Глава 44 · Новый правитель

Элира

Над площадью повисает абсолютная тишина после слов командора. Она густая, тяжёлая, как свинец. Он это сделал. Он законно повернул всё против Варгоса. Он не просто выжил. Он поставил мат.

И Варгос это понимает.

Его лицо — это картина краха. Сначала — бледность, потом — густой, багровый прилив крови к щекам. Он стоит, как столб, его пальцы судорожно сжимаются и разжимаются.

— Ты что несёшь, мразь? — голос Варгоса звучит странно, надтреснуто. Он хихикает. Высоко, истерично. — Ты… арестовать? Меня? — Он выдыхает, и в его глазах вспыхивает что-то дикое, отчаянное. — Ты грязный некромант! Предатель! Все видели! Все слышали! Я… я приказываю! СТРАЖА! АРЕСТОВАТЬ ЭТОГО УБЛЮДКА И ЕГО ШАЙКУ! НЕМЕДЛЕННО!

Он кричит, но его крик тонет в том же гуле, который он сам и породил. Стражи у периметра не двигаются. Они смотрят на разлагающегося в пепле генерала Роя. На командора, отдавшего приказ. На нас.

— Левиар! — Варгос поворачивается к нему, и в его голосе — последняя ставка, дикая надежда. — Генерал Нокс! Твой император приказывает! Исполни свою функцию! УНИЧТОЖЬ ИХ! ВСЕХ! Начни с него! — Он тычет пальцем в Стилса. — СДЕЛАЙ ЭТО, ИЛИ КЛЯНУСЬ, ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ!

Все взгляды устремляются на Левиара. Он стоит рядом со мной, всё ещё бледный, с зелёными прожилками под кожей. Но его поза — прямая. Его взгляд — холодный янтарь, устремлённый на Варгоса.

Он не говорит сразу. Он даёт тишине растянуться. Даёт императору понять, что его слова упали в пустоту.

— Мой император, — наконец произносит Левиар. Его голос низкий, ровный, с едва различимой издевкой. Просто констатация факта. — Твой приказ противоречит моей главной и единственной цели теперь.

— Что⁈ — Варгос замирает, не понимая.

— Защищать её, — Левиар слегка поворачивает голову ко мне. Взгляд короткий, но в нём — всё. Вся ночь боли, весь хаос, вся та дикая, первобытная преданность, которая теперь сильнее любых ошейников. — И всё, что ей дорого. Ты только что приказал мне это уничтожить. Поэтому твой приказ — для меня ничто.

Это не крик. Не угроза. Это спокойное, железное отрицание. Голос дракона, отказывающейся защищать кого-то, кроме своей истинной. Это окончательный разрыв.

Лицо Варгоса искажается чистой, бессильной ненавистью. Он понимает. Понимает, что потерял самое страшное своё оружие.

— Ошейник! — он выкрикивает, его рука летит к скрытому в складках одежды артефакту — небольшому руническому камню. — Я заставлю тебя! Я СЛОМАЮ ТЕБЯ, КАК СОБАКУ!

Он сжимает камень, в его глазах — безумный триумф. Он ждёт хрипа, падения, подчинения.

Ничего не происходит.

Левиар стоит. Смотрит на него. В уголке его губ дрогнуло что-то, почти неуловимое. Не улыбка. Презрение.

Варгос смотрит на камень, потом на Левиара, потом снова на камень. Он тычет в него пальцем, бормочет заклинание активации. Камень молчит.

— Что… что ты сделал? — шепчет он.

— Я — ничего, — ровно отвечает Левиар. — Но от твоего контроля меня освободили еще до битвы в Эльстарте.

— Кто? К…ак? Значит! — Он направляет артефакт на драконов из гвардии. Тех самых, которых он забрал из легиона.

Но те лишь хмыкают.

Командор снял контроль и с них. Еще очень давно.

— И в…вы?

Варгос отшатывается, будто его ударили. Его план рушится. Опора за опорой. Тогда его взгляд, лихорадочный, бегающий, падает на другое лицо.

Того единственного, над кем контроль командор снять не мог.

Килсар, в этот момент уже поднялся на одно колено, всё ещё давясь, но сжимая кулаки. На его шее — тот самый, «невидимый» ошейник.

— Твои щенки… — бормочет Варгос, и в его голосе проскальзывает скользкое, садистское удовлетворение. — Ты всё продумал, Стилс? Всё просчитал? А это? — Он поднимает руку и направляет артефакт на Килсара… — За твои действия, тварь, будет страдать твой щенок. Всё честно.

— НЕТ! — кричит Мэйзи, но уже поздно.

