Глава 17. Монстры тоже любят сказки

Майя переводила взгляд то на Эльдара, то на мужчину. Только теперь она заметила, что глаза лесного Лорда остались синими с вертикальными зрачками. Она поняла, почему даже под плывущей иллюзией видела их четко и ясно. Сейчас же, наблюдая за двумя нелюдями, она заметила и другое родственное сходство — схожая форма носа, линии высоких скул и подбородка.

— Не принимай за грубость мою небольшую шалость, — произнес Лорд Сумрачный девушке, изогнув губы, и Майя узнала в ней игривую улыбку Эльдара. — Я вовсе не собирался тебя есть. Лишь немного распробовать. Шейка у тебя тонкая и длинная, так и приглашает ее укусить.

Майя напряженно глянула на того.

— Перестань, ты пугаешь ее, — укоризненно сказал Эльдар.

— Не шейка, так не шейка, — не стал настаивать мужчина. — Но дань за вход надо заплатить, так что говори, голубушка, куда хочешь, чтобы я в тебя вцепился? — окинул он взглядом девушку. — Выбор, как я вижу, здесь богат.

Майя побледнела и уже с открытой паникой посмотрела на парня.

— Отец, — голос Эльдара стал предупреждающим, он шагнул между даймоном и Майей. — Довольно, ты и так повеселился, устроив весь этот фарс. Зачем нас разделил, даже не дав мне все объяснить?

— Не серчай, — легко вскочил на булыжник Лорд и сел, закинув ногу на ногу. — Во-первых, пугать хорошеньких девиц всегда весело. А во-вторых, ты год пробыл в плену у людей. Я почувствовал, как ты открыл врата, и даже сначала не поверил, потому послал Скоропею узнать, ты ли это. Каково было мое удивление, когда вместе с тобой ее глазами я увидел ведьму, которую короновал Маскарон. Не принимай на свой счет, — повернулся нелюдь к Майе. — Но попади ты мне в руки без Эльдара, я, вероятно, оторвал бы тебе голову и прислал твоему покровителю с венком из терновника и жабой во рту.

— Эм… спасибо за честность, — стараясь соблюдать вежливость, выдавила Майя.

— Все не так просто с коронацией, — сказал Эльдар. — Поэтому мы пришли сюда.

— Но ты мог меня заранее предупредить, — с укоризной заметил Лорд, а поймав напряженный взгляд сына, возмущенно вдохнул: — Как жестоко! Ты сомневался, стоит ли показывать ее мне?

— Ты сам сказал, что охотно бы прислал ее голову Маскарону.

— Это потому что я не люблю долгие записки, — отмахнулся Лорд. — Зачем что-то писать, когда можно показать? Как говорят: краткость — сестра таланта.

— Это к этой ситуации не относится, — заметил Эльдар.

— В любом случае, увидев тебя в компании ведьмы Маскарона, я должен был сам ее проверить. Вдруг она околдовала тебя или хитростью развела на какой-то скверный договор?

— Я не из тех, кто заключает невыгодные для себя сделки.

— Думал я, когда встретил твою маму, — буркнул Лорд. — И посмотри, теперь должен пускать этих обезьян из города в свой лес и молчать.

— Не жалуйся, ты получил, что хотел, — не особо проникся трагедией отца Эльдар и глянул на девушку, чье лицо оставалось белым, как мел. — Нам бы отдохнуть с дороги перед деловой беседой.

Лорд Сумрачный улыбнулся и поднялся, расправив серебряные крылья.

— Это легко организовать. Все блага моего двора к вашим услугам, — улыбнулся он девушке. — Скоропея, проводи гостью… — Змея поманила девушку хвостом с золотым кольцом следовать за ней. Майя посмотрела на Эльдара. — Сын мой, а ты остаешься, — остановил Лорд, увидев, что парень собрался идти со спутницей. — Нас с тобой ждет небольшая поднебесная прогулка. Тебя ведь так долго не было. — Он глянул на девушку. — И теперь, когда ты вернулся, у меня к тебе много вопросов.

Эльдар слегка повел краями губ и повернулся к Майе.

— Иди со Скоропеей и не бойся, — сжал он ее ладонь. — Тебя больше никто не тронет.

Девушка выдавила улыбку, глянула на Лорда Сумрачного, внимательно наблюдавшего за ними, и присела в реверансе, не зная, как положено здесь удаляться от важных персон. Она пошла за змеей, когда услышала шум взмахов крыльев за спиной. Подняв глаза, Майя увидела, как два даймона взмыли в щедро усыпанное звездами небо.

Следуя за Скоропеей, она пришла к столу с серебряными блюдами. Рядом стоял фонтан с питьевой водой. Девушка склонилась к нему и принялась жадно пить. Плененная танцем, а затем гонимая страхом, она и не заметила давно сжавшую горло жажду. Скоропея куда-то уползла, а Майя остановилась у стола, заставленного едой из фруктов, маленьких сердечек каких-то птиц и украшенных цветной глазурью кексов и пряников.

