Глава 29 · Холодный расчет

Элира

— Вэйлон, спокойно, — Стилс смотрит на напряжённого Крэйга, а потом переводит взгляд на монструозную фигуру бывшего императора. — Я ни разу не жертвовал чьей-то жизнью, если в этом не было смысла. А сейчас этого смысла я не вижу.

Император испускает громогласный смешок.

— Значит, для тебя спасти сорок тысяч людей имеет меньше смысла, чем собственную шкуру? Вот, ты и показал свою истинную натуру. Тебе может это даже на пользу, да? Потом пройдёшь и заберёшь себе то, что останется после них? И после этого ты считаешь себя лучше нас? Ты такой же, Оберон. Даже хуже. Я хотя бы никогда не строил из себя героя.

Я смотрю на спокойное лицо командора. На то, как холодно и сосредоточенно смотрят его глаза, выделяясь на бледной коже, забрызганной алыми каплями крови, и внутри всё сжимается от понимания, что слова Варгоса отчасти правдивы.

И что я сейчас даже не знаю, что верно в этой ситуации…

Если командор даст себя поглотить — это верный проигрыш. Я слишком хорошо помню, что происходило, пока он находился в тюрьме. Но тогда получается та самая математика — это… бросить несчастных жителей на растерзание Рою.

Я… я просто не смогу это принять.

— Левиар, — я тихо шепчу, прижимаясь к его плечу. — Мы ведь не бросим их, да?

— Это зависит не от нас с тобой. — коротко говорит Левиар. — Прими это. В этом и есть огромный плюс просто солдата. Не принимаем решения. Наши руки чисты.

Я зажмуриваюсь, чтобы не видеть лица жителей, полные ужаса и отчаянной животной надежды.

— Как они могут быть чисты после… после этого…

Стилс, не удостоив Варгоса даже взглядом, подходит ближе к барьеру, всё ещё опираясь на Крэйга.

— Элира, пробуй свет. Посмотрим на воздействие. Твой сильнейший.

— Д… да!

Я и сама не ожидала, что мой голос прозвучит так громко, почти счастливо.

А всё потому что командор делает то, что умеет лучше всех — думает.

Я направляю свет фонаря, барьер чуть подрагивает, но ничего особенно не происходит.

Плохо.

Стилс скользит по барьеру взглядом и тут же снова командует:

— Искры, попробуйте разом.

Теперь в барьер ударяет сильнейший сфокусированный луч из десятка фонарей. И… всё равно ничего.

— Да пропади он пропадом! Барьер этот вонючий!!! — Мэйзи с силой пинает ногой какой-то камешек.

Варгос гулко ухмыляется:

— Как мило, Оберон. Считаешь, мы это не предусмотрели? Не только ты умеешь предугадывать поведения противника. Тем более, что ваш арсенал куда более беден, чем наш.

Стилс даже не поворачивает головы в его сторону.

— Тондер, огонь, — всё так же ровно говорит он.

Тондер выдыхает пламя.

Всё как и раньше.

Ничего.

Стилс бросает на нас взгляд через плечо:

— Левиар, Элира.

Мы с Левиаром переглядываемся.

Вот оно! Реальная необходимость применить новую силу.

Мы вытягиваем с ним ладони одновременно.

Я делаю выдох, чтобы успокоить лихорадочно стучащее сердце.

А дальше… синхронный удар. Ослепительная вспышка и… ничего.

Барьер лишь отвечает ещё более низким гулом.

Я медленно сглатываю.

— Какого⁈ Как это возможно? Мы… не смогли пробить даже этим…

— И снова ничего. Разочарован, Оберон, — голос Варгоса обманчиво ласков. Он проникает кажется во все уголки сознания и от отчаяния хочется заткнуть уши руками.

Стилс молча подходит ещё ближе к барьеру.

— Командор, — Арзас подходит ближе. — Магия не работает. Мы не можем…

— Вижу, — перебивает Стилс. Он не оборачивается. Он смотрит сквозь багровую пелену на мечущихся людей. На то, как они налетают на барьер и отскакивают.

Он поднимает руку. Жестом просит тишины.

Мы замираем.

Стилс наблюдает. Секунду. Две. Три.

А потом его губы чуть заметно кривятся. Не в улыбке. В узнавании.

Он… что-то понял?

Стилс молчит. Смотрит на свои руки. Потом поднимает взгляд на барьер.

— Вэйлон, — голос хриплый, но в нём появляется что-то новое. — Ты видел, как я упал?

Крэйг мрачно фыркает.

— Видел. Долбанулся ты знатно.

— Именно. — Стилс кривит губы в чём-то, отдалённо похожем на усмешку. — Я врезался в этот барьер. На полной скорости. Под удар чистой магии Бездны.

Он делает паузу. Смотрит на Крэйга в упор.

— И я жив.

Крэйг замирает. В его глазах — понимание. Медленное, тяжёлое.

— Он не убивает, — выдыхает он. — Он просто… отбрасывает.

— Да. — Стилс кивает. — Барьер не рассчитан на уничтожение. Он рассчитан на сдерживание. Магия бьётся о него и конвертируется в физический удар. Как пружина.

