Глава 9. Неожиданный союзник

Смотря на дверь дирекции, Майя топталась на месте и все прокручивала в голове диалог с отцом. Как говорят, главное ведь не событие, а как его подать. Значит, ей просто нужно обрадовать отца новостью, что ему больше не нужно далеко бегать за Темным Князем…

— И снова добрый день, леди Майя. — Девушка вздрогнула и развернулась к декану лекарей. — Вы сегодня на моем уроке были какой-то рассеянной, — заметил учитель.

— Простите, профессор Белозор, — смутилась Майя.

За оставшийся выходной она так не смогла связаться с отцом. Да и домашние задания не сделала. Маскарон явно смеялся, говоря ей об уроках. Кто за них вообще в такой ситуации сядет?!

— У вас что-то случилось? — спросил учитель.

Почувствовав пристальный взгляд сквозь черные очки, Майя опустила глаза. Если она расскажет все профессору Белозору, поможет ли он ей поговорить с отцом? И хоть Майе порой трудно понять мотивы декана, он пока не предавал никаких ее тайн. А знал их явно больше, чем ему положено. Впрочем, еще неясно, способна ли она кому-то рассказать о ночи с Маскароном, ведь о договоре с ним она и пикнуть не может.

— Просто кое-что случилось, и я не знаю, как об этом сказать отцу, — выдохнула Майя. — Этого не должно было произойти. Не сейчас.

Несколько секунд учитель смотрел на нее, а затем воскликнул:

— Святые древа, он таки это сделал!

Девушка вздрогнула и подняла глаза на учителя.

— Вы поняли? — удивилась она и, увидев ярые кивки учителя, растерялась. — Но как? Это что, так очевидно?! — Она провела рукою по голове: утром венца точно не было, да и сейчас тоже.

— Конечно, я догадывался, что такое может случиться, — фыркнул лекарь. — Кто я, по-вашему? — Майя даже рот открыла, пораженная проницательностью профессора. — О, леди Майя, не переживайте! Я поддержу вас и помогу, чем смогу, — взял ее руку декан и накрыл ладонью.

— Правда? — выдохнула девушка. — Я так рада. Не знала, что после этого обо мне начнут думать… Все случилось так неожиданно…

— Не терзайте себя. Вы поймите, что это совсем неплохо. Наоборот, это же чудо! Дар Небес, пусть и сначала кажется концом света!

— Правда, что ли? — изогнула бровь Майя. — Никогда бы не подумала.

— О, да! Ведь дети — это цветы жизни.

Повисла пауза. Майя хлопала глазами на учителя, пока тот воодушевленно ей улыбался.

— Вы о чем? — настороженно спросила она.

— О пополнении в вашей семье, конечно! Эльдар, балбес, не вовремя сбежал, но теперь у вашего отца есть повод не сносить ему голову, — просиял декан, но тут же напрягся. — Ну или наоборот…

Майя снова хлопнула глазами, а затем вырвала ладонь из рук учителя.

— Да вы что?! Я вообще не об этом! — Она отошла, чувствуя, как все лицо горит. — Это совсем не касается Эльдара! Мы ведь не… — Майя запнулась и отвела взгляд. — Он тут не причем!

— Да? — удивился декан и несколько сник. — Эх, а я уже обрадовался.

— И что тут радостного? — возмутилась девушка.

— Не хочется, чтобы род Яхонтов Красных оборвался, — вздохнул учитель. — Как по мне, так Эльдару бы за девчонками так бегать, как за Маскароном. Раз ему столь важен долг перед семьей, то позаботился бы об его продолжении. Это куда полезнее и, в конце концов, намного приятнее, — хмыкнул декан. Майя смерила учителя сдержанным взглядом. И закрался вдруг червячок подозрения: не поэтому ли профессор Белозор с самого начала не вмешивался в то, что происходило между ней и Эльдаром? — Так чем могу помочь с профессором Семирозом? — спросил мужчина.

