Глава 16. Вечеринка

— В гробу я видала такие свидания, — бормотала Миранда, таща меня за руку. — Сходу напоить чайком, а потом добро пожаловать в спальню налево от портала. Специально ведь домой позвал — удобно, все под рукой. Халат нацепил, чтоб с одеждой не возиться. Чтоб я еще… Хоть раз… Да никогда!

— Мороженое, жаль, не попробовали, — вздохнула я. — Невежливо вот так уходить, не попрощавшись.

— Невежливо угощать возбуждающим зельем, — возразила Миранда. — Ты как? Точно отпустило?

— Вроде бы…

— Может, домой пойдешь? Или вернешься к Родерику, скажешь, что я очень извинялась, но у меня вдруг заболела голова от переживаний за обезьянку.

— Нет, если я не приду к Эммету на день рождения, будет некрасиво, — отказалась я. — Он спас меня от запечатывания, не отвернулся, когда все насмехались, и скоро наши родители поженятся.

— Дай-то боги, — кивнула Миранда. — Твоей маме это точно пойдет на пользу. А вот из Эммета будет так себе брат.

— Родерик будет волноваться, — вздохнула я, и Миранда насмешливо на меня посмотрела. — Он может отправить Мисси искать меня, — сердито пояснила я. — Или бабочку. Тогда мы приведем ректора прямиком на вечеринку, которые вообще-то запрещены.

— Ты права, — согласилась подруга. — Делаем все быстро — и уходим, чтобы не привести хвост.

— Хвост? — переспросила я.

— Так говорят, — пожала она плечами и улыбнулась, вспомнив: — Бедная мартышка, Изергаст так ее тряс, я думала, у нее зубы выпадут.

— А я думала, ты на него смотрела, — хихикнула я. — Там и правда есть на что посмотреть.

— Ты, кстати, не заметила у него татушку?

— На груди гексаграмма.

— Нет, — покачала она головой. — Где-то есть еще. Но, чувствую, не судьба мне ее увидеть.

— Может, тебе еще повезет, — усмехнулась я, а Миранда фыркнула и толкнула меня локтем.

Ночь над академией была совсем не такой жаркой, как в джунглях, и когда мы подошли к домику Джафа, Миранда слегка продрогла и прижалась ко мне теснее, греясь о мой бок точно о печку. Звезды в небе рассыпались мелкими искорками, шумели деревья, качаясь на ветру, вдали шептало море, но кроме этих звуков не было слышно ничего, а в окнах не горел свет.

— Неужели все разошлись? — расстроилась я. — Мы опоздали!

Миранда открыла дверь, и на нас обрушилась волна света, музыки, криков и смеха.

— Полог тишины, — поняла я.

— Сейчас я использую болтушку на Джафа, — сказала Миранда прямо мне в ухо, чтобы перекричать шум, — поздравим Эммета и сразу уйдем. Ладно?

— Вон там Джаф, — указала я. — Ох, Миранда, он что, всегда был таким…

Широченные плечи, твердый профиль, уверенная сила в каждом движении. Ноздри Джафа вдруг слегка дернулись, а потом он быстро повернулся ко мне, безошибочно найдя взглядом.

— Каким — таким? — спросила Миранда, а я с усилием отвела взгляд от парня и посмотрела на подругу.

— Меня, похоже, не отпустило, — призналась я.

Сжав мою ладонь, Миранда быстро протащила меня через толпу и завела в ванную комнату.

— Сиди тут, — приказала она, зажигая светильник на стене. — Закрой за мной и никому не открывай. Поняла?

Я кивнула, и Миранда, покусав губы, обернулась на Джафа, который уже шел к ней, возвышаясь над остальными гостями.

— Мне очень надо узнать, что же он на самом деле ко мне чувствует, — прошептала она. — Понимаешь?

— Сидеть тут и никому не открывать, — кивнула я и показала ей большой палец.

— Я быстро, — пообещала Миранда и закрыла дверь, а я задвинула щеколду.

Ванная Джафа напоминала мою — та же лаконичность в обстановке и минимум удобств: ванная со стойкой для душа, лейка в котором была задрана под его рост до самого потолка, маленький умывальник, унитаз. Рядом с зеркалом — шкафчик для принадлежностей, открыв который, я заметила расческу, а на ней — длинный кудрявый волос. Быстро закрыв шкафчик, присела на край ванны и отпихнула ногой грязный носок. Подумав, хорошенько умылась холодной водой. Набрав ее в пригоршню, сделала несколько глотков, как вдруг в дверь забарабанили.

— Есть кто? — спросил женский голос.

— Занято, — басом ответила я.

За дверью выругались и ушли.

Выключив воду, я посмотрела в зеркало. Влага испарилась с кожи мгновенно, зрачки чуть не на всю радужку. Надо было остаться с Родериком. Стоило лишь подумать о нем, как дыхание перехватило, а внизу живота сладко заныло.

— Эй, скоро там? — снова спросил женский голос. — Тебе плохо?

— Уйди, — буркнула я.

