Глава 13 · Фейри, опять фейри

Если уж и быть драконом, то большим.

Я выгнулась по-кошачьи и помахала гибким хвостом. Короткий сеанс гимнастики помог прийти в себя после очередной метаморфозы.

Только с приворотом нельзя было так же легко справиться.

Магия Юджинии не желала просто так развеиваться. Пепел уже слепился в невнятный чёрный комочек, когда Дарнли завернул его в свой платок.

– Предполагаю, колдовство этой девушки оказалось сильнее, потому что она использовала связанную с тобой вещь, – сказал маг Валю, вертя в руках свёрток. – Не удивлюсь, если в мешочке, который вы видели с Сашей, была прядь твоих волос. Женщины любят хранить локоны близких им людей, и этим часто пользуются колдуны с ведьмами. Так что в бездну сентиментальность, больше никому не давай свои волосы. Понял?

– Понял. – Валь машинально провёл пятернёй по волосам. – Знаете, профессор, мне кажется, что я разочаровываюсь во всём этом. Ну, в магии. Может, она мне вообще не нужна? Вряд ли я стану военным и всю жизнь посвящу драконам. Скорее всего, буду как отец. Жить в своё удовольствие, изредка вспоминая, что где-то в секретере лежит диплом академии.

– Не говори глупости. Грех не развивать такой дар, как у тебя.

– Вы только что чуть не погибли из-за меня.

– Можно подумать, ты первый воспользовался магией против меня.

Я коротко рыкнула. Нечего разговаривать с перепуганным мальчиком в своей излюбленной манере мизантропа.

Поймав мой недовольный взгляд, Дарнли поспешил сменить тон:

– Валентайн, запомни. Не ты создан для магии, а магия создана для тебя. Ею должны владеть лишь те, у кого добрые помыслы и чистая душа.

Ничего себе его прошибло! Вряд ли студенты слышат от него подобную лирику на занятиях. Вот и Валь растерялся.

– Я… я подумаю над вашими словами.

Дарнли кивнул и помял в кулаке зашевелившийся платок.

– А пока займёмся насущной проблемой. Поблизости есть река? Хотя бы небольшой ручеёк? Нужно утопить останки артефакта в проточной воде, иначе он так и будет возрождаться.

– Почти два часа пути верхом, – слегка задумался Валь. – Если раздобуду карту, можно попробовать построить портал.

– О нет. Пока ты будешь искать карту или седлать лошадь, артефакт вновь наберёт силу и ты меня убьёшь уже по-настоящему.

Пришла пора вставить свои пять копеек:

«Ау! У вас есть дракон. Так и быть, отнесу куда надо. За несколько минут управимся».

– Я на тебя не сяду! – Валь встрепенулся как ужаленный. – Ты же леди!

– У первокурсников скоро пробные полёты. Профессор Крейг не одобрит твоего упрямства, – безрадостно напомнил о суровой реальности Дарнли.

– Нет, ну…

– Это, случайно, не Юджиния к нам идёт?

Странный вопрос. Мне с высоты драконьего роста было прекрасно видно, что никто не посягал на наше общество, а вот Валь доверчиво повернулся к Дарнли спиной. Как неосмотрительно! С ладоней мага сорвался яркий поток магии и коконом оплёл парня. Не боясь, что я с передёру могу его цапнуть, Дарнли отошёл ко мне и залюбовался стремительно растущим «коконом».

«Что ты задумал?»

– Сейчас увидишь.

Даже слово вставить не успела. Я разглядела очертания дракона!

Светящийся дракон медленно завертелся, одурело затряс головой, как бы стряхивая с себя всю эту магию. Последние искорки волшебства растаяли, и перед нами предстал ящер, немного больше меня по размеру, с чешуёй трогательного пастельного оттенка синего. Он рокочуще буркнул и сжался, как напуганный кот.

– Всё хорошо, всё хорошо. – Дарнли подошёл к нему и положил ладонь на морду. – Успокойся. Не делай резких движений. Ты быстро привыкнешь.

«Ты сегодня совсем распоясался, – заявила я. – И разве не ты мне говорил, что у вас такие фокусы вообще-то наказуемы? Сам себя подставляешь».