Рядом красавица с короной из рыжих кос и зелеными губами накалывала на острые ногти синий виноград и отправляла в рот, где был такой же зеленый язык. Ее собеседник — привлекательный юноша с черными волосами до самой земли и полностью черными глазами без белков — довольно рассказывал:

— …Она взобралась на меня и крепко вцепилась в гриву. Я чувствовал, как она дрожит от волнения. Я понес ее вдоль берега, она смеялась, как малое дитя — безмятежно и высоко. Все смеялась и смеялась и даже не заметила, когда я начал забегать в озеро все глубже. Она продолжала смеяться, даже когда ее легкие наполнила вода. Я спускался во мрак и чувствовал, как ее тело дергалось в последних попытках сделать вдох. И когда я развернулся, увидел, как вытянулось ее лицо от осознания неизбежного конца. А затем ее взгляд остекленел. И как же она была прекрасна: ее развивающиеся под водой пшеничные волосы и застывший в больших глазах ужас. Такой я ее и оставил на дне, там, с остальными. И любовался ею каждый вечер, пока ее глаза не выели рыбы.

Девушка с зелеными губами рассмеялась чисто и переливисто, как звон стекла. Майю пробила дрожь от мысли, что столь прелестный смех может быть вызван чьей-то смертью. Заметив на себе взгляд Майи, юноша повернулся к ней и протянул руку.

— Что, понравилась моя история? Я и тебя могу покатать. Ты когда-нибудь купалась в ночном озере? Эти впечатления стоят целой жизни…

Его длинные черные волосы потянулись к ней, как щупальца. Майя инстинктивно подняла руку, где на кончиках пальцев вспыхнули искорки. Нелюдь спешно убрал от нее локоны.

— Ты келпи, — поняла Майя, с кем говорит. Водяной дух, обитающий в реках и озерах. Эти оборотни зачастую являются в образе коня, пасущегося на берегу. Подставляют свою спину путникам и после, оплетя руки всадника гривой, увлекают под воду. История и гордость, с которой келпи рассказал об утоплении девушки, вызвали у Майи холодящий ужас, но после в груди вспыхнул глушивший все остальное гнев, и она выпалила: — Разве у вашего хозяина не договор с людьми? Разве разрешено их убивать ради забавы?!

— Они приходят к моему озеру, кидают камни и баламутят мою воду, зовя меня. Им хочется на меня посмотреть, а мне хочется их убить. Похоже, и вы и мы не умеем отказывать себе в развлечениях, — осклабился он острыми зубами.

Майя сжала кулаки и пошла прочь, поняв, что если останется, совершит какую-нибудь глупость. Так она и пробродила невесть сколько времени, избегая общества лесных обитателей, пока перед ней снова не появилась Скоропея и не поманила за собой. Похоже, Тот Кто В Сумраке Таится был готов ее принять.

Змея привела девушку на берег озера, где продолжались шумные гулянья вокруг яркого костра. По крутой тропе Майя поднялась за Скоропеей к небольшой поляне, откуда виднелся весь пир на берегу. Лорд и Эльдар сидели в подобии беседки, задняя стенка которой была частью полого и невероятно широкого ствола сухого дуба. Столь необъятного, что чтобы его обхватить, потребуется человек десять. Стол и скамьи были вырезаны прямо из сердцевины дуба, сиденья выстланы мхом вместо покрывал.

Лорд держал хрустальный кубок с красным напитком. Майя понадеялась, что это просто вино. Мужчина что-то говорил сосредоточенному сыну. Скоропея заползла по ноге Эльдара на его плечи и примостила голову у шеи юноши. Парень ласково погладил ее. Похоже, не только Каролина любит пригреваться на руках Эльдара.

— Садись, ведьма Майя Семироз, — показал Лорд на место напротив себя. — Ты хорошо поела?

Майя села перед даймонами. Она не знала, будет ли слишком невежливо сказать Лорду, что не доверяет здешней еде. Хотя ее живот уже давно пустовал и требовал хоть маленького кусочка.

— Я сказал ей не есть здесь ничего, — верно понял ее смятение Эльдар.

— В таком случае это нужно срочно исправить. Что я за хозяин, если держу гостей голодными? — усмехнулся Лорд. — А уж тем более таких почетных, как Княгиня.

Он щелкнул пальцами. Тут же к ним подскочил низкий человек с носом-шишкой, которого Майя сразу узнала. Лорд приказал ему принести еды для человеческой девушки. Слуга тут же поклонился и поспешил удалиться.

— Мой сын объяснил мне твою ситуацию, — произнес даймон. — Должен сказать, если бы не он рассказывал мне это, я бы ни за что не поверил, что коронация случилась против твоей воли. Трудно видеть жертву в той, которой предлагают корону, Армию и власть над столь богатым краем, как Чарогорье.

