Глава 11. Два отщепенца

Сомнений быть не могло. Это метка. Теперь даже Рид не спорил, лишь рассматривал свою часть кулона так подозрительно, словно намеревался попробовать на зуб. Он так и не надел его на себя, хотя я свою цепочку напялила и даже белозубо оскалилась, благодаря всех и вся за чудесный подарок.

Красота, мать его, неземная. Разделенное сердечко с камешком.

Что за безвкусица?

С другой стороны, я понимала, что те адепты, кто пришел сюда добровольно и притащил партнера, мечтали бы увековечить свои чувства в этом кулоне.

Мы быстро и скомкано попрощались. Клянусь, другие студенты, присутствующие на балу, рассматривали нас с плохо скрытым раздражением.

— Ну и что делать дальше? — Уолтер сжал кулон в кулаке, когда мы вышли во внутренний двор, чтобы переместиться обратно в академию. — Я не буду этим красоваться среди друзей.

Так сказал, будто слизняка ткнул. С глубочайшим омерзением.

— Слушай, никто не заставляет тебя гордо носить кулон поверх галстука, — я потерла ноющие виски; ругаться надоело, и хотелось поскорее стянуть каблуки и умыть лицо.  — Засунь в карман, и всё. Я завтра же подойду к отцу, расскажу ему про этих странных связных и про то, как они всучили нам непонятный кулон. Потерпи один день.

— Этот день покажется мне вечностью, — пробурчал недовольно, но было видно, что внутренне Рид сдался.

Мы вернулись в академию и без лишних прощаний разошлись по спальням.

Ника не спала. Она листала очередную книжку, лежа в шелковой пижаме, которая больше подошла бы невесте в первую брачную ночь. Короткие шорты, топик, которым прикрывает только самое ценное.

Странно, но в последнее время она одевалась исключительно таким образом, хотя раньше любила фланелевые костюмы.

Меня, что ли, пытается соблазнить?

— Ну, как прошел бал? — елейным голоском спросила Ника, будто мы всё ещё дружили и делились вечерами сплетнями. — Тебе понравилось?

— С каких пор тебя интересуют праздники связных? — с нарочитым удивлением вопросила я, скрываясь в ванной комнате.

Соседка ничего не ответила, а когда я вернулась, она изображала спящую. Изображала очень уж нелепо, потому что затаилась без единого звука. Проблема в том, что обычно Ника во сне сопела как носорог, и периодически я отрабатывала заклинание тишины на ней самой.

Ну, мне же лучше.

Меньше разговоров — меньше поводов поцапаться.

Следующим утром я проснулась в хорошем настроении. Во-первых, вчера мне удалось немножечко осадить Уолтера Рида, притащив его таки на бал связных (до сих пор не могу поверить, что он согласился!). Во-вторых, после завтрака схожу к отцу и расскажу ему про метку.

Неужели я стану тем человеком, который раскрыл заговорщиков? Уверена, они как-то связаны с помутнением рассудка у драконов. Очень уж неоднозначно звучали их речи. Да ещё и метка, которую они щедро вручили Уолтеру...

Я погладила половинку сердца пальцем. Назло не буду её снимать.

Это ж знак нашей "вечной любви".

Пусть Рид смотрит и мучается.

Короче говоря, я предвкушала скорый триумф и, насвистывая, вошла в столовую. О, а вот и Майкл. Сидит за моим любимым столиком у окна.

— Привет! — я плюхнула поднос с кашей и тостами на стол и помахала другу.

Тот посмотрел на меня как-то очень уж недобро. Знаете, так смотрят на курицу перед тем, как свернуть ей шею.

— Ты чего такой недовольный? Поздно вернулся с бала?

— Я вообще не ходил на бал, — отчеканил Майкл.

— Почему? — я непонимающе прищурилась. — Только не говори, что ты не нашел себе пару…

— О, ты считаешь, что я настолько неудачник, что никого не смог пригласить? — Мой друг сцепил пальцы в замок. — Нет, Одри, к твоему сожалению, девушки сами звали меня. Только вот проблема. Я не хотел никого из них видеть. Кстати, красивый кулон, — проскрежетал он.

Ладно, я не тупая. Понимаю, что случилось нечто неприятное, и это нечто довело Майкла до чертиков. А ещё смутно догадываюсь, что всему виной ваша покорная слуга, которая ещё сделать ничего не успела, а уже где-то накосячила.

— Что с тобой? — Я схватила друга за запястье, но тот выдернул его с шипением, будто тронул раскаленный металл.

— Я всё думал, почему ты отказывалась быть моей партнершей, — пробормотал Майкл, отвернувшись к окну. — Ведь мы дружим, да и среди связных у тебя не так много знакомых. А потом оказалось, что тебе и знакомые не нужны. Ты просто взяла и затащила на бал своего реального парня.

— Эй! Он мне не…

— Не парень? Ха-ха. Да по академии ходят слухи, что вы с ним… как вы… как он…

Майкл задохнулся от негодования и вскочил с места, едва не уронив соседний стул. Не ожидала такой прыти, но друг в прямом смысле слова рванул с места. Я с тихим ругательством ломанулась следом.