– Лорд Чадвик искренне верит, что мы сейчас практикуемся в магии, и в детали нашего занятия он не посвящён.

«Не знаю, что ты хотел этим сказать, но так ты Валя до инфаркта доведёшь. – Я ткнулась мордой в притихшего дракона и с урчанием потёрлась о его макушку. – Не бойся, котик. Я его укушу, и он превратит тебя обратно».

Валь фыркнул, и только тогда до меня дошло, что я без того зелья ничего не пойму из его речи.

– Он просит не кусать меня, – самодовольно сказал Дарнли.

«Да ладно!»

– Не надо так сильно его опекать, он взрослый. Раз он не хочет садиться на тебя, полетит сам. Справедливо?

Вот это логика. Ну и ладно. Всадник с возу, дракону легче.

«А ты? Сядешь на кого-то из нас или бегом побежишь?»

Честное слово, он улыбнулся. Этот хитрый маг в такой момент улыбнулся!

– Я был бы не очень хорошим наставником, если бы выбрал что-то из этих вариантов.

Не прошло и минуты, как в небо взмыл чернильно-синий дракон.

Увы, наш совместный полёт продлился недолго, и я не успела насладиться временной идиллией. А как же это было замечательно! По-настоящему сказочный момент, когда в голову не лезут плохие мысли. И всё же под конец мне, можно сказать, повезло. Даже не догадываясь о моих чувствах, Дарнли подсластил моё разочарование – превратил меня в человека. В платье! Я машинально провела руками по своей фигуре, попутно отметив гладкость жёлтой ткани.

– Это что ещё за вольности? – игриво спросила я у Дарнли.

– Что-то не нравится?

– Всё нравится. Просто это неожиданно. Так почему же?…

– Я тоже помню, что ты леди, – тепло сказал маг и покосился на Валя, который приходил в себя после обратного превращения. – Подожди здесь, нам надо закончить дело.

Вдвоём они отошли к блестящей на солнышке речке и развеяли над ней пепел от артефакта. Однако моя счастливая улыбка пропала, когда Валь покачнулся.

– Всё в порядке. – Дарнли взял его под руку. – Приворота больше нет.

Я не ощутила тревожных признаков от нашей связи и всё равно сделала несколько шагов им навстречу.

– Валь, что с тобой? Тебе плохо?

– Не знаю, как объяснить, – промямлил тот. – Я как будто избавился от тяжкого груза. Так легко…

– Неудивительно. Приворот был твоей опорой, практически жизненным ориентиром, – пояснил Дарнли.

– Я писал письма Юджинии вместо того, чтобы учиться. К контрольной по теории магии совсем не готовился.

– Сделаю вид, что не слышал.

Валь споткнулся практически на ровном месте, но крепкая хватка новоявленного наставника не дала ему упасть лицом в траву.

– Простите, профессор.

– Всё пройдёт, тебе надо всего лишь немного посидеть… Хотя да, лучше полежи.

Я присела на корточки перед растянувшимся на земле парнем и невольно погладила его по голове. Выглядел он не умирающим, а скорее как утомившийся после игр ребёнок.

Бедный мой. Как узнал правду о «Снежинке», так ни минуты покоя. Слишком много приключений для домашнего мальчика.

Дарнли благосклонно усмехнулся:

– Пусть отдыхает. Пройдёмся?

Против прогулки я не возражала, поэтому сразу поднялась. Думала, он ещё руку крендельком сделает, чтобы вести меня, но нет. Ну и не надо, а то и так всё складывается слишком кинематографично. Я вся такая дивная, в старинном платье, иду вдоль переливающейся в ласковых солнечных лучах реки, мой спутник – самодовольный красавчик, способный творить настоящие чудеса.

Но почему же сердце так бешено стучит в груди и щёки пылают? Я что, из-за романтичной атмосферы превращаюсь в трепетную леди?

Угораздило же меня хихикнуть.

– Что тебя так веселит? – В этот раз маг, похоже, не рассердился.

– Ничего. То есть… Это всё, что происходит со мной, так необычно. Я как будто попала в книгу.

– Жаль, что это очень скверная книга.

– Разве?

– Ты в плену у злого волшебника. Что в этом хорошего?

