проговорила Лейла. — И глаза тоже у всех.

— Но судя по тому, что идут в сторону нашего общежития — это девушки. Похоже, в этом году на боевой факультет, двое точно уже наберутся, — подметила я. Но сестра меня тоже уже не слушала.

— Ты лучше посмотри на скамейку что у входа.

Я перевела взгляд. У скамейки стояла крупная бледно-зеленая фигура, с длинными черными волосами, собранными в толстый хвост. И торчащими над головой острыми ушами, в которых угадывались множество сережек.

— Это... — с сомнением протянула я.

— Тролль, — сказала Лейла. Девушка в этот момент повернулась.

— Смотри какие у нее глаза большие! — с восторгом протянула сестра. — Никогда не думала, что у троллей такие красивые глаза. Удивительные, кристально зеленые. Да и сама она, жуть какая привлекательная. Странная красота, необычная.

— Вот только не думаю, что кто-то кроме самих троллей может позариться на такую красоту, — задумчиво произнесла я. — Ей самый крупный здешний парень по плечо будет.

Девушка, в этот момент, уже вошла в здание, и мы снова начали смотреть на тропинку к общежитию, по которой шли абитуриентки.

— Я заметила, что очень много эльфиек приезжает, — подметила я.

— Эти остроухие, наверное, в основном на стихийников. Они же природники сильные, как и друиды, — напомнила сестра. — Кстати, переведи взгляд к деревьям, у ближайшей беседки. Там как раз друидка стоит. Этих ни с кем не перепутаешь.

Я посмотрела в указанном направлении.

У деревьев стояла худенькая, невысокая девушка с распущенными, путаными, русо-зеленоватыми волосами. Она была одета в самое простенькое домотканое платье, и плетенную обувку. Девушка стояла рассматривая дерево. Потом скинула с плеча худую котомку и подошла к дубу. Обняла его, и так застыла.

— Все-таки, друиды очень странные, — сказала Лейла. — Эта, наверное, на целительский поступать будет.

От дальнейшего рассматривания прибывающих нас отвлек стук в дверь.

Лейла махнула мне рукой, и сама пошла открывать. И тут же раздался радостный возглас. Я вернулась в комнату и увидела, как наш кучер вносит сумки с вещами.

— Ох, мои леди, я так торопился, боялся не успею. Вся дорога до академии занята. Как же много поступающих. А как трудно к вам попасть. Я еле пробился через распорядительницу. Жуткая женщина!

Мы рассмеялись.

Он поставил сумки у кроватей.

— Как леди Найли? — с сочувствием спросил кучер.

— Она все еще в лазарете, — вздохнула Лейла. — Сейчас мы оденемся и пойдем к ней. Мастер Монсепан говорил, что к утру она придет в себя.

— Здоровья нашей девочке, — возвел глаза к небу мужчина. — И за что это ей? Кто бы мог подумать, что в такую хорошую гостиницу проникнут злые люди. И какому человеку могла помешать наша добрая Найли.

— Не человеку, а дракону, — поправила я.

— Какая разница, злость она во всех одинакова, — вздохнул кучер. — Это же как червоточина внутри, разъедает, мучает, жить спокойно не дает. Только кажется, что убей, навреди и болячка успокоится, перестанет ныть. Но нет, она как зудящая вша, вопьётся и будет мучать.

— Вы еще здесь! — прервала его философию, вошедшая сестра Маргарет. — У будущих адептов четкое расписание посещений? Отдали вещи и свободны!

Кучер заторопился.

— Я буду молиться за каждую из вас, — сказал он горячо и обнял, сначала меня, потом Лейлу. Когда он вышел, под зорким надзором распорядительницы, я, очень ярко ощутила, как оборвалась наша прежняя жизнь, где были любящие мама, папа, Лайнара, слуги, которые всегда были рядом, и мы были уверены, чтобы не сучилось они помогут. Теперь мы покинули дом и надеяться можем только на себя. Нет, родители всегда будут с нами, но посмеем ли мы лишний раз потревожить их или разочаровать? Нет. Мы вышли на новую тропу своей судьбы и теперь должны учиться сами разбираться со своими проблемами.

— Разбираем сумки и идем за Найли, — сказала Лейла и кинулась к нашему багажу.

