Глава 21 Форхиллз

Виви

Я сидела под фиолетовым небом у нашего огромного дерева и ждала Шу. Я вырвала у себя уже третий шип и пыталась накарябать события прошлой ночи на случай, если он меня здесь не застанет. Я написала про Хейзел, про Вернона. Рассказала, что я прямо сейчас где-то в лесу. Просила прощение за недопонимание. Хотела написать, что увидела душу Вианор внутри черного сгустка, но меня грубо выдернул из сна рев мотора.

Похоже на байк.

Распахнула глаза в мучительной надежде, что Шон нашел меня, что сейчас я сяду к нему на заднее сидение, и он увезет меня отсюда.

Вот только это был на Шон. В сотне метров от меня стояло два квадроцикла из дедушкиного гаража. За рулем одного Верни с ничего не выражающим взглядом, а за вторым его маньячка-мама.

— Думала, сбежишь от нас, Виви?

Я была так измучена. Так вымотана, что единственное, на что меня хватило это снова отключиться и быстро нацарапать на дереве:

Они нашли меня.

Меня ударили по щекам, приводя в чувства, а затем быстро залепили рот скотчем.

Сквозь заплаканные глаза разглядела на поясе у Хейзел несколько самодельных игрушек, похожих на моего Шу.

— Вставай! Или я тебя на веревке по лесу потащу.

Ноги едва слушались, и Хейзел пыхтела от напряжения, пытаясь довести меня до квадроцикла. Она уложила меня на металлический багажник и примотала веревками, как подстреленного оленя. Затем меня накрыли каким-то чехлом, пахнущим ельником и сыростью. Я даже немного согрелась. Могла бы говорить — поблагодарила бы Хейзел за заботу.

— И не вздумай заболеть. Мы все-таки семья. Брат будет недоволен, если тобой что-то случится. Как приедем, приготовлю тебе куриного бульона. А еще тебя ждет приятный сюрприз.

Она либо издевается, либо у нее биполярка. Только что Хейзел собиралась протащить меня по земле на тросе, а теперь обещала куриный бульон и сюрприз. И о какой семье она говорит, черт возьми? Какой еще брат?

Вспомнила, как Шон рассказал мне о странных эмоциях Вернона в ночь похорон.

— Бабуля, сестра, кузина, мать, дочь. Не знаю. Но он был в ужасе, и его подташнивало.

Попыталась расслабиться и снова попасть в мир грез. Но мне не удавалось. Металлический багажник больно впивался мне в тело на каждой кочке. К тому моменту, как мы доедем, на мне живого места не останется.

Мне кажется, мы вечность ползли по лесу, затем остановились. Хейзел стянула брезент. На улице уже рассвело, и я мучительно поморщилась от яркого солнца. Тугие веревки ослабли, и я с облегчением подвигала затекшими руками.

— К машине, — командовала Хейзел.

Я бросилась к багажнику, чтобы запомнить номер, но эта чокнутая схватила меня за волосы, отчего на глаза мгновенно навернулись слезы.

— Что за фокусы, Вивьен?

Она развернула меня к себе, и я наградила ее своим самым презрительным взглядом.

— Как же вы с ней похожи. Интересно, а с из тебя получится такая же послушная игрушка, Виви? В этот раз я буду умнее. Никаких списков. Просто убьешь всех.

Что?

— В машину.

Вернон уже сидел за рулем и не смотрел на меня. Хейзел забралась со мной на заднее сидение и продолжала командовать своим сыном:

— Поехали.

Попыталась встретиться с парнем взглядом через зеркало заднего вида. Но наткнулась лишь на пустоту. Верни был где-то очень далеко, а здесь сидела только его оболочка.

Хейзел тем временем разложила на коленях четыре тряпичные куклы. Одну с красными волосами — Вернон. Одну с седыми. У третьей кончики были выкрашены в красный.

Вианор?

Мое сердце застучало в висках.

— О! Знакомые штучки, да? Сын сказал, у тебя тоже такая есть. Кто научил тебя нашей магии? Биатриче?

Я отрицательно мотнула головой.

— Разумеется, не она. У нее мозгов бы не хватило запомнить, что делал мой брат.

Возмущенно простонала сквозь скотч. Какого дьявола она оскорбляет мою мать?! И что еще за брат?

— Но ты талантливая. В породу. И хорошенькая. Мы восстановим наш дом и отомстим за то, что сделали с нами. Ты была на кладбище? Нашла мой подарок?

