Глава 12 · Лабиринт

Злилась ли я? Ещё бы. Нельзя же заявить человеку, что родители ему неродные, и замять это, словно ничего и не было. Что плохого в том, что я хочу во всём разобраться? Я не стану любить папу меньше и не брошусь на шею новой маме, мне всего лишь нужно знать правду.

А так получается, что я вообще не я. Какая-то непонятная девица, заключённая в теле драконихи. Вот, брожу среди крылатых ящеров, топчу травку. Просто немыслимо. И даже если меня расколдуют и отправят домой, ничего уже не будет как прежде.

Я терпеть не могла заходить в загон и всё же решила это сделать для разнообразия. Попью водички, может, это хоть немножко успокоит.

Одного взгляда на гнездо хватило, чтобы растерять остатки нервов. В коробке с сеном было всего два яйца! Где третье?!

Забыв обо всём на свете, я осмотрела ящик и убедилась, что не хватает самого крупного яйца. Бенедикта.

Что же я пропустила? С яйцом что-то случилось и его выкинули? Или его украли?

Беспокойство из-за пропажи засело во мне мучительной занозой. Прохаживаясь по загону, я с нетерпением ждала, когда придёт Питер и скажет, что всё в порядке.

Прошла целая вечность, когда за мной явились двое работяг. Питера среди них не было, и никто так и не пролил свет на тайну исчезновения драконьего яйца. Их больше волновало, что господа маги не в состоянии сами надеть экипировку на благородное животное.

Увидев готового к полёту Дарнли, я испытала гамму чувств. Обида почти сошла на нет, а досада от моего бедственного положения только усилилась.

Спроси у них про яйцо! Куда делось третье? Ну пожалуйста, я же взорвусь, если буду обо всех так волноваться! Помоги мне!

– Сегодня она какая-то дёрганая, профессор, – счёл своим долгом предупредить один из работников.

– Ничего, я справлюсь, – холодно отозвался Дарнли и посмотрел мне в глаза, как бы гадая, хочу я его съесть или нет.

Я глухо рыкнула, призывая его исполнить мою просьбу, только напрасно. Он просто взобрался в седло и скомандовал мне взлетать.

Как же с тобой трудно.

Полёт приглушил боль, почти избавил голову от муторных мыслей. Я мчалась вперёд, бездумно следовала вспыхивающим в воздухе указателям мага. Под нами проплывали зелёные поля и леса.

Неожиданно Дарнли приказал спуститься. Я не видела ничего похожего на богатое поместье и с неохотой послушалась. Раз я не устала, это ещё не значит, что человеку не нужна передышка. Да мало ли зачем ему понадобилось спуститься. Ту же карту проверить.

Приземлившись, я легла на траву, чтобы Дарнли было удобней слезть. Закрыла глаза. Вдруг ему по деликатному делу надо отойти?

– Ты имеешь право на меня злиться.

Я буркнула, не поверив в услышанное, и подняла веки. Маг присел на поваленное, заросшее мхом дерево и принялся изучать свои сапоги. Ему будто не хватало духу повернуться в мою сторону.

– А знаешь, как закончилась та сказка? – спросил он и, вздохнув, ответил сам: – Однажды к мальчику подошла девочка. Она заметила, что у него нет сердца, и решила поделиться своим. Разломила на две половинки и одну отдала ему. А мальчик бросил эту половинку на землю и растоптал. Потому что забыл, каково это – иметь сердце.

Это было удивительно. Он слышал тот бред, что я несла! И ещё ведь думал над этим!

Я подняла голову и уставилась на Дарнли, как на диковинку.

Он снял шлем и, наконец, поднял на меня глаза.

– Саша, я опять тебе всё испортил. Сначала вырвал из привычной среды и практически превратил в дракона. А теперь лишил тебя семьи. Да, ночью я не до конца это осознавал, но у меня было время поразмышлять. Я всегда знал, кто я. Всегда знал, что брат не поделится наследством. Знал, что придётся самому зарабатывать себе на хлеб и терпеть насмешки. И я совершенно без понятия, что случилось бы, скажи мне кто-нибудь, что всё не так. И вот…

Он нагнулся за сумкой и вытащил из неё куклу. Ту самую, с которой всё началось. Я и забыла о ней!