Когда я одевалась, с удовольствием и удивлением обратила внимание, что моя рана и правда затянулась. Чудесный крем мастера Монсепана сработал просто уникально. От пореза не осталось и следа.

Через час мы уже выходили из комнаты.

В коридоре царила суета. Незнакомые девушки, с чемоданами и сумками, расселялись по комнатам.

— Мне кажется, что на четвертом этаже только первокурсницы, — поделилась со мной своими наблюдениями сестра.

Я была с ней согласна. Наша теория подтвердилась, когда мы спустились в вестибюль третьего этажа. Там суеты не было. Стояли девушки, с любопытством смотрящие на проходивших и о чем-то шушукающиеся, иногда провожающие ту или иную новоприбывшую взглядами.

На втором этаже и вовсе стояла тишина. Всего одна адептка прошла мимо нас, и та не обращала внимание на происходящее, смотря в учебник в своих руках и что-то бормоча.

А вот на первом этаже царил хаос. Там, у стойки, сестра-распорядительница и еще одна девушка, распределяли новеньких по комнатам. Мы прошли мимо них и увидели стенд. Подошли. На нем был план общежития. Так и есть, четвертый этаж полностью принадлежал первому курсу. Третий — второму. Второй — третьему, а на первом находились: столовая, большая комната отдыха, прачечная, кабинет распорядительницы, кабинеты адепток старших курсов института, хозяйственная комната и хранилище. Что за хранилище, объяснений не было.

Рядом висел еще один план, этот был обширнее и сверху красовалась надпись: Территория Высшего Института Магии Амшавира.

— Искать нужно где-то здесь, — протянула я, следую взглядом от пункта «Женское общежитие». Дорожка шла мимо Академии Драконесс, сворачивала напротив входа в здание института, еще один поворот и напротив полигона с наименованием: «Тренировочный — 2», стоял пункт «Факультет целительства, зельеварения и артефактов». К нему вплотную находился: «Лечебный корпус».

— Нам сюда, — указала Лейла. — Ая, ты запомнила маршрут?

— Постаралась, — отозвалась я и мы вышли из общежития.

***

На встречу нам шли абитуриентки. Кто-то тянул с собой большие чемоданы. У других были маленькие котомки.

— Извините, — обратились к нам, когда мы свернули на главную аллею.

Мы с Лейлой повернулись. У лавочки стояла растерянная девушка друид, та самая которую мы видели с балкона. Она озиралась и казалось совсем не понимает, где находится.

— Заблудились? — сочувствующе, спросила я.

Она подняла на меня изумрудно-зеленные глаза. Мягко улыбнулась.

— Да, но... — моргнула. Посмотрела на котомку. — У меня братья в институте. Мама вот передала. А я совсем не знаю куда идти.

Лейла передернула плечами.

— Мы вам навряд ли поможем. Сами сейчас план посмотрели и стараемся не потеряться. Вообще, мужское общежитие, насколько я понимаю, в другой стороне.

— Мне не в общежитие, — покачала головой девушка. — Они у меня лекари. И вот... Мама передала, — она снова котомкой потрясла.

— Так вам на факультет целительства! — догадалась я. — Мы идем в ту же сторону. Присоединяйся.

— Это чудесно! — воскликнула друидка, возвела глаза к небу и молитвенно сложила руки, произнеся благоговейным голосом: — Благодарю тебя, Великий Творец всего сущего и природы вокруг.

Лейла посмотрела на меня и развела руками. Я пожала плечами. Друиды же всегда отличались от всех. И вера у них другая, и боги свои, природные. Вот и Творец всего сущего один из них.

Дальше мы шли уже втроем. Девушка всю дорогу не замолкала.

— Братья просили травки редкие, такие что только в нашем лесу растут. Мама собрала, да со мной передала, а я здесь стою, и никто не помогает, проходят мимо, смотрят насмешливо. Ну да я не обижаюсь, понимаю. Нас часто не воспринимают всерьез. Мы же друиды. Дети природы. Но знаете, я во всем уповаю на Великого Творца. Он всегда детей своих слышит. Вот и сейчас стоило мне к нему обратиться, как появились вы. Это так чудесно что Творец всегда на стороне друидов. А вы верите в Великого Творца?

Лейла закатила глаза и постаралась ответить спокойно:

— В нашей семье верят в древних богинь. В мать драконов Идазу и Великую Богиню возрождения Шаиру.

