Глава 9

Задерживаться в трактире не стали. Капитан Бенсон первым поднялся из-за стола, но сделал это слишком резко, а потому пошатнулся. С силой зажмурился, снова растер рукой лицо, но хмель, по всей видимости, не торопился покидать его голову.

Миллит не стал надевать теплую куртку, что висела на спинке его стула, а вышел на улицу прямо в частично расстегнутой рубашке, держа куртку в руках. Жадно вдохнул свежий морозный воздух, существенно испорченный каким-то кислым запахом, витающем на узкой улочке, и шагнул к бочке с водой. Такие стояли по всей улице у дверей многих трактиров. Бесцеремонно вручив куртку Мелисе, вышедшей вслед за ним, Бенсон погрузил в воду руки и плеснул себе в лицо, порядком намочив волосы.

А ведь температура на улице давно колебалась около нуля. Пару раз ночью даже выпадал снег, но к полудню таял. Так что вода в бочке наверняка была ледяной, и мне даже смотреть на это было холодно. Я непроизвольно поежилась, втягивая голову в плечи.

Когда Бенсон снова повернулся к нам, взгляд его окончательно прояснился. Миллит потянулся за курткой, но Мелиса сначала вручила ему платок, которым он смог промокнуть лицо и вытереть насухо руки. Только потом отдала куртку вместе с тихим комментарием:

– Что ты делаешь с собой, Брент? Ты же себя губишь…

– Меня губишь ты, Лиса, – так же тихо возразил Бенсон, натягивая куртку и пряча в кармане влажный платок. – И ты об этом прекрасно знаешь.

Честно говоря, очень хотелось куда-нибудь исчезнуть. Было как-то неловко присутствовать при их разговоре, поскольку они оба мое присутствие игнорировали, позволяя себе общаться так, как делали, должно быть, только наедине. Но исчезнуть я не могла, деликатно удалиться тоже, поэтому предпочла держать дистанцию в пару шагов, смотреть в противоположную сторону и делать вид, что ничего не слышу.

В итоге едва не пропустила момент, когда Бенсон зашагал к началу улицы, а Мелиса последовала за ним. Пришлось даже немного пробежаться, чтобы догнать их.

Когда мы вернулись в управление миллиты, дежурный в приемной заметно напрягся, узнав нас и обнаружив, что мы привели взъерошенного и явно не слишком довольного капитана. Однако Бенсон лишь приветственно махнул рукой коллеге и заявил, что заглянул ненадолго.

– Надо с одним делом разобраться, я не буду регистрироваться.

Дежурный кивнул и, кажется, облегченно выдохнул. Возможно, опасался недовольства дознавателя тем, что выдал нам его адрес, а мы помешали ему отдыхать.

Бенсон провел нас вглубь небольшого здания, к двери с надписью «Архив». Оказалось, что это вход в подвал, где архив и разместился. Помещение выглядело огромным: его площадь была в разы больше комнаты в замке, в которой мы искали информацию с Рабаном. Стеллажи тянулись в несколько рядов, полки были уставлены папками от пола до не особо высокого потолка, а между стеллажами оставалось весьма скромное пространство: разойтись в нем получилось бы только боком.

Все это бюрократическое великолепие освещалось десятком тусклых световых шариков, висевших под самым потолком. Их катастрофически не хватало, целые секции стеллажей тонули во мраке. К счастью, у основания лестницы на небольшом столике посетителей ожидало несколько световых шариков поменьше на специальных подставках. По конструкции напоминало свечу в изящном канделябре, а по сути прекрасно заменяло фонарик.

Бенсон взял один такой «фонарик», провел рукой по поверхности шара, зажигая в нем свет, и шагнул к стеллажам, рассматривая таблички.

– Когда, говорите, это произошло?

– Десять лет назад, – чуть ли не хором ответили мы с Мелисой.

Бенсон кивнул, немного потоптался на месте, глядя по сторонам, словно сам не знал наверняка, как у них тут все организованно, но в конце концов выбрал один из проходов и уверенно двинулся по нему, внимательно разглядывая таблички. Мы пошли следом.