– Перестань, ты не злой. И я понимаю, что ты держишь меня при себе не из прихоти. Ты бы всё исправил, если бы мог.

Молчание между нами затянулось, и мне стало неловко от того, что затронула такую болезненную тему. Вот тебе и романтика.

– Ты просила быть с тобой откровенным, – приглушённо заговорил Дарнли, – и я не могу отказать тебе, ведь ты особенная. Ты простила меня и ещё дала клятву на магии.

Тут мне захотелось сказать: «Да брось ты!», однако я прикусила язык. Пусть выговорится, не так часто ему удаётся это сделать.

– Эти дни я задавался вопросом, что бы подумал обо мне мой наставник? Разочаровался бы он во мне? Огорчило бы его, что я втянул в свои проблемы ни в чём не повинную девушку? И знаешь, Саша, я боюсь его расстроить, ведь он так много значит для меня.

– Когда ты его спасёшь, он будет счастлив. И, по-моему, ты научился у него не только магии.

– О чём ты?

– Ты тогда как будто преобразился, – призналась я. – Говорил с Валем про магию, как поэт. Не ожидала, что ты можешь так проникновенно общаться со студентами. Ой, не наступи на лягушонка.

Прыгнувшая нам под ноги лягушка на долю секунды застыла в воздухе, растопырив лапки, и, вопреки законам физики, развернулась и полетела обратно к воде. Не знала она, что не стоит переходить дорогу магам.

– У профессора Шелтона очень добрый нрав и потрясающая способность чувствовать других. Иногда мне хочется быть как он, но я слишком циничен.

– А помнишь, ты говорил, что тебя тоже превращали в дракона без разрешения? Это же был твой наставник, да?

– Да.

Кто бы сомневался. Конечно же, ученик трикстера, подглядел приём у своего учителя.

– Извини. Тебе, наверное, неприятно об этом вспоминать.

– Нет. Сам себе поражаюсь, но это одно из драгоценнейших моих воспоминаний. Когда я поступил в Академию драконьих всадников, я был самым невыносимым первокурсником. Веришь?

– Ты и сейчас невыносим. Держишь марку.

– Стараюсь, – пошутил Дарнли и продолжил свой рассказ: – Отцу не нравилось, что у меня, единственного из ближайших родственников, был магический дар. Он считал, что это оскорбляет его как главу семьи и моего старшего брата, его наследника. То ли из зависти, то ли подчиняясь предрассудкам, отец всегда твердил, что за свою судьбу отвечаю только я и что после совершеннолетия он мне ничего не должен. Это было бы справедливо, если бы он относился так к обоим сыновьям, но нет. Эдмунд получал всё только потому, что был старшим. А я даже не имел права голоса. Меня вынудили поступить в Академию драконьих всадников на общий магический курс, и я чувствовал себя донельзя униженным. Это же не мой уровень! Мои способности позволяли мне поступить туда, где бы я мог развивать свой дар, освоить пару-тройку узких специальностей. Но у меня не было столько денег, а брать в долг у брата… Ни за что! Первое время я лелеял мечту закончить первый курс и в перерывах между учёбой заработать себе на достойное образование. Услуги даже не очень опытного мага дорого стоят, так что я мог осуществить свой план. Поначалу всё шло как надо. Я учился, в первые же дни заслужив репутацию заносчивого всезнайки, и зарабатывал на обывательских желаниях починить магией безнадёжно испорченную вещь или настроить зеркальную связь. Но вскоре умер мой отец и огласили завещание – как я ни надеялся, мне он не оставил ничего, даже символической денежной суммы.

– Ужасный человек. – Я просто не смогла сдержаться, пусть это было и бестактно с моей стороны.

– С точки зрения закона в этом нет преступления. Мне дали какое-никакое образование и в чёрном теле не держали. Всё по чести. – В его тоне просочилась горечь. – Тогда моё отчаяние достигло предела. Я переживал не только за своё будущее, мне было страшно за сестёр. Мой брат и его супруга слишком жадные, чтобы дать им нормальное приданое. Забегая вперёд, скажу, что до сих пор ни одна из них не замужем. Профессор Шелтон, тогда ещё декан факультета, заметил перемены во мне и вызвал на разговор. Я не был настроен с ним откровенничать. Мне было непривычно делиться с кем-то своими проблемами, к тому же я считал его чудаковатым трикстером, человеком небольшого ума. Я попытался дать ему понять, что в нашем разговоре нет смысла, и он превратил меня в дракона. Как же я разозлился! Только представь, я извергал чёрный дым из ноздрей и рычал на декана!