Килсар издаёт сдавленный, хриплый звук. Его тело выгибается неестественной дугой. Он падает на плиты, уже не в судорогах ярости, а в тихом, удушающем припадке. Его пальцы царапают собственное горло, вырывая клочья кожи. Лицо наливается кровью, глаза закатываются. Он не кричит. У него не хватает на это воздуха. Это тихая, ужасающая агония.

— Прекрати! — рычит Арзас, делая шаг вперёд, но Варгос лишь ухмыляется.

— Ты ничего мне не сделаешь.

На эшафоте Стилс пытается приподняться. Крэйг удерживает его. Командор смотрит на бьющегося в муках Килсара. Его собственное дыхание прерывисто, сознание явно уплывает.

Он переводит этот взгляд на Крэйга. Их глаза встречаются. Стилс не говорит ничего. Просто смотрит. И в этом взгляде — не приказ. Не просьба. Это доверие. Доверие к своему оружию, к своему продолжению.

— Вэй…лон, — выдыхает Стилс, и голос его почти неслышен. — Он… должен… прекратить.

Больше ничего не нужно.

Крэйг даже не кивает. Он просто исчезает.

В одно мгновение он на коленях рядом со Стилсом, а в следующее — он уже в двух шагах от Варгоса. Не бежит. Не прыгает. Он просто…оказывается. Его движения настолько быстры и экономичны, что глаз не успевает зафиксировать их.

Варгос только успевает широко раскрыть глаза..

Рука Крэйга — не сжатая в кулак. Открытая ладонь. Она бьёт Варгоса в основание горла — не чтобы убить. Чтобы нейтрализовать. Чтобы перехватить дыхание, парализовать на мгновение.

Варгос издаёт булькающий звук. Его рука с камнем дёргается. Крэйг ловит её в полёте. Хватает за запястье. И с коротким, сухим щелчком — ломает.

Хруст кости звучит оглушительно громко в тишине площади.

Варгос замирает, его лицо искажает гримаса чистой, невыразимой боли. Он не кричит. Не может. Крэйг уже вырывает камень из покалеченной руки, швыряет его далеко на плиты, где он разбивается с хрустальным звоном.

Судороги Килсара прекращаются так же внезапно, как и начались. Он лежит на боку, хватая ртом воздух, грудью.

Варгос медленно оседает на колени, хватаясь здоровой рукой за сломанное запястье. Он смотрит на Крэйга снизу вверх. В его глазах больше нет ненависти. Только шок. Глубокий, травмирующий шок от того, что его коснулось реальное, физическое насилие.

Он не император в этой ситуации. Он просто раненый испуганный человек.

Стражи наконец-то приходят в движение — не чтобы арестовать Стилса, а чтобы окружить своего падающего императора. Они подхватывают его под руки. Он не сопротивляется. Он просто бормочет что-то бессвязное, уставившись в пустоту.

Рядом тут же оказывается Крэйг и отталкивает их, сам подхватывая командора.

И в этот момент, когда основная угроза, кажется, нейтрализована, к эшафоту подходит ещё одна фигура.

Тайрис Гаурон. Глава магической гильдии. Его лицо — маска вежливого, но глубокого беспокойства. Он смотрит на Стилса, который сейчас полностью обмяк в руках Крэйга, его глаза закрыты, дыхание поверхностное.

— Оберон, — говорит Гаурон тихо. — Если Карл Варгос низложен… кто займёт трон? В империи должен быть император. Закон…

Стилс с трудом приоткрывает глаза. Смотрит на своего старого учителя. Его губы шевелятся.

— Оче…видно, — выдыхает он, и каждое слово даётся с мукой. — По…закону…наследования… младший брат… Энтони Варгос.

— Что? — вырывается у меня. Я не могу сдержаться. — Этот?!. Но он… он…

— Тряпка, — хрипит Мэйзи, вытирая слёзы грязным рукавом. — Пьяница. Трус! Слизняк!

— Но командор, это же безумие! — говорит Айрис, её голос дрожит. — Вы… вы должны! Народ за вас! Легион за вас!

— Да! Это вы должны! — Вскидывает руки Мэйзи. — Вай-бай! Да с таким императором никто и никогда!

— Я… дол…жен, — прерывисто говорит Стилс. Его веки медленно опускаются. — Не…. Моё место… не на…

Он пытается сказать что-то ещё, но силы окончательно покидают его. Голова бессильно падает на плечо Крэйга. Тело обмякает.

— Оберон? — голос Крэйга теряет всю твёрдость. Он становится резким, почти детским от страха. Он хватает командора за плечи, трясёт его — осторожно, но с отчаянием. Бьет по бледным щекам в копоти. — Оберон! ОТКРОЙ ГЛАЗА! Эй-эй! Не уплывай. Не вздумай!