– Это твоё. Теперь мне понятно, почему на кукле был такой отпечаток магии. Тебе, наверное, прислала её настоящая мать. Может, она вредная ведьма, но всё-таки любит тебя… Александра? Саша!

Я почти не видела его из-за выступивших слёз. Жалостливо скрипнула и легла, положив голову на лапы.

Та надпись на карточке. «Любимой доченьке». Это не папин подарок…

– Ну будет тебе, будет, – Дарнли наглаживал мне морду. – Успокойся, я помогу тебе. Только сначала спасём Валентайна, договорились? Ну хватит плакать, ты большая девочка. Правда, прекращай, а то я начну твои слёзы собирать. Знаешь, драконьи слёзы – это очень редкий ингредиент для зелий.

Такой милый. Даже шутить пытается. Я заставила себя дружелюбно мурлыкнуть.

– Ты не будешь сильно ругаться, когда я воспользуюсь зельем, чтобы понимать тебя?

Ах, так он раньше им не воспользовался! Вот хитрюга!

В любом случае надо прийти в себя и забыть о разногласиях. Нас ждал Валь.

С высоты птичьего полёта Чадвик-холл выглядел великолепно, как произведение искусства. Огромный белый особняк и потрясающий парк с аллеей, беседками, бассейном с кувшинками и тем самым лабиринтом. Такая красота! Даже обидно немножко стало, что я не барышня в красивом платье и шляпке, а динозавроподобный ящер со всадником на спине.

Наше появление не осталось незамеченным. Нас вышли встречать. Валь стоял рядом со взрослым мужчиной, видимо отцом, чуть поодаль находилась женская группка – пара матрон и три молоденькие девушки в белых платьях и кружевных капорах.

Вряд ли они все таким образом выражали уважение гостю. Им бы на дракона поглазеть.

Пока Дарнли разговаривал с радостным лордом Чадвиком, я потянулась мордой к Валю. Тот отпрянул.

«Да чего ты? В третий раз, что ли, с тобой знакомиться придётся?» – обиделась я.

Парень набрался смелости и, подойдя ближе, погладил меня между ноздрей. Я благодарно замурчала.

– Извини, – шепнул он, обхватывая драконью морду руками. – Просто мне жаль тебя.

«Да ты мой хороший».

И тут влез его папа, прервав нашу минутку сентиментальности. Начал рассказывать, как он учился в академии, как долго притирался к своему дракону Угольку, попутно расспрашивая Дарнли о нынешних условиях обучения студентов. И, наконец, попросил у сына разрешения меня погладить. Ох, да когда эти сюси-пуси закончатся!

Слава богу, Дарнли намекнул, что мне пора отдохнуть после полёта, и поэтому лорд Чадвик разогнал, как он сам выразился, «свой курятник». Вот и отлично, а то мне не хватало для полного счастья развлекать глупых ведьмочек.

Когда все посторонние ушли, меня с помощью магии избавили от раздражающей экипировки, и я разлеглась у заросшей плющом беседки в окружении больших ароматных клумб. Конечно, лучше бы в человека превратили, только другие бы не поняли прикола.

Небрежным взмахом руки Дарнли придал своей одежде повседневный вид.

– Итак. Ты сделал то, что я велел?

Я не сразу сообразила, о чём шла речь, а вот Валь мгновенно покраснел, как впечатлительная девчонка.

– Н-нет.

– У тебя что, совсем памяти нет?

– Профессор, я всё помню, – возразил парень. – Я шёл к Хоуп, чтобы поцеловать её, но… Не знаю, что на меня нашло! Я поцеловал Юджинию!

Он сел на перила беседки и, сгорбившись, спрятал лицо в ладонях.

– Не знаю, это было какое-то помутнение… – заныл бедолага. – Как будто это был не я… А потом я уже не мог пойти к Хоуп, потому что хотел быть только рядом с Юджинией. Ругайте меня, говорите, какой я идиот! Я заслужил!

Дарнли легонько похлопал его по плечу:

– Валентайн, это колдовство. Ты не мог противиться. А я ведь должен был это предвидеть.