Где же Миранда? Хотя на ее месте я бы задержалась с Джафом подольше. Зачем вообще она его бросила? Очевидно же, что он просто зверь. В хорошем смысле.

Выдохнув, я снова включила кран с холодной водой. Умывшись, провела влажной ладонью по шее, груди, и едва не застонала от прикосновения — кожа стала такой чувствительной. Я обвела губы языком, наслаждаясь острым откликом тела, и едва не подпрыгнула от очередного стука.

— Там кому-то плохо, Эммет, — пожаловалась та же девушка.

— Точно плохо? Не хорошо? А то как бы я не помешал.

Защелка сдвинулась быстрее, чем я успела отреагировать, дверь приоткрылась, и на меня посмотрели бирюзовые глаза.

— О-па, — обрадовался Эммет и, протиснувшись в щелку, закрыл за собой. В дверь гневно забарабанили, и он, обернувшись, выкрикнул: — Пописай на травку, Лисса, ты же анимаг.

Я сцепила пальцы в замок, улыбнулась и неловко поздравила:

— С днем рождения.

— Спасибо, — ответил Эммет. — Я не видел, как ты пришла. Что тут делаешь? Все нормально? Румяная такая. У тебя нет температуры?

Он протянул руку, чтобы потрогать мой лоб, и я шарахнулась в сторону.

— Все хорошо, — ответила я.

— А чего ты тут прячешься? — спросил Эммет, склонив голову на бок и внимательно меня рассматривая.

— Просто… Ну, да, не очень себя чувствую… Но все в порядке! — воскликнула я, когда он снова шагнул ко мне.

В тесной ванной не развернешься, и я оказалась приперта к стенке. Быстро глянув по сторонам, я схватила крышку от корзины с грязным бельем, выставив ее перед собой как щит.

— Я не собираюсь на тебя нападать, — заверил Эммет, хмурясь. — Что с тобой, Арья?

Он отвел мою руку вместе с плетеной крышкой в сторону, шагнул еще ближе и положил ладонь мне на шею. Ахнув, я закрыла глаза и прислонилась к стене, чтобы не упасть.

— Как интересно, — пробормотал он, поглаживая мою шею. — Какое-то зелье, очевидно. Забористое… Кто тебя опоил?

— Неважно, — выдохнула я. — Хотели Миранду, а меня за компанию… Можешь убрать это? Ты же отличный целитель.

— Не знаю, — ответил Эммет. — Вообще-то оно не причиняет тебе вред…

Его ладонь скользнула по моей шее назад, пальцы запутались в волосах на затылке. Я попыталась оттолкнуть Эммета, но руки предательски обвили крепкую шею. Его волосы слегка отросли и завивались тугими колечками. От чистой и нежной как у девушки кожи пахло вином и шоколадом, а еще океаном. Казалось, закрой глаза — и услышишь шум волн, а на кожу полетят соленые брызги.

— Я ведь и правда подал заявку на брак, — пробормотал Эммет, а его губы коснулись моей щеки — легонько, едва ощутимо, точно дыхание моря. — Император не одобрит, конечно. Ты ведь студентка… Да и Адалхард… Я сделал это скорее ради себя. Арья…

Теперь он шептал мне на ухо, и его дыхание обжигало кожу. Дразнящий поцелуй в шею, зубы прикусили мочку, и я тихо застонала, выгибаясь ему навстречу, а он прижал меня теснее, вжимаясь бедрами, заставляя почувствовать его желание.

— Эммет… — выдохнула я. — Не надо.

Он уперся ладонями в стену по обе стороны моего лица, отстранился.

— …чтобы определить для себя, что я и правда хотел бы, — прошептал он, глядя на мои губы. — А я хочу. Очень хочу, Арья. Нам было бы так хорошо вместе. И легко, и просто…

Эммет медленно склонился ко мне. Красивые губы, такие чувственные, со слегка загнутыми вверх уголками…

— Эммет, — я посмотрела на него, и бирюзовые глаза показались темными, точно море во время шторма. — Я же под зельем сейчас, ты понимаешь?

Желваки выступили на его челюсти, он глянул на мою грудь, вздымающуюся в декольте, а потом улыбнулся, вновь превращаясь в беззаботного Эммета, которого я знала.

— Ладно, — легко сказал он, пожав плечами, и отступил.

Я выдохнула.

— А впрочем, — пробормотал Эммет, делая шаг вперед и вновь прижимая меня к стенке, — маленький подарок на день рождения…

Его губы смяли мои, язык проник в рот, а руки обняли меня, вжимая в крепкое тело.

* * *

— Привет, — беззаботно сказала Миранда.

Сделав вид, что ее толкнули в толпе, качнулась к Джафу и, прижавшись к нему на миг, сунула болтушку в карман брюк.

— Осторожней, — буркнул Джаф, отодвигая Хруша подальше. — Я боялся, ты уже не придешь, — признался, глянув на Миранду.

А у нее сердце сжалось от того, каким он ей показался родным, знакомым до малейшей черточки: темные волосы с непокорными вихрами на макушке, карие глаза, немного неуверенная улыбка. Так странно, что этот парень может хоть в чем-то быть не уверен, и она, Миранда, тому виной.