Восстановим наш дом? Кладбище?

Хейзел достала шкатулку для рукоделия и вытащила заготовки для новой куклы.

— Все еще не понимаешь, Вивьен? Но я не виню тебя. Теймроузы, Мисткроссы, Эшрейвены и Торнхарты стерли саму память о нас. Забыли о бойне, которую устроили. Твоя бабушка была в авангарде. Они посчитали, что наш дом опасен, а сила разрушительна. Дети, женщины, старики. Они не жалели никого. Они убили моих старших братьев и сестер, убили отца, маму — всех. Нам с Хейлом было всего пять. До сих пор не знаю, как нам удалось спастись. Не заметили в общей бойне, или магия семьи нас защитила. Но мы выжили!

Несколько недель выживали на болотах, жрали лягушек, а когда вернулись в наш разрушенный дом, там не было никого. Имена на надгробиях стерты, фотографии уничтожены, документы сожжены. Авелин Теймроуз заставила всех забыть о бойне и нашей семье. Представь. Щелк. И целый род исчез просто потому, что кто-то так захотел.

Хейзел достала темно-синий лоскуток платья, в котором я ходила на последний ужин с Шоном и начала шить из него наряд для куклы.

— Мы много чего умеем, Виви. Я научу тебя всему, что знаю. А теперь, когда у нас есть магия Теймроузов, больше никто не остановит нашу семью. Я подумываю оставить Шон в живых. Его ты уже приручила. Будет здорово заполучить силу Торнхартов для будущих поколений. Хотя я бы с удовольствием вернула Шарлотте память и убила внука прям у нее на глазах. Чтобы она знала, за что, чтобы прочувствовала то, что чувствовали мы.

Я истекала слезами, не зная, кого больше жалеть в этой истории. Хейзел страдала и страдает до сих пор. Но она сама стала убийцей. И я все еще не понимаю, какое отношение имею ко всему этому я.

— Хочешь, что-то сказать, Виви?

Кивнула.

— Погоди немного, когда закончу, ты станешь послушной девочкой, и я сниму это. Потерпи милая.

Откинулась на сиденье и уставилась в окно. Я не знаю, куда меня везут. По бокам один сплошной лес и болота. Навигатор у машины разбит, и я не представляю, как подсказать Шону, где меня искать. И хочу ли я рисковать его жизнью. Хейзел чокнутая и очень сильная, и, судя по всему, я скоро буду подчиняться ей так же безоговорочно, как Вернон. Нужно предупредить друзей.

Закрыла глаза, в очередной раз пытаясь перенестись в мир грез, но Хейзел вновь начал бить меня по щекам.

— Даже не думай. Я знаю о твоем интересном фокусе. Не спать!

Через пару часов мы свернули с основной дороги и нырнули в лес. Меня снова начало подташнивать на ухабах, и я с облегчением выдохнула, когда мои глаза увидели небольшой коттедж. Как бы я ни была напугана, но предательская мысль о теплой постели и горячем бульоне терзала мое уставшее тело.

— Я обещала тебе сюрприз, Виви. Но на сам деле у меня их два.

Она тащила меня за капюшон к дому. Какое-то время провозилась с дверным замком, а затем завела меня внутрь. Нас встречал высокий рыжеволосый мужчина с легкой проседью. У него был грустный извиняющий взгляд. Такой же невыносимо далекий, как и у Вернона. А еще темно карие радужки с дымными ободками и двумя крохотными пигментными точечками на правом глазу. Мое сердце тревожно забилось.

— Хейл, я привела тебе вторую дочку.

Хейл нежно улыбнулся и вытянул руки мне навстречу.

Я дрожала всем телом, но уже не от холода.

Нет. Нет. Нет. Это все какой-то бред.

— Это твой отец Вивьен. Хейл Форхиллз. Чертовы убийцы открыли школу на месте бойни и назвали ее нашей фамилией.

Я так и не смогла сделать и шага навстречу этому мужчине. Стояла, словно все молнии мира разом ударили в меня. Ка-ак? Мой отец Том. Его пальцы пахли сыром и салями. А это все нереально.

— Готова для второго сюрприза, Виви?

О нет. Я еще не оправилась от первого.

— Иди сюда, милая, — приторно пропела Хейзел, и из глубины дома вышла Вианор.

Живая. Моя сестра жива!

— Покажи тут все Виви, пусть помоется, переоденется и приходите обедать. Хейл, что с едой?