— Что вы! — испуганно махнула тоненькой ручкой девушка. — Творец един! Нет никаких других личин Высшего Создателя. И нет разницы драконы вы, люди или кто еще. Творец для всех один. Никакой матери драконов не существовало, как и Богини Возрождения. Всегда был только один...

— Великий Творец, — выдала уже я за неё, понимая, что друидку не переговорить и постаралась хотя бы сменить тему. — А как тебя зовут?

Девушка тут же сбилась с разговора о творце.

— Я Звона из семьи Раданеш. Моя семья издавна имеет великою силу природу. Сам Великий Творец нас наградил ею за светлые дела и умение растворяться в окружающей среде. За то, что много веков стражами стояли мы между злом и добром. Обычно друидов не берут в такие институты. Но моя семья...

— Волею Творца! — не сдержалась Лейла.

— Да, — то ли не уловив, или не обратив внимания на иронию в голосе моей сестры, продолжила Звона. — Именно так, его Великой Волею я здесь. И надеюсь, как братья, стать знаменитой знахаркой и служить свету.

— А они знаменитые знахари? — поинтересовалась я, прикидывая насколько знаменитым можно быть в институте? А может мы не правильно поняли Звону, и братья ее магистры?

— Еще нет! — тут же разбила она мои предположения. — Они только адепты! Но силою Великого Творца станут знаменитыми лекарями.

«Мне бы такую уверенность в Творца», — мимолетно подумала я, вспоминая слова папы: На Богинь надейся, а сама не плошай.

Мы свернули на дорожку, ведущую к полигону с названием: Тренировочный — 2.

— А вас как зовут? — наконец переключилась наша новая знакомая.

— Мы из рода Хайтерн. Синие драконы, живем к югу от Седевара. Я Аяна, — представилась я. — Это моя сестра Лейла. А идем мы за еще одной сестрой — Найли. Она в лечебном корпусе.

— Заболела? — с глубоким сочувствием, спросила Звона.

— Вроде того, — увильнула от прямого ответа я.

— А вот и кафедра целителей и зельеваров, — вмешалась Лейла и указала на здание с ярким символом алого дракона, свернутого над кубком, в котором сиял серебряный многогранный камень. — Звона, тебе сюда.

Девушка радостно захлопала в ладоши.

— Спасибо вам большое, сама я бы не нашла. И слава Великому Творцу, что послал мне вас.

Она склонила голову.

Я ощутила неудобство.

— Не стоит, Звона. Нам было не трудно.

Девушка выпрямилась, ласково улыбнулась и направилась к кафедре.

— Странная, — покачала головой Лейла. — Трудно ей здесь будет.

— А мне она показалась приятной, — смотрела я вслед весело идущей друидке. — Она милая, открытая и добрая. Но ты права, слишком наивная. Ей и правда будет тяжело.

— Особенно, учитывая, что девушка немного того... — добавила сестра.

Мы посмотрели, как она вошла и направились к лекарскому корпусу.

***

В небольшой приемной, сразу на входе, за белым столом, сидела средних лет женщина в белом халате, шапочке и смотрела в новостной кристалл. Едва завидев нас, подняла голову.

— Вы к кому? — спросила безучастно.

Вперед выступила Лейла.

— Нам бы девушку, которую доставили сегодня ночью. Ее зовут Найли... — договорить сестра не успела.

— Так ушла она, — равнодушно произнесла женщина. — Полчаса назад как ушла. Мастер Монсепан ее проверил и отпустил.

— С ней все в порядке? — спросила я.

Женщина усмехнулась.

— Более чем. Она у вас очень живая.

Мы переглянулись, не понимая, о чем говорит лекарская сестричка.

— Может она уже в общежитии, — подсказал та.

Мы поблагодарили женщину и вежливо удалились.

Едва вышли, как снова увидели нашу новую знакомую. Друидка стояла на дорожке, все с той же котомкой.

— Что случилось? — спросила Лейла, приближаясь. — Не нашла братьев? Перепутала факультеты?

— Не перепутала, — растерянно проговорила она. — Но ребята с их группы сказали, что они недавно ушли и где-то здесь поблизости. Вот я и смотрю.

Мы с сестрой оглянулись. Никого кроме нас вокруг не было.