— Я хотела поговорить, — выпалила она быстро, чтобы не передумать.

Джаф кивнул и, взяв ее за руку, повел в комнату, которую она какое-то время считала своей. Миранда, задержавшись, обернулась, но возле ванной все было спокойно — девчонка-анимаг постояла там и ушла.

Вечеринка осталась за дверью. Джаф, прислонившись к ней спиной, хотел сунуть руки в карманы, но Миранда быстро перехватила его ладонь. Джаф сглотнул и вопросительно посмотрел на нее.

— Спасибо за брошку, — сказала Миранда. — Она красивая.

— Это ты красивая, — ответил Джаф. — Я бы подарил тебе все, что у меня есть.

— Не надо.

— Вот именно. Тебе это не надо, — согласился он. — А что тебе надо, Миранда?

— А тебе? — спросила она, заглянув ему в глаза.

— Ты, — сказал Джаф, не раздумывая.

Миранда отвела взгляд и, отпустив его руку, отошла к окну. Здесь все было по-прежнему: кровать, стол, стул. Разве что учебников стало больше, да выцарапанную гексаграмму — защиту от Мисси — прикрывает ковер.

— Ты так легко и быстро нашел мне замену, — сказала она, проведя пальцем по стеклу.

— Это другое, — возразил Джаф. — С ними я просто сплю.

— С ними, значит, — кивнула Миранда, устраиваясь на широком подоконнике. — Я думала, другая всего одна, а у тебя уже целый гарем…

— А чего ты ждала? — резко спросил он. — Ты бросила меня! Почему?

— Я тебя не бросала. Просто… — она покусала губы, а после выпалила на одном дыхании: — Я думала, что после оживления Изергаста буду привязана к нему навсегда.

— Что? — изумился Джаф.

— Но, к счастью, никакой связи не образовалось, — легкомысленно улыбнулась Миранда. — Наверное, накосячила с ритуалом.

— Значит…

— Значит, — кивнула она.

— Теперь ты… Мы… Могли бы…

— Я не знаю, — ответила Миранда, сидя на подоконнике и болтая ногами. — А ты что думаешь?

Джаф стоял и смотрел на нее, и сердце Миранды сжалось от дурного предчувствия. Все было не так. Сейчас Джаф должен был подойти к ней, поцеловать, и дальше все было бы так просто…

— С тобой так не просто, Миранда, — медленно произнес он, и ее сердце ухнуло куда-то вниз.

Джаф провел пятерней по волосам, и они, и без того вечно всклокоченные, встали дыбом.

— С тобой — всерьез, навсегда, до самых костей, до сердца. А я… — Джаф принялся ходить туда-сюда по комнате, точно дикий волк, запертый в клетку. — Мне восемнадцать, Миранда! Я жил в деревне. Я не видел ничего. А тут — академия, магия, девушки. Такие… разные все. Красивые. Мне сложно, понимаешь?

— Пытаюсь, — выдавила она.

— Я мастер хаоса. Во мне столько энергии!

— Которой ты готов щедро делиться.

— А куда мне ее девать? Я не выбирал такую судьбу. Боги зачем-то отмерили мне больше.

Он остановился, лизнул выступившие клыки, и они втянулись.

— Хватит, Джаф, я поняла, — бросила Миранда.

— Ты меня любишь? — спросил он прямо, остановившись перед ней.

— А какая разница? — растерялась она. — Я не могу соперничать со всеми женщинами мира. И не хочу.

Он присел рядом с ней на подоконник, взял ее ладонь в свою руку, полюбовался тонкими белыми пальцами.

— Некромантка, — задумчиво произнес он. — Мы совсем разные. Отчего же меня так к тебе притянуло, а?

— Может, именно поэтому, — ответила Миранда, зябко подернув плечами. — Противоположности. Разные лучи.

Джаф сунул руку в карман и вытащил болтушку.

— Я бы и так тебе все рассказал, без этой штуки, — он вложил артефакт в ладонь Миранде, и она почувствовала, как кровь прилила к щекам. — Я всегда был честен с тобой. Буду и сейчас. Ты нужна мне. Я люблю тебя. Ты в моем сердце, Миранда. Словно моя половинка. Совсем другая, но такая моя. Но отношения с тобой — это все равно что выйти сражаться сразу с королевой хаоса.

Миранда горько усмехнулась, отвернулась к окну. Там было темно, и такая же беспросветная мгла царила сейчас в ее душе. Перед глазами все расплывалось от слез, а в груди болело так, будто ее ковыряли тупым ножом. Зачем она вообще решила завести этот разговор? Вечно пытается все выяснить, разложить по полочкам, лучше бы жить и не знать…

— Подожди меня, — глухо попросил Джаф, выпрямившись и встав перед ней. — Так у меня еще будет шанс… Я не хочу тебя терять, Миранда. Если мы с тобой, а потом я с кем-то еще… Я ведь потеряю тебя навсегда, правда? Ты ведь не простишь, если я с кем-то еще…

— Не прощу, — подтвердила она. Сморгнув слезы и вытерев щеки ладонью, Миранда повернулась к нему, убрала темную прядь, упавшую на лоб, пригладила непокорный вихор и спокойно спросила: — А ты? Готов принять, что я буду с другим?