— Знаете, вы уже помогли, дальше я сама, — возразила девушка.

Декан, все еще явно расстроенный, пожелал ей хорошего дня и удалился. Майя открыла дверь дирекции. Беседа с отцом ее уже так не пугала — ей только что хорошо дали понять, что это не самый сложный разговор, который мог состояться.

Увидев ее, Рина поприветствовала девушку и тут же сообщила, что ректора на месте нет.

— И что, вообще никаких новостей? — напряженно спросила Майя, узнав, что с ночи коронации отец не выходил на связь с секретарем.

— Никаких, — помотала головой Рина. — Возможно, господин Касс знает об этом больше, но профессор Семироз связывался с ним всегда самостоятельно через коммуникативный кристалл в его кабинете.

Выйдя из дирекции, Майя быстро пошла к выходу. От отца нет вестей целых два дня. Что если он пробрался на коронацию? Что если увидел ее? Или, еще хуже, что если его поймали? Она видела то бесчинство, что творили приспешники мрака на ночном пиру. Они праздновали, как звери. Как звери они расправляются со своими врагами.

Невесть откуда на пути появилась Лаура. Увидев Майю, она прищурилась и спесиво сжала пухлые губки.

— Мне не до тебя, Кламорис, — предостерегла Майя.

Она почти обошла сокурсницу, как услышала тихий голос:

— Прошу, погоди немного. Пожалуйста.

Майя резко встала. Ей не послышалось, Кламорис ее попросила? Она повернула голову к красавице, которая пристально смотрела на нее. Богачка склонилась перед ней в низком реверансе. Майя попятилась, как от проклятия. Когда девушка подняла на нее глаза, она вдруг поняла, что совсем недавно видела эти же глаза в слезах под маской лисицы.

— Это не займет много времени, Ваше Темнейшество.

И не успела Майя подобрать челюсть, как богачка взяла ее за руку и повела в ближайший укромный угол.

— Так ты… — пробормотала Майя, когда они остановились в каком-то тихом тупике с дверями, ведущими в подсобки. — Ты…

— Моя семья — потомки прославленной Ревнивой Колдуньи*, — с гордостью заявила Лаура. — После ее смерти мы затаились и приняли решение жить осторожно и не показывать городу свою силу.

— То есть твоя пракакая-то бабушка была той, кто наперебой проклинала лучших красавиц Цветоча? — решила уточнить Майя, все ли правильно поняла, а увидев кивок, выдохнула: — Подумать только… Невероятно!

— Не менее невероятно чем то, что я сейчас говорю с Темной Княгиней, — слегка улыбнулась Лаура.

Майя дернула губами. Подловила.

— И что тебе нужно, потомственная темная колдунья? — насторожилась она.

— Хочу отблагодарить тебя за свое спасение. Мы, одна из богатейших семей в Цветоче, не привыкли оставаться в долгу, — важно заявила Лаура.

— Деньги мне не нужны, — отрезала Майя.

— Конечно, не нужны, ты же Княгиня, — хмыкнула богачка и прикусила губу, словно то, что она хотела сказать, вызвало у нее смешанные чувства. — Я хочу служить тебе!

Майя вылупилась на сокурсницу.

— Так, теперь я начинаю верить в конец света… — буркнула она и помотала головой. — Но нет, и слуги мне не нужны. И уж тем более слуги из числа темных магов.

— Я знаю, что раньше мы с тобой не ладили, — сделала к ней шаг Кламорис. — Но мой брат хотел расплатиться моим телом, как разменной монетой. Ты не знаешь, как это — жить в семье темных. Я не выбирала себе такой судьбы и уйти от нее не могла. Я ничего не решала. Никогда!

Майя удивленно посмотрела на Лауру.