— Звона, — ласково проговорила я. — Тебе лучше идти в общежитие. Уверена, братья сами тебя найдут.

Девушка вздохнула.

— Наверное, вы правы. Но я так хотела их раньше увидеть.

— Идем, — я взяла ее за руку. — Пошли вместе в общежитие. Иначе, ты заблудишься.

Девушка озадаченно заморгала.

— Как же я могу заблудиться? Ведь со мной всегда...

— Творец, — подсказала сестра. — Он нас тебе и послал. Чтобы мы проводили до комнаты.

— Правда? — всплеснула руками Звона. — Я всегда верила в...

— Великого Творца, — несдержанно перебила Лейла. — Идем.

Я потянула девушку по дорожке.

Мы вышли на центральную аллею и направились обратно к себе. По пути Звона рассказывала, что у них, в лесном селении друидов, очень мало целителей с дипломами. Те, у кого они есть, очень уважаемы. Имея диплом можно устроиться в любом городе Амшавира и получить почет старейшин. Вот ее братья учатся заключительный год и будут сдавать экзамены. Они отличники и лучшие на своем курсе. Звона очень гордится ими. Звона хочет не подвести свою семью и стать такой же знаменитой. Рассказ девушки был простым и бесхитростным. И я поймала себя том, что очень симпатизирую друидке.

Мы прошли поворот на Академию и едва успели сделать пару шагов от него, как Звона остановилась.

— Вы слышите?

Мы не слышали. Вернее, слышали то мы много всего: звуки журчащего неподалеку ручья, шум фонтана на площадке у Академии Драконесс, голоса, проходящих мимо девушек.

— Что именно мы должны слышать? — осторожно спросила я.

Звона повернулась в сторону лесной посадки. Начала смотреть сквозь деревья.

— Там! — сказала она и, уверенно переступив через небольшую канаву, отделяющую аллею от леска, направилась в деревья.

— Да что такое с этой девушкой? — выдохнула Лейла. — Что она там услышала?

— Идем за ней, — махнула я рукой. — Мало ли. У друидов острый слух, они слышат ветер.

— Может оставить ее, — с сомнением спросила сестра. — Большая девочка, и правда не заблудится.

— Лейла, мне просто интересно, что она там услышала, — пояснила я, направляясь следом за друидкой.

— Ну если только так, потому как быть нянькой для кого-то я не нанималась. Одно дело дорогу показать, другое по кустам за странной особой бегать, — бурчала сестра, но послушно следовала за мной.

Мы прошли не далеко и до нас донеслись голоса. Смех. Разговоры. Говорили парни. Смеялась девушка. Очень знакомо смеялась. Лейла поймала меня за руку.

— Мне ведь не кажется, что я слышу голос Найли?

— Не кажется, — хмуро ответила я.

И вперед мы уже рванули. На небольшой полянке стояла заросшая беседка. Мы еще не успели ее достигнуть, когда услышали радостный голосок Звоны:

— Как я рада! Вы здесь! А я искала вас!

— Звона! Сестренка! Наконец то!

— Смотрите, мама передала вам травки. Ой, а это кто? Ваша подружка?

Мы вошли в беседку.

Сказать, что мы все, одновременно, было удивлены и ошарашены, ничего не сказать.

Лейла застыла с вытянутым лицом. Я с мрачным. Парни растерялись. И только у Звоны все еще оставалась радость на лице.

— Та-а-ак, — протянула Лейла, буравя сестру взглядом. Та, сидела, в больничном халатике и так же как друидка улыбалась.

— Это и есть твои братья? — спросила я Звону.

Она радостно кивнула.

— Да, мои солнечные братья.

Я внимательнее присмотрелась к парням.

— Если не ошибаюсь, одного из вас звать Тим. Ты приходил к нам с лекарством для меня?

Парень, стоящий ближе к Найли, кивнул. Я перевела взгляд на второго.

— Хайн, — представился он и тут же зачастил: — Вы не подумайте. Мы здесь ничего такое не собирались делать.

— Какого такого? — сощурилась Лейла, просверливая взглядом довольную Найли с двумя букетами цветов в руках.

— Ой, девочки, перестаньте, — отмахнулась та. — Братья учтиво предложили проводить меня до общежития.

— И не довели, — хмуро подметила сестра.

