Глава 29

Я совершенно не помнила, как уснула. А когда проснулась, чувствуя непривычную ломоту в теле, не сразу сообразила, где нахожусь и почему я здесь.

Чужая постель, чужая комната. Еще не до конца остывший камин, чашка на тумбочке рядом с кроватью. И солнце заглядывает в окна совсем не так, как обычно по утрам. Потому что я не в башне Колта, а где-то в другом месте.

Осторожно зашевелившись, я медленно села, прижимая одеяло к обнаженной груди, и осмотрелась. Вторая половина кровати смята, но пуста. У самого края, в ногах, стопкой сложена моя одежда: штаны, туника, белье. Все, в чем накануне я отправилась на вылазку с Рабаном. Кроме куртки, та лежала на кресле.

Туман сонливости в голове развеялся, в памяти воскресли все тревожные события минувшего вечера. Наш поход в Мертвые земли, внезапное исчезновение некроманта, столкновение с мертвецами, сражение на кладбище.

Что со мной случилось? Я ведь смогла упокоить тех зомби, все прошло нормально. Почему же потом мне стало так плохо, что я едва не умерла?

Ответ напрашивался сам собой. Вряд ли я первая додумалась преобразовать заклятие щита так, чтобы разорвать связь между некромантом и поднятой им нежитью, но во время войны остановить полчища мертвецов, по словам того же Рабана, было крайне сложно. А значит, что? Значит, у такой магии есть побочный эффект, который я и испытала на себе в полной мере. Потенциально смертельный побочный эффект, потому что я определенно умирала. Или мне только так казалось? Ведь в итоге я жива…

Вместе с этой мыслью пришли воспоминания о произошедшем между мной и Рабаном. Нежные прикосновения, волнующие поцелуи, жаркое переплетение тел, его глаза совсем рядом, такие карие и такие бездонные, полыхающий в них огонь. Я против воли улыбнулась, касаясь кончиками пальцев еще немного ноющих от ночных поцелуев губ.

Однако улыбка эта быстро растаяла, когда я задалась вопросом, а где же сам дракон. В комнате его не было и вокруг стояла такая тишина, что сомнений не оставалось: даже если у него не одна комната, а целые апартаменты, его здесь нет. И эта одежда, сложенная аккуратной стопкой на краю кровати…

Похоже, совместное утро в планы Рабана не входило. Мне предлагалось одеться и тихонечко свалить.

Глаза нещадно зажгло, и я быстро-быстро заморгала, чтобы прогнать непрошеные слезы. Пусть в комнате я находилась одна, совершенно не хотелось позволять себе раскиснуть. Только не здесь.

А чего я, собственно, ожидала? Он ведь все сказал еще во время бала. Конечно, для Рабана эта ночь ничего не значила. У него невеста погибла, план мести реализации требует, происхождение высокородное. Девчонка-горгулья годится только в качестве напарницы для опасных вылазок, сама же напросилась! Скажи спасибо, что не бросил на кладбище и отогрел. А то, что поимел между делом, так ты и сама не слишком-то возражала. Он же лорд, черт побери. Дракон. Местный хозяин жизни, пусть и временно оказавшийся на дне. Но потребительское отношение к окружающим у таких людей в крови.

Я дотянулась до вещей и торопливо оделась, лишь иногда шмыгая носом. Было мерзко и горько, но я договорилась с самой собой считать произошедшее ничего незначащим для меня эпизодом. Если как следует постараться, можно сделать вид, что тоже просто сбрасывала напряжение после страшного приключения. Согревалась.

Из спальни я действительно сначала попала в небольшую гостиную с обеденной зоной, а потом уже выбралась и в пустой коридор. Спустилась на первый этаж, сориентировалась. Подивилась тому, что в коридорах замка довольно тихо, потом сообразила, что уже, скорее всего, идут занятия. Кажется, сегодня я опять буду прогуливать. Да и плевать! Я пребывала в состоянии, когда уже ничего не хочется и ничто не пугает. Плевать на все и на всех.

– Ника! – грозный и весьма недовольный голос Колта остановил меня, когда я почти миновала этаж башни, на котором находился его кабинет.

Вздохнув, я спустилась с лестницы, по которой успела начать подниматься, и вопросительно посмотрела на родителя, мол, чего тебе надобно, старче?

– Почему ты не на занятиях? – хмурясь, спросил Колт, просвечивая внимательным взглядом. Казалось, он видит меня насквозь и может по глазам прочитать все требуемые ответы. Куртку в моих руках точно заметил. – И где ты была всю ночь? Тебя не было на ужине в столовой, и в комнату ты его себе не заказывала. Мелиса заглядывала к тебе перед сном, но не обнаружила в комнате. Что происходит?