— Ты думаешь, кто-то из них сильно переживал, когда я чуть не погибла в ритуале Лесаны Власки? — пылко спросила девушка. — Брат сказал, что это было бы честью — отдать мою жизнь во имя Темной Княгини! Ведь до этого я не приносила семье никакой пользы, — похоже, она кого-то процитировала. — Я младшая в семье и, если честно, в темной магии преуспеваю хуже всех своих братьев… Но я больше так не хочу! Не хочу, чтобы они распоряжались моей жизнью!

Глаза ее заблестели, а голос дрогнул. Она закусила губу, сдерживая нахлынувшие чувства. Майя смотрела на нее и не узнавала. Перед ней стояла совсем не та аристократка, смотрящая на окружающих свысока и призирающая всех, кто ниже по происхождению. Не было ли то все попыткой спрятать эту напуганную девушку, которую она видела перед собой сейчас?

— Я не уверена, что сама смогу защитить тебя, — честно сказала Майя. — Но мы можем сказать отцу…

— Нет! — отпряла Лаура, словно вампир от чеснока. — Меня сотрут! Да и… всю мою семью тоже. Старшего брата я ненавижу, но, пожалуйста, не убивай всю мою семью!

Майя напряженно задумалась. Ситуация получалась тупиковая: отец дал клятву служить королю и Верховному Ковену, не он решает, кого миловать, а кого казнить. Значит, и нет гарантий, что он сможет выпросить не то что одну жизнь, а целой семьи, да не простой, а потомков жестокой колдуньи. Лаура не хотела их убивать, лишь спастись от их влияния. И еще неизвестно, что скажет отец, когда узнает, что его собственная дочурка вписалась во всю эту веселую компанию.

— Обратись к Маскарону, — выдохнула богачка, вырвав Майю из мыслей. — Его очень боятся и не ослушаются. Брат не рискнет тронуть меня, если посчитает, что это разозлит сильнейшего темного мага в Цветоче.

Майя нахмурилась. Вот на кого она точно не собиралась полагаться, так на этого сомнительного типа в маске.

— Разберемся, — сказала она. — Что-нибудь придумаем.

Лаура просияла благодарной улыбкой. Да такой искренней, что у Майи мурашки пошли по коже.

— Ладно, сейчас мне все равно нужно найти отца, — сказала она. — От него уже долго нет вестей, ты случайно не знаешь что-то об этом? — вперила взгляд девушка в сокурсницу.

— Нет, ничего. Я вчера весь день пряталась от брата в общежитии. Не хочу думать, что он со мной сделает, когда узнает, что я не расплатилась с тем похотливым старпером, — скривилась Лаура.

— Ладно, тогда возвращайся в свою комнату и постарайся и дальше не связываться с родными. Сейчас я должна отыскать отца.

— И где будешь искать?

— Рина сказала, что командир городской стражи может что-то знать. Пойду к нему.

— В штаб-квартиру городской стражи? — поразилась Лаура. — Ты же Темная Княгиня! Они ж все там спят и видят твою голову на пике!

— Не мою, а загадочного Темного Князя. Благо Маскарон не додумался приклеить венец к моему лбу.

Она развернулась и вышла в коридор. Лаура поспешила рядом.

— Тебе не нужно идти со мной, — заметила Майя, видя, как девушка побледнела.

— Я пойду. Я сказала, что буду служить тебе, и помогу найти отца.

Майя озадачено покосилась на Лауру, и ей захотелось себя ущипнуть, чтобы точно убедиться — это не сон. Она думала, что бредовее того, что ее короновали в Темные Княгини, у нее ситуаций никогда не будет. Но как же судьба любит смеяться над этим самым «никогда».

Майя смотрела на пестрые городские дома, проносившиеся за окном. Они ехали в повозке, которую безотказно решила полностью оплатить Лаура.

— И все-таки это плохая идея, — скривила богачка губки, как обычно делала, когда кто-то из простецких парней пытался к ней подбить клинья. — Может, день еще подождешь? С профессором Семирозом наверняка все хорошо, он же такой сильный.

— Но не всесильный, — тихо заметила Майя.