Что? Он не ругается? Вот молодец.

Валь распрямился:

– Я могу попробовать ещё раз.

«И опять Юджинию поцелуешь», – предположила я.

– Так, подождите, – Дарнли вскинул руки. – У нас нет времени на бессмысленные попытки. Надо действовать быстро и наверняка. Если это не может сделать Валентайн, значит, это сделаю я.

Я аж крыльями хлопнула. А Валь так вообще чуть не свалился со своего насеста.

– Да вы что! Вы же напугаете Хоуп!

«Ага, – поддакнула я. – Взрослый дядька домогается несовершеннолетней. Пахнет скандалом. Хотя вполне вероятно, что девочка забудет о Вале и влюбится во взрослого, который оказал ей такой обязывающий знак внимания».

Нас наказали презрительным взглядом.

– Ещё ладно, Саша чего-то может не знать, но ты ведь сам маг.

Сказав это, Дарнли преобразился. Если бы не надменное выражение лица, его можно было бы назвать точной копией Валя!

– Ой, – ёмко оценил его старания оригинал.

– Только не говори, что такого никогда не видел. Магистр Росвелл вообще не напрягался, когда обучал тебя? – узнала я знакомые ехидные нотки.

– Профессор, я не уверен, что у вас получится.

– Это ещё почему?

– Ну…

«Может, ты целоваться не умеешь», – договорила я за Валя, пусть он и имел в виду что-то другое.

– Не желаю слышать эту чушь, – отрезал маг. – Никуда не лезьте, я скоро вернусь.

– Но так же нельзя! – воскликнул Валь.

Тут он опрокинулся назад и с криком упал с перил на пол беседки. Почти сразу встал, опираясь на ненадёжную балку. Только уже в облике нашего профессора.

– Благодарю. Чуть не забыл. – Настоящий Дарнли не был бы собой, если бы обошёлся без насмешки. – Не может же в Чадвик-холле быть сразу двух Валентайнов.

– Но… я… Да вы!..

Маг развернулся на каблуках и пошёл по песчаной дорожке в сторону особняка.

Я покачала головой:

«Эх. А походка-то не твоя. Ты ходишь плавно, как котик. А этот идёт так, как будто собрался убивать».

– Ну да, я с тобой согласен.

Дарнли остановился и гневно зыркнул в нашу сторону:

– А вы не могли бы сплетничать, когда «этот» уйдет?!

Вот же нервный.

Бедная Хоуп.

Однако было некогда жалеть девочку. Чтобы отвлечь Валя, я рассказала ему о ведьме в зеркале, которая может быть моей родной мамой, и заодно о пропавшем яйце. Не скажу, что в своих проблемах приятней копаться, чем в чужих, но мне стало чуточку легче от того, что нашёлся человек, с которым можно поделиться переживаниями. Человек, кстати, немного расслабился и даже позволил себе сесть на траву, прислонившись спиной к моему боку.

– Я мало что знаю о драконьей кладке, – признался Валь после небольшого раздумья. – Но, по-моему, это очень тревожный знак. Бенедикт… яйцо не могло пропасть просто так. Либо его украли, либо Снежинка его съела.

Мне чуть не поплохело от этой новости. Да что там! У меня едва не началась истерика от мысли, что у меня в животе переваривается ни в чём не повинный детёныш.

«Как это?! Снежинка бы не съела яйцо, она же мать!»

– Я понимаю, тебе не верится, но это же дракон. Известен факт, что некоторые животные едят своё потомство, и драконы не исключение. К тому же это первые яйца Снежинки, и вряд ли она в курсе, что из них детки вылупятся.

«Всё равно не поверю. Её кормят, она не голодает».

– Да мало ли что у животного в голове.

«Мне больше нравится другая твоя догадка. Вдруг яйцо украли?»

– Неслыханная дерзость. По закону драконы из академии и из армии являются собственностью короля Междуземья, а украсть хотя бы яйцо – значит украсть у самого короля. Кто отважится на такое?

«Ты слишком милый, чтобы понимать преступников. Дракон-то, должно быть, дорого стоит?»

– Думаешь, кто-то захотел продать яйцо? Зачем? И это же такой риск, можно на виселицу угодить!