Я смотрела на него и лишь медленно моргала. Могла бы что-нибудь соврать. Например, что ходила вечером в Бордем, не успела вернуться до колокола и по его завету нашла ночное пристанище там, проспала, поэтому только сейчас иду в свою комнату. Но не было желания разговаривать. Я чувствовала себя опустошенной, обессиленной, использованной и совершенно никчемной. Чуть позже я смогу притвориться безразличной, но сейчас хотелось забиться в угол и просидеть там несколько часов, собираясь с силами. Физическими и душевными. Призвать на помощь спасительную злость.

– Ника? – повторил Колт уже не так грозно, в его голосе даже появились нотки волнения.

Я вспомнила, как накануне думала о нем, уверенная, что умираю. Отсутствие страха перед бесславным финалом проанализировать можно и позже, а сейчас меня переполнили эмоции. Совсем не те, что были нужны, но справиться с ними я не могла.

Так ни слова и не сказав, я подошла к Колту вплотную, ловя на себе озадаченный и даже немного настороженный взгляд, и молча обняла отца, крепко прижавшись к широкой груди. Он замер, нелепо подняв руки, словно собирался ответить тем же, но в последний момент испугался или передумал. И прежде чем Колт успел решиться, я отпустила его и отошла на безопасное расстояние. Потом повернулась и продолжила прерванный подъем на свой этаж.

Отец, по всей видимости, оказался так шокирован случившимся, что больше не стал ни о чем спрашивать и следом за мной не пошел.

Я благополучно добралась до своей комнаты, бросила куртку на стул за обеденным столом и рухнула на кровать, безучастно глядя в потолок. Прикрыв глаза, против воли погрузилась в тепло воспоминаний. Слушала полный страха и заботы шепот, ощущала обжигающие прикосновения и поцелуи, тонула в карих глазах и сгорала в беспощадном огне.

Чуть позже я обязательно как следует разозлюсь, но сейчас мне хотелось забыться в иллюзии.

* * *

О том, что все-таки стоит поесть, я вспомнила, когда наступило время обеда. В столовую не пошла, доползла только до круглого стола в своей комнате и постучала по нему кулаком, требуя съестного. Еда во впечатляющем ассортименте появилась, как всегда, быстро и внезапно.

Много съесть мне не удалось: кусок не лез в горло, я довольно быстро утомилась и предпочла вернуться в постель.

Когда день начал клониться к закату, ко мне явился местный лекарь и «обрадовал» новостью о том, что директор велел меня осмотреть. Я лишь вяло огрызнулась, но сопротивляться не стала. Да и весь «осмотр» сводился к безболезненным пассам руками на безопасном расстоянии от частей моего тела.

Вердикт лекаря оказался весьма лаконичен: истощение, физическое и магическое. Он оставил мне рекомендации по приему зелий, а сами зелья через некоторое время после его ухода появились все на том же обеденном столе. Пренебрегать их приемом я не стала: состояние амебы мне совершенно не нравилось.

Уже после заката меня навестил Колт. Я даже удивилась, что в этот раз он не стал подсылать Мелису. Или та все еще сердилась на меня, или его крайне впечатлили утренние внезапные объятия. Возможно, он хотел проверить, будет ли повторение.

Колт не стал садиться на край кровати и касаться моей руки, как сделала бы Мелиса, просто остановился в паре шагов и для начала вежливо осведомился о моем самочувствии. Я лишь пожала плечами и заверила, что в целом чувствую себя нормально. Это было почти правдой.

– Ника, что происходит? Независимо от того, что ты чувствуешь, я твой отец, и ты можешь мне доверять. Объясни, где ты умудрилась заработать истощение?

Снова пожав плечами, я не слишком уверенно предположила:

– Может быть, я переоценила свои возможности, когда решила, что смогу учиться в твоей академии.

– Хочешь бросить? – тут же уточнил Колт.

Я задумалась и после весьма внушительной паузы все-таки качнула головой.

– Нет, мне просто нужен небольшой тайм-аут. Я ведь могу себе его позволить? Доктор сказал, что через пару дней я стану бодрее.

– Да, конечно. Но если подобное произойдет снова…

– Не произойдет, – убежденно заявила я.

Потому что больше не собиралась влезать в дела Рабана. Пусть сам решает свои проблемы.

– Хорошо. Ты еще что-нибудь хочешь мне рассказать?

Он снова посмотрел на меня так, что показалось: ему все известно. Начиная с того, куда я ходила вечером, и заканчивая тем, где и с кем провела ночь. Смалодушничав, я отвернулась к окну, в который раз за разговор пожав плечами, и помотала головой.