В голове настырно всплывала картина, которую она всем сердцем желала забыть: она смотрит на тускнеющие черные глаза. Видит, как пропитывается черная рубашка кровью, и как мертвенно бледно осунувшееся лицо. Она кричит, зовет его, но он не слышит…

Глянув на свою ладонь, Майя вспомнила те нити крови, что она, а точнее — ее интуитивная магия — влила в сердце отца. Не дай Небеса, но если придется, сможет ли она повторить это?

— Лаура, — повернулась она к сокурснице, поняв, что начинает паниковать и пора отвлечься. — Ты как одна из… них, что знаешь о Маскароне? — прошептала.

— В каком плане? — так же тихо спросила богачка и покосилась на кучера.

— Ну… Какие у него слабые места, например?

— Не знаю, — задумалась Лаура. — Наверное, как у любого магического существа: сердце и голова.

— А может, у него есть страх перед чем-то? Или аллергия на что-то? На устриц или помидоры?

— Помидоры? — не поняла девушка.

— Да, вот у моей тети Эммы страшная аллергия на помидоры. Она если съест один, сама становится вылитым помидором, — серьезно кивнула Майя.

— Зачем тебе знать о слабых местах Маскарона? — напряглась Лаура. — Убить его решила?

— Ну… не прям убить — это не мне решать, что с ним делать. Но вот поймать его бы не помешало.

— Ты сейчас как змея, желающая съесть свой хвост, — нахмурилась Лаура. — Он тебя короновал, без него тебя никто не воспримет Темной Княгиней.

— Славно, ведь этого я и хочу, — заметила Майя.

Лаура помрачнела.

— Как по мне, ты себе только хуже сделаешь. Но, если так хочешь знать, то он желает уничтожить рубин из посоха Яхонта Красного. Значит, там какое-то заклинание, способное ему навредить или помешать его планам…

Майя еле удержалась, чтобы не фыркнуть. О камне она знала. А еще знала, что он у одного хитрющего и бессовестного даймона, которого она еще больше жаждет поймать и заставить за все ответить! Но того сейчас искать, что ветер в поле ловить.

— …Сам Маскарон редко сражается в открытом бою, — продолжала Лаура, — значит, он вполне смертен. Свою силу он обрел за счет ловушек и манипуляций людьми. Он как кукловод, направляющий других через сны, желания и чувства.

Майя хмыкнула. Об этом она тоже наслышана. И самое забавное, даже помнила, как Маскарон на своем же уроке предупреждал их никогда не связываться с собой. Наверняка про себя животик надорвал, пока смотрел на адептов, внимательно слушавших каждое его слово.

— А что насчет прошлого Маскарона? — спросила Майя, подумав о следе на запястье мага.

— Не особо много, он и для темных загадка. Известно ли тебе, что он Четвертый Основатель?

— Четвертый Основатель?! — воскликнула Майя. Лаура напряженно глянула на кучера, а потом возмущенно на соседку. Та кивнула, мол, буду тише, и прошептала: — Откуда такие выводы?

— Это не выводы, а правда. Среди темных это не секрет. Некоторые шутят, что город — его огромная кукла. Маскарон, как это ни странно, многое сделал для процветания Цветоча. — Лаура глянула на Майю, словно засомневалась, стоит ли говорить дальше. — Он даже к появлению Академии Тайлогос руку приложил.

— А отсюда поподробней, — склонилась к ней девушка. — Академия, насколько мне известно, заслуга отца. И он точно не стал бы водить дел с Маскароном.

— Да, профессор Семироз был главным инициатором идеи, но мы говорим о построении целого замка. Магического замка! Моя семья спонсировала этот проект, потому что именно его сказал поддержать Маскарон. Мой брат и еще несколько влиятельных семей выступили за чародейскую Академию.

— Несколько влиятельных семей? — изогнула бровь Майя. — Ты так говоришь, будто темные маги заправляют всем в городе.