Ох, как знакомо! Правда, я не извергала дым, но профессор Крейг не обрадовался строптивому дракону.

– И он ударил тебя хлыстом? – У меня аж спина похолодела.

– Он засмеялся. А когда я растерялся и притих, профессор Шелтон заговорил со мной. Ласково, по-дружески. Рассказал обо всех моих печалях, будто знал меня много лет. – Дарнли постарался незаметно вздохнуть, даже приятное воспоминание причиняло ему боль. – А потом был полёт, почти как у нас только что. Это было нечто. А когда мы вернулись, один работник, из новеньких, обругал нас, как пастух припозднившихся коров. Это было ужасно нелепо, но весело.

Значит, этот самый профессор Шелтон был не просто наставником. Но ещё и другом. Тем, без кого Дарнли чувствовал бы себя одиноко во враждебном мире.

Может, поэтому Дарнли не покинул академию после первого курса, как собирался?

– А я? – Я остановилась и прямо-таки выпросила ответный взгляд. – У тебя останется обо мне хотя бы одно хорошее воспоминание?

Глаза выдали его удивление. Ну вот, опять я брякнула что-то не то.

– А у тебя? – отозвался он с грустью. – Ты вспомнишь что-нибудь хорошее обо мне? Я же издевался над тобой, подвергал опасности. И продолжаю всё это делать.

На что я рассчитывала?

К горлу подкатил ком, почему-то стало тяжело дышать.

– Я первая спросила. Скажи, только честно.

Задумался. Наверное, перед его мысленным взором проносилась карусель из всех неприятностей, что я ему учинила. Как мы друг на друга орали, а потом оба стыдились этого. Как я действовала ему на нервы только своим присутствием. Как опозорила перед студентами, съев контрольные работы… Свалилась ему на голову. Девочка-дракон. Дочь ведьмы. Сплошная «радость».

– Останется. И не одно.

Скупой ответ. Как раз в духе Дарнли. Но в этих словах было очень много.

И это придало мне уверенности.

– А ты самый удивительный человек, которого я когда-либо встречала.

Он наконец-то позволил себе мягкую улыбку.

– Мне понравилось, как ты тогда меня назвала.

– Ёжиком?

– По имени.

Между нами как будто рухнула ещё одна стена. Сколько их осталось преодолеть?

Я прикусила изнутри губу, чтобы не лыбиться, как дурочка. Недавно смотрел на меня, как Ленин на буржуазию, а теперь позволяет с собой фамильярничать.

– Что ж. Пойдём обратно, Криспиан?

Сама взяла его под руку. А то вдруг не догадался бы?

Встреча с Валем вышла не такой, как я ожидала.

Вообще не такой!

С выражением смертельного ужаса на лице Валь лежал на спине, на груди же у него было переднее копыто огромного чёрного коня. Продолжая придерживать жертву, чудовищное животное посмотрело на нас с Дарнли и оскалилось. Никогда не видела у лошадей таких острых, крючковатых зубов!

– Отдай деву-дракона, великий маг, – прорычал конь жутким механическим голосом. – Иначе я сожру мальчишку.

Мощное чёрное тело зверюги влажно блестело, с густой гривы капала вода. Глаза буквально сверкали, и ноздри угрожающе расширялись. Я ни на миг не усомнилась, что монстр выполнит свою угрозу, если не получит желаемое, и замерла от шока.

Дарнли подал мне знак не подходить ближе, а сам двинулся вперёд.

– Не бойся, мальчик. Он ничего тебе не сделает.

Конь перекатисто зарычал.

– Даже не думай пустить в ход свои жалкие фокусы, человече. Я раздавлю его сердце раньше, чем ты успеешь что-либо сделать.

– Будь по-твоему, никакой человеческой магии, – покладисто ответил Дарнли.

– Дева-дракон уйдёт со мной.

– Сначала следует спросить её мнение, Грир. А пока отпусти моего студента.