— А ты хочешь? — быстро спросил Джаф. — Ты что, встречаешься с кем-то?

— Это был гипотетический вопрос.

Он сжал челюсти, посмотрел ей в глаза.

— Наверное, я бы убил того, другого. А может и нет. Ведь ты бы его любила.

— Не обязательно, — равнодушно пожала она плечами. — Может, мне просто стало бы любопытно, отчего все так сходят с ума по этому сексу.

Джаф покачал головой.

— Ты не такая.

— И что, даже не предложишь показать? — цинично усмехнулась Миранда, замирая от обиды и какой-то глупой надежды.

Джаф оперся о подоконник руками, заключив ее в объятия, медленно склонился к ее плечу, осторожно прикоснулся теплыми губами к коже, лизнул ключицу, шею и зарылся лицом ей в волосы, вдыхая аромат.

— Сейчас — нет, — пробормотал он. — Нельзя. Я не могу быть с тобой полностью. Целиком. Так, как ты того заслуживаешь. Я ведь ждал тебя, Миранда! — напомнил Джаф, отстраняясь и заглядывая ей в глаза. — Подожди и ты меня. Я пока не могу держать своего зверя, но я научусь!

— Значит, не можешь… — она с силой потерла плечо, будто пытаясь убрать след его поцелуев. Губы кривились, и Миранда едва сдерживалась, чтобы не заплакать.

— Ты ведь хотела знать правду, — глухо сказал Джаф. — Иначе не стала бы совать мне этот артефакт. Не могу, Миранда. Сплошные инстинкты. Я с тобой сейчас, а какая-то часть меня рвется к ванной, скулит и требует оторвать Эммета от Арнеллы и занять его место…

— Что? — ахнула Миранда. — Эммет?

Вывернувшись из объятий Джафа, она выскочила из спальни и бросилась через толпу.

* * *

Дверь не открывали, как Миранда в нее ни барабанила.

— Отойди-ка.

Джаф взялся за ручку, по косяку побежала трещина, а потом он просто отставил дверь в сторону.

— Ох ты ж хаосиное дерьмо, — выругалась Миранда.

Проскользнув мимо Джафа и отпихнув Эммета, она вернула лямку платья Арнелле на плечо, вгляделась в лицо подруги и едва сдержалась, чтобы не ругнуться снова: губы распухли от поцелуев, на щеках румянец, в глазах огонь.

— Подожди! — вскинулся Эммет, но Джаф отодвинул его в сторону с такой же легкостью, как и дверь.

— Отвали! — рявкнула Миранда, обернувшись. — С днем рождения, скотина ты такая.

— Спасибо, — ухмыльнулся он. — Не забирай ее. Арья, скажи ей…

Взяв подругу за руку, Миранда протиснулась мимо Джафа, который провел их потемневшим взглядом, мимо Эммета, который, впрочем, не пытался их остановить, и вклинилась в толпу студентов. Хруш, анимаг со старших курсов, с шумом втянул воздух, запрокинув голову, а потом уставился на Арнеллу и, глумливо ухмыльнувшись, двинулся за ними.

— Куда ты ее уводишь? — спросил он, идя следом. — Огонечек, ты же явно хочешь повеселиться…

— Девушкам пора, — Джаф догнал их и, оттеснив Хруша, довел до двери и выпустил наружу. — Миранда… Больше всего на свете я не хочу обижать тебя, пойми. Пожалуйста!

Она молча покачала головой, торопясь уйти как можно быстрее. Подальше от вечеринки, парней и веселья, от всего того, что проходит мимо нее. Будто она, Миранда, какая-то прокаженная. Откровенное признание Джафа словно вынуло из нее всю душу, и в груди теперь было пусто и больно, а в голове, точно надоедливые мухи, бились рваные мысли.

Подождать? Любит? Нужна? Разве так бывает? Сколько ждать? Год? Два? Пока он не перетрахает всю академию? А потом? Сделать вид, что все нормально?

Но Джаф не стал врать. Хотя мог бы. Он мог переспать с ней и рассказать все потом, было бы еще хуже. Она бы чувствовала себя использованной, как Арнелла после той ночи с Адалхардом.

— Оставила буквально на пару минут! — взъярилась она, обернувшись к Арнелле. — А ты присосалась к Эммету как… как карп к булке!

— Я когда-то любила кормить рыбок, — кивнула Арнелла, едва поспевая за ней. — Они приплывали к пирсу, и я бросала им крошки. Вода прямо бурлила. — Она вдруг всхлипнула и разрыдалась: — Я шлюха!

Миранда выругалась про себя и, остановившись, обняла подругу.

— Это все Изергаст, — сказала она, поглаживая ее по спине. — Ты ни в чем не виновата.

Джаф тоже ее хотел. От Миранды не укрылось, каким взглядом он проводил Арнеллу. С чего он вообще взял, что его животное однажды перестанет пускать слюни на других женщин? И почему он решил, что для Миранды все может быть только всерьез? Может, она тоже шлюха. Может, ей тоже начать спать со всеми подряд. Вдруг понравится.