— Мне не нужна ни корона, ни война, — отрезала Майя.

— А что же тебе нужно, чародейка Майя Семироз?

— Вернуть себе свободу выбора. И безопасность для отца и его Академии… господин Сумрачный, — она не знала, как должна обращаться к хозяину леса.

— Да, ты же еще дочь чародея, поймавшего моего сына, — хмыкнул Лорд и глянул на Эльдара. — Весьма занятный набор.

В этот момент к ним вернулся слуга с серебряным подносом. Он поставил перед Майей на стол тарелку с круглой выпечкой, присыпанной свежими ягодами и листками мяты.

— Творожно-ягодное суфле, — важно объявил низкий человечек и удалился.

Уловив запах свежей выпечки, Майя ощутила, как рот наполнила слюна. Понимая, что не сможет вести важную беседу, пока этот аромат щекочет ей нос, она поблагодарила за угощение, отрезала ножом треугольный кусочек и отправила его в рот. И не сдержала тихий стон от восторга, когда мягкий творог словно растаял на языке. Быстро она прикончила суфле с ягодами, а в конце зажевала все мятой.

— Какой Княгиня предпочитает напиток? — спросил Лорд, с усмешкой наблюдая за ней. — Есть вино из одуванчиков, звездный нектар, сосновый ликер.

— Княгиня будет чай с мелиссой, — сказал Эльдар. — Принеси, будь добр.

Слуга поклонился парню и убежал.

— Сам вино распиваешь, а гостью чаем собрался поить? — заметил Лорд. — Разве так я тебя воспитывал?

— К счастью, меня воспитывал не только ты, — криво улыбнулся Эльдар и отпил из кубка.

Лорд возмущенно поджал губу, явно задетый в лучших чувствах. Встретив взгляд Майи, которая спешно отвела глаза, он слегка прищурился:

— Тебя это удивляет, чародейка, не так ли? Вы, смертные, не принимаете связей себе подобных с нами.

— Не мне это судить, — усмехнулась Майя, но тут же прикусила язык.

Она покосилась на Эльдара и встретила его взгляд, в котором промелькнул непонятный блеск. Она не знала, как много парень рассказал о них отцу. Возможно, он многое и не хотел ему говорить, учитывая ее теперешнее положение.

Лорд глянул на сына и девушку, между которыми повисло напряженное молчание.

— Эльдар не рассказывал, как я встретил его маму? — вдруг спросил даймон, видно, решив, что пора разбавить затянувшуюся тишину.

Майя помотала головой.

— Не думаю, что гостье интересно слушать о твоих похождениях, — кинул Эльдар, наблюдая, как фея в воздушном платье, усыпанном лепестками тюльпанов, подливает в его кубок вино.

— Мне интересно, — сказала Майя и, игнорируя новый не совсем понятный взгляд парня, демонстративно взглянула на его отца, показав, что готова слушать во все уши. Будет честно, если она узнает чуть больше об Эльдаре, даже если он не хочет.

Ей как раз принесли чай, наполнивший воздух ароматом мелиссы и горных трав.

— Это случилось много лет назад, — с чувством начал Лорд. — В те времена я был невинен и наивен…

— Тебе четыреста с лишним лет невинный и наивный, — напомнил Эльдар.

— По меркам нелюдей, не так уж и много, — заметил даймон. — В те годы между людьми и нелюдями особенно обострились отношения. Букашки из города полезли вырубать мой лес, и я в долгу не оставался: насылал на них бури, пускал в город полчища змей и ящеров, чтобы кусали местных…

— Тогда к вам на битву отправился Люций Яхонт Красный, — вспомнила Майя, что им рассказывали на уроках истории о событиях, предшествующих договору.

— Верно, прославленный воин и чародей. Но, видно, славы ему было маловато. А когда подвигов в городе на всех не хватает, ваши герои с этим делом идут буянить к нам. Это довольно утомляет, — вздохнул Лорд. — Люций был не первым, кто поклялся принести мою голову на пике. Обычно я убивал их еще до того, как они доходили до Врат Лесных Песен. К Люцию я отправил двух сильнейших троллей…

— Люций ведь был первым, кто пробрался в ваш дворец, — вспомнила из урока Майя.

— Если бы только во дворец, — с чувством вздохнул Лорд. — Я не забуду то утро, когда обнаружил в своей кровати краснобородого потного мужика. Честно, в жизни так не пугался. — Он вздрогнул, отгоняя жуткий образ. — Недооценил я упрямство бородача, признаю. Но в то утро слишком устал, чтобы устраивать публичные казни, потому отправил его в Подземелье. Да и с людишками можно было поторговаться за его жизнь, например, выторговав пару десятков лет спокойной жизни. Но не тут-то было. Через неделю мои шпионы сообщили, что в лес пробрался еще один красноволосый чародей. Тогда я уже, наученный ошибками прошлого, отправил четырех троллей встретить его и, как обычно, со спокойной душой лег спать. Наутро в своей кровати я обнаружил девицу. Куда лучше, чем бородатый мужик — не спорю. Но кинжал у моего горла несколько портил романтический момент.