Коротко заржав, тот убрал копыто с несчастного Валя, и парень, несмотря на сильный испуг, немедленно отполз и встал на ноги. Я положила ему руки на плечи, но так и не решилась обнять.

Что произошло? Почему фейри так легко сдался? Дарнли его загипнотизировал, что ли?

Разъярённый конь издал совершенно дикий рёв и встал на дыбы, но маг даже не шелохнулся.

– Профессор, это что – келпи? – изумился Валь.

– Давай придерживаться политкорректности: не что, а кто. Да, это келпи, водный фейри, представитель самого кровожадного подвида водяных лошадок.

– Я всех вас сожру, – подтвердил свою кровожадность келпи, и из-под его копыта вылетел шматок земли с травой.

– Нет, Грир. Я запрещаю тебе кого-либо из нас трогать.

– Вы управляете им через истинное имя! – восхитился Валь, похоже, совсем перестав бояться опасного существа.

– Верно. Поэтому фейри не называют людям своих настоящих имён. Кстати, не советую при них называть своё, а то они найдут способ использовать его в своих целях. Стой, Грир! Вернись и не уходи.

Поспешивший спрятаться в воде фейри выполнил приказ.

– Ты пожалеешь об этом, великий маг, – пророкотал он.

– Твой хозяин был слишком беспечен, назвав тебя по имени при мне. – Дарнли бесстрашно погладил лоб скалившегося келпи, и тот даже не попытался откусить руку нахала. – А теперь поговорим цивилизованно. Будь добр, Грир, прими человеческий облик.

Грир попятился, снова встал на дыбы и в долю секунды превратился в лохматого угрюмого парня. К слову, не очень высокого и крепкого на вид. Что меня больше всего поразило в этой трансформации, мокрый фейри стал сухим.

– Я бы сожрал его язык, – сказал он уже вполне нормальным голосом.

Дарнли заложил руки за спину:

– Как-то непочтительно ты отзываешься о хозяине.

– Волей случая я оказался у него в услужении, – процедил Грир. – Я был жеребёнком, когда меня поймали люди с помощью зачарованной уздечки и захотели продать на закрытом аукционе. Меня выкупил лорд Камней, и с тех пор я пожизненно отрабатываю долг.

– Твоя история печальна, и всё же вернёмся к главному вопросу. Хочет ли леди Снежинка уйти с тобой к лорду Камней?

Тут и думать было нечего.

– Нет. – Я подошла к Дарнли и посмотрела в почти чёрные глаза фейри. – Я не желаю встречаться с лордом Камней, как бы он ни назывался, и ни за что не стану его женой.

Келпи раздражённо шикнул сквозь стиснутые зубы:

– Ты…

– Она не пойдёт с тобой, и похищать её я не советую. – Дарнли сделал шаг к нему, встав совсем уж близко, практически нос к носу. – И ты знаешь цену своей свободы. Скажи мне и можешь идти на все четыре стороны.

С гримасой отвращения Грир потянулся к его уху и что-то шепнул. После этого он резко дёрнулся в сторону воды, в прыжке обернулся монструозным конём и исчез в реке, подняв на прощание стену брызг.

Эти фейри… Как будто без них мало проблем.

Если бы не Валь, я бы вошла в историю Междуземья как самый нервный дракон. Несмотря на свалившиеся на голову приключения, тихий и скромный парень не озлобился и не впал в панику. Рядом с ним мне было комфортно, как с родным братом. Особенно меня умилило, что Валь ещё больше проникся моими ежедневными превращениями в Снежинку и заволновался из-за того, что со мной в основном обращаются как с бессловесной скотиной. Гениальная идея не замедлила с появлением – искупаюсь в ванной, как человек, не буду дожидаться, когда в академии меня окружат мужики со швабрами. Валь поддержал эту затею, но сначала отнекивался, когда я просила его помочь мне. У меня же лапки! Сама не смою с чешуи всю пыль и грязь, а горничная будет бояться, что дракон её укусит или подпалит платье. К счастью, мой приятель быстро сдался и вооружился губкой. Я же с радостью плюхнулась в наполовину наполненную горячей водой ванну и совершила заплыв от края до края. Какой же это был кайф – нежиться в пенной водичке и вдыхать сладкие цветочные ароматы. После всех неприятностей я определённо заслужила несколько минут блаженства. А когда Валь водил по мне губкой, я закрывала глаза и представляла, что мне делают массаж. Даже мурлыкала от удовольствия. В один момент я так расслабилась, что резко расправила крылья, и обрызганный Валь велел не баловаться. В ответ я плюнула в него водой, и он расхохотался, как ребёнок. Как же мне не хватало позитивных эмоций! Ради улыбки друга можно немного побыть клоуном.