Миранда сцепила зубы, сердито глянула на Арнеллу, чьи глаза горели в темноте как две свечи.

— Я не должна была туда идти, — всхлипывала она. — Я — падшая женщина.

— Вы ведь не успели… — испугалась Миранда.

— Нет, — быстро покачала головой Арнелла.

— Значит, Эммет еще поживет, — выдохнула она. — Если бы он воспользовался ситуацией, а потом Адалхард об этом узнал, то от твоего будущего сводного брата осталась бы горстка пепла. В лучшем случае.

— Я его не достойна.

— Кого это? — не поняла Миранда.

— Родерика, — губы Арнеллы снова задрожали, она закрыла лицо ладонями и отвернулась. — Он предлагал мне замуж, спас мою маму, а я…

Вздохнув, Миранда взяла ее за плечи и развернула к себе. Пощелкав пальцами перед лицом, заставила посмотреть в глаза.

— Так, слушай и запоминай. Никакая ты не шлюха. Кивни.

— Я целовалась с Эмметом! И мне понравилось!

— Больше чем с Адалхардом? — заинтересовалась Миранда.

— С Родериком это ооо, — протянула она с чувством, — а с Эмметом — ах. Но тоже приятно.

— Так вот. Ты поздравила его с днем рождения и поцеловала. Как будущего брата.

— Вообще не так, — возразила Арнелла. — Его язык был в моем рту.

— Ты хочешь, чтобы Эммет сдох жестокой и мучительной смертью? — прямо спросила Миранда.

— Нет.

— Тогда не говори Адалхарду о том, что произошло, — приказала она.

— А ты? — спохватилась Арнелла. — Поговорила с Джафом? Миранда, он такой… Ррр…

— Я смотрю, ты теперь объясняешься звуками, — усмехнулась она. — Не ррр он, а меее.

— Значит, не помирились, — вздохнула Арнелла. — А вот Изергаст. Он тоже…

— Тоже ррр? — улыбнулась Миранда и, вновь взяв ее под руку, повела к дому.

— Нет, Изергаст, он… — Арнелла задумчиво посмотрела на звезды, как будто могла прочитать там ответ. — Даже не знаю. Нет, так его не описать. Он сложный. Мне кажется, в нем всего намешано, — она повернулась к Миранде и сказала: — Но он так на тебя смотрит, будто ты одна во всем мире.

— Не хочу я сейчас думать ни про Джафа, ни про Изергаста, — буркнула Миранда, — с тобой-то что делать?

Остановившись, она с сомнением посмотрела на домишко, появившийся из тьмы. Влезть в него даже без магии — раз плюнуть. Оставлять Арнеллу одну никак нельзя. Вдруг Эммет не удержится и решит продолжить? Или, упаси боги, Хруш. Вон как принюхивался.

Огненная бабочка вспорхнула перед ее лицом, и Миранда заметила вдали темную фигуру.

— Помнишь, что я тебе говорила? — напомнила она, повернув к дому ректора. — Лучше не рассказывай ничего Родерику. Или как-то обтекаемо…

— От Эммета пахнет океаном, — выдохнула Арнелла. — Меня словно качало на волнах…

— Вообще молчи, — припечатала Миранда. — Ни слова.

Адалхард, ускорив шаг, нагнал их уже у крыльца.

— Не думал, что вы удерете из дома одного мастера к другому, — слегка пожурил он.

— Забирай, — сказала Миранда и подтолкнула к нему Арнеллу.

— Что? — растерялся Родерик, но потом, открыв дверь, пропустил девушку внутрь. — Арнелла, милая моя, подожди минутку, — попросил он совсем другим тоном, а затем, закрыв, вновь повернулся к Миранде: — Ты что, думаешь, я каменный? — сердито прошептал он.

— А ты хочешь, чтобы утром она проснулась с кем-то другим? — в лоб поинтересовалась она, с любопытством наблюдая, как его перекосило от одной только мысли.

— Прости, — сказал он после паузы. — Я не знал про чай.

— Я поняла, — кивнула она, разглядывая Родерика. — Знаешь, похоже, ты был лучшим мужчиной в моей жизни, если можно так выразиться.

Он вскинул бровь, перечеркнутую шрамом, и Миранда пояснила:

— По крайней мере, ты думал обо мне. Предложил замужество. Потом тот договор о незапечатывании… Забудь, — тряхнула она головой. — Каждый имеет то, что заслуживает. Иди к ней.

Она спустилась по ступенькам и, обхватив себя руками, пошла к общежитию, но Родерик догнал ее через пару шагов и накинул на плечи тяжелый теплый плащ, обнявший ее, точно друг.

— Что у тебя случилось? — спросил Родерик, идя рядом.

— Вы ведь не думаете, мастер Адалхард, что я сейчас распахну перед вами всю свою девичью душу? — съязвила она.

— Я вижу, что ты плакала. Если это из-за Моррена, то все не так как кажется, — нехотя сказал Родерик.