— Да бросьте вы, — хлопнула ресничками Найли. — Я устала после тяжелой борьбы с недугом. Решила передохнуть. Вот мы с аллейки и свернули сюда. Вы только посмотрите какое чудесное место!

— А еще глубже, в дебрях, беседку найти не могли! — рыкнула Лейла.

Найли нахмурилась.

— Вечно ты все преувеличиваешь. Что ты там себе надумала? Тим и Хайн, хорошие ребята. Ая, ну скажи ты ей!

Вместо меня сказали парни.

— Мы хорошие! — выдали они одним дружным голосом.

— Они хорошие, — добавила звонким голосочком Звона.

Я в этой ситуации была на стороне Лейлы. Однако у меня и в мыслях не возникло, что пареньки и правда что-то замышляли. Правда это не уменьшало их интереса к Найли. Ии не совсем. Тим, как и тогда в комнате, искоса поглядывал на Лейлу. И глаза его при этом блестели, а щеки заливались румянцем, от чего парень светился как ясное солнышко.

— И это твои братья, Звона? — спросила я с сомнением.

Девушка кивнула. Я покачала головой.

— Ты совсем не похода на них.

Друидка улыбнулась.

— Они сыновья солнца, рождены в ясный день, посреди макового поля. А я лесная дочь. Рождена у соснового бора, под кустом изумрудника, в полнолуние. У друидов всегда так, при рождении окружающая мать природа дает свои дары.

— М-м-м, — протянула я глубокомысленно, хотя недоверие у меня так и осталось. Уж слишком они были разные. — Все понятно. Знаете что, ребята. Вам лучше уже пойти к себе. А мы сами проводим нашу сестру в комнату. Заодно и Звону отведем.

— О, нет! — воскликнула друидка. — Вы так добры ко мне, но мне нужно поговорить с братьями.

— Тогда, удачи на распределении, — махнула я.

Лейла покосилась на братьев.

— Вы ее потом к общежитию проводите?

Они кивнули.

Лейла, суровым взглядом, приказала Найли встать и пойти с нами.

***

До самой аллеи мы молчали. А уже здесь сестра не выдержала.

— Найли, как ты можешь так себя вести?

— Как так? — насмешливо поинтересовалась сестра.

— Мы приехали учиться, а не шашни разводить! — негодовала Лейла. — Еще даже распределения не было, а ты уже по беседкам с лекарями бегаешь.

Найли поморщилась.

— Всего лишь по беседкам. Не понимаю, из-за чего ты злишься, Лейла. Я всего лишь позволила им за мной поухаживать и подарить цветы. Кстати, букетик для девушки очень хороший мотиватор настроения. А учитывая все что я пережила за последние сутки, это просто лекарство для моей тонкой душевной организации.

Лейла застонала.

— Найли, ты не исправима! Если бы я не боялась испортить папе с мамой настроение, обязательно попросила бы их забрать тебя домой. Тебе нечего делать в академии. Это не гулянка и не праздничная тусовка, но ты кажется не понимаешь зачем мы здесь.

Найли нахмурилась. Глянула на нас исподтишка. Остановилась. Оглянулась. Направилась к урне у скамейки и сунула букеты в нее.

— Надеюсь, вы довольны! — сказала с вызовом и пошла вперед нас к общежитию.

Правда, на первом этаже все же дождалась пока мы войдем.

— Где наша комнат? — спросила она, гордо вскинув голову.

— Ооо, — ядовито ухмыльнулась Лейла. — Сейчас мы покажем тебе наши апартаменты. Обещаю, ты будешь в восторге.

Найли озадаченно посмотрела на меня. Я лишь рукой махнула.

Но злорадным надеждам Лейлы не суждено было сбыться.

Найли не только не расстроилась от вида нашей комнатки, а даже развеселилась.

— Романтика! — воскликнула она, вызвав полное недоумение на лице сестры. После чего Найли высочила на балкон и окинула взглядом местность. — О, боги! Какая красота! Отсюда чудесный вид! Девочки — это замечательное место!

— Уууф, — поддержал ее, сидящий на балконе, Гикато.

— Тебе тоже нравится?

— Уууф!

— Вот и я говорю, как же здесь хорошо и красиво! И вид чудесный! Даже башни академии видно!