— Не всем, но наше влияние в Цветоче куда больше, чем многие думают. А влияние Маскарона — и подавно. Да, люди даже сейчас сомневаются в его существовании, но это все потому, что он играет из-за кулис. В этом его самая большая власть.

— Да ты им восхищаешься! — прищурилась Майя.

— Восхищаюсь и боюсь, — кивнула Лаура и неоднозначно глянула на девушку. — И, честно, глубоко не понимаю его интерес к тебе.

— Спасибо за прямоту, — буркнула Майя. — Хотя я сама не понимаю, — призналась она.

— Это был бы не Маскарон, если бы его легко было предсказать, — мечтательно вздохнула Лаура.

«Да он там у них прямо царь-батюшка!» — смотрела на восторженное лицо соседки Майя. Она уставилась на дома, пытаясь переварить новость об участии главного злодея в благополучии города, и, что еще невероятнее, в помощи отцу с Академией.

Они выехали на центральную площадь и свернули в одну из затененных улиц. Штаб-квартира городской стражи — она же самая известная подземная темница в городе — называлась «Пожиратель Судеб» и, надо сказать, своим видом оправдывала голодное имя. Серое грозное здание окружал густой терновник, а высокие стены поросли лозами с шипами. Эти же шипы оплели массивные ворота, из-за чего входная квадратная арка напоминала скалившуюся пасть. Темные окна видневшегося за оградой строения следили за улицей, словно глаза притаившегося в чаще зверя. Один только взгляд на здание навевал щемящую тревогу и напряжение даже у обычного человека, а чародей еще издалека улавливал холодившую жилы магию, что впитывал камень здания вместе с отчаяньем и злобой тех, чьи судьбы были сожраны за стенами с шипами.

Кучер помог девушкам выйти из повозки. Майя окинула «Пожиратель Судеб» оценивающим взглядом. Пылу у нее значительно поубавилось, а бравая идея невозмутимо и уверенно явиться в обитель мучений и страданий чародеев вне закона вдруг стала не такой уж простой и безобидной.

— Надеюсь, я не задымлюсь, когда войду туда, — нервно пошутила Майя.

— Для темного мага проблема туда не войти, а выйти, — тихо отозвалась богачка.

Майя глянула на нее. Красавица стояла белее призрака.

— Поезжай домой, — посоветовала той Майя. — Ты меня сопроводила — этого на первый раз достаточно.

Лаура быстро кивнула, словно боялась, что сокурсница передумает. Майя глянула на ворота и снова на всякий случай провела ладонью по голове. Венец там по-прежнему не материализовался. Шумно вдохнув, пошла к воротам, подумав, что она, наверное, первый в истории Темный Князь, что добровольно идет туда, где у всех заточены мечи на его голову.

Стоило ей только подойти, как она услышала грубый, шершавый голос:

— Стой, кто идет?!

Шипы на лозах шевельнулись и повернулись к девушке. Среди лоз проступило лицо с пустыми глазницами.

«Опа, Люсин сородич!» — удивленно подумала Майя.

— Мое имя — Майя Семироз, я дочь Велизара Семироза.

— Пропуск есть?

— Нет.

— Прохода нет!

«Может, даже родственник», — узнала Майя норов.

— Тогда скажите, пожалуйста, здесь ли Велизар Семироз?

— Кто входит и выходит, посторонним не сообщается.

— Поймите, от него нет вестей уже два дня. Я волнуюсь, мне всего лишь нужно знать, в порядке ли он.

— Посторонним не сообщается, — повторило лицо.

— А могу я поговорить с господином Кассом? Скажите ему, что дочь Велизара Семироза…

— Кто входит и выходит, посторонним не сообщается! — лицо исчезло среди лоз с шипами.

Майя нахмурилась. Неужели у всех говорящих кустов такой сложный характер?

Над воротами замигали красные фонари. Позади послышались удивленные возгласы и аханья. Майя быстро развернулась. По улице ехала позолоченная карета, запряженная грифоном, она и собирала восторженные взгляды прохожих.