Наивный ты мой ребёнок.

«Валь, ты родился в семье, в которой не экономят, в которой могут позволить излишества. Парки, балы, роскошные вещи… Даже я чувствую себя здесь нищенкой, хотя папа всегда хорошо зарабатывал и обеспечивал меня всем. Что уж говорить о тех, кто не так хорошо устроился в жизни? Для кого-то, возможно, драконье яйцо – это счастливый билет».

– Но ты бы не стала красть.

«Я – нет. За других не могу отвечать… А кто это к нам идёт?»

Уверенным, даже слишком напористым для леди шагом к нам шла юная особа в прелестном белом платье в мелкий цветочек. Из-под её капора выбивались завитые каштановые волосы. Неужели это…

– Юджиния, – убито прошептал Валь.

«Спокойно! Не забывай, ты сейчас не голубоглазый хорошка Валентайн. Ты – профессор Дарнли. Страх и ужас академии, сосущий кровь первокурсников».

Без понятия, чью я панику тогда ощутила, его или же свою. Хотя чего мне было бояться? Того, что наглая девица пришла почесать дракончику нос?

– Извините, я вам не помешала? – кротко спросила Юджиния, встав поодаль.

«Узнай, что ей надо, и пусть прова… уходит».

– Что вам угодно? – ответил вопросом на вопрос Валь, и я мысленно погладила его по головке.

Девушка сцепила между собой пальцы, немного помялась. То ли изображала невинность, то ли действительно стеснялась подойти к незнакомому мужчине, у которого за спиной целый дракон.

– Профессор Дарнли, меня кое-что очень сильно волнует. Это касается Валентайна.

Были бы у меня уши – встали бы торчком!

– Уверяю, вам не о чем волноваться, он способный студент, – на одном дыхании выпалил Валь и, кажется, сильнее вжался в меня.

Юджиния сделала несколько шажков вперёд.

– И всё же… меня беспокоит его связь с драконом. Это не опасно? Он не сойдёт с ума?

Я невольно буркнула. Да пока не сошёл.

Валь встал. Из вежливости, не иначе.

– Нет ничего опасного в связи всадника и дракона. Она только помогает им лучше взаимодействовать.

Девушка отвела взгляд в сторону. То ли стыдясь своей дремучести, то ли задумывая очередную пакость. Я больше склонялась ко второму варианту, поэтому не сводила с неё глаз.

– Пожалуйста, не сочтите меня за дурочку. Эта связь может помешать… например, брачному обряду?

– Нисколько. Среди офицеров много женатых.

– Ах, простите, я сглупила.

– Да нет…

«Валь, не мямли, а лучше помолчи!»

– Но мне показалось, – проявила настойчивость Юджиния, – что Валентайн изменился после обряда привязки. Он как будто замкнулся в себе, стал невнимателен к близким.

Какая трагедия. Вчера не захотел с ней общаться, потому что все мысли были заняты мной, и всё. Нашаманила себе поцелуй и всё равно никак не успокоится.

– Прошу, проявите к нему снисхождение, он всего лишь устал, – ответил Валь прежде, чем я успела ему что-нибудь подсказать. – Первые дни в академии, строгая дисциплина, новые впечатления. Первокурсникам поначалу очень тяжело.

Она согласно кивнула.

– Я выгляжу сущей эгоисткой, да?

– Что вы! Просто Валентайн вам не безразличен, я полагаю?

– Я бы хотела в будущем видеть его своим супругом, – зачем-то призналась Юджиния.

От отчаяния? Или решила выложить часть правды, чтобы казаться честной? А, неважно! Лишь бы мой мальчик сейчас из роли не выпал от такого стресса!

– Вы, наверное, очень любите друг друга, – нейтрально произнёс Валь.

Девушка с робкой улыбкой покачала головой:

– Это очень сложно. Так нужно. Это же высшее общество, а вы должны понимать, каково это – быть в нём изгоем.

– Брак по расчёту, – резюмировал Валь.

– У нас не может быть по-другому. Извините, я пойду. Мне немного страшно находиться рядом с драконом.

Опять мне выкручивают мозг. А ведь мои же ровесники.

