Глава 3 · Инстинкты

Левиар

Один шаг.

Всего один мой шаг вперёд — и между мной и Стилсом возникает Крэйг. Он не занимает стойку. Не выхватывает оружие. Он просто стоит. И этого достаточно, чтобы заставить меня остановиться.

Его серые глаза — серые, как лезвие, и такие же холодные. В них нет угрозы. Есть факт. Он — стена. И если я попробую пройти, он станет щитом, колючей проволокой, ловушкой. Он отдаст приказу Стилса свою последнюю каплю крови и последний переломанный палец, прежде чем пропустит кого-то, кто просто дышит в сторону его командира с яростью.

И я… понимаю его.

Потому что в эту секунду я — его зеркало.

Только смысл моего существования — не человек в чёрном кителе с умными, уставшими глазами.

Мой смысл — блондинка с глазами цвета летнего неба, которая сейчас смотрит на меня как на врага. И я тоже готов. Готов на всё.

«Плевать мне на людей».

Эти слова по прежнему висят в воздухе, жгучие и правдивые.

Я их сказал. И не испытываю ни малейшей вины, потому что это правда.

— Уверен? — повторяю я свой вопрос, но уже не Стилсу. Крэйгу.

И в моём голосе — не угроза. Констатация. Мы оба знаем правила этой игры. — Отойди, капитан.

Крэйг не моргает.

— Сделай шаг, генерал. Проверь.

Воздух трещит от напряжения. От этой немой дуэли двух чудовищ, приученных видеть угрозу в каждом движении. Его лояльность — это инстинкт введенный в его вены с кровью фамильяра и памятью общих сражений плечом к плечу.

Моя — это пульсирующая необходтиость, вбитая в кости, разум и саму суть.

Мы оба — оружие, которое вот-вот сорвётся с предохранителя, потому что наши хозяева в опасности.

Я чувствую, как по моей спине бегут мурашки. Не от страха. От пробуждающейся Бездны. Она чует конфликт. Чует угрозу для нее. Зелёные прожилки под кожей начинают пульсировать в такт сердцу, смешиваясь с привычным алым свечением. Это неконтролируемо. Опасно.

— Левиар, — голос Элиры сзади звучит тихо, но резко. Она не умоляет. Она… предостерегает. Но это не имеет значения. Её безопасность — превыше её желаний. Выше всего.

— Элира, молчи, — бросаю я через плечо, не отрывая взгляда от Крэйга. — Это не твой бой.

— Это вообще не должен быть бой! — её голос крепнет. В нём появляются те самые нотки, которые я слышал на площади — упрямые, яростные. — Ты с ума сошел⁈ Я не хочу, чтобы ты…

— Я сказал, МОЛЧИ!

Мой голос вырывается хриплым рыком. Это не крик на неё. Это крик на мир, который снова и снова пытается забрать у меня единственное, что имеет значение.

Стилс и его планы, Рой, эта проклятая академия, весь этот гнилой Ландериз — всё это шум. Фон. Единственная реальность — это она. Её дыхание. Её сердцебиение. Её жизнь. И я огражу её от всего. Даже от неё самой, если придётся.

Я делаю ещё полшага. Не для атаки. Для давления. Моё плечо почти касается плеча Крэйга.

В его глазах вспыхивает пульсирующее напряжение человека, который слишком долго был на грани.

— В последний раз, Крэйг, — говорю я тихо, так, что слышит только он. — Отойди. Или я пройду через тебя.

В его глазах что-то меняется. Не страх. Готовность. Абсолютная, леденящая готовность исполнить свою функцию. Его пальцы чуть шевельнулись — готовясь к движению, которое будет быстрее мысли.

— Хватит.

Голос.

Всего одно слово. Произнесённое негромко, но с такой безупречной, неоспоримой властью, что даже воздух, кажется, замирает.