– Ладно, отдыхай, сколько потребуется, но помни: чем больше пропустишь, тем больше придется нагонять. Спокойной ночи.

– Спокойной, – эхом отозвалась я, хотя до отбоя было еще далековато.

В комнате я отсиживалась еще пару дней. На самом деле в четверг уже чувствовала себя достаточно окрепшей и успокоившейся, но определенно не была готова к встрече с Рабаном на практическом занятии. Я снова решила попросить Колта исключить этот предмет из моей программы. Тем более теперь у меня имелся вполне благовидный предлог.

В пятницу я все-таки выбралась из убежища и уже на завтраке получила порцию позитива и обнимашек: мои друзья оказались очень рады меня видеть. Владимир так и вовсе приподнял над землей и закружил. Киллиан, конечно, поздоровался более сдержанно, зато Марин выглядела по-настоящему счастливой.

– Я уж думала, с тобой что-то случилось. Ты так странно вела себя, прежде чем пропасть. А еще эта история с Мортеной…

Как выяснилось, пока никаких новостей об исчезнувшей девушке не поступало. Варг ходил мрачнее тучи, с ним еще раз общались миллиты, но никто не знал о чем, других стычек между ним и Рабаном не было, но все сходились во мнении, что затишье не продлится долго.

Слушая новости, я похвалила себя за то, что так ни разу и не взглянула на столы преподавателей, проверяя, там ли Рабан. Конечно, я предусмотрительно села к ним спиной, но тем, что не обернулась, была горда.

Большая часть учебного дня прошла довольно спокойно. Даже те преподаватели, у которых я успела что-то пропустить, меня не трогали. Без распоряжения Колта тут наверняка опять не обошлось.

Мне удалось ни разу не пересечься с Рабаном, и к завершению последней пары я окончательно расслабилась, укрепившись в своем решении отказаться от его предмета уже с понедельника. Колт, как я догадывалась, не будет против, оставалось только решить, как и когда его об этом попросить. Просто зайти к нему в кабинет ради этого разговора? Или, пользуясь случаем, предложить совместный ужин? Почему-то мне казалось, что так он вернее не откажет.

Я задумалась об этом, идя по довольно пустынному коридору к лестнице. Основная волна сокурсников уже убежала вперед, а я предпочла отстать, поскольку так ни с кем из них и не сблизилась.

– Ника! – Голос Рабана прозвучал абсолютно внезапно, я никак не ожидала встретить дракона на этом этаже.

Застигнутая врасплох, я резко затормозила, отрывая взгляд от пола и поднимая его выше. Рабан стоял в метре от меня и смотрел своим спокойным, по обыкновению немного безразличным взглядом. Но уходить не торопился и весьма недвусмысленно преграждал путь.

– Рад видеть, что ты в порядке. Тебя снова не было на практическом занятии. Я опасался…

– Зря опасались, профессор Рабан, – холодно перебила я. – И для вас я госпожа Матвеева.

С этими словами я обогнула его и зашагала дальше к лестнице, но оказалось, что от него не так легко избавиться: он пошел рядом со мной.

– Что случилось? Я чем-то тебя… вас обидел?

Я раздраженно фыркнула, отчаянно желая врезать ему за один только вопрос. Но инстинкт самосохранения все же работал, удерживая меня от драки с противником, превосходящим по силе.

– Даже не знаю… А у вас, драконов, в порядке вещей попользоваться девушкой, а потом сделать вид, что ничего не произошло?

Уже выдав эту тираду, я запоздало прикусила язык. Ведь не хотела давать ему понять, что меня это задело! А с другой стороны, почему нет? Пусть знает, что я считаю его поступок подлостью.

– Ах это… – с каким-то странным выражением выдохнул он. – Да, я хотел прояснить ситуацию между нами тем же утром, но ты никак не просыпалась, а мне нужно было идти на занятия. Я не хотел тебя будить и…

– Какое благородство, – саркастически прокомментировала я, не сбавляя скорости. До лестницы оставалось немного, но интуиция подсказывала, что Рабан увяжется следом и дальше. Отделаться от него можно будет разве что в башне Колта. А то и в его кабинете.

– Тебе требовалось восстановление, было бы неправильно тебя будить, – заявил Рабан.

А потом не выдержал, схватил меня за локоть и заставил притормозить и развернуться лицом к нему.

– Да подожди ты! Вы…

Он поймал мой взгляд и словно приковал к себе. Я могла только метать молнии, но отвернуться отчего-то не получалось.

– Я понимаю, что все это выглядит немного некрасиво…

– Немного?!