«Так она тебя не любит?!» – изумилась я.

Глядя себе под ноги, он медленно потёр висок.

– Всё встало на свои места. Юджиния хочет влюбить меня в себя, чтобы я женился на ней. Её семья не так знатна, как наша, а её отец вовсе разорён. Мои родители присматривают мне более подходящих невест. Светлые силы, почему же она решила обратиться к колдовству? Можно же было просто поговорить. Почему девчонки такие глупые?

«Ну-ну. Сейчас одна глупая девчонка тебе голову откусит».

– Прости, – тут же стушевался он.

Так забавно было видеть смутившегося «Дарнли», что я звучно фыркнула. Но в следующий же момент меня без причины пронзило чувство тоски. Такое, от которого хочется выть и прятаться под одеялом. Валь в драматичной позе опустился на колени:

– Юджиния…

Хоть мне было не видно, я была готова поклясться, что по его лицу текли слёзы.

– Ей так плохо. Я должен быть с ней! Я сделаю всё, чтобы она была счастлива!

Он порывисто вскочил, но я схватила жертву приворота пастью и оторвала от земли. Ещё побежит целовать бестолковую ведьму! Вот вышел бы конфуз.

И держала я его ровно до тех пор, пока к нам не вернулся Дарнли.

Ещё не приступили к главному, а уже голова от них от всех кругом.

Подробностей мы не дождались. Мы, конечно, были по-своему настойчивы, но расколоть Дарнли не удалось. Он ограничился вестью о том, что всё прошло благополучно, и велел больше его не расспрашивать на эту тему. Вот же недотёпа, хоть и крутой маг. Наверное, только что обзавёлся историйкой, которую можно положить в копилку к той, что про ежа.

Я тоже пошла на принцип и заявила, что отправлюсь в лабиринт с ними. Валь жутко мучился во время снятия приворота Хоуп, и неизвестно, что будет с ним на этот раз. Вопреки ожиданиям, Дарнли даже не думал спорить со мной. Ему якобы было бы удобней держать меня на виду, особенно если на мне снова будет отражаться состояние юного всадника. А вот что расстроило – меня не превратили в человека! Зачем? И уже знакомая кошкоящерица сойдёт. Естественно, в таком виде я за своими спутниками не поспевала, и Валь взял меня на ручки. Ладно уж, не самое большое унижение.

Вблизи квадратный лабиринт был ещё внушительней, чем казался сверху. Идеально подстриженные кустарники высотой в два человеческих роста не могли не впечатлить.

– Выращен с помощью магии? – уточнил Дарнли, вглядываясь в сплетающееся между его ладонями заклятье поиска.

– Не знаю. Может быть. А это имеет какое-то значение?

– Тебе ли не знать, что аристократы любят использовать простейшую магию для развлечения. В парках, в частности лабиринтах, могут быть шутливые ловушки или кустарники с распускающимися цветами, которые подсказывают, где выход. Нежелательно, чтобы нас что-то отвлекало.

– Да тут вроде всё обычное…

«Ты не знаешь, что есть у тебя дома?» – спросила я насмешливо.

Валь пристыженно вздохнул:

– Я всегда боялся сюда ходить.

– Оставь свои страхи снаружи. – Дарнли швырнул искрящийся сгусток магии вперёд, и тот развернулся, как нить игрушки йо-йо. – Идёмте. Я засёк ведьминский артефакт.

Он прошёл вперёд, и нить в его ладони сократилась, снова вызывая ассоциации с йо-йо.

И наше путешествие в дебрях кустов началось.

Один поворот. Другой. Третий… Лево, право… Очень скоро я поняла, почему Валь не рисковал заходить внутрь. Тут без проводника и туристического рюкзака с палаткой делать нечего. Может, это чудо садоводства и посадили не для игр, а чтобы любоваться им с возвышенности.

Чем дальше мы заходили, тем сильнее волновался Валь. Будучи прижатой к нему, я улавливала, как учащается его дыхание и ускоряется сердцебиение.

«Хватит тебе трястись, скоро всё закончится», – не выдержала я.

– Я думаю о Юджинии.