Сестра восторгалась настолько радостно, обращаясь к нам так, словно еще недавно не высказывала обиды. Хотя в этом была вся Найли. Обижаться долго она не умела. И любое светлое событие могло ее тут же заставить позабыть все обиды.

— А тебя не смущает, что наша комнат довольно маленькая и... убогая? — полюбопытствовала Лейла, все еще надеясь услышать недовольство сестры их жильем.

— Меня смущает, что ты на это обращаешь внимание, — вдруг очень серьезно сказала Найли, возвращаясь с балкона в комнату. — Ты же сюда учиться приехала. Зачем тебе хоромы? Стол имеется, шкаф и стулья тоже. Значит, есть где читать и писать. Что тебя не устраивает?

— Меня не устраивают твои похождения, начавшиеся едва мы приехали!

— Уууф! — ухнул мифик и влетел в комнату и уселся на край полки над моей кроватью. Зорко окинул взглядом девушек.

— Даже Гикато говорит, что нам всем пора успокоиться, — произнесла я строго и серьезно.

Сестры бросили друг на друга непримиримые взгляды, но замолчали и разошлись по своим койкам, на которые сели поджав ноги.

В комнате воцарилась тишина.

— Уууф, — мифик клацнул клювом, подлетел к Лейле и потерся о ее плечо крупной головой. Потом перелетел к Найли и тоже потерся. Девушки переглянулись и рассмеялись.

— Дружественный посол Гикато! — веселилась Найли.

— Ая, признавайся, это ты его научила? — улыбалась Лейла.

Мифик перелетел ко мне и уселся на колени. Я погладила его круглую голову.

— Это самообучающийся индивид.

— Уууф! — довольно провозгласил тот и рванул снова к балкону.

— На ужин то прилетишь? — крикнула я ему вслед.

— Ууууф! — раздалось в воздухе и Гикато пропал в вершинах академических елей.

— Он и без нас себе еды раздобудет, — рассмеялась Найли и, уже озадаченно, добавила: — А если серьезно, когда здесь будут кормить? Я с утра еще совсем не ела.

— Мы тоже, — подметила я. — Скорее всего, будет только ужин. Сейчас расселение, вероятно, когда закончится всех позовут.

Найли вздохнула, погладила себя по животу и снова улыбнулась.

— Что ж, будем считать, что у нас разгрузочный день и терпеливо подождем ужин.

***

Ужин долго ждать не пришлось.

Сначала раздался очень громкий гудок, а следом холодный голос сестры Маргарет, прозвучал на все общежитие:

— Всем адепткам и абитуриенткам, ужин состоится через полчаса, в столовой на первом этаже. Просьба не опаздывать. Отдельно вас кормить никто не будет! Время на ужин — час.

Мы с сестрами переглянулись.

— Жестко здесь, — сказала Найли.

— Это ты еще не видела эту сестру распорядительницу, — протянула Лейла, вставая с кровати и потягиваясь.

И мы начали собираться.

Столовую нашли быстро. Она была самой обычной. Множество столиком на четыре персоны и длинные столы на большее количество учащихся. Длинная стойка, вдоль которой стояли блюда и шли с подносами ребята. Брали что понравится. Хотя, когда я подошла, то поняла, что выбор не так уж велик. Из всего, я взяла себе густой тыквенный суп, овощи с небольшим кусочком мяса, кусочек батона и светло-розовый компот.

— Не густо, — шепнула мне на ухо Лейла. На ее подносе так же стоял суп только чечевичный, и овощи. Компот был только одного вида.

Найли от супа отказалась и взяла две порции овощей.

Мы уже сели, когда вошла группа девушек, судя по виду со старших курсов. Они направились к отдельному окошку, находящемуся справа от стойки, который раньше мы даже не заметили. И им выдали совсем другой рацион. На их подносах стояли фрукты, компот насыщенного красного цвета, выпечка, жаркое и круглый каравай хлеба.

— До этого нам еще доучиться нужно, — задумчиво сказала Найли. — Все какая-никакая мотивация.

Мы вздохнули и принялись за ужин.

Уже доедали, когда снова прозвучал горн и все тот же голос распорядительницы, провозгласил:

— Отбой для абитуриентов и вторых курсов, строго в десять часов. Всех, кто окажется вне своей комнаты, ждет строгое наказание, вплоть до исключения и отказа в поступлении.