— То есть он не хотел опоить меня и поиметь?

— Хотел. Но все сложнее.

— Что ж тут сложного, — пожала она плечами и поправила сползающий плащ.

— Вот хаос, я будто сводница… — усмехнулся он. — В общем, Миранда, ты так ему нравишься, что он просто в ужасе. И поэтому ведет себя как дурак.

— А обычно он ведет себя по-другому? — не поверила она.

— Бывает еще хуже, — признал Родерик, улыбнувшись. — Но с ним интересно, согласись.

— Пожалуй, — признала Миранда. — Не надо меня провожать. Тут ведь безопасно, на территории. Никаких ровных. И Арнелла ждет.

— Ладно, — сказал он. — Ты точно в порядке?

— Идите уже, — сердито выпалила она и ускорила шаг.

Через какое-то время обернулась, посмотрев вслед ректору, но его уже не было видно. Как назло, небо затянуло облаками, и свет луны, без того бледный, вовсе померк. Впереди маячила двойная дорожка фонарей, ведущая к женскому общежитию, но тут, у преподавательских домов, отчего-то обходились без огней.

Деревья тихо скрипели, протягивая ветки, и под каждым чудилась притаившаяся тень. Вновь обернувшись, Миранда как будто заметила силуэт, метнувшийся через тропинку. Хрустнула ветка, послышалось чье-то дыхание. Или это лишь ветер?

— Есть тут кто? — прошептала Миранда, присматриваясь.

Она распахнула глаза, пытаясь смотреть так, как учил Изергаст. Если она увидела яд, то наверняка заметит и злого человека, который прячется позади. А в то, что кто-то добрый может тайком идти за ней ночью, верилось слабо.

По сумраку потянулись сиреневые прожилки ее магии, изучая, присматриваясь. Миранда ровно дышала, пытаясь сохранять спокойствие. Вот под одним из деревьев, кажется, и правда кто-то есть… Она прищурилась, пытаясь разглядеть, и прямо перед ней вырос призрак.

Взвизгнув, Миранда отскочила в сторону и схватилась за сердце.

— Не надо так орать, — высокомерно произнесла Мисси, — как будто привидения никогда не видела.

— Мисси, хаос тебя раздери, — выдохнула Миранда. — Напугала. Зачем явилась?

Мисси закатила глаза и медленно поплыла впереди.

— Думаешь, мне доставляет большую радость ходить тут с тобой? — поинтересовалась она.

— Так чего пристала? — спросила Миранда, догоняя ее.

— Я? — возмутилась Мисси, и даже рукава ее платья встопорщились сильнее. — Это ректор, моя любовь, приказал присмотреть за тобой и провести до дома. Хотя, как по мне, кому ты нужна?

— Тут ты права, — вздохнула Миранда.

— Я чую депрессивные нотки в твоем голосе, — Мисси насторожилась, как охотничий пес, учуявший след. — Глаза заплаканные. Плечи поникшие. Тебе грустно! — возликовала она.

— Есть такое.

— Тебе печально, и сердце рвется на куски, и кажется, что жить дальше не за чем…

— Ну…

— Покончи с этим раз и навсегда! А потом, когда ты тоже станешь привидением, я познакомлю тебя с очень интересными мужчинами.

— Да ладно, — не поверила Миранда.

— Мастер Изергаст поднял несколько умертвий охранять периметр, — пояснила Мисси. — Они диковаты малость, все же позапрошлый век, так что манеры и обхождение сомнительные, но зато какой пыл…

— Это у умертвий, что ли? — не поверила Миранда.

— Умрешь — сама увидишь.

— Зачем тебе пылкие умертвия, да еще и такие древние? Ты же любишь Родерика.

— Так и что, — пожала плечиками Мисси и поправила прозрачный локон. — Пусть я жду воссоединения с моей любовью, но вполне могу развлечься беседой и невинным флиртом. Вот, кстати, образец мужской галантности и красоты.

От стены общежития отделился темный силуэт, двинулся к фонарю, и Миранда едва не застонала, узнав некроманта. Остановившись, подождала, пока он сам не подойдет.

— Мастер Изергаст, — кокетливо прощебетала Мисси. — Какие туфли!

— Приятно, что ты оценила, Миссабель Керкекер. Выглядишь чудесно. Как всегда.

— Благодарю, — улыбнулась она, потрепетав ресницами. — Боюсь, однако, мне пора. Столько дел. Надо проверить периметр, а потом разогнать ту вечеринку, о которой якобы никто не знает… Пока.

Взмахнув ручкой, Мисси растворилась.

— Я надеялась, что на сегодня мы достаточно наобщались, — откровенно призналась Миранда, глядя в зеленые глаза.

— Я же надеялся на куда более длительное и тесное общение, — не менее откровенно сказал Изергаст. — Почему на тебе плащ Адалхарда?

— Мне было холодно.

— Возьми лучше мой.

Сняв черный плащ некроманта, Изергаст набросил его на плечи Миранды, и она слегка ссутулилась под двойной тяжестью.

— А вы не продрогнете в халатике?

— Беспокоишься обо мне?

