Глава 20 · Подготовка

Элира

«…Включая брачную ночь и детей.»

Его слова повисают в воздухе между нами, горячие и тяжелые, как свинец. Они звучат не как угроза. Как обещание. Как неизбежность. От них по спине бегут мурашки — наполовину от страха, наполовину от какого-то запретного, щекочущего нервы возбуждения.

Я отвожу взгляд, чувствуя, как горит лицо.

— У нас есть неделя, чтобы найти другой выход, — бормочу я, но звучит это жалко и неубедительно даже для моих собственных ушей.

Левиар не отвечает. Он просто смотрит на меня своим пронзительным янтарным взглядом, который, кажется, видит все мои спутанные мысли и этот предательский трепет где-то глубоко внутри.

С этого момента все меняется.

Нас переселяют в смежные покои во дворце — «для будущих молодоженов». Каждая дверь, каждый порог, который мы пересекаем вместе, кажется мне испытанием. Он всегда рядом. Его присутствие — это физическое ощущение, постоянное и давящее. Я чувствую исходящее от него тепло, слышу его дыхание, ловлю на себе его взгляд, когда думаю, что он не смотрит.

Придворные портнихи и ювелиры осаждают нас. Мерки, ткани, примерки. Левиар стоит рядом, пока я верчусь перед зеркалом в платьях, которые кажутся мне все более откровенными. Его лицо непроницаемо, но я вижу, как взгляд его скользит по открытым плечам, по линии шеи, задерживается на изгибе талии. Он не говорит ничего. Но его молчание — это громогласное одобрение, от которого по коже пробегает огонь.

Однажды вечером, когда я в очередной раз примеряю одно из бесчисленных свадебных платьев — на этот раз из белого шелка, такого тонкого, что он кажется вторым слоем кожи, — в комнату без стука входит Левиар.

Я замираю перед зеркалом, застигнутая врасплох. Портнихи уже ушли, мы одни.

И мне как всегда в его присутствии не по себе.

— Это тебе, — его голос низкий, он протягивает шкатулку.

— Что это? — Я хмурюсь и с опаской открываю её.

Внутри лежит ожерелье — тяжелое, из черного золота и темных рубинов, цвета его драконьей формы. Оно выглядит одновременно и как дар, и как ошейник.

— Подарок. От меня.

— Обычно, когда дарят подарки, то хотя бы пытаются улыбнуться, — я провожу пальцами по гладкой переливающейся поверхности камней.

— Не знаю. Ты первая кому я делаю подарок, — Левиар внимательно смотрит на мои движения.

— У ж не сомневаюсь. А тебе…

— Ни разу, — сухо отвечает Левиар. — Не считая подарка от Варгоса в виде ошейника, конечно.

Мне становится не по себе в очередной раз от осознания того, какая жизнь была у Левиара раньше.

Впрочем, далеко уйти в мысли не выходит.

Левиар, не спрашивая разрешения берет ожерелье из шкатулки. Подходит сзади, его пальцы касаются моей шеи, чтобы надеть украшение. Прикосновение обжигает. Я вижу в зеркале, как он стоит позади меня, его темная фигура на фоне моего светлого силуэта. Его руки на моих плечах. Его взгляд в зеркале встречается с моим. В его глазах — не просто желание. Это что-то более глубокое, более темное. Одновременно и собственничество, и какая-то почти болезненная нежность.

— Оно… тяжелое, — вырывается у меня хриплый шепот.

— Привыкнешь, — его ответ звучит как эхо наших будущих отношений. Его пальцы скользят по цепи, не отпуская ее. Он наклоняется, и его губы почти касаются моего обнаженного плеча. Дыхание горячее, влажное. Все мое тело напрягается в ожидании, сердце колотится где-то в горле.

Но он отстраняется. Всего на дюйм.

— До свадьбы, — говорит он, и в этих двух словах — и обещание, и предупреждение.

Эта неделя становится пыткой. Сладкой, изматывающей пыткой. Каждое случайное прикосновение за столом. Каждый взгляд, полный немого вопроса. Каждая ночь, которую я провожу в своей комнате, зная, что он — за стеной, и представляя, как он слушает мое дыхание, как я слушаю его.

Мы продолжаем строить планы по спасению Стилса. Встречаемся с Крэйгом, Арзасом, девочками. Обсуждаем варианты, риски. Но даже в самые отчаянные моменты стратегических споров я чувствую на себе его взгляд. Он следит за мной, как дракон стережет свое самое ценное сокровище.

За три дня до свадьбы мы оказываемся одни в дворцовой библиотеке, якобы выбирая стихи для церемонии. Воздух пыльный и густой. Он стоит у полки, перелистывая старый фолиант, а я сижу в кресле у камина, пытаясь сосредоточиться на карте подземных ходов под тюрьмой.

Внезапно он закрывает книгу с глухим стуком.

— Хватит, — говорит он.

Я поднимаю на него взгляд.

— Что?

— Хватит притворяться, что тебя это не волнует так же, как и меня. — Он подходит, его тень накрывает меня. — Ты дрожишь, когда я к тебе прикасаюсь. Ты задерживаешь дыхание, когда я рядом. Ты смотришь на мои губы, когда я говорю.

Я пытаюсь что-то возразить, но слова застревают в горле. Он прав. Черт возьми, он прав.

— Я не хочу, чтобы наша первая ночь была спектаклем для Варгоса и его придворных, — с неожиданной горечью признается он. — Я не хочу, чтобы ты делала это только ради Стилса.

— А почему тогда? — вырывается у меня, и голос мой срывается.

Он наклоняется, упираясь руками в подлокотники моего кресла, замыкая меня в клетке из своего тела.

— Потому что ты хочешь этого. Так же, как и я. Потому что это было неизбежно с того момента, как ты вошла в мою жизнь со своим проклятым светом и своей упрямой верой. Ты вскрыла мою Бездну, Элира. Теперь пожинай последствия.

Его губы на расстоянии вздоха от моих. Я чувствую его тепло, его запах — дым, металл и что-то дикое, первобытное. Все мое существо кричит, чтобы я закрыла это расстояние. Чтобы я сдалась.

И я почти готова. Почти.

Но тут дверь в библиотеку с скрипом открывается, и входит служанка с очередной кипой свадебных тканей.

Левиар отстраняется так быстро, словно его отбросило взрывом. Его лицо снова становится каменной маской. Но в его глазах еще пылают остатки того огня.

— До свадьбы, — снова говорит он, поворачиваясь к служанке, и в этот раз эти слова звучат как приговор.

Я остаюсь сидеть в кресле, дрожа, с бешено колотящимся сердцем. Он прав. Это уже не игра. Это не просто тактика. Где-то в самой глубине, под страхом и долгом, живет эта тяга. Опасная, всепоглощающая. И с каждым днем, с каждым его взглядом, с каждым прикосновением, она становится только сильнее.

Спасти Стилса. Пережить свадьбу. И… принять свою судьбу с этим человеком-бурей, который смотрит на меня как на единственный смысл своего существования. Справиться ли я со всем этим? Я не знаю. Знаю лишь одно: отступать уже некуда.

Чтобы привести мысли в порядок я выхожу в императорский сад для прогулки, но внезапно ко не подходит камердинер.

— Мисс Вэйл, Его Величество ждет вас в императорской гостиной. Сейчас.

У меня внутри всё напрягается.

Идти к Варгосу одной это всё равно, что идти в пасть льва.

Что ему нужно от меня⁈