Майя вскинула брови и взглянула на Эльдара, который побалтывал вино в кубке и криво ухмылялся каким-то своим мыслям.

— Мама Эльдара победила четырех троллей? — поразилась Майя. Этого им на уроках не рассказывали.

— Какое там?! Там даже до драки не дошло! — отмахнулся Лорд. — Эта рыжая бестия договорилась с ними. Пообещала золота и конфет сравни весу каждого. Да, тролли очень любят конфеты, — уточнил мужчина. — А те развесили уши и провели ее прямо под мою дверь. Я ее быстро скрутил, радуясь, что хоть только починенную кровать не разгромила, как мордоворот до нее. И это мы еще дикари! — хмыкнул нелюдь.

— И вы взяли ее в плен? — догадалась Майя.

— Если бы, — помотал головой даймон. — Клинок эта хитрюга отравила и царапнуть меня успела. Я заснул, как сурок. А когда проснулся, остался без ключей от Подземелья и без пленника. Задетый до глубины души такой наглостью, я сам кинулся в погоню. Дико не люблю проигрывать людям, а тут какая-то мелкая девчонка. Догнал я их на границе леса, но юная ведьма задержала меня, чтобы дать раненному брату уйти под защиту барьера и завалила за ним проход. Тогда я ее и поймал. Убивать женщин, даже смертных, не люблю, потому отправил ее в Подземелье отдуваться за братца. И в предвкушении ждал, когда за ней придут добрые молодцы, чтобы я уже на них душу отвел. Там бы уж сердец я вдоволь вырвал… — хищно сверкнули глаза даймона.

У Майи по коже пробежал холодок. Она вспомнила, что говорит с существом, которому под силу наслать на город не одно бедствие. Его благодушие расслабило ее, но ей не стоило забывать, кто ее собеседник.

— …И вот я жду, а никто не приходит, — развел Лорд руками. — Я понял: они решили, что она мертва. Потому пошел к девчонке, чтобы записать иллюзию, где она, вся замученная и худая, умоляет родных спасти ее. Но когда спустился в темницу, вместо истощенной пленницы застал картину: два стража-гоблина сидят за столом с ней, здоровой и румяной, и увлеченно играют в карты. — Лорд подхватил бокал, откинулся и иронично улыбнулся. — Она с ними подружилась… С этими уродливыми тварями, к которым даже я особой любви не питаю. Она украсила их захудалые пещеры рисуночками. Расшивала им подушки и покрывала. Рассказывала гоблинам человеческие сказки, а те слушали с открытыми ртами. Притом, сказки о себе же и слушали и были в восторге, пока я — в недоумении. Она не боялась нелюдей. Точнее, боялась, но больше питала к ним интерес. Тогда я приказал ей рассказать сказку и мне. Она сначала отказалась. Пришлось проявить дипломатию. И сработало.

— Ты пригрозил, что если она не расскажет тебе сказку, ты скормишь ее ограм, — криво улыбнулся Эльдар. — Как было отказать такой дипломатии?

— Ну что поделаешь, я застенчив, — пожал плечами Лорд. — Не сразу решился сказать, что просто хочу с ней ближе познакомиться. Но суть не в этом, — вернул взгляд к Майе мужчина. — Она и впрямь дивно рассказывала сказки. Притом, о лесном же народе. Много из того было надуманным или преувеличенным, но всегда интересным. Я даже как-то сказку о самом себе послушал. Правда, она оказалась страшилкой, где я утаскивал в лес детишек. Какой вздор! С чего люди вообще это взяли?!

— Вот именно, — тут же кивнул Эльдар. — Ты всего лишь рыцарям сердца голыми руками вырываешь да скармливаешь туристов змеям. С чего они посчитали тебя чудовищем?

— Вот именно! — серьезно кивнул Лорд, не уловив иронии, а может, просто ее пропустил. — Когда Роза увидела, что я расстроился, ибо детишек я никогда не трогал, она на следующий вечер придумала обо мне другую сказку. И на этот раз я просто летал ветром по городу и играл с детворой осенней листвой, а мой раскатный смех обращался в леденцы.

— И последнее ничуть не страшно, — заметил Эльдар. — Взрослый мужик, извергающий леденцы.