В какой-то момент шаги миллита замедлились, он стал всматриваться не только в таблички, но и в надписи на папках. Бенсон то приседал, то поднимался на носочках, вытягивая шею. Его рост вполне позволял рассматривать даже содержимое верхней полки.

– Подержи, пожалуйста, – наконец велел он, отдавая «фонарик» Мелисе.

Когда та взяла его, Бенсон снял с одной из полок папку, раскрыл и просмотрел документы, держа ее на весу. Поморщился, закрыл и поставил на место. Провел пальцем по надписи на соседней, снял ее, попытался открыть и нахмурился.

– В чем дело? – поинтересовалась Мелиса, а мое сердце встревоженно ударилось о ребра в нехорошем предчувствии.

– Информация по тому делу должна быть в этой папке, но она… закрыта, – пробормотал Бенсон задумчиво, крутя увесистый «кирпич» в руках.

– Тайное заклятие? – взволнованно уточнила я, уже собираясь предложить свои услуги. Но неужели Колт мог закрыть папку даже в архиве миллиты?

– Хуже. Родовая печать. – Бенсон повернул ее так, чтобы мы тоже увидели поверхность крышки. На ней в свете «фонарика» переливалось похожее на голограмму изображение дракона, обернувшегося вокруг буквы «А».

– Ардем? – уточнила Мелиса. – Эти материалы закрыл лорд Ардем?

– Да, и в лучшем случае открыть эту папку сможет представитель рода, – вздохнул Бенсон. – В худшем – только его глава.

Мы переглянулись. В глазах миллита я заметила жадный блеск любопытства. А еще – тревогу. Бенсону явно не нравилась эта таинственность.

Мелиса тоже выглядела встревоженной и заинтригованной. Мы определенно стояли в шаге от чего-то важного. Возможно, внутри действительно скрывались ответы на наши вопросы. Или как минимум подсказка.

– Тогда у нас только один шанс в нее заглянуть, – озвучила я то, о чем наверняка думали мы все.

* * *

– Ого, – вырвалось у Рабана, едва он открыл дверь и обнаружил нас троих у себя на пороге. Его взгляд сначала метнулся к Мелисе и Бенсону, стоявшим у меня за спиной, а потом остановился на мне. – Чем обязан?

– Нам нужна твоя… в смысле, ваша помощь, профессор Рабан.

Я решила, что в присутствии наставницы и миллита лучше придерживаться более официальной манеры общения.

– Что ж, чем смогу… – заверил дракон, отступая в сторону и приглашая нас войти.

Я пересекла порог первой, следом вошла Мелиса, тепло поприветствовав Рабана. Тот ответил ей вежливой улыбкой. Бенсон вошел последним, воровато оглянувшись по сторонам, прежде чем шагнуть вперед. Рабан посмотрел на него оценивающе и слегка брезгливо. Миллит все еще выглядел весьма растрепано, и хотя ему удалось почти полностью протрезветь, от него невыносимо несло спиртным. К тому же двигался он весьма скованно, поскольку скрывал под курткой папку, не совсем легально вынесенную из архива. Оказалось, что печать лорда Ардема блокирует всякую магию, поэтому папку нельзя было ни уменьшить, ни сделать невидимой, а ее официальное изъятие потребовало бы кучу бумажной волокиты.

Стоило Бенсону расстегнуть куртку и продемонстрировать Рабану причину нашего визита, взгляд дракона изменился: стал деловым и заинтересованным.

– Что это? – спросил он, когда миллит протянул ему папку.

– Дело из нашего архива, – пояснил Бенсон. – Десятилетней давности. Нам нужно ознакомиться с его материалами, но…

– Здесь печать моего рода, – закончил Рабан с пониманием. – И вы не можете ее открыть.

Секунду подумав, он обернулся ко мне, настороженно хмурясь.

– Это имеет отношение к твоему списку? К гибели студентов?

Мне захотелось дать ему в лоб, но я лишь беспомощно прикрыла глаза и покачала головой. Ну да, как он мог догадаться, что я нашла способ использовать Бенсона вслепую, а Мелиса согласилась помочь, зная далеко не всю историю. Впрочем, всю историю не знал никто, кроме меня.