— Как будто в детский сад попала, — подметила Лейла. — Отбой строго по расписанию.

— В свое время, нам это не мешало сбегать, — напомнила Найли.

— Здесь сбежать не удастся, да и стоит ли. Мы же здесь не для того, чтобы вылететь уже на второй день, — напомнила я.

Остаток ужина мы доели в молчании.

Назад шли неторопливо, рассматривая коридоры и картины что висели на стенах.

— Ая, мы с тобой видели, здесь есть комнат отдыха, давайте посмотрим? — сказала Лейла. — Просто просиживать в ожидании сна скучно.

Я была согласна с сестрой.

Мы прошли еще немного и увидели табличку с указателем: Комната отдыха.

Свернули по направлению и через минуту оказались именно в ней.

Комната оказалась не слишком большой, но красиво и уютно обставленной. Несколько диванчиков, кресла, столики. Большие цветы в горшках на полу. Красные дорожки. Стеллажи с книгами. Я прошла к ним и посмотрела. Здесь не было учебников, только развлекательная литература: романы, детективы, исторические книги.

Чуть дальше от полок, стоял столик с шахматами. И еще один с коробочками для вышивок. Даже мольберт был и краски на шкафу с кисточками.

Большие окна прикрывал плотный красный гобелен. На стенах горели тусклые бра. Но у кресел стояли дополнительные торшеры. Видимо для тех, кто захочет почитать.

— Интересно, кто-то этим пользуется? — Найли покрутила пяльцы в руках.

— Раз они здесь, значит кому-то это интересно, — подметила Лейла и подмигнула мне кивая на шахматы:

— Вспомним детство, сыграем партейку?

Одной партией правда не ограничилось. И пока мы с Лейлой сражались на шахматном поле, Найли, удобно расположившись в кресле погружалась в мир любовного романа. Что само по себе было удивительным, читать Найли не любила.

— Скучно, девочки, пошлите в комнату. Уже темно. Скоро время спать, — ее все же одолели буквы. — Вы заметили, кроме нас никто сюда больше не пришел.

Лейла передернула плечиками.

— Остальные абитуриентки только сегодня приехали, небось вымотались и отдыхают уже. Старшим курсам не до сна. А остальные готовятся к завтрашнему дню.

Лейла поднялась. Я начал составлять шахматы обратно на доску.

Найли уже направлялась к выходу, все же прихватив книгу с собой.

Лейла двинулась за ней.

Я закрыла шахматную доску и собралась следом, но тут услышала очень тихий шелестящий, словно ветер в листьях, голос:

— Аяна Хайтерн.

Повернулась, никого не увидела.

— Аяна, — повторил голос нараспев.

Он раздавался из-за запахнутой портьеры.

— Зря ты сюда приехала, есть те, кто не желал бы видеть в академии Тень. И они постараются тебя уничтожить. Провали экзамен. И лучше всего, в ближайшее время, покинь академию. Уезжай, пока не стало поздно! Тебе здесь не рады.

Я нахмурилась. Это угроза? И кто, интересно, так смело угрожает мне прямо в стенах академии?

— Кто ты? — твердо спросила я. — Выйди, чтобы я видела с кем говорю!

Тишина была мне ответом.

Я уверенно направилась к окну и распахнула портьеры. За ними никого не оказалось, только приоткрытая створка окна.

Я оглянулась.

В комнате отдыха находилась только я. И тишина.

— Эй, ты еще здесь? — спросила я.

Мне не ответили. Вместо этого послышались шаги из коридора.

— Ая, ты чего кричишь? — вернулись за мной сестры.

— Здесь кто-то был? — начала торопливо объяснять я. — Вероятно, он скрылся через окно.

— Кто? — настороженно оглянулась Найли. Прошла смотря вокруг себя. — Ая, здесь никого нет.

— Но здесь точно кто-то был, — настойчиво повторила я. — И этот кто-то, угрожал мне.

Сестры подошли ближе. Лейла внимательно посмотрела на приоткрытое окно. За ним была темнота, и аллея, тускло освещенная фонарями. Безликие тени деревьев слегка колыхались от легкого ветра, отчего казалось, что они движутся.

Найли поежилась. Лейла нахмурилась и закрыла окно, после чего напряженно сказала:

— Девочки, идемте отсюда, — и потянула нас из комнаты.