— А мне нравилась та сказка! Не про тебя, так не завидуй, — зыркнул на сына Лорд и расплылся в улыбке. — Я любил погружаться в выдуманные ею миры, где нелюди и люди могли жить мирно, и слушал ее сказки каждый вечер. Вот и дослушался на свою голову. Мы видим результат в виде этого малого ворчуна, — умиленно кивнул он на сына, но тут же скривился, — и договора со смертными, где я должен делить с ними дороги своего леса. Зацепила меня рыжая бестия, недаром ведьма. Рядом с ней я становился не разумнее своих троллей…

Эльдар улыбнулся и отпил вина. От рассказа о матери взгляд его потеплел и наполнился гордостью. А вот в выражении Лорда проступила тоска. Губ коснулась грустная улыбка.

— …Но любой сказке приходит конец. Моя сказка с Розой закончилась столь быстро, что я и опомниться не успел. После рождения Эльдара она попросила меня отпустить ее. Сказала, что желает растить нашего ребенка среди людей. Она верила, что он принесет мир между лесом и городом. Мне не нравилась эта идея. Я предлагал ей свои самые дорогие сокровища, говорил, что исполню любое ее желание. Но Яхонты Красные живут ради блага своего рода и города. И знаешь, дитя, как я понял, что люблю ее так, как не любил никого прежде?..

Майя, внимательно слушавшая, помотала головой.

— …Я отпустил ее домой. Не смог держать против воли. И это убило часть меня… Все-таки люди и нелюди слишком разные. Она полюбила мой народ, но он не заменил ей прежнюю семью. Она принадлежала миру людей. И это была горькая реальность…

Мужчина осушил кубок и расстроенно покачал им. Тут же появилась фея и налила господину еще вина.

— …Мы, нелюди, обычно любим не так, как смертные. Для нас любовь не более чем нектар, которым приятно время от времени упиваться. У смертных же есть такая любовь, что переворачивает внутри все вверх дном. Когда нелюдь испытывает эту любовь, она перерождает его душу, делает подобно той, которая есть у вас, людей. Именно она болит, когда мы теряем тех, из-за кого обрели ее. И моя до сих пор болит, когда я думаю о смертной девчонке, которая подарила мне лучшую сказку в моей жизни.

Даймон задумался. За столом повисло молчание. Лорд попивал из кубка, Эльдар рассматривал костер и танцующие на берегу фигуры. Затем он словно кого-то увидел в толпе и прищурился.

— Я отойду на минуту, — произнес Эльдар, положив руку на мешочек, привязанный к поясу. — Не приставай к гостье, пока меня не будет, — строго глянул он на отца.

— Обещаю беседовать с юной Княгиней без всяких задних мыслей, — заверил Лорд.

— И без передних, — предупредил Эльдар, на что даймон только шкодливо ухмыльнулся.

Парень снял с себя Скоропею и вышел из беседки. Змея переползла к лесному хозяину на плечи. Майя сделала глоток остывшего чая. Она не знала, о чем еще с Лордом можно говорить.

— У Эльдара тоже вырастут крылья? — спросила она, но потом подумала, что сморозила глупость.

Лесной хозяин улыбнулся. Видно, вопрос его позабавил. Он помотал головой.

— Я создал для него метаморфный плащ из драконьей шкуры, так как крыльев он не унаследовал. В остальном тело и сила у него от меня, а вот сердце… Сердце у него от матери, горячее и человеческое. Жаль только, в столь юном возрасте наполнено отнюдь не чудесными сказками…

Майя удивленно глянула на Лорда.

— …Как и Розу, я не смог удержать его от возвращения в город, что бы ни предлагал ему здесь, рядом со мной. Только ее вела надежда на мирное будущее, а его иная цель.

Лорд не стал уточнять, но Майя и так поняла — Эльдар жаждал мести. Его вело неудержимое желание уничтожить мага в маске.

— И хуже всего, я понимаю, что от этой войны мне его не сдержать, — произнес Лорд. — Я должен заботиться о своем народе и не могу их оставить. Если Армия Тварей возродится, пострадают не только смертные. Маскарон не пощадит никого, кто откажется следовать за ним на войну с людьми.

— Но вы ведь не любите людей. Разве ваши интересы не сходятся? — решилась уточнить Майя.

— Мы, жители леса Тысячи Шепотов, мирный народ. Пропажи неосторожных людишек не считаются, — завидев сомнение на лице Майи, уточнил Лорд. — Да, наше отношение к смертным не лучшее, но война… Она уничтожит все. И мой дом тоже. Я не желаю этого для своего народа. Но, к своему сожалению, не могу помочь сыну в городе сражаться с врагом. Договор мешает мне.

— Договор запрещает вам входить в город?

— А ты думаешь, сидел бы я здесь, когда услышал, что заносчивые букашки нацепили на моего сына ошейник?

Майя понимающе кивнула, молча радуясь, что на долю только построенной Академии отца не выпал еще и гнев лесного хозяина.