После купания меня завернули в мягкое полотенце, и первые несколько секунд в нём было довольно уютно, но чисто по-человечески мне не хотелось быть содержимым свёртка, и я вырвалась наружу. Чешуя – не шерсть, быстро высохнет. Разморённая после горячей воды, я, как разбалованная кошка, повалялась на кровати Валя, а потом мы с ним отправились в его мастерскую. Это была комната размером примерно с мою, с двумя рабочими столами, деревообрабатывающим станком, швейной машинкой и шкафчиками, в которых хранилась всякая всячина. Порядок – идеальный, не к чему придраться, всё на своих местах и никакого творческого бардака. Несмотря на то что парень как минимум неделю здесь не трудился, в воздухе застыл запах древесины и ещё чего-то пряного. Я с неподдельным интересом разглядывала всё, что мне показывали: от игрушечной мебели до материалов вроде лоскутков, бусинок и заготовок для будущих поделок. Валь даже продемонстрировал свои умения, смастерив при мне миниатюрную рамочку для картины: он без шаблона точно вырезал витиеватые узоры и покрыл деревяшку позолоченной краской. Вроде ерунда, но я испытала настоящий восторг. Это же надо, из хлама сделать маленькое произведение искусства. Мне вот что ни дай, испорчу или просто из одного мусора сделаю другой. А Валь даже слегка удивился, когда я спросила, использует ли он магию при создании миниатюрных вещиц. Вот же реально руки золотые! И ещё больше меня обрадовало то, что происшествие с кукольным домиком Хоуп не причинило Валю психологической травмы, другой бы выкинул всё на фиг и нашёл бы себе новое хобби.

А ещё меня развлекали чтением. Вообще-то я не очень люблю, когда читают вслух, и с упорством старовера игнорирую ныне модные аудиокниги, но у Валя был настоящий дар чтеца. Меня покорили его приятный негромкий голос и чувство текста, и я с интересом послушала несколько рассказов. Да даже если бы было скучно, я бы его не прерывала – лучше проводить время так, чем обсуждать одни и те же проблемы и накручивать себя. Всё-таки Валю ещё предстоит вытерпеть бал, а там ведьмочки будут вести негласную войну из-за него. Как бы снова беды не случилось.

Вечером произошло долгожданное разъединение, и, похоже, для Снежинки это стало стрессом. Маленькая белая драконша крутилась, вертела головой и беспокойно рявкала. Что именно она хотела сказать, не знал даже Валь, потому что действие зелья фейри давно прошло. Сюсюкая, я протянула к Снежинке руку, но та сердито фыркнула и перелетела с пола на диван. Честно, я немножко обиделась, однако всё же утешила себя тем, что дракон не откусил мне палец. А к Валю Снежинка отнеслась благосклонно, дала себя погладить и даже, урча, пошла на ручки. Налицо итог правильной привязки: дракон чувствует во всаднике родную душу. А после краткой воспитательной беседы Снежинка подпустила к себе и меня. Какие же драконы умильные, когда маленькие!

Я ещё раз искупалась (грех упускать возможность) и, обнаглев, вымыла голову. Задействовав магию, Валь помог мне высушить волосы и, что вообще классно, привёл в порядок мою одежду. После банных процедур мы сели ужинать и почти сразу услышали знакомый треск. В паре метров от нас открылся портал, и к нам вышел Дарнли.

– Весьма отрадно, что у вас всё спокойно. Я уж думал, раз меня не дёргают, значит, опять попали в переплёт и не могут позвать на помощь. – Его высокомерное заявление прозвучало по-домашнему привычно. – А где дракон?

Я указала вилкой в сторону дивана:

– Там.