Вианор схватила меня за руку и быстро потащила вглубь комнаты. Поверить не могу! Она… Она… Теплая. О господи, мне все это не снится?!

— Здесь ванная. Тут туалет. Здесь комната папы, а там спальня тёти. Кузен Вернон спит на втором этаже. А наша комната прямо на чердаке. Там слышно шум дождя… О, покажу тебе кровать. Ты просто умрешь!

Это была не Вианор. Всмысле внешне она. Но моя Ви так не разговаривала. Она не вздрагивала от каждого скрипа половиц и ступенек, а в ее глазах не стыл ужас и отчаяние.

— Ты знаешь, где мы? — спросила я, когда мы очутились на третьем этаже.

— Тс-с-с-с-с, — ужас теперь расплескивался за пределы ее глаз. — Нельзя, нельзя такое спрашивать. Тетя Хейзел не любит, когда мы задаем вопросы.

Выглянула в небольшое окошко. Отсюда не было видно номера машины. Хотя я без понятия, чем мне это поможет.

Вианор открыла деревянную полукруглую дверку, и мы очутились в крохотной комнатушке. Здесь поместилась двухъярусная кровать, небольшой письменный столик и два стула. На столе лежало несколько старых книг и какой-то детский комикс.

Ви села на край кровати и уставилась в пустоту, словно кукла в ожидании, что хозяйка вот-вот придет и даст ей указание. Заключила лицо сестры в ладони и прижалась к ее лбу.

— Мама обрадуется.

Губы у Ви задрожали, а из глаз покатились слезы.

— Никто не обрадуется… — прошептала она. — Я делала страшные вещи. Мы все… Папа, Вернон, я… Боюсь, скоро она заставит тебя тоже.

Сглотнула, вспоминая куколку, которую во время поездки шила Хейзел.

— Она превращает вас в ту черную штуку?

— Форхиллз могли поглощать души. Именно так ты вернула Шона в тело. Ты особенная. Я до последнего старалась скрыть от тёти твой дар. Хотела защитить, искала способ предупредить. Если она узнает, что ты можешь делать, это будет катастрофа.

— А что не так с моим даром?

— Тебе не нужен контакт, не нужны прикосновения. Где бы ни находилась душа, ты… Ты… Пожалуйста, сопротивляйся. Иначе ты просто не сможешь жить с этим. Но мы что-нибудь придумаем, да?

Села рядом и обняла ее. Если Вианор права, и Хейзел сможет управлять мной, то ее ничто не остановит.

— Придумаем, Ви.

Сестра достала мне чистой одежды и проводила в душевую. Я вымыла еловые иголки из волос и налипшую грязь. Все ещё переваривала информацию о своем происхождении, и мне было интересно, как мама и Хейл встретились. Знал ли он о нас с Ви? Но теперь я понимаю, почему мама сбежала из дома и скрывалась. Кто знает, что сотворили бы с Теймроузами остальные члены великих семей. Видимо, из-за этого мы так спешно покинули академию. Правда вскрылась. Лиам прочитала что-то в мыслях Ви и выкатил все Шарлотте. Вот же…

В дверь постучались:

— Вивьен, поторопись. Ты всю горячую воду сольешь!

Верни наконец-то вновь стал похож на настоящего мальчика. В доме Хейзел немного ослабляла контроль. Но недостаточно, чтобы мы смогли сбежать.

Вытерла волосы и очень медленно оделась.

Происшествие в поместье не могло остаться незамеченным. Меня же будут искать? Это с Вианор провернули фальшивые похороны. Но мое исчезновение — другое дело.

Вышла из душевой и на негнущихся ногах пошла в на запах еды. На обеденном столе стоял огромный кукольный домик, внутри которого лежали наши четыре игрушки.

— Теперь вся семья в сборе, — пела Хейзел. На ней был передник в цветочек, и она заботливо разливала нам суп.

— Как успехи в школе, — спросил меня Хейл, словно у нас на самом деле была самая обычная посиделка.

— Эм… сдала зачет по плаванию.

Вианор оживилась:

— Ого. Ты смогла. Это так круто, Виви.

Ответила ей улыбкой и в очередной раз зачерпнула и вылила обратно суп. После того, как Хейзел пыталась отравить меня, не очень-то мне хотелось пробовать что-то из ее рук.

— Не отравлено. Ешь, не обижай своего папу. Он так старался. Готовил.

Это все какое-то безумие.