Наученная опытом прошлого, Майя тут же отбежала от входа: не хотелось, чтобы ее, как и в прошлый раз, отшвырнуло, но уже лозами с шипами. А затем вдруг поняла, что это ее шанс, и поспешила навстречу карете.

— Господин Морган! — кричала Майя. — Господин Морган!

Карета замедлила ход и остановилась. Дверь открылась, и на улицу вышел маг Ковена. На нем была белая шинель с золотыми пуговицами и высоким воротом. В руке мужчина, как и в прошлый раз, сжимал трость с рукоятью в виде черепа орла с золотым клювом.

— Леди Майя? — приветливо улыбнулся маг. — Вот так сюрприз! Что вы тут делаете? — Майя быстро подошла к нему и склонилась, как положено перед высокопоставленными лицами. — Вот как… — сказал мужчина, выслушав тревожный рассказ девушки. Он некоторое время стоял, обдумывая что-то, и улыбнулся ей. — Что ж, вам повезло, я как раз еду на встречу с вашим отцом и помогу вам увидеть его.

— Правда? — просияла Майя и тут же спохватилась. — А я его не отвлеку? В смысле, если он сейчас занят, то мне достаточно знать, что с ним все хорошо.

— Вы проделали путь через весь город, так что имеете право встретиться с ним, — заверил маг и жестом пригласил девушку зайти в карету.

Он помог Майе подняться в салон. Внутри все оказалось столь же роскошно, как и снаружи: диваны обшиты темно-красной кожей, небольшой бар у стенки, потолок с позолоченной лепниной и фресками, расшитые позолоченные занавески. А посредине на подставке круглая полусфера, в которой отражалась вся улица — грифоном управлял сам господин Морган.

Но внимание Майи почти сразу перешло на пассажиров. На креслах сидело трое: двое в плащах цвета стали с острыми железными наплечниками — формой магической городской стражи, и один в черной мантии, перевязанной широким поясом с бляхой из связанных костей. Ни одного лица Майя не увидела. У стражей их скрывали глубокие капюшоны и густая тень — стиратели часто прячут иллюзией свои лица во время службы. У третьего было все проще: на его голову надели обычный мешок.

— Добрый день! — выдавила Майя вежливую улыбку.

— Пусть наша скромная компания вас не смущает, — произнес господин Морган и показал на свободное место возле одного из стражей.

Когда девушка села, стиратель рядом слегка повернул к ней голову, но тень под капюшоном оказалась столь плотной, что Майя ничего через нее не увидела. Сам маг Ковена сел возле человека с мешком на голове, которого со второй стороны держал за плечо стражник. Девушка глянула на оковы на руках пленника, помеченные рунами, и вдруг узнала эти знаки: такие же руны были высечены на кандалах под кроватью Маскарона.

— М-м-м, — промычали из мешка, когда карета тронулась с места.

Девушка напряженно посмотрела на заключенного.

— Все верно, леди Майя, — сказал господин Морган. — Это темный маг. Мы везем его на допрос.

— А что он сделал, если не секрет? — не сдержала любопытства Майя.

— Думаю, вам сказать можно, — улыбнулся маг и поддел тростью мешок, дернув голову чернокнижника. — Важно не то, что он сделал, а то, что видел.

— А что он видел?

Господин Морган склонился к ней и заговорщицки произнес:

— Кого короновал Маскарон.

На миг Майя замерла под стать статуе. Взгляд ее скользнул к окну. Там ворота с лязгом закрылись и намертво переплелись лозами с шипами. Девушка повернулась на мага и встретила внимательный взгляд хищных золотисто-карих глаз.

— Вот удача! — хихикнула она, стараясь не выдать внутреннюю истерику.

-------------------------

Ревнивая Колдунья* — упоминалась Майей и Эльдаром в первой книге, как чародейка, чье тело не разрушалось от использования темной магии.