Он переводит взгляд на людей за барьером. На то, как они налетают на невидимую стену и их отбрасывает снова и снова.

Голос Варгоса становится чуть более злым.

— И толку от этого понимания, а, Оберон? Кто из вас способен нанести такой удар без использования магии?

— Из нас никто, — невозмутимо отвечает Стилс и обращается к жителям. — Отойдите от барьера в стороны. Как можно дальше по возможности.

— Здесь нужно очень много физического воздействия, — тихо шепчет Арзас. — Десятки, сотни ударов…

Стилс бросает на него короткий взгляд.

— Не ударов.

Пауза.

— Тел.

— Оберон, — зовёт Крэйг.

Стилс коротко кивает, отвечая на невысказанный вопрос:

— Да.

— Проклятье, — капитан стискивает зубы так, что кожа напрягается на скулах.

Командор вытаскивает из-за пояса тот самый жезл, которым он поглощал останки в Редоке.

Стилс поднимает его над головой.

Мгновение — и из него вырывается тьма. Не багровая, как у Роя. Чёрная. Абсолютная. Она льётся на землю, растекается, заполняет трещины в камнях.

И земля начинает шевелиться.

Из-под плит, из-под обломков, из ближайших переулков поднимаются они.

Тела.

Не десятки. Сотни.

Солдаты, погибшие в первых атаках. Жители, не добежавшие до укрытий. Даже останки тварей, которые мы сожгли, но не уничтожили полностью.

Кто-то из новичков делает резкий шаг назад.

— … они же…

Кто-то не договаривает.

Один из поднявшихся — в форме легиона. Кто-то из погибших новичков, которого мы с Килсаром ещё недавно зазывали в легион.

Его голова неестественно дёргается.

И на секунду мне кажется, что он смотрит прямо на нас.

Я резко отвожу взгляд.

Мэйзи застывает, вцепившись в рукав Арзаса.

— Это же… наши…

Айрис резко отворачивается, но слишком поздно.

Килсар тихо выдыхает сквозь зубы, не сводя взгляда:

— Твою ж мать…

А мертвецы продолжают подниматься. Медленно. Механически. Их движения дёрганые, неестественные. Глаза пусты. Но они идут.

Выстраиваются. Ровными рядами. Лицом к барьеру.

— Магия не возьмёт этот барьер, — говорит Стилс. Его голос звучит устало, но твёрдо. — Но физический удар — возьмёт. Если ударить с достаточной силой. В одну точку. Одновременно.

Он делает шаг назад. Рядом с ним встаёт Крэйг. Готовый прикрыть, защитить, подхватить.

Меня мутит.

Это неправильно.

Так не должно быть.

Но…

Я смотрю на барьер. На людей. На детей, которых держат над головами.

…иначе их просто разорвут.

Я сжимаю пальцы до боли.

— Делай, — едва слышно шепчу я. — Просто… делай.

Глаза Стилса вспыхивают ярко-синим холодным пламенем. Он резко указывает жезлом в направлении барьера, и армия мёртвых бросается вперёд.

Это не похоже на атаку живых. Нет криков. Нет команд. Только топот сотен ног, от которого дрожит земля.

Они врезаются в барьер.

Первый ряд. Второй. Третий.

Барьер прогибается. Впервые. Багровая пелена идёт волнами, пульсирует, пытается отбросить мёртвую массу, но мёртвым всё равно. Они не чувствуют боли. Они просто давят.

— Ещё! — голос Стилса режет воздух.

Некротическая энергия вьется вокруг него, почти полностью окутывая высокую фигуру командора.

Новые ряды врезаются в первых, усиливая давление.

Барьер трещит.

Не звуком. Светом. По багровой поверхности бегут белые, слепящие разряды.

Варгос в это время просто молчит.

Он смотрит.

Внимательно. Почти с интересом.

И только когда трещины начинают расползаться быстрее, его голос становится жёстче:

— Да… вот он ты, Оберон. Чёрный король в действии.

А в следующее мгновение…

«БАХ»!!!

Барьер лопается.

Как мыльный пузырь. Как лопнувшая струна. Багровая пелена взрывается тысячами алых капель, которые гаснут, не долетев до земли.

Мёртвая армия замирает. Стоит, как статуи, в пяти метрах от первой линии живых людей, которые смотрят на них с ужасом и непониманием.

На долю секунды наступает тишина, а затем раздаётся голос Варгоса.

— Ты не изменился, Оберон.

Пауза.

— Это и есть причина, по которой ты проиграешь.

Фигура бывшего императора начинает распадаться, а Стилс опускает жезл.

Его лицо белее мела. Глаза запали. Но он стоит.

— Зачистить город, — говорит он. Голос тихий, но в наступившей тишине его слышат все. — Живых — к эвакуации. Рой — уничтожить. Легион, вперёд.

Он поворачивается, на мгновение наши глаза встречаются, и по моей коже пробегает мороз.

Это не лицо живого человека. Я увидела лицо мертвеца…

В следующее мгновение Крэйг подхватывает его, почти несёт, но делает это так, что со стороны кажется — просто поддерживает.