— И вот мой сын наконец-то вернулся. А я опять крайне озадачен, — произнес даймон. Он склонился к девушке, взгляд его стал колючим, цепким. — Ты — дочь чародея, который пленил его, и избранница монстра, которого он поклялся убить. Ты — его очевидный враг как минимум по двум причинам. Так почему мой сын защищает тебя?

Девушка напряженно посмотрела на Лорда. И прежде, чем что-то сказать, услышала:

— Мне это выгодно. — Майя повернулась к Эльдару. Она не услышала, как он вернулся. Мешочка на его поясе больше не было. — Я ведь уже говорил, отец — я не заключаю бесполезных для себя сделок.

Майя растерянно посмотрела на парня. Лорд смерил того взглядом и ухмыльнулся:

— Очень надеюсь на это, сын мой.

Эльдар прошел в беседку и сел, расслабленно закинув руку на спинку скамьи. Майе понадобилось приложить все силы, чтобы не выдать, как глубоко ее укололи его небрежно брошенные слова. Еще сложнее оказалось ответить и не дать голосу дрогнуть:

— Да, все верно… Это просто выгодно. — Она одним глотком допила холодный чай и выпалила, не желая больше тратить ни секунды на иные разговоры, кроме как по делу: — Господин Сумрачный, раз Эльдар вам объяснил мою ситуацию, возможно ли отменить магический договор независимо от условий?

Лорд задумчиво погладил серебряную бородку.

— Магический договор — особый вид магии, который ценится именно за то, что его сложно нарушить. Будет проще всего, если Маскарон отменит вашу сделку.

Майя стиснула зубы — маг не согласится ее так просто отпустить.

— А других способов нет?

— Сложный вопрос. Все зависит от особенностей самого договора. Чтобы хоть что-то сказать, мне нужно знать больше.

— Это сейчас невозможно, — помотала головой Майя. Она не могла и слово выдавить о своей сделке.

— Мне не обязательно слышать твои слова. Твое тело тоже может рассказать о договоре. Если разрешишь, голубушка… — Майя, немного помедлив, кивнула. Лорд Сумрачный вдруг исчез и появился рядом с ней. Без лишних церемоний он взял ее ладони. Майя мельком подумала, что руки Лорда похожи на руки его сына. Только если у парня они теплые, то у даймона оказались прохладными, как кожа ящерицы. — Договоры обычно закрепляются на руках, — произнес мужчина, внимательно рассматривая ее пальцы и ощупывая их.

Осмотрев ладони, он скользнул выше и сжал руку на левом запястье, прямо над ленточкой. Его пальцы прошли сквозь зеленую ткань, но тут же вернулись к ленточке.

— Фантом здесь, — произнес он.

— Фантом? — переспросила Майя.

— У него еле уловимая аура, но я различаю его. Метка договора закреплена тут. На браслет похоже. Кажется, цепочка или ленточка…

Майя не могла ничего подтвердить, потому просто улыбнулась. И Лорд правильно расценил ее немой ответ.

— Можно снять? — с надеждой спросила девушка.

— Не знаю. Можно попробовать отрезать.

— Нет, ленточку не отрезать.

— А кто говорит про ленточку? Я про руку.

Майя вылупилась на нелюдя.

— Никто ничего отрезать не будет, — вмешался Эльдар. — Нет гарантий, что это сработает.

Майя покосилась на него. То есть, если бы были гарантии, то такой выход его вполне устраивал?!

— Еще варианты? — с паникой спросила девушка.[О1]

— Пока ничего не могу сказать, я всего лишь улавливаю ее на тебе, подобно тени. Чувствую, но схватить не могу. Однако раз фантом на теле нашли, теперь я могу пойти по следу этой магии глубже.

— Глубже?

— Заглянуть в твое сердце.

Майя замерла. После упоминаний историй с вырыванием сердец не хотелось думать, как именно Лорд собирается «заглянуть».

— Отец имеет в виду магическую душу, — заметил Эльдар немой крик в выражении девушки. — Он может исследовать ее, чтобы понять, с каким заклинанием мы имеем дело.

— Магия всегда оставляет следы, — кивнул даймон. — Главное, уметь их распознавать. На сердце, а точнее — том, что вы зовете магической душою, остаются следы магии, с которой ее владелец имел дело. Иными словами, я постараюсь увидеть образ заклинания, которым ты сейчас связана.

— И вы это можете?

— Не первый век живу как никак, — усмехнулся Лорд. — Но процесс проникновения в сердце дело очень деликатное. Я увижу тени и других вещей — твоих воспоминаний, ибо душа тесно связана с разумом. Почувствую то, что испытывала ты. Можно сказать, влезу в твою шкуру. Как сама понимаешь, ощущение будет не самым лучшим.

— Если это поможет моей цели, делайте все, что нужно, — тут же выпалила Майя.