Нагнала в холле и приперла его грудью к стене. Грудь у меня хоть и не была внушительной, но не оставила никаких путей к отступлению.

— Что за слухи ходят? — спросила очень тихо. — Что-то про нас с Уолтером? — Майкл нехотя кивнул, и я вздрогнула. — А ты им поверил? Ты же знаешь, что я испытываю к этому человеку!

—  Одри, глупо не поверить. Твоя соседка врать не будет.

Что?!

Я выпучилась на Майкла с непониманием, а он отпихнул меня от себя и сказал неприязненно:

— Я тебя всегда поддерживал. Каждый бесов раз, когда ты приходила и рассказывала, какой негодяй Рид, я гладил тебя по спине. Жалел. Сочувствовал. Он втоптал тебя в грязь, а ты таскаешься с ним как преданная собачонка. Кулон вон напялила. Будь счастлива, что уж там.

— Майкл, послушай… — Я машинально тронула пальцем холодный металл сердца.

— Что послушать? — Теперь друг сам надвинулся на меня. — Мне надоело быть запасным вариантом. Дружи с Ридом.

С этими словами он саданул кулаком по стене и ушел. Это выглядело как… как...

Хм, стыдно признаться, но такое чувство, будто Майкл приревновал меня к Уолтеру.

Не может быть!

Мы же дружили столько лет, и никогда не проявляли друг к другу интереса. Сложно влюбиться в человека, которого знаешь как облупленного. Я помню, как на третьем курсе после летних каникул мой маленький друг Майкл вернулся в академию и заговорил голосом самца бабуина. Переходный возраст, чтоб его. Ну а он хорошо запомнил мои подростковые прыщи, которые я пыталась вывести зельем, но ошиблась с составом и тупо выкрасила кожу в ядрёно-малиновый цвет.

Почему тогда он так поступил?..

И как нам помириться?..

Ладно, оставим перепады настроения Майкла на потом.

Сейчас надо застать отца до начала занятий и рассказать ему про метку.

***

Папа не захотел меня слушать.

Нет, не так.

Папа меня внимательно выслушал и даже покивал в такт моему рассказу, крутя в пальцах половинку кулона. Но когда я закончила, он лишь покачал головой.

— Одри, давай договоримся. Ты никому больше не рассказываешь этой ерунды. Не позорь меня, хорошо?

— Что?..

Я вытаращилась на отца, который поморщился так, будто ему под нос подсунули зелье первокурсника-недоумка.

— Я не желаю слушать сказки о жутких злодеях, которые пытаются свергнуть драконов и поэтому раздают налево-направо какие-то метки. Ты не только лезешь не в свое дело, но ещё и пытаешься оговорить высокопоставленных связных. Это, по-твоему, нормально?

В эту секунду мне показалось, что даже сотни книг, которые наполняли кабинет, затряслись от холода отцовской интонации.

Он мне не поверил…

— Просто возьми метку Рида и просканируй её, — попросила, подавшись вперед.

Нас разделял идеально чистый стол. Отец не терпел хлама, не выносил лишних бумаг и всякий раз ругался, когда я заваливала дома спальню «очень важным» мусором.

Мы были разные, но я думала, что папа безоговорочно доверяет мне.

Увы и ах.

— Метку? — Отец скривился, разглядывая кулон. — Это обычная безделушка.

— Нет, послушай. Я говорю про метку, которая находится у Уолтера.

— Не приплетай его сюда! — отец чуть повысил голос. — Я не хочу мучительно краснеть перед его отцом, когда тот узнает, что ты придумала какую-то несусветную чушь.

— Мы вместе слышали тот разговор! Спроси его сам!

Ох, демон!

Надо было тащить Рида с собой. Но откуда же я знала, что папа настолько критично воспримет мои слова? Обычно он был строг, но справедлив. Сейчас же справедливостью даже не пахло.

— А я думаю, что Уолтер просто решил не спорить с тобой. Правильный поступок, а вот ты ведешь себя… хм… недостойно. — Отец качнул головой. — Одри, послушай меня. Ты стала связной. Смирись с этим. Да, это ужасная катастрофа для нашей семьи, жуткий позор, от которого Флеймы нескоро отмоются. Но выбора нет. Я принял тебя такой, какая ты есть. Самое время и тебе научиться принятию. Хватит выдумывать байки, искать заговорщиков и пытаться что-то изменить. Ты — связная. Точка.

В эту секунду я как-то отрешенно подумала, что мой отец, ректор Академии драконьей авиации, связных даже за людей не считает. По сути, ему кажется, что один из ведущих факультетов — не люди, а кто-то ниже и гаже. Слуги драконов, не более того.

Ну а я жуткий позор семьи.

Приятно познакомиться.

Не дослушав, я вылетела из отцовского кабинета. Кинулась было к спальному корпусу, но оттуда вереница студентов тянулась на занятия. Нет уж, они не должны видеть меня такой.