– Никто не сомневался, – съехидничал Дарнли, не спуская глаз с сокращающейся магической нити.

– Я серьёзно. Что с ней будет? Она же практически бесприданница, поэтому ей нужен тот, кто возьмёт её в жёны, несмотря ни на что.

– Валентайн, ты же не женишься из жалости?

– Юджинии больше бы подошёл Китон. Он же станет следующим лордом вместо меня, так наши отцы решили. Видите, он более выгодный жених.

Я против воли зевнула, пригревшись в его руках.

«Ну вот, прогадала она. Не знала, бедняжка, о вашей тайной договорённости. А знаешь, было бы даже любопытно посмотреть на влюблённого Китона».

– Я надеюсь, ты не пожалеешь. – Тон Дарнли посуровел. – Не моё дело, и всё же не понимаю, как можно добровольно отказаться от титула в пользу кузена.

– Почему я должен пожалеть? – ответил Валь с какой-то детской непосредственностью. – Я же не останусь ни с чем. По документам мне перейдёт почти всё имущество и деньги.

– Должно быть, отец тебя очень любит, раз намеренно нарушает майорат.

– А… Простите, профессор. Я не хотел вас как-то обидеть.

– Не бери в голову. Ты не виноват в моих бедах. Даже в том, что я сейчас брожу в кустах в поисках очередной девичьей поделки.

Ещё три поворота мы молчали.

Злость проснулась во мне неожиданно. Беспричинная, да такая сильная, что у меня челюсти свело от желания перегрызть металлический прут. Я спрыгнула, чтобы размяться и избавиться от навязчивого чувства раздражения, а Валь даже не попытался меня удержать. Как будто ему совсем было не до меня.

– Вот оно. – Дарнли развеял заклятье, так как мы все увидели, где кончалась нить. – Осталось совсем чуть-чуть.

Он выставил руку, и кустарник затрещал в том месте, где, по идее, был спрятан артефакт. Листочки раздвинулись… и тут же схлопнулись обратно, потому что Валь грубо отвёл руку Дарнли:

– Нет.

– Что ты творишь? Что с тобой?

Валь встал напротив удивлённого мага. В напряжённой позе, словно был готов в любой момент отразить удар.

– Вы не разлучите нас с Юджинией.

Начина-а-ается…

– Успокойся, Валентайн. Ты околдован, и эти чувства ненастоящие.

– Замолчите! – Я аж вздрогнула от гневного крика. – Вы ничего не понимаете, потому что никогда никого не любили. Вам плевать на других!

К своей чести, обычно вспыльчивый Дарнли не повёлся на провокацию.

– Пожалуйста, отойди в сторону.

Валь не послушался, и тот решил его попросту обойти. Доля секунды – и оба мага вскинули руки, а между ними буквально блеснула искра.

– Я всего лишь отразил твоё заклятье, – ровно проговорил Дарнли, не убирая ладонь. – Я не хочу использовать магию против тебя. Пожалуйста, не вынуждай меня.

Он вдруг откинулся назад и исчез. Валь с бешеным видом повернулся вокруг своей оси.

– Трус!

«Валь, перестань! Ты же хороший!»

Я бросилась ему под ноги, но околдованный первокурсник забыл обо мне. Его мысли полностью занимали Юджиния и коварный разлучник. Как же не вовремя его накрыло! Совсем недавно же рассуждал о том, что девчонке бы больше подошёл его кузен.

Надо скорее уничтожить артефакт, только как это сделать, если Валь встал на его защиту?

Дарнли появился за его спиной и снова попробовал вытащить из кустарника это яблоко раздора. Не тут-то было! Валь послал в него яркую золотистую молнию, и маг с криком боли упал на землю. Не дав ему прийти в себя, Валь взмахом руки отправил его в полёт до противоположной зелёной стены, сочно хрустнувшей от удара.

Тревожно взвыв, я подлетела к Дарнли, лизнула его в кончик носа и потёрлась головой о щёку. Он слабо застонал, но даже не попытался встать.

«Не теряй сознание, пожалуйста! Ну, скажи что-нибудь, не пугай меня! Вставай!»

Земля под нами задрожала, и из-под неё, фейерверком выбрасывая комья грязи, начали вылезать разрастающиеся корни. И они прицельно принялись оплетать Дарнли!

