Глава 4 · Необычный прием

Все-таки она волновалась. Вдруг она сильно опоздала, и на это место уже приняли кого-то порасторопнее. Или может она слишком жалко выглядит, ведь вся одежда насквозь промокла, а тело промерзло так, что зуб на зуб не попадал. Она старалась не обращать на это внимание, но представляла какое производит впечатление.

— Это что у вас там? — подозрительно прищурил глаза месье де Монтеро. — У кого украли фамильяра, мадмуазель? — опасно протянул он.

— Чтоооо? — с возмущением воскликнула Луана. — Украла? Фамильяра? Я? — покраснела девушка от внезапно охватившей ее злости и несправедливости.

Как-то быстро ей стала безразличная новая работа, и все добрые мысли о ректоре вылетели из головы, остался лишь гнев. Она за всю свою жизнь ничего не украла! Были дни, когда отчаяние заглушало все попытки накопить на ежемесячное содержание бабушки. Но она скрепя сердце работала еще больше, экономила на своих нуждах, умудрялась работая на трех работах еще подрабатывать. И теперь месье ректор с порога обвинил ее в воровстве.

Говорить с этим недобрым человеком ей расхотелось, да и не получалось. Гнев отключил способность разговаривать. Оправдываться не хотелось. Вдобавок ко всему загремел звонок, означающий, судя по отсутствию студентов в коридорах, окончание занятия.

Не дожидаясь ответов, Луана в последний раз возмущенно взглянула на ректора и, не проронив больше ни единого слова, вихрем вылетела из кабинета. Злость несла ее по лестничным пролетам с огромной скоростью. Хоть и начался перерыв между занятиями, на лестнице все так же никого не было. Лишь на первом этаже появилась стайка студентов, что-то весело обсуждая.

Преодолев последнюю ступень, Лу услышала грозное рычание ректора.

— Стоять, Луана Барош! — рявкнул он. — Студент де Эскофье, задержать чужачку.

Луана вздрогнула. Это слово болью отозвалось в сердце. Но она ведь и впрямь чужачка. Похоже совсем ее мечта несбыточная. Даже в роли прислужницы и то, сюда путь заказан.

Останавливаться Лу не собиралась, и ей абсолютно не было никакого дела до какого-то там Эскофье, а зря. На той же скорости, что летела вниз по ступеням, она врезалась во что-то очень твердое, серебристое и, на удивление, горячее. Столкновение было такой силы, что волчок, мирно сопевший в шапке на груди девушки, издал тихий, но различимый не то писк, не то мявк. Вся злость Луаны мгновенно испарилась, она сделала шаг назад и расстегнула пальто, уложив сверток из шапки себе на локоть, словно младенца. Волчонок закрыл глаза и снова провалился в дрему.

— Неужели нельзя поаккуратнее? — прошептала Лу. — Он и так совсем истощен, — с укором взглянула она на студента.

— За мной! — скомандовал подоспевший ректор. — Оба! — добавил он, строго глянув на студента.

Луана сразу поняла ректорский посыл студенту, мол следи за чужачкой, не то голову оторву.

Притихнувшая стайка студентов отмерла и продолжила прерванный разговор, а Лу под молчаливым конвоем, пыхтя от сожаления, что быстро уйти от этого невозможного грубияна не удалось, топала вслед за ректором на шестой этаж снова. Еще парочка подъемов на эту верхотуру, она и согреется, и обсохнет. Но как же не хочется еще раз туда подниматься.

Однако, чем нежелательнее событие, тем быстрее бежит время — это девушка уже давно поняла. И наоборот, когда чего-то очень ждешь, время тянется, словно разношенные чулки. Вот и сейчас Лу преодолела последнюю ступень перед ректоратом, абсолютно не успев подумать о случившемся. Оправдываться она не хотела, да и вообще не хотела иметь с этим человеком разговора.

Разговор, правда, сложился короче, чем предполагала Луана.