Но Стилс не отвечает. Он просто висит в его руках, бледный, безжизненный, с обугленными ногами и лицом, на котором застыла гримаса тихой, бесконечной даже не боли, а…усталости.

А гул с окраин площади нарастает. Аристократия в откровенном шоке от происходящего.

И в этот момент хаоса, когда стражи замерли в нерешительности, а толпа на окраинах начала грозно гудеть, раздаётся новый голос. Не крик. Не приказ. Ледяной, отточенный клинок, рассекающий панику.

Леонор Армор.

Она делает шаг вперёд. Не к Варгосу. К центру площади. К эшафоту. Вся её «белая королевская» стать вернулась, но теперь в ней нет холодного отстранения. Есть железная, неоспоримая власть. Власть женщины, которая годами правила королевством, пока её муж пировал. Власть, рождённая яростью и… чем-то ещё. Её взгляд прикован к безжизненному телу Стилса в руках Крэйга.

— Гвардия! — её голос звенит, как удар стали о камень, и заставляет вздрогнуть даже самых растерянных стражников. — Взять под стражу Карла Варгоса по обвинению в государственной измене и сговоре с Кровавым Роем! Конвоировать его в башню! Немедленно!

Она не просит. Она командует.

Природная власть.

Готовность в сложной ситуации взять лидерство на себя.

Гвардейцы кажется даже радуются.

Все снова становится понятным.

Они окружают Варгоса, поднимают его. Он не сопротивляется, всё ещё оглушённый болью и крахом.

Леонор поворачивается к своему мужу, Энтони. Он сидит на своём позолоченном кресле, рот разинут, лицо — зелёное от ужаса и непонимания. Он просто смотрит на всё это, как кролик на удава.

Леонор бросает на него один взгляд — короткий, полный такого беспредельного презрения, что ему, кажется, становится физически плохо. Но она уже отворачивается.

Муж для неё сейчас — не более чем мебель.

Её взгляд скользит по Тайрису Гаурону, который явно собирается что-то сказать. Но Леанор перебивает его, не дав вымолвить и слова.

— Магистр Гаурон, — её тон не оставляет места для дискуссий. — Ваш лучший целитель. И все лучшие целители гильдии. Немедленно во дворец. В покои… командующего. — Она чуть запинается на слове «командующего», но голос не дрожит. — Все необходимые ресурсы будут предоставлены. В любом размере. Жизнь командора Стилса — сейчас приоритет номер один для всего Ландериза. Это приказ.

Гаурон, старый политик, мгновенно оценивает расклад сил. Перед ним не растерянная королева-консорт. Перед ним правительница, взявшая бразды в свои руки в момент вакуума власти. Он коротко кивает.

— Будет исполнено, ваше… — он на секунду замирает, подбирая титул.

— Императрица. Я замужем за новым императором Ландериза, — холодно напоминает Леонор, и в её глазах вспыхивает сталь. Она поворачивается к Крэйгу, который стоит, прижимая к груди бесчувственное тело Стилса, как единственную ценность в этом мире. — Капитан. Вам нужен эскорт?

Крэйг смотрит на неё. В его глазах нет благодарности. Нет доверия. Только оценка. Острая, как бритва. Кажется, что он видит её мотивы — яснее, чем кто-либо. Но он также видит результат. Порядок вместо хаоса. Помощь для командора.

— Нет, — отрывисто говорит он. — Расчистите путь.

Леонор кивает одному из капитанов гвардии. Тот отдаёт приказы. Стена стражников расступается, образуя коридор от эшафота к главной улице, ведущей ко дворцу.

Крэйг не ждёт пока они все. Он идёт. Несёт Стилса, как священную ношу. Его шаги твёрды. За ним, пошатываясь идет Килсар, опираясь на Арзаса и Мэйзи. Айрис уже бежит впереди, крича, чтобы готовили носилки, зелья, всё.

Леонор смотрит им вслед. Её лицо — совершенная маска. Но пальцы, спрятанные в складках платья, сжаты так, что ногти впиваются в ладони.

Она поворачивается к площади. К толпе, которая затихла, наблюдая за этой сменой власти. К аристократам, которые ещё не оправились от шока.

— Зрелище окончено, — говорит она, и её голос, холодный и властный, несётся над камнями. — Карл Варгос ответит перед судом. Империя под защитой. Разойдитесь. И пусть лучшие умы и руки сейчас работают не на интриги, а на спасение того, кто только что спас нас всех от настоящего врага.

Она не упоминает имени Стилса. Но все понимают.

И пока гул толпы начинает меняться — от ярости к неуверенному, шокированному одобрению, — Леонор Армор стоит одна перед опустевшим эшафотом. «Белая Королева», которая добилась того, чего хотела.

Теперь она фактически правит Ландеризом.