— Ничуть, — фыркнула она. — Доброй ночи.

— Подожди, — быстро попросил Изергаст и, поймав ее за руку и шагнув ближе, всмотрелся в ее лицо. — О, боги, — прошептал он растерянно, а его лицо исказилось от эмоций. — Ты что, плакала? Из-за меня?

— Ну… — протянула она, сбитая с толку его явным беспокойством.

— Миранда! Я… Я… Я больше так не буду! — выпалил он, став совершенно несчастным.

— Так — это как? — решила она уточнить.

— Как скажешь.

— Никакого чая?

— Клянусь!

— И никаких заклятий, артефактов и прочих уловок, направленных против меня? — перечислила Миранда.

Изергаст поджал губы, и она потребовала:

— Дай слово!

— Клянусь, — повторил он глухо.

— Значит, все честно и откровенно?

Изергаст молча кивнул.

— Объясните тогда, что вообще происходит, мастер Изергаст? Не можете пройти мимо очередной некромантки?

Он погладил ее пальцы, помешкал, будто подбирая слова.

— Ты особенная, — произнес он.

— И скольким девушкам вы это говорили?

— Не считал, — честно признался Изергаст. — Но в твоем случае это правда.

— А это тоже говорили?

— И это, — согласился Моррен. — Но у меня есть доказательство, что я не вру.

Он сунул руку в карман халата и достал потрепанный томик с железными уголками.

— Редкие и особенные проклятья, — пояснил он. — Запрещенная книга. Если попытаешься вынести ее за пределы академии — сгорит. Я не дал бы ее никому. Разве что Адалхарду. И старой Эйне, она та еще ведьма, но с понятиями. И, может быть, Рурку. Хотя кого ему проклинать? Он добродушный как песик, хоть и медведь…

— Я поняла, — перебила его Миранда, выхватывая книгу. — Ух ты! — восхитилась она, листая страницы. — И со схемами, и с примерами…

— Ты простишь меня?

— Уже. Вообще-то это не вы меня расстроили. Из-за вас, мастер Изергаст, я пока не пролила ни слезинки и надеюсь, так будет и впредь.

— Из-за кого же ты плакала? — обманчиво равнодушно спросил он, но Миранда, подняв взгляд, успела заметить холодную ярость, вспыхнувшую в изумрудных глазах.

— Просто день не задался, — соврала она.

— Хочешь, убью того, кто тебя расстроил? — предложил он.

— Вы серьезно?

— Вполне.

— Нет. Спасибо. Книжки вполне достаточно в качестве извинений.

— Тогда, быть может, я заслужил благодарность? — проворковал Изергаст, поправляя на ней плащ.

— За что это? — возмутилась Миранда, прижимая к груди книжку.

— Я спас мартышку, — напомнил он.

— Вообще-то спасал в основном Адалхард, — возразила она.

— Я тоже старался!

— Да, — улыбнулась она.

— Не пригласишь меня на чай? Я покажу тебе особенно интересные места… В книге.

На какой-то короткий миг ей захотелось согласиться, хотя бы ради того, чтобы не оставаться одной этой ночью. В свете фонаря белые волосы Изергаста переливались серебром, на лице застыло напряженное ожидание. Да, он шутил и казался беззаботным, но для него все это как будто на самом деле было важным.

— Хватит с нас чая на сегодня, — отказалась она и, обогнув его, направилась в общежитие. — Доброй ночи, мастер Изергаст.

— Встретимся на индивидуальном занятии, Миранда Корвена, — донеслось ей в спину.

* * *

— Арнелла, прости, что заставил ждать…

Она стояла тут же, в прихожей, и глаза ее светились мягким огнем. Такая красивая, нежная… И что теперь с ней делать? Не в шашки же играть? Арнелла потянулась к нему, обняла и, закрыв глаза, потерлась носом о шею, а потом сладко вздохнула, так что теплое дыхание пощекотало кожу.

— Да к хаосу все, — пробормотал Родерик, подхватывая ее на руки.

* * *

— Список готов? — император потянулся, и позвонки в спине противно захрустели.

Очередного тигра, высосанного до капли, убрали, но в кабинете до сих пор воняло кошками и смертью. Император стремительно старел, и в последнее время все чаще думал, что этот процесс не остановить ни заклинаниями, ни ежедневными массажами, ни зельями. Его ждет черная рыхлая земля позади дворца и долгая жизнь, которую сложно назвать таковой. Кем он останется в истории? Как его назовут? Денверон Плодовитый? Денверон Всемогущий? Или Денверон Никакой? Он так и не сотворил великого деяния, и хаос все так же клубится за Стеной…

Сын сидел напротив, просматривая записи, как будто мог о чем-то забыть.

— Дай сюда, — резко сказал император, выхватив лист бумаги отросшей веткой. — Как-то многовато имен.

— Все первокурсники, прошедшие Лабиринт, — начал перечислять Антрес. — Потом еще те студенты, которые участвовали в вылазке за Стену. Их всего трое: Лефой и два Тиберлона. Развелось этих Тиберлонов, конечно…

— Лефой? Кажется, тоже присылал заявку на огненную магичку, — нахмурился император.

