Глава 31 · Один раз

Мы возвращаемся в столицу. По факту — в ранге победителей, но по ощущениям мы будто проиграли что-то невероятно важное.

Самое ужасное, что это тягостное чувство даже не от того, что командор поднял мертвых.

Это было ужасно в моменте, но кажется я стала настолько циничной, что теперь даже такое надругательство над смертью мне кажется вполне оправданным.

Я видела испуганные глаза детей, а в ушах до сих пор стоят надрывные мольбы их матерей.

И это — несоизмеримо выше.

Как бы жестоко жестоко не звучало, но мёртвым уже всё равно. Более того, лично я даже хотела бы защищать живых даже после своей смерти.

Это ли не настоящий смысл своего рождения?

Потратить жизнь не только на себя, но и для помощи другим?

Нет, пугает меня совершенно другое. А именно — тот самый купол.

Его не смогли пробить наши с Левиаром силы и самое — главное — свет Искр.

Если Рой приспособился к нашему свету, то это начало конца.

Конечно, как всегда приходит привычная мысль — у нас есть Стилс. Вот только…как долго он у нас будет? Я видела его лицо. Командор на грани Очевидно, что некромантия крайне истощает его.

А сможем ли мы одолеть Рой без него?

— Сможем, — раздается в голове голос Левиара. — Стилс гений стратегии, с этим глупо спорить. Но он не весь легион. И уж тем более не весь Ландериз. он уже обучил тех, кто мало в чём ему уступает. Вас. Тебя. Вы и есть главная надежда Ландериза.

Я слабо улыбаюсь и поглаживаю Левиара по мощной спине.

— Мы, любовь моя. Мы — надежда Ландериза.

Дворец встречает нас тишиной.

Усталой, но главное живой.

Мы проходим через главный вестибюль. Раненых уже разобрали, эвакуированных разместили в восточном крыле. Люди расступаются перед нами, провожая взглядами. Кто-то с надеждой, кто-то с откровенным страхом.

Стилс идёт впереди. Спина прямая, шаг ровный. Только Крэйг рядом — чуть ближе, чем обычно. И я замечаю, как иногда его рука касается локтя командора, направляя, поддерживая, когда тот делает неуловимое движение в сторону.

Они сворачивают в боковой коридор. Не в командный центр. В жилое крыло.

— Левиар, — шепчу я, хватая его за руку. — Мне нужно кое-что проверить.

Левиар изгибает бровь.

— Что именно?

— Стилс. Я хочу понять, что с ним на самом деле.

Он замирает. Секунду я чувствую через нашу связь его сопротивление, нежелание лезть в чужие дела, но потом он коротко кивает.

— Ладно. Всё равно ведь полезешь. Я рядом.

Я благодарно пожимаю ему ладонь и тут же иду следом за командором. Левиар шагает рядом.

Мы не крадёмся. В коридорах полно народу, каждый занят своим делом. Просто держим дистанцию. Левиар пропускает меня вперёд, сам остаётся у поворота, готовый предупредить, если кто-то пойдёт за нами.

Коридор заканчивается дверью. Старой, массивной, с едва заметными следами магии на косяках. Она приоткрыта. Изнутри — тусклый свет и голоса.

Я замираю у стены. Сердце колотится где-то в горле. Подслушивать — низко. Но слова Варгоса о «цене» не выходят из головы. И лицо Стилса там, у барьера. Лицо мертвеца.

— … сколько ещё? — голос Крэйга. Требовательный, резкий, но в нём слышится что-то, чего я раньше не замечала. Отчаяние.

Тишина. Такая долгая, что мне кажется — они оба замерли статуями.

— Оберон. — Теперь это не вопрос. Требование. — Сколько. Ещё. Осталось.

Раздается тяжёлый вздох. Вероятно командора.

— Вэйлон…

— Не надо. — В голосе Крэйга появляется хрипотца. — Не надо мне твоих успокоений. Не надо твоей проклятой логики. Я вижу тебя каждый день. Каждую, мать твою, секунду. Я знаю, сколько ты уже использовал. Я знаю, как ты выглядел после Редока. И как после Рамоса. Сколько ещё, Оберон?

Пауза. Дыхание. И тихий, почти безразличный ответ:

— Один.

Я зажимаю рот трясущейся рукой.

— Один раз? — переспрашивает Крэйг. — Один⁈

— Да, — коротко отвечает Стилс.

— Превращение… — Крэйг выдыхает так, будто ему нанесли удар. — Ты… ты сказал, что у нас есть время. Ты сказал, что сможешь…

— Я ошибся. — Стилс произносит это ровно, как отчёт о потерях. — Сила, которую Варгос черпает из Разлома, растёт быстрее, чем я предполагал. Чтобы противостоять ей… нужно больше, чем я могу дать. Ещё один полный вызов — и контроль будет потерян.

Тишина. И вдруг — глухой удар. Я не вижу, но представляю, как кулак Крэйга врезался в стену.

— Нет. — В его голосе — ярость. Чистая, беспомощная. — Нет, Оберон. Я не позволю. Не ходи на тот проклятый разлом. Мы найдём другой способ. Арзас придумает. Элира и Левиар… их сила…

— Может не сработать, — жёстко обрывает Стилс. — Ты видел сегодня. Их удар не пробил барьер. А у нас нет времени ждать, пока они научатся. Рой наступает. Варгос набирает силу. Я должен использовать всё, что…

— Тогда я пойду вместо тебя! — Крэйг почти кричит. Почти. Но я слышу, как он сдерживается. — Прикажи. Я… я не боюсь. Я пойду туда. Я заберу с собой столько этих тварей, сколько смогу. Я…

— И умрёшь. — Стилс обрывает его. Спокойно. Неумолимо. — Зачем? Чтобы я остался жить ещё на неделю? Чтобы смотреть, как твоя смерть ничего не меняет? Чтобы потом всё равно сделать то, что должен? Нет, Вэйлон. Не надо.

— Тогда дай слово.

В голосе Крэйга — мольба. Тот, кто никогда не просит, сейчас умоляет.

— Дай слово, что не будешь больше использовать некромантию. Какая бы жопа ни случилась. Дай слово, Оберон.

Стилс молчит.

— Оберон.

— Ты же знаешь, что я не могу, — тихо говорит Стилс.

— Можешь. Ты всё можешь. Ты всегда… — Крэйг замолкает. И я слышу, как его дыхание сбивается. — Пожалуйста. Хотя бы это. Хотя бы мне. Дай слово, что попробуешь без этого. Что не станешь… не превратишься, что не бросишь…

— Вэйлон…

— ДАЙ СЛОВО!

В комнате становится тихо. Так тихо, что я слышу, как стучит моё сердце.

— Я…

Стилс не заканчивает.

Мимо меня пролетает взволнованный Арзас и распахивает дверь:

— Командор. Вас срочно вызывают. И вас, — он переводит взгляд на меня и Левиара, который уже подошёл следом. — Советники. Императрица… — он запинается. — С императором что-то случилось.