Из глаз катились слезы, и рыдания застряли в груди, чтобы вот-вот вырваться наружу.

От меня отвернулся лучший друг, моя подруга перестала со мной общаться, а мой отец честно признался, что его дочь — полный провал.

Мне никогда не отмыться от дурной славы, никогда не стать гордостью семьи.

Ноги сами привели меня в теплицы, где выращивали магические травы. Огромные, они занимали всю восточную часть академии. Сюда редко кто забредал, да и на растениях стоял защитный купол, чтобы никакой маленький вандал не нарвал трав для приворотного зелья.

Идеальное место, чтобы рыдать, жалея себя.

Но только я занялась этим увлекательным занятием, как на плечо легла тяжелая рука.

— Эй, что с тобой?

Я подняла заплаканное лицо и увидела перед собой Уолтера Рида.

В любое другое время я бы отшутилась и послала его дальней дорогой, но сейчас сил не хватило даже на это.

— Отец мне не поверил, — сказала тихо, ожидая, что сейчас меня обсмеют.

Вот неудачница, не смогла даже собственного отца убедить.

Но Рид молча сел напротив.

Прямо на пол, не особо заботясь о своей одежде. Огляделся, но в теплицах никого не было, даже смотрителя. Душно, пахло драконьим навозом — безотходное производство, ха-ха — и абсолютно пусто.

— Что он сказал?

— Что я всё выдумала, а ещё впутала тебя в свои бредни.

Удивительно, но признание далось легко. Наверное, я очень хотела рассказать хоть кому-то о случившемся, но понимала: никто всё равно не будет слушать. Майкл обиделся из-за того, что я кручу шашни с Ридом, Ника считает меня пустым местом.

Других друзей как-то не заимела.

В итоге единственный человек, который проявил интерес, — ненавистный Уолтер Рид.

— Что ты здесь делаешь? — спросила его, закончив рассказ. — Только не говори, что в свободное время окучиваешь грядки?

— В свободное время я окучиваю не грядки, а девиц, — фыркнул Уолтер. — А сюда я пошел вслед за одной ненормальной связной, которая сносила на своем пути вазы и вообще выглядела малость безумно, когда бежала к теплицам.

Ох!

Это ж меня такой люди видели.

Вот позор!

Хотя куда уж хуже?..

Я обреченно застонала.

— Не думал, что такое скажу, — вздохнул Рид, опустив взгляд, — но не слушай своего отца. Забей, Одри. Не хочет тебя слушать? Плевать. Главное — ты сама знаешь правду. Да и вообще, мне тут в голову пришло, — внезапно он прыснул, хоть и безрадостно. — Представляешь, мы с тобой — два отщепенца, от которых отвернулись родственники из-за одной сомнительной ошибки.

— Два? — переспросила я. — А ты-то где провинился? Получил четверку по полетам?

— Не совсем. Во-первых, я посетил бал связных, куда уважающие себя драконы не ходят, — широко улыбнулся он. — А во-вторых, я замарал своё имя, вступив в отношения со связной.

Уолтер говорил нормальным тоном, без капли сарказма, и внезапно я поняла, что Рид не шутит.

— Но между нами ничего нет! — задохнулась я от возмущения.

— Ты это мне будешь рассказывать? — рассмеялся Рид. — Но, увы, моего мнения никто не спрашивал. Знаешь, если тебя это обрадует, со мной сегодня тоже связался отец. Он похвалил мои танцевальные навыки, а затем сказал, что моё приглашение на ужин отменено. На тот самый ужин, куда ежегодно приглашают избранных драконов.

— Почему?..

Я сцепила пальцы в кулаки и сама не заметила, как до крови прокусила губу.

Да, меня раздражает Рид. Он заносчивый, грубый, и шутки у него дурацкие, но он заслужил это приглашение.

— Потому что я, цитирую, начал забываться. Ведь якшаться со связными — это нонсенс, а уж танцевать с ними… Как ты понимаешь, про кулон я рассказывать не стал.

Слабо кивнула.

Да уж.

Даже не знаю, кому из нас хуже. Рид вообще получил за то, чего не хотел. Он не встречался со мной, не хотел идти на бал.

И вроде как заслужил. Вроде как я этого и добивалась, разве нет?

Почему же на душе так гадко...

— Слушай, Уолт… — я хотела извиниться, но парень перебил меня.

— Поднимайся. Некогда жалеть себя. — Он встал сам, а затем протянул мне руку, и я приняла её. — Встретимся после занятий?

— Зачем? — спросила почти спокойным тоном.

Вместо ответа Рид протянул на ладони кулон в форме половинки сердца, а затем показательно нацепил его себе на шею.

— Раз уж я лучший танцор этого года, грех не похвастаться, — криво улыбнулся он, а затем ушел, бросив на прощание: — Не кисни, Флейм. Ты же связная самого шикарного на свете дракона.

Я закатила глаза.

Ну, конечно!

От скромности не умрет.