— Где взяли зверя? — хмуро задал вопрос де Монтеро.

— Нашла, — не менее хмуро ответила она.

— Где? — поднял бровь ректор.

— В горах по пути сюда, — парировала Лу.

— Ему нужна помощь, — констатировал командир очевидностей.

— И он ее дождался, — упрямо вздернула подбородок девушка.

На миг Лу увидела одобрение в глазах этого невыносимого, лысого тирана, но оно быстро сменилось подозрительностью.

— А сюда зачем пришла? — начал новый допрос ректор.

— На работу, по объявлению, — продолжила непонятную игру Луана.

— Что умеешь? — усмехнулся де Монтеро. — Выглядишь так, как будто ничего.

Лу вспыхнула. Что за невозможный человек! Одной фразой может все внутреннее спокойствие развернуть в обратную сторону. Но на этот раз поддаваться эмоциям она не стала. А еще было до ужаса стыдно, что этот полуразговор-полудопрос слышит студент. Она собралась с мыслями, и глядя в глаза этому бессовестному ректору, дала вполне развернутый ответ:

— Умею готовить, стирать, убирать, шить, обрабатывать и перевязывать раны, разбирать письма и документы. Не боюсь тяжелой работы, разбираюсь в бытовых магических кристаллах, окончила общую образовательную школу в МонтКлер с отличием, имею рекомендательные письма от торговца магическими артефактами месье Аравика и владельца кафетерия месье Форше.

Отчеканив все это без запинки, Луана замолчала, продолжая смотреть на месье ректора. Ее блеклые серо-голубые глаза будто стали еще светлее, а легкая россыпь веснушек, наоборот, заалела на бледном лице так, будто на улице не поздняя осень, а середина зимы, и она только что вошла в теплый кабинет с мороза. Вместе с тем лицо Лу расслабилось и не выражало никаких эмоций.

Удивительно, но простые слова о ее опыте работы успокоили эмоции. Она перестала переживать о том, что удастся ли получить здесь работу, или о том, что подумает о ней студент, который все еще стоял где-то позади. Луану больше не волновал тон ректора и пренебрежительное отношение. Пока она произносила эти простые слова о себе, она вспомнила, что все-таки за два года многому смогла научиться и вне академии.

Месье Аравик научил ее: как правильно менять кристаллы в бытовых приборах, как продлить им жизнь, путем легких, но действенных манипуляций. Месье Форше дал знания о хранении продуктов и приготовлении простых, но вкусных блюд, консервации и копчении. Лу умела работать по хозяйству наравне с мужчинами, была внимательна к мелочам, всегда выполняла вдумчиво и на совесть поставленные задачи. Все это вмиг пролетело перед глазами и придало уверенности в себе.

— Хм… Столько талантов, — нарушил молчание ректор ехидным замечанием. — Вам бы учиться, а не подсобничать, — добавил уже мягче де Монтеро.

— Это был мой осознанный выбор, месье ректор, — глухо произнесла Луана, сцепив зубы.

— Будьте добры рекомендации, — попросил хозяин кабинета, не обращая внимания на реплику расстроенной девушки.

Лу молча стянула с плеч рюкзак, достала рекомендации и протянула документы мужчине. Он очень внимательно и дотошно изучил каждую закорючку и завершил разговор.

— Вы наняты. Приступаете с завтрашнего дня. Утром зайдете подписать документы. Жить будете в домике возле сада. Найдете месье Канова, садовника, он покажет вам вашу комнату. Вопросы? — поднял бровь лысый злодей.

— Нет! — коротко ответила Луана.

Сил воевать с ним у нее не осталось, злость прошла, и вернулся холод от мокрой одежды, и накатила усталость от пережитых сильных эмоций.

— На выход! Кутенка можете оставить себе. Покажите его специалистам из ветлечебницы. Студент де Эскофье вас проводит на территорию зверинца. Все свободны, — закончил свои емкие наставления ректор.