Она все больше верила, что ее план может сработать, и она избавится от последнего узелка. Ради этого и в душу пустить не жалко! Да и звучит менее болезненно, чем отдавать руку на отсечение…

Она сняла плащ, Лорд положил ладонь над ее сердцем. Когда он прикрывал глаза, Майя увидела в них серебряный огонек. Тот, что появлялся у Эльдара, когда он пытался применять к ней внушение. И магия, нечеловеческая и щекочущая, просочилась через одежду под ее кожу, как туман. Тело обмякло. Майя чувствовала себя бумажным корабликом, который все сильнее пропитывает прохладная вода и тянет вниз. По коже пошел мороз. У Лорда Сумрачного оказалась холодная, подобно горному ручью, магия. Майя почти погрузилась в наполнившую ее прохладу. Но тут из груди пришел удар, окатив ее жаром. Кровь словно забурлила. Девушка вдохнула, вскинув голову. Краем глаза Майя увидела, как Эльдар подскочил, задел кубок, и тот перевернулся, залив стол вином.

— Отец! — крикнул он.

Майя моргнула. Жар отступил так же неожиданно, как пришел. Она потрясенно посмотрела на даймона, державшего свою руку за запястье. Ладонь его дымилась, словно от рябины.

— Господин Сумрачный! — тоже подскочила Майя.

— Все хорошо, — сжал и разжал кулак Лорд, стряхнул дым, словно он всего лишь пыль. — Вот чего не ожидал, так это что в таком юном теле душа уже умеет кусаться.

— Что произошло? — хмуро спросил Эльдар. — Ты что-то увидел?

— Не успел, — озадаченно признался Лорд, подхватил кубок и отхлебнул. — Как видишь, мне ясно дали понять, что нечего соваться дальше, — повел он все еще дымившейся рукой.

— Это из-за договора? — мрачно предположил парень.

— Нет, меня оттолкнул вовсе не он.

— Что тогда? — не поняла Майя.

— Твоя магическая душа, голубушка. Стоило мне приблизиться, как она взбунтовалась, — даймон иронично улыбнулся. — Душа у тебя с характером, еще та недотрога.

Майя непонимающе свела брови и посмотрела на Эльдара. Тот тоже хмурился, явно озадаченный. Покраснение на ладони Лорда прошло, кожа снова выглядела нормальной.

— Корнелий назвал это интуитивной магией, — произнес парень. — На Майю не действует внушение, и у нее обостренное чутье на иллюзии. Еще порой может использовать заклинания, которые даже не знает. Чисто интуитивно. — Лорд глянул на сына и слегка прищурился. — Тебе это знакомо? — понял перемену на его лице Эльдар.

— Не то чтобы знакомо. Но ничто не берется из ниоткуда. И знания, осознанные или нет, тоже не берутся из ниоткуда. У тебя развито сердце не по годам, — сказал он девушке. — По крайней мере, я ко многим сердцам прикасался. И твоя душа… Она не похожа на душу юной чародейки.

— Я только год учусь в Академии, — помотала головой Майя. — И поначалу даже не особо преуспевала в магии. Эльдар помогал мне подчинять ее.

— Помогал, значит, — глянул на парня Лорд. — И что скажешь?

— У нее сильный внутренний источник, не как у новичка, — подтвердил слова отца Эльдар. — Сложность была в том, что она не умела с ним обращаться.

— А сейчас? — повернулся Лорд на девушку.

Майя задумалась. Сейчас она его контролировала и больше ни шляп с учителей, ни крыш с башен не сносила. Только недавно случайно послала в отца проклятие из-за переизбытка чувств. И вот теперь снова причинила кому-то боль против своей воли…

— Иногда мне кажется, что не я направляю свою магию, а она меня, — не нашла Майя, как точнее объяснить подобные странности. — Мне очень жаль за вашу руку. Простите! — выпалила она.

Лорд помотал головой, показывая, что не винит ее.

— Твоя душа самовольно защищает твои секреты. До этого я только один раз не смог заглянуть в чье-то сердце. Это был прошлый хозяин моего народа — старый дух и оборотень-медведь, известный вашим предкам, как Тот Кто В Скале Сидит. Я убил его, чтобы возглавить лес Тысячи Шепотов. Да, мне эта земля не в наследство досталась, — криво улыбнулся даймон на округлившиеся в удивлении глаза Майи. — Мы же долгожители. Чаще хозяева вроде нас меняются не по родовой линии. А душа того старика мне чуть руку не отгрызла. Она оказалась не менее кровожадней своего косолапого хозяина, — напряженно ухмыльнулся Лорд.

— Есть другой способ заглянуть в ее душу? — нетерпеливо спросил Эльдар.

— Такой, чтобы не навредил ей — я не знаю, — помотал головой Лорд.

Парень недовольно стиснул зубы. Майя смотрела на ладонь мужчины, и щеки ее пылали от стыда. Ей хотели помочь, а она все испортила… И ведь смирно сидела, не дергалась!