Лежавшая на моём свёрнутом кардигане Снежинка приподняла голову и приветственно крякнула.

– Не упускайте её из виду, мало ли что.

Его параноидальное поведение уже тоже было чем-то привычным, к тому же про Снежинку он нам уже все уши прожужжал. Мало ли что взбредёт в голову Юджинии. Хоуп совсем ещё ребёнок, может не догадаться, а её старшая подруга вполне способна придумать пакость для дракона, укравшего сердце её «жениха». На кону же выгодное замужество и безбедное будущее.

Сколько можно по сто раз одно и то же обсуждать.

– Ты кушал? – спросила я.

Заметила мимолётное смущение на его лице.

– Мы с лордом Чадвиком недавно разделили трапезу. Ему не по себе от ажиотажа, который поднимают женщины перед предстоящим балом, поэтому он пожелал ограничиться моей компанией. Также он посчитал нужным сообщить мне, что одна из причин, по которой он охотно согласился меня пригласить, – это присутствие на балу лорда Дарнли.

– Папа считает, что родственники должны видеться друг с другом почаще, – виновато промямлил Валь.

– Сразу видно, что вы одна семья. Вы оба как подкидыши Пряничной феи.

Я не хихикнула от упоминания некого фольклорного персонажа только потому, что в этот момент была занята вкуснейшим салатом с курицей.

– Ну чего ты раздёргался? – Я оторвалась от еды. – Если такие сложные отношения с братом, просто не подходи к нему, не общайся. А если он будет тебя задирать, тебе Валь поможет. Я его научу парочке доходчивых выражений.

– Нет-нет, не лезьте, – живо отреагировал Дарнли. – Рядом с ним наверняка будет крутиться его супруга, а она мастерски из мелочей устраивает скандалы.

– Тем лучше! Эта гадюка начнёт плеваться, ногами топать, и Валь выгонит неудобных гостей.

Валь поперхнулся, а Дарнли закатил глаза:

– Больше ни ногой в тот сумасбродный мир, где ты воспитывалась.

Напустив на себя оскорблённый вид, я вернулась к салату.

– Моё дело предложить.

– Саша.

Даже поесть без нотаций нельзя.

– Саша, – настойчивей повторил маг, – я ещё ничего не решил точно, но, возможно, мне понадобится твоя помощь.

Другое дело!

– Можешь на меня рассчитывать. И Валь тоже… Валь!

Сидевший напротив меня парень не шелохнулся и даже не моргнул. Он просто застыл как статуя! Вроде ничего отвратительного, а так почему-то жутко, что холод по спине пробежал.

– Успокойся, ему не повредит.

Действительно, такая ерунда по сравнению с тем, что бедолага испытал за последние сутки. Однако я оставила весь сарказм при себе.

– Зачем ты так? Что опять за секреты?

Дарнли уже вошёл в любимый образ тайного героя.

– Послушай, Валентайн не должен ни о чём знать. Чтобы в случае моей неудачи в тюрьму посадили только меня.

– В какую ещё тюрьму ты собрался?!

– Я понимаю, ты думаешь, что я подставляю тебя, но это не так. Если попадусь, суд рано или поздно отправит меня в Дом проклятых, и тобой займутся маги. Даже если не удастся сохранить в тайне то, что ты дочь ведьмы, тебе ничего не будет, ты же…

– Стой, стой! – Я вскочила и вцепилась мёртвой хваткой в его сюртук. – Не говори такие вещи! Не пущу тебя ни в какую тюрьму! Что тебе опять в голову ударило?

– Александра, перестань.

– Ради чего так рисковать?!

Он печально смотрел на меня сверху вниз и даже не думал подхватывать резкий тон. Как будто от всего смертельно устал.

– Магия любит храбрые сердца, – глухо произнёс он, словно не до конца вырвавшись из своих тяжёлых раздумий. – Так мне сказал тот фейри перед тем, как проклясть. Подозреваю, что он и таинственный Сосед – это одно и то же существо. Либо я поймаю его сегодня и избавлюсь от проклятья, либо погублю себя. Алекс… Саша, отпусти меня, надо же с Валентайна снять чары.

Но я лишь сильнее прижалась к нему и сморгнула слёзы.

Мне было очень страшно.