Лу молча топала за студентом, разглядывая его спину. Он был не очень высоким, но ощущение было таким, что он занимал все пространство коридора и лестничных пролетов. Темно-синий костюм из хорошей ткани удивительно ладно на нем сидел и совсем не походил на студенческую форму. Сейчас, выходя из главного корпуса, она вспомнила как он перегородил ей дорогу, возникнув на пути.

Вновь зарядивший дождь не смог отвлечь Лу от созерцания затылка студента. Она снова ударилась в воспоминания. Жакет из темного серебра не давал ей покоя: на каком курсе носят серебро у нее не получалось вспомнить. Отчего-то запах этого студента не выходил из головы, бархатный, терпкий и свежий одновременно. Она не могла распознать его, кажется что-то хвойное и свежее, что-то, что хотелось вдыхать и вдыхать, разгадывая ароматные нотки. Ей даже почудилось, что именно такой запах она ощущала, когда стояла под елью в горах, прячась от дождя — влажное дерево, спокойный аромат дождя, свежий горный воздух.

— Да, пожалуй, — высказала в слух свои подозрения, Лу.

— Вы что-то сказали, — обернулся затылок, глядя на нее вопросительно.

— Н-нет, нет, — прокашлявшись, ответила девушка, ругая себя за беспечность. Она привыкла жить одна и часто разговаривала сама с собой.

Ровная спина и затылок впереди идущего де Эскофье вернулась в свое положение. Движение не прекращаясь продолжилось.

«У-у-у, льдина», — подумала Лу и стала дальше мысленно его оценивать и распекать.

Она так увлеклась своими мыслями и вопросами, которые задавала сама себе пока плелась за студентом, что снова оказалась в неловкой ситуации, и, если бы де Эскофье не остановил ее, удерживая за плечи, она опять бы врезалась в горячую, твердую, темно-серебряную жилетку.

— Мы на месте! — глянул он на Луану сверху вниз.

— Спасибо что проводили, — кивнула Лу, с трудом отводя взгляд от теплых, ярко-карих глаз провожатого.

Такая холодность в поведении совсем не сочеталась с теплым, наверное, даже согревающим взглядом. Несмотря на это, она поежилась, холод не отступал, а мокрая одежда уже срослась с телом. Нужно поскорее показать кутенка специалисту и топать к домику подсобников, иначе можно заболеть в первый рабочий день.

— Пу-пу-пу, кто тут у нас? — услышала Луана и с недоумением обернулась. — Надо же лунный волчишка, — улыбнулся невысокий человек с добрыми карими глазами. Морщинки в уголках глаз выдавали в нем улыбчивого и, наверное, счастливого мужчину.

— Здравствуйте, — робко улыбнулась Лу. — Меня зовут Луана Барош, я новый сотрудник академии, подсобница. По пути сюда я нашла этого малыша в овраге, месье де Монтеро направил нас к вам, — продолжила она.

— Очень хорошо, что направил, и я рад, что оказался здесь вовремя. Мое имя Марсель Гринье, — одобрительно кивнул мужчина и открыл дверь, пропуская всю процессию в светлый и чистый кабинет с большими окнами. — Укладывайте звереныша под лампу, сейчас осмотрим пациента, — тон его голоса сменился на серьезно-заботливый, а сам он включил свет и наклонился над столом.

Малыш больше не открывал глаза и не издавал звуков, нос был сухим и горячим, лишь частое дыхание волчонка выдавало в нем жизнь.

Через несколько мгновений зоолог подтвердил и так уже известное Луане — волчек истощен, а точнее истощена. Зверек оказался лунной волчицей, у которой лекарь обнаружил глубокий порез на передней правой лапке.