– Ладно, согласен, дискуссионный вопрос… Неважно! Мне стоило поговорить с тобой раньше и прояснить ситуацию, но ты не выходила из комнаты и мне не хотелось тебя тревожить…

– И снова: какое благородство! Поаплодировала бы, да рука занята.

Я выразительно кивнула на локоть, за который он продолжал меня держать. Словно опомнившись, Рабан разжал пальцы.

– Надеюсь, ты понимаешь, что произошедшее ничего такого не значит, – наконец выпалил он. – Я был вынужден… Потому что тебе требовалась помощь.

– Извини? – возмущенно прищурилась я. – Ты сейчас на полном серьезе утверждаешь, что переспал со мной во имя моего спасения?

Рабан тревожно оглянулся, словно опасался, что мои слова кто-нибудь мог услышать, но рядом никого не оказалось.

– Именно это я и утверждаю. Ты магически воздействовала на мертвецов. Не знаю точно, что и как ты сделала, но их связь с некромантом была оборвана. Ты спасла мне жизнь, но подвергла опасности свою… Магия смерти проникла в тебя, она тебя убивала. Ты еще была жива, но уже остывала как мертвец. Мне нужно было тебя согреть, вернуть тебе силы. Будь у меня под рукой дружественный некромант, я бы попросил его справиться с ситуацией. А так пришлось использовать древний, но верный ритуал.

– Ритуал?!

– Да. Холод можно победить только жаром, а смерть – жизнью. И акт творения новой жизни…

– Вот сейчас лучше заткнись! – чуть ли не прорычала я, все-таки сжимая кулаки и уже готовясь пустить их в ход. – Если ты мне еще и новую жизнь сотворил, я тебе творилку оторву, понял?!

Злость клокотала внутри, а спокойный и крайне невозмутимый вид дракона только распалял ее. Я понимала, что если не хочу еще одного громкого скандала, то мне нужно поскорее сбежать от него.

– Думаю, ничего подобного не случилось, – все с тем же убийственным спокойствием отозвался Рабан. – И ничего такого, из-за чего стоит так злиться. Ты спасла жизнь мне, я ответил тебе тем же. Мы квиты.

– Знаешь, там, где я выросла, это по-другому называется.

Я снова повернулась и зашагала к лестнице, надеясь, что он наконец отвяжется, но дракону, очевидно, не терпелось расставить все точки над «i».

– Ника, я правда не хотел тебя оскорбить. Только помочь. И если уж на то пошло, ты совершенно не… не была против.

– Ты просто использовал меня, вот что ты сделал, – рыкнула я, пытаясь оторваться, но, конечно, это было невозможно. – Воспользовался ситуацией, моим состоянием…

– Ну, не я первый, судя по всему, так что не вижу тра…

Договорить он не успел, прерванный звонким и весьма болезненным, смею надеяться, хлопком. Я все же не выдержала и за пару метров до лестницы остановилась и с разворота влепила ему пощечину.

В глазах Рабана полыхнул уже знакомый огонь, выдавший его гнев, но парень хотя бы не ударил меня в ответ. Возможно, потому что теперь вокруг нас уже были люди: несколько студентов как раз поднялись по лестнице, еще двое стояли у перил, рассматривая что-то в книге и переговариваясь. И все они, конечно, замерли и замолчали, когда на их глазах разыгралась наша драма.

Щека дракона заметно покраснела, челюсти сжались, но ответить он так и не успел. На лестнице послышались еще шаги и вскоре в поле зрения появились миллиты. Сразу пять человек во главе с капитаном Бенсоном.

Тот скользнул по нам взглядом и тихонько усмехнулся, но никак не прокомментировал ситуацию. Лишь приблизился к дракону и уже с совершенно серьезным видом объявил:

– Ламберт Рабан, вам следует пройти с нами. И лучше вам не сопротивляться.

В его руках блеснули уже знакомые мне браслеты, но он не торопился накидывать их на Рабана. Зато четверо его сопровождающих весьма недвусмысленно окружили нас.

– Госпожа Матвеева, вам лучше отойти.

– А что случилось? – поинтересовалась я. Забавно, но весь мой гнев мгновенно испарился. Как рукой сняло.

– Мне бы тоже хотелось это знать, – заметил Рабан.

– Мы нашли в лесу пиджак, в котором вы были на балу. А также платье пропавшей Мортены Шелл. На обоих предметах одежды кровь девушки. Вы обвиняетесь по меньшей мере в нападении на нее, но в любой момент это может стать обвинением в убийстве.

Я испуганно посмотрела на Рабана, а тот лишь вздохнул. В его взгляде не было ни удивления, ни страха. Только отрешенность и готовность ко всему.