— А ещё тебе нужно набираться сил, Виви. Скоро твоя очередь. Вианор не справилась и не смогла прикончить отродье семьи Мисткросс.

О господи, она все делала руками Ви.

— С лордом Эшрейвеном вышло обидно. Я надеялась, он сдохнет в темноте и одиночестве своей смертью, потеряв последнего живого родственника. Но в итоге старик легко отделался и не увидел гибель внука, — она вдруг рассмеялась. — Увидел. Какая я глупая. Ха-ха.

Хейзел далеко не глупа, она безумна. До этого момента я даже не понимала насколько.

— Кому добавки?

Я посмотрела в свою полную тарелку. С этим бы справиться.

Хейзел вытащила мою куклу из домика.

— Сама поешь, или заставить?

— Простите… тетя Хейзел. Я не голодна.

Она вскинула бровь, а затем окунула голову куклы в мой суп. Я тут же начала задыхаться, а мой рот наполнился бульоном. Рухнула на пол, продолжая давиться. Ощущение полного бессилия и потерянного контроля. Я больше не принадлежу себе, и эта гадина может сделать что угодно.

Внезапно все прекратилось, но кашлять я не перестала, и все ещё фантомно захлебывалась, расчесывая себе горло.

— Вот теперь ты наелась, Виви. Будешь чаю?

Стиснула зубы.

— Да пожалуйста.

После обеда Хейзел велела нам возвращаться в свои комнаты. Ослушаться было невозможно, и я видел, как она перекладывает кукол в нужные места.

— Если кто-то хотел сходить в туалет, советую сделать это заранее, — пропела она.

Больная сука. Как же я ее ненавижу!

— Она будет ломать тебя, пока ты полностью не сдашься и не потеряешь себя, — сказала Ви. — Вернона она ломала с детства. Папу, когда он влюбился в Биат… в маму…

— А ты?

— Год назад. Она устроилась работать в поместье. Я осознала, что со мной что-то не так, словно не принадлежу себе. Хейзел действовала осторожно. Вначале я думала, что мне просто снятся плохие сны о смертях…

Стиснула зубы.

— Ты поэтому не приехала на похороны папы.

— Ты про Тома Рида?

— Я про нашего папу, — поправила её. Для меня он всегда останется отцом.

— Это был Хейл. Она его заставила. Сыграла на его боли. Он до сих пор любит маму. Все очень сложно. Хейзел играет с нами, хочет лишить человечности, чтобы мы стали ее послушными куклами.

— Она ненавидит собственного брата?

— Она и сына своего ненавидит. Вернон пытался сбежать, помочь мне. А Хейл искренне любил Беатриче и скрыл ее беременность. Она вышла за Тома по нужде.

— О, не говори так, Ви! Мама любила папу.

Ложь. Вся моя жизнь была ложью. Хейзел даже ломать меня не надо. Я уже сломлена.

— Конечно, любила. Прости меня, Виви. Прости, что не уберегла.

— Ты пыталась. Просто ты переоценила меня. Я не разгадала твои подсказки.

— Хейзел знала, что я проворачиваю что-то за ее спиной. Я боялась, что она поймет.

— По крайней мере, мне удалось спасти Шона

Когда я произнесла его имя, в комнате повисла неловкая тишина. Ви опустила взгляд, и я успокоила ее:

— Я не злюсь на тебя. Мы с Шоном объяснились.

— Я рада, Виви. Вы заслужили быть вместе. Столько лет… Я правда хотела рассказать, но тогда Хейзел бы узнала про твой секрет.

Она и так про него узнает.

Прижала ладони к глазам и попыталась придумать хоть что-то. Но кажется, чертовы куклы даже помыслить о побеге не дают.

— Лиам услышал твои чувства, — рассуждала я.

— Да. Я немного научилась контролировать себя в той форме.

— И наши с Маршей приказы тебя остановили?

— Задержали немного.

— Надо как-то дать понять Шону, что я опасна. Ему нельзя сюда. Мне надо уснуть.

А я так эгоистично оставили ему подсказки. Идиотка.

— Думаешь, он послушается? — Ви спросила очевидное.

— Нет. Но мне надо попытаться.

— Тебе спеть, Виви? Как раньше…

Кивнула. Отодвинулась к стене. Ви прижалась к моей спине и тихо-тихо запела свою дурацкую пророческую считалочку:

— Цветы. Гроб. Сестра. Мысли. Вороны. Розы. Перья. Шипы. Кровь.