– К какому списку? – тут же встрепенулся миллит и пытливо посмотрел сначала на Мелису, а потом и на меня. – Откуда он у вас?

– Это долгая история, – отмахнулась я. – Важно, что эти студенты погибли здесь, в академии. В местном архиве папка с документами, в которых фигурируют их фамилии, тоже закрыта на заклятие, только директором Колтом. С ней справилась я. Ты сможешь открыть эту?

Я с надеждой посмотрела на Рабана, адресуя ему последний вопрос. И только потом вспомнила, что хотела придерживаться более официального общения.

К счастью, моей оговорки никто не заметил, содержимое папки интриговало всех больше, чем степень нашей близости. Рабан провел рукой по переливающейся на поверхности печати, словно хотел проверить ее на ощупь, задумчиво прошел к рабочему месту в дальнем углу, положил папку на стол.

– Эту печать может снять только действующий лорд Ардем, – резюмировал он. – Глава рода.

– То есть, твой дядя? – с легким разочарованием уточнила Мелиса.

Рабан немного помолчал, заставив нас переглянуться.

– А вот будет интересно попробовать, – наконец изрек он. – Изгнание из рода главы – случай довольно редкий, если не уникальный. Я был рожден стать лордом Ардемом и стал им, когда умер мой отец. Я не совершал преступление, в котором меня обвиняют, и магия рода вполне может по-прежнему признавать главой меня. Невзирая на мнение драконьего сообщества.

Объявив это, он вновь накрыл печать рукой и замер на пару секунд. До тех пор, пока на его запястьях не засветились уже знакомые узоры, а под ладонью не вспыхнул огонь, заставивший нас всех испуганно отпрянуть. В следующее мгновение я инстинктивно дернулась в противоположную сторону, к Рабану, опасаясь, что огонь зацепится за его одежду, но пламя погасло так же внезапно, как и разгорелось, а на лице молодого дракона появилась улыбка.

– Сработало, – сообщил он, оборачиваясь к нам.

– Но это же здорово! – обрадовалась я. – Разве это не доказывает, что ты не убивал отца?

Я машинально посмотрела на Бенсона, словно прося его подтверждения. Привыкла, что последнее слово в подобных ситуациях принадлежит представителям власти. Но капитан, скрестив руки на груди, лишь безразлично пожал плечами.

– Миллита не вмешивается в правосудие драконов, мы просто не имеем такого права.

– А я не думаю, что старшие члены рода согласятся признать это аргументом, – вздохнул Рабан. – Дядя найдет способ убедить их.

Явно не желая развивать тему, он открыл папку. Бенсон и Мелиса сразу подошли ближе, и я не стала отставать от них.

Первым в папке лежал документ, озаглавленный как «Итоговое заключение». Убористым почерком, неестественно четкими буквами и ровными строчками, были покрыты два листа.

– Написано рукой моего отца, – заметил Рабан.

– Что странно, – тут же прокомментировал Бенсон. – Обычно итоговое заключение пишет дознаватель.

– Похоже, в этом деле миллита работала под чутким руководством лорда Ардема, – предположила Мелиса.

– Ты имеешь в виду, под беспрецедентным давлением, – возразил Бенсон, тихонько хмыкнув.

Рабан тем временем пробежал взглядом первый лист и перешел ко второму. Еще несколько секунд спустя он мрачно сообщил:

– Ника, ты права. Гибель тех студентов связана с Амантом Шеллом напрямую. Отец пишет, что он с отрядом из трех горгулий прибыл в Бордем для расследования происшествий, указывавших на деятельность некроманта в его окрестностях. Расследование длилось несколько недель, Шелл попал под подозрение, в его доме был произведен обыск, но никаких компрометирующих материалов они не нашли: ни литературы, ни артефактов, ни следов ритуалов. Расследование зашло в тупик, но потом Колт каким-то образом обнаружил небольшой замок на территории Мертвых земель. Полагаю, именно к нему относится та деревня…

Он вовремя осекся и бросил на меня быстрый извиняющийся взгляд, который Бенсон, конечно, заметил.

