Глава 22 · Раскол в семье

Элира

— Он… не совсем лжет, — тихо говорит Арзас, опуская голову. Он смотрит в пол, избегая наших глаз. — В архивах Академии есть упоминания. Некромантия — это не просто инструмент. Это путь. И он меняет мага. Постепенно, но необратимо. Отнимает тепло. Эмоции. В конце… да. Теоретически, превращение в лича — возможный исход.

— Теоретически!' — взрывается Мэйзи, вскакивая с места. — Это все сказки, чтобы пугать студентов! Командор не какой-то там злодей из страшных историй! Он… он командор! Он….он как батя наш!

— Даже самый сильный ум не может бороться с магией, которая поедает душу, — мрачно произносит Левиар, не поворачиваясь. Его голос низкий и безжалостный. — Варгос убоюдок. Но в этом он может быть прав. Спасать Стилса — значит рисковать, что однажды нам придется уничтожать нечто гораздо более страшное.

В этот момент от стены отлипается Килсар.

Все это время он был непривычно тихим. Да и вообще. Он выглядит… другим. Его обычная дерзкая ухмылка исчезла. Лицо бледное, зеленые глаза потускнели.

— Да плевать, что этот урод в короне говорит, — его голос дрожит от плохо сдерживаемой ярости. — Генерал, вы то уж точно знаете, что Варгос — мразь.

Килсар сглатывает, сжимая кулаки.

— Он не просто тиран. Он извращенец. Он наслаждается тем, что ломает. Он заставляет меня стоять и смотреть, как он…

Килсар резко обрывает себя, проводя ладонью по лицу. — Он не пытается «спасти империю». Он боится. Боится, что Стилс, даже превратившись в лича, будет в тысячу раз лучшим правителем, чем он. И он прав.

Слова Килсара ударяют по нам новой силой. Это не теория из книг. Это исповедь из самого сердца ада.

Все это время сидящий в тени капитан Крэйг. окидывает нас своим тяжелым, всевидящим взглядом.

— И это Легион? Позорище. Сидите и трясетесь, как испуганные кролики.— холодно цедит он. — Вы действительно думаете, что Оберон Стилс, планируя все это, не предусмотрел и этот вариант?

В комнате повисает оглушительная тишина.

— Что… что вы имеете в виду? — спрашиваю я, чувствуя, как в груди замирает надежда.

Крэйг смотрит на меня, и в его глазах нет ни капли сомнения. Только ледяная, абсолютная уверенность.

— Не ваша забота думать о последствиях. Если Оберон станет угрозой… его не вам придется ликвидировать.

— А кому? — вырывается у меня.

Капитан Крэйг медленно переводит взгляд на каждого из нас, и его последнее слово повисло в воздухе, звучное и окончательное, как удар молота о наковальню:

— Мне.

Левиар резко оборачивается от камина. Его янтарные глаза пылают.

— Я не верю, что ты способен поднять на него руку, Крэйг. Ты предан ему, как пес.

— И именно поэтому, я не позволю Оберону превратиться в чудовище, — отрезает Крэйг, не моргнув глазом, — я дал ему слово, что сделаю это. Или этого недостаточно?

— Недостаточно, — фыркает Левиар. — У нас есть слово человека половина жизни которого прошла в лабораториях, а вторая в служении некроманту.

Хаос вспыхивает с новой силой.

— Я ВСЕ РАВНО ЗА!— кричит Мэйзи, топая ногой. — Мы не бросаем своих! Никогда! И это же командор!

— Поддержива, Мэйз, — мрачно цедит Килсар, с ненавистью касаясь пальцами ошейника из рун. — Лучше рискнуть, чем жить в мире, где такие, как Варгос, решают, кто достоин жить, а кто — умереть!

— Это не риск, это безумие! Абсолютный идиотизм, — парирует Левиар, его голос становится все ниже. — Мы можем выпустить на свободу нечто, что уничтожит все, что он когда-либо защищал!

— Я… я не знаю, — растерянно говорит Арзас, явно разрываясь между логикой и преданностью. — Данные… данные неутешительны. Но он же наш командор…

Айрис и Ингрид молчат, их лица бледные маски ужаса. Они не знают, что выбрать.

А я разрываюсь пополам. Образ Стилса-спасителя борется в моем сознании с

призраком Стилса-лича. Слова Варгоса, подтвержденные Арзасом, звучат в ушах. Но слова Крэйга… в них есть какая-то ужасающая, безоговорочная правда.

Мы спорим. Яростно, отчаянно. Голоса срываются, кулаки сжимаются. Мы на грани раскола. Семья, которую вот-вот разорвут на части невыносимый выбор.

И в самый разгар этого хаоса в дверь стучат. В проеме возникает фигура церемониймейстера.

— Господа, дамы, — он кланяется с фальшивой учтивостью. — Его Величество Император ожидает вас в тронном зале. Торжество в честь победы над Кровавым Роем начинается.

В комнате воцаряется гробовая тишина. Мы переглядываемся.

Победа? Какая, к черту, победа? Он не видел бабочек?

Как же бесит этот циничный, отвратительный фарс.

— Да пошел он, — фыркает Крэйг.

— Я передам, что вы заняты, капитан, — учтиво, но с изрядной долей иронии кланяется камердинер.

— А нам нужно переодеться, — придумываю я отговорку на ходу.

Идти необходимо, но хочется отсрочить свое появление там как можно больше.

— Хорошо, но лейтенанту Рэмси необходимо явиться немедленно. Император и так недоволен его долгим отсутствием.

— Да-да, мы ведь с ним так близки. Просто лучшие друзья. — Килсар с горькой гримасой поправляет воротник мундира. — Ладно, пойду исполнять свою «почетную» обязанность, — шипит он. — Сопровождать нашего доблестного императора.

Все молча, как на похороны, тянутся к выходу. Мы с Левиаром остаемся и как только дверь за последним гостем закрывается, Левиар складывает руки на груди.

— Есть еще третий вариант Элира. Самый безопасный.

Я моргаю и тут же с надеждой улыбаюсь:

— Правда? Какой?

Левиар хмыкает.

— А ты не догадываешься? Убить их обоих.