— Внутри раны острые осколки камня, края раны бледные, но внутри идет воспаление, — покачал головой мужчина. — Взгляните, мадмуазель Луана, вся шерсть на лапке слиплась, пропитавшись кровью. Сейчас кровь уже не идет, маленькая волчица вылизывала рану и ей бы удалось себе помочь если бы не осколки. Правда крови она за несколько дней потеряла изрядно, пу-пу-пу.

Он сделал несколько пассов рукой над раной, вызывая небольшое теплое свечение. Волчица от магического вмешательства вздрогнула, но глаз не открыла.

— Осколки я убрал, теперь наложим немного мази, — вслух проговаривал свои действия месье Гринье. — Вот так, — густо наложив мазь на крошечную лапку, лекарь, достал пузырек с каким-то порошком. — Присыплем сверху волшебным пеплом, пу-пу-пу…

Когда я оказался в мире людей, я совсем не знал, что меня ожидает. Люди меня боялись, они на меня нападали и даже хотели развеять! Но внезапно на мою защиту встала Маргерит Леонье, младший преподаватель академии Эвейл. Она не только защитила меня и дала кров, но и бросила вызов суровому декану Лорану Лебо.

Только вот незадача: из-за указа ректора Леонье, Лебо и я вынуждены постоянно находиться вместе. Воздух трещит от их противостояния! От того, кто одержит верх, зависит моя судьба. И будущее всей Академии.

Приглядевшись, Луана поняла, что порошок в пузырьке и правда похож на пепел, лишь серо-черные кристаллики отличали его от обычного пепла и доказывали магическую природу его происхождения.

— Так-с, — будничная реплика лекаря, заставила Луану оторвать взгляд от порошка, переливающегося яркими искринками на солнце, и вернуться в реальность. — Студент Арно, аккуратно подогрейте порошок, которым я присыпал мазь. Не переусердствуйте, — пожурил он безэмоционального де Эскофье. — Не спалите волчка, — подтрунивал он над юным дарованием.

Луана не на шутку испугалась.

«Что значит подогрейте? Эта льдина что, маг огня? И что значит не спалите?» — вместе с этими мыслями, хаотично скакавшими в ее голове, она сделала шаг вперед, чтобы заслонить волчицу, но студент уже выпустил магию и та, тонкой струйкой потекла к многострадальной лапке.

Пара секунд, и все было кончено. Месье Гринье ловко, без лишней суеты и движений забинтовал рану и передал не приходящую в себя малышку Луане.

— Поить теплой водой, кормить только жидкой пищей, — строго начал объяснять зоолог. — Подпитывать магией один раз в день, справитесь? — прищурился он, глядя на Лу.

— Я не… — опешила Луана, горло сдавило спазмом, она переводила взгляд со студента на лекаря. У нее не получалось выдавить ответ.

Она знала, что на новом месте работы разговоры об отсутствии у нее магии будут, предполагала, что ей будет неприятно и больно об этом говорить. Совсем бы не удивилась, если бы окружающие стали к ней предвзято относиться, такое ведь уже случалось, но столкнуться с этим в реальности, здесь, в академии, оказалось очень болезненно.

Пауза затянулась. Лу отчаянно пыталась взять себя в руки. На помощь ей невольно пришла волчица, громко и тяжело вздохнув в ее руках. Девушка опомнилась, у нее нет времени на переживания, нужно позаботиться о себе и звереныше. Она часто заморгала, смахивая непрошенные слезы, что вот-вот должны были предательски покатиться по щекам, и выпрямила спину.

— Месье Гринье, я не маг, — спокойно, но уверенно, сказала Лу, глядя в глаза мужчине. На студента она больше не смотрела. — Кормить и поить я смогу, а вот подпитывать магией нет. Могу я приносить волчицу раз в день к вам, скажем в это же время?

Лекарь виновато отвел глаза и кивнул:

— Конечно, мадмуазель Барош. Я всегда рад помочь.

Прежде чем попрощаться, она уточнила, где бы могла найти месье Канова и быстро удалилась, оставляя в кабинете обоих мужчин.