— Да, — подтвердил Антрес. — Первая любовь, быть может. Увы, ничего ему не светит.

— Мало ли… — пробормотал император, просматривая имена. — Может, девушка закончит академию и, как свободный от обязательств маг, выберет его. Посмотрел бы я на рожу Адалхарда в этот момент.

— Можно подумать, ты позволишь ей решать самой, после того, что она тут устроила, — Антрес потянулся в кресле легко и гибко и без всякого хруста.

— Дерзкая девчонка, — кивнул император. — Ну да ее мать получила за двоих. Уверен, что госпожа Алетт ничего не вспомнит?

Антрес неопределенно покрутил пальцами.

— Конечно, надежнее было бы ее убить, но Изергаст появился так некстати. Держал ее под локоток все время, пока мы шли по лестницам. Я вот не понял — ему-то что?

— Друг Адалхарда.

Хорошо иметь таких друзей. Сам он не доверял никому. Даже своим детям. Особенно им. Все его покои напичканы защитными артефактами и гексаграммами, и все равно чутье анимага не раз спасало ему жизнь, предупреждая об опасности.

— Там есть и некромантка, — многозначительно добавил Антрес, — молоденькая, только прошедшая Лабиринт…

— Наверняка Изергаст уже прибрал ее к рукам, — недовольно сказал император. — Сосредоточься на цели. Ты ведь все еще хочешь поймать путника?

— Ты прав, отец, — послушно сказал Антрес, как будто его мнимая покорность могла кого-то обмануть: все равно что ядовитая змея начала бы ластиться, как кошка. — Так вот, помимо студентов я пригласил всех потенциальных женихов огненной магички, как ты и хотел. Весьма мудрое решение: это отвлечет Адалхарда. Плюс записал тех, кто пережил осаду на третьем посту, и, для массовости, добавил бездельников, которые вечно трутся на балах, не забывая при этом пополнять казну. Ах да, еще там парочка вдов и с десяток запечатанных магичек, чью судьбу ты собирался устроить. Иначе Арнелла Алетт и та некроманточка оказались бы единственными дамами на балу. Вышло бы неловко.

— Хогер, — император ткнул пальцем в короткое имя, поморщившись при виде облезлого лака.

Ногти стали толстыми и желтыми точно копыта, но кожа на руках благодаря постоянным притираниям еще мягкая. Пошли слухи, конечно. Он мог бы обманывать народ и дальше — пудрой и балахонами, скрывающими отрастающие корни, но во дворце такими уловками никого не проведешь.

— Он из простых, — бросил Антрес. — Обычный парнишка из глуши. Я пытался выяснить про отца — бестолку. Может и путник.

Император кивнул, думая о том, что ему, в общем-то, плевать. Путник, не путник, да хоть его собственный отпрыск — какая разница. Детей у него столько, что он давно сбился со счета. Если бы не грызлись друг с другом, то давно скинули его с трона прямиком в яму за дворцом.

— Родных, можно сказать, нет, — болтал Антрес. — Есть сестра, без магии. Но Адалхард будет его искать. Да и Изергаст вон как заливал на инициации той девчонки из Тиберлонов, мол, все студенты важны… В чем-то я их понимаю. Сам ходил в патруль. Лучше, конечно, когда за плечом тот, кто может постоять и за себя, и за тебя, а этого Хогера они явно в патруль метят, куда же еще.

— Ты разве был в патруле? — удивился император.

— Сходил разок, — кивнул Антрес и передернул плечами. — Думал, может, так раскачаюсь, но нет. Больше меня туда ничем не заманишь.

— После того, как мы закончим с этим Хогером, надо будет избавиться от тела, — безжалостно сказал император. — Лучше бы вывезти останки за пределы дворца, чтобы ни Адалхард, ни Изергаст не шастали тут со своими поисковиками.

— Я все сделаю. Спишем на ровных, как обычно. Но сперва надо подумать, как этого Хогера выманить с бала.

Антрес сцепил пальцы в замок, и император вновь посмотрел на свои руки. Пальцы стали непослушными, а о том, чтобы почесать себе спину, он и мечтать перестал. Поморщившись, потерся о кресло зазудевшими лопатками.

— Надо сделать это незаметно, — рассуждал Антрес. — Все же мастер хаоса, пусть и недоучка.

Анимаг мастер хаоса. Император плотоядно облизнулся. Куда там жалким тиграм до такой мощи. Это все равно что припасть к источнику вечной жизни и молодости.

— …увести его сперва подальше, чтобы никто ничего не заподозрил…

— Ты, верно, шутишь, — усмехнулся император. — Молодой анимаг, только прошедший Лабиринт. Уровня мастера. И ты еще думаешь, где его слабое место?

— Действительно, — ухмыльнулся Антрес. — Впишу-ка я еще одно имя.

Он забрал список и добавил строчку.

— Не обязательно вводить ее в курс дела, — обронил император. — Достаточно намекнуть, что на балу будет свеженький анимаг.

— Сама прибежит, — кивнул Антрес.