– Та деревня?.. – повторил он выразительно, как бы предлагая Рабану все же закончить мысль.

– Которую мы видели издалека, когда чисто случайно забрели в Мертвый лес, – быстро перехватила инициативу я.

– Да, – смущенно подтвердил Рабан. – Но замок, по всей видимости, находится чуть дальше и не виден с границы. Либо по-прежнему скрыт отводящим взгляд щитом.

– Как же Колт тогда смог его обнаружить? – удивился Бенсон, потеряв интерес к оговорке дракона. Или сделав вид, что потерял.

– Может, проследил за Шеллом? – предположила Мелиса.

– Или щит в какой-то момент дрогнул, – высказал свое предположение Рабан. – Или Колт пошел вглубь земель и увидел замок с другой стороны. Щит не купол. Окружать им строение – дело хлопотное и энергоемкое. Шелл, скорее всего, прятал его только от глаз со стороны границы.

– Ладно, предположим, – неохотно согласился миллит. – И что дальше?

– В замке было все: и книги, и артефакты, и следы ритуальных пентаграмм, и алтарь. Оставалось только доказать, что именно Шелл пользуется замком для запрещенной практики. Тогда отец сделал вид, что покидает Бордем и закрывает расследование. В действительности они спрятались в деревне. Дождавшись, когда Шелл отправился в замок, последовали за ним, чтобы взять с поличным. Но ему каким-то образом удалось уйти. И после он с группой мертвецов напал на Замок Горгулий…

– Зачем?

Я честно не собиралась перебивать, вопрос вырвался сам собой.

– Было бы логичнее просто сбежать, разве нет? – добавила я, когда на меня уставились три пары глаз.

– Определенно, – согласился Рабан, возвращаясь на несколько секунд к первому листу, а потом снова открывая второй. – Но здесь не уточняется.

– Возможно, хотел что-то забрать из замка? – предположила Мелиса.

– Или отомстить кому-то для него было важнее, чем сбежать, – высказал свой вариант Бенсон.

– Хотя он едва вытащил дочь с того света и ей теперь требовалось постоянное употребление очень сложного и дорогого зелья, чтобы не пить кровь людей? – усомнилась я.

Бенсон только пожал плечами, а Рабан продолжил:

– Так или иначе, а Шелл потерпел поражение: был убит при повторной попытке арестовать его. Но прежде чем это произошло, в академии погибло четырнадцать студентов и… директор А́кнор.

– Предшественник Колта? – уточнила я. – Он тоже оказался недостаточно учен и знатен, чтобы быть ректором?

Рабан посмотрел на меня с кривой усмешкой и пояснил:

– На тот момент во главе академии, насколько мне известно, стоял вполне себе реальный ректор, но директор, видимо, тоже имелся. Полагаю, занимался какими-то отдельными вопросами. И как следует из отчета отца, он погиб, пытаясь защитить студентов от мертвецов.

– Как печально, – тихо заметила Мелиса.

– Имена погибших студентов там перечислены? – спокойно уточнил Бенсон. – Или надо искать протоколы?

Я облегченно выдохнула, когда выяснилось, что в заключении имена перечислены, иначе наличие у меня списка снова всплыло бы, и пришлось бы все-таки как-то объяснить его происхождение. А так Рабан просто протянул листы Бенсону, подсказав, где искать нужное.

Внимательно прочитав, миллит прищурился и пробормотал:

– Лизабет Данк… Данк… Знакомая фамилия… Точно! Я встречал ее, когда собирал информацию по обитателям замка. Это девичья фамилия профессора Блик.

Я почувствовала, как по телу пробежала нервная дрожь. И судя по тому, как встрепенулись остальные, они ощутили нечто похожее. Рабан даже из-за стола поднялся и предположил:

– Племянница?

– Вполне возможно, – кивнула Мелиса. – Но при мне она ее никогда не упоминала.

– Надо, конечно, исключить совпадение, – осторожничая, заметил Бенсон. – Но если они действительно родственники, то это мотив.