Чтобы задушить? Нет. Почва под нами взрыхлилась, готовая похоронить заживо несопротивляющуюся жертву.

Докричаться до Валя не удалось. Он бесстрастно стоял напротив и одной рукой, словно почти не прикладывая усилий, контролировал свою магию.

Пусть я и маленький дракон, но не дам Дарнли погибнуть.

Я подлетела к тайнику Юджинии и, уцепившись за кустарник когтями, повисла, как экзотическая ящерица. Не теряя времени, просунула голову в листву и, слыша, как веточки скребутся о драконью чешую, протиснулась дальше. Если я не доберусь до артефакта раньше, чем меня заметит Валь, то Дарнли обречён!

Несмотря на лезущие в морду листья, я заметила тёмный ком, оказавшийся бархатным мешочком.

Не могу дотянуться!

Плотоядный шорох позади подстегнул меня, и я, рыча, просунулась ещё на сантиметр вперёд. Высунула язык и подцепила им тесьму.

Есть!

Когда я вырвалась из куста, корни уже закопали Дарнли, а на том месте проклюнулась новая трава. Кошмар, а вдруг он уже мёртв?!

Однако я не поддалась порыву кинуться доставать его оттуда. Выплюнула намотавшуюся на язык тесьму и, чувствуя, как в горле разгорается жар, дыхнула огнём. Мешочек съёжился и заискрился, будто внутри была щепотка пороха.

Гори, гори хоть синим, хоть зелёным пламенем, ведьминская дрянь!

Валь вскрикнул:

– Саша!

Рано радовалась. Либо он и меня зароет, либо я его покалечу. Вдруг я неправильно снимаю приворот?

Парень поднял руку. Его пальцы дрожали.

– Светлые силы… Я должен сделать это сам.

Он сжал пальцы в кулак, и скрывающий в себе артефакт мешочек обратился в прах. Серый дымок развеивался на глазах.

– О-о-ох, – пошатываясь, Валь схватился за голову. – Кажется, я… Неужели! Профессор!

Не дожидаясь, когда он полностью придёт в себя, я уже вовсю работала когтистыми лапами. Земля летела в разные стороны, но толку было как от детского совка для песочницы.

«Вытащи его! Вытащи скорее! – Я тонко завыла от отчаяния. – Криспиан! Криспиан!!!»

– Отойди, я сейчас!

Валь сделал жест, будто что-то раздвигает, и зажмурился от напряжения. Невыносимая долгая минута стараний – и на поверхности показался Дарнли. Грязный как чёрт, но живой! Валь помог ему сесть, прислонившись к кустарнику, а я залезла на колени.

«Ёжик мой вредный, колючка колючая. – От облегчения я урчала, как маленький трактор. – Я из-за тебя чуть не поседела!»

– Александра, веди себя прилично.

Валь виновато ссутулился:

– Я вас чуть не убил. Можете меня наказать, даже исключить из академии.

– Размечтался. – Дарнли как мог стёр с лица сухую грязь. – Многие первокурсники, которых пропихивают в академию за взятки, могут похвастаться только тем, что поднимают монетки силой мысли и создают хрупкие иллюзии. А у тебя хороший магический потенциал. Если бы не ваша семейная традиция, я бы стал настаивать на том, чтобы ты перешёл на мой факультет.

От нового шока Валь не смог выговорить ни слова. Ещё бы, недавно же был уверен, что требовательный декан считает тебя пустым местом.

– Как ты? – спросил Дарнли почти по-отечески, будто это не его только что похоронили заживо. – Сейчас ты подпустишь меня к артефакту?

– Вообще-то мы с Сашей его… Ой!

Мы втроём уставились на тлеющую кучку. Потихоньку-потихоньку она собиралась обратно. Возрождалась, как птица феникс.

Дарнли протяжно хмыкнул.

– Запомни, магия не терпит всякие «ой». Но ничего. – Он встал, и вся грязь с него волшебным образом пропала. – Я покажу, как следует поступить дальше.

Я расправила крылья и отряхнулась.

Эх, ребята, угораздило же меня с вами связаться.