***

Эльдар сказал отцу, что отведет Майю домой. Девушка растеряно вышла из беседки. Когда за ней хотел выйти юноша, его отец встал и потянул руки к сыну. Тот напрягся.

— Мы уже обнимались.

— Я год тебя не видел. Надо наверстывать, — поманил его к себе Лорд.

Эльдар повел краем губ и обнял отца.

— Не расслабляйся, — тихо произнес лесной хозяин на ухо сыну. — Перед тем, как ее сердце меня оттолкнуло, я на мгновение ощутил тень.

— Тень? — отодвинулся от отца Эльдар.

— Тень, похожую на маску. — Мужчина криво улыбнулся, заглянув в глаза сыну. — Уверен, что знаешь эту девушку так хорошо, как думаешь?

Эльдар промолчал. Даймон похлопал того по плечу и спустился к Майе.

— Сожалею, что не смог тебе помочь, ведьма Майя Семироз.

***

Майя еще раз поблагодарила лесного хозяина за гостеприимство, склонившись в реверансе. Они с Эльдаром направились по крутой тропе к берегу озера. Теперь, когда они снова остались одни, вернулась натянутая тишина между ними. Парень шел задумчивым и отрешенным. Майя — уставшей и опустошенной.

Несмотря на все ее усилия, визит к нелюдям ничего не дал. Она все еще во власти мага в маске. Все еще его кукла. А ведь в какой-то момент она поверила, что у нее есть шанс освободиться. Кто же мог знать, что даже ее магическая душа сыграет против нее? В итоге весь пройденный сюда путь зря.

На берегу все также неустанно танцевали нелюди в призрачных и сияющих нарядах. Как легко было среди них, как беззаботно… Ни боли, ни страха, ни разочарования. Лишь музыка и жар наполняли до краев от неистового танца.

Майя вдруг поняла, что не хочет сейчас возвращаться. Ее пугала мысль остаться в тишине, наедине со своими мыслями. Со своим отчаяньем.

— Мне жаль. — Майя повернулась к Эльдару. Парень остановился и улыбнулся ей. Но это была вымученная улыбка. — Я тоже думал, что из этого что-то получится. — Майя кивнула, заставив себя улыбнуться в ответ. — Продолжим искать, — сказал парень. — Мы ведь не все еще перепробовали.

— Да, в запасе вариант с рукой, — помахала расслабленной ладонью Майя, как тряпочкой.

— Не спеши ее рубить. Как говорят здесь, в лесу: даже если тебя съели, у тебя как минимум два выхода.

Майя удивленно глянула на юношу и не сдержала нервный смешок. Эльдар пытался ее приободрить, хотя она понимала, что делал это из жалости. Какой же у нее должно быть сейчас безнадежный вид?

Не успела она что-то ответить, как из толпы танцующих к ним выскочила девушка с кубком в руке. Она без церемоний схватила Эльдара за ворот. Майя хотела возмутиться, но проглотила все слова, когда губы незнакомки прижались к губам парня. Тот ошеломленно моргнул и издал удивленный стон.

Девушка походила на рысь со своими острыми ушками с кисточками и золотыми локонами, украшенными полевыми цветами. И обладала той дивной красотой, ради которой путники в горах сворачивают прямо к обрывам.

Майя не знала, откуда Эльдар знаком с этой девушкой. Знакомы ли они вообще? Но наблюдая, как ее острые ноготки скользят по его шее, а ушки подергиваются от удовольствия, Майя залилась краской. Она сама ощутила себя летящей с обрыва. И все, что ей остается — разбиться. Если что-то и могло сделать ее вечер паскуднее, чем он уже был, так именно это.

Эльдар разорвал поцелуй и растерянно посмотрел на Майю. Девушка с ушками залпом выпила из кубка, шагнула к Майе. И крепко прижалась к ее губам. Та от удивления только вздрогнула, когда в спину впились ноготки. Мгновение, и Майя ощутила медовый вкус вина. Оно потекло по горлу, дивно сладкое и мягкое, словно бархат. Так же быстро, как и появилась, незнакомка ушла в танец вокруг костра. Майя стояла и рассеяно смотрела на кружащие силуэты в свете пламени. «Не ешь их еду и не пей их напитков…»

Одно из важнейших правил. Майя это не только знала, она видела, во что превращает человека одна только капля плода из сада нелюдей. Их яства способны сводить с ума, пробуждать дикий голод или заставлять бегать по улице с тазиком на голове и убеждать всех, что ты грибок.

Так же она знала, что нелюди ведут себя не как люди. И все-таки потеряла осторожность. Повела себя беспечно там, где смертные всего лишь зверьки для забавы.

Все это Майя знала, но ничуть не испугалась. Она глупо улыбнулась Эльдару. А после музыка заглушила все вокруг…