Глава 17

Триумф был не только у меня. Впечатления произвели все девочки. Лорды были шокированы в самые пятки. Особенно Пуппи, который смотрел на меня так, что сердечко выпрыгивало из груди. Или не выпрыгивало… Минуту выпрыгивало, потом не выпрыгивало, потом снова… Ах, какая в сущности, разница, когда я одета вот в этот кошмар?

— Я рад, что ты в прекрасном настроении, — кто-то сцапал меня за локоть, разворачивая к себе.

Ника.

— Привет! Да… Вполне…

— Ты вчера ночью была явно не в себе… — мужчина пристально смотрел на меня.

— Вчера ночью? — нахмурилась я. — А что было вчера ночью?

— Ты ничего не помнишь? — удивился Ника. — Хотя бы в курсе, что тебя приворожили?

— Меня? Кто? — похлопала я глазами и вдруг посмотрела на Пуппи.

Ну какой же он хорошенький! Как грибочек… Бледная поганочка… Тьфу! Да почему я опять о нем думаю?!

— Если вдруг вспомнишь, на всякий случай… Противоядие ты уже приняла. Но эффект медленный.

Ответить я ничего не успела, потому что в зале, где должно было проходить испытание, вдруг наступила тишина. Почти гробовая. Слово взяла леди Визар, выйдя на небольшое возвышение вроде небольшой сцены. Прокашлялась, проверяя усиливающее голос заклинание.

— Девочки! Милые! Ну до чего же вы хорошенькие сегодня!

— Вашими стараниями… — мрачно буркнула я, услышав, как усмехнулся рядом Ника.

— Вишенки мои, чернички, персики…

— Фейхуашечки… — пробормотала снова и получила щелчок по носу от генерала.

— У этой мадам все отлично со слухом, — шепнули мне на ухо. — И с мозгами тоже. Если что. Она же специально вас всех провоцирует. Смотрит на реакцию….

Я тоже посмотрела на Визар. Теперь уже другими глазами. А что? В словах генерала Ники есть толика истины…

Тем временем приветственная речь распорядительницы подходила к концу.

— Ну вот, дорогие мои. Сегодня вы все поразите своих женихов своим талантом к приготовлению зачарованной, необыкновенной еды! Мороженое! Что может быть лучше? Сладкое, чуть терпкое… Оно должно обладать и уникальными свойствами. Будить скрытые чувства…

Нервно посмотрела на Пуппи. А вдруг я приготовлю такой десерт, что этот милый бледный пога… бледный лорд сразу же, почти моментально в меня влюбится и…

Додумать я ничего не успела, потому что всех нас, девушек, вдруг подхватила в воздух невиданная сила и поставила напротив приготовленных столиков. Столики были прекрасны почти так же, как и наши наряды — леди Визар и тут постаралась на славу. У кого-то были скатерти с жабками, у кого-то с цыплятами, у кого-то с морскими свинками.

Я, как всегда, была любимицей больной фантазии распорядительницы, а потому мне достался стол, обильно украшенный изображениями розовых тарантулов, от которых у меня по телу разбегалась нервная дрожь.

Разумеется, когда я вытянула вверх дрожащую длань, то поменять скатерть мне не разрешили, сказав, что розовые пауки — это мило, это прэлэстно и комильфо. На этом конфликт был исчерпан, а я смирилась с рисунками, которые хотя бы не оживали.

— Милые мои! Все необходимое вам находится в ящиках! Берите! Пользуйтесь! Творите самое невероятное осеннее мороженное! Начинайте же, конфетки мои!

Я уныло поймала насмешливый взгляд Ники. Тот явно наслаждался происходящим и с удовольствием разглядывал этот фестиваль гастрономического бреда.

Я же начала вспоминать то, что, казалось, запомнила хорошо. Рецепт! Как назло, из приходивших в голову ингредиентов вспылили на ум только гномьи зубы и молоко. Что там еще было?

Рядом со столиками и правда стояли высокие тумбы-морозильники, в которых находились разные продукты. Вспомнить бы еще очередность всего… Так… Молоко… Яйца… Нашла. Ваниль… Сахар… Ой, а что это в баночке такое… Зефирки, да?

Взяла баночку, в которой предположительно и были так называемые зубы «гнома-грешника», я с любопытством открыла ее и едва не сдержала вопль, тут же закрыв крышечку и отставив подальше от себя.

Зубы. Желтоватые. Кривоватые. А-а-а! Фу-у-у!

— Творите, мои неженки… — леди Визар посылала в воздух воздушные поцелуи.

А я думала, как обойтись без невероятно важного компонента осеннего десерта. А что? Не буду добавлять и все. Скажу, что у меня это… Они как дополнение! Вприкуску идут! Похрустеть!

Еще раз с отвращением глянула на упомянутый компонент супердесерта и принялась творить, понимая, что очередность приготовления сего чуда я вспомнить не смогу, как бы ни старалась. Зато вот подсмотреть у Изольды, которая старательно перемешивала все в мисочке, могла.

Да, нечестно! Да, нагло! Но у меня и вариантов других не было, поэтому я быстренько повторяла все действия за подругой. Подобная выходка, однако, не осталась незамеченной, потому что одна из девушек, Тарьяна Веари, вдруг гневно затребовала леди Визар, чтобы та лично убедилась в честности проводимого конкурса. В общем, говоря простым языком, на меня настучали. Подло. Нагло. И нечестно…

— Леди Фокс! — Визар гневно глянула на меня. — Из-за вас я вынуждена применить заклятие, которое не позволит вам подглядывать! Вы должны ориентироваться на собственные знания!

Что ж… Теперь меня и остальных девочек отделяли ширмы, которые не позволяли нам видеть ничего вокруг себя. Ну вот… Похоже, придется как-то самой сочинять рецепт чудо-мороженого.

А для этого нужно что? Правильно! Вдохновение!

И оно пришло. Я смешивала то, что уже успела соединить благодаря подглядыванию, засыпала орехи, которые прежде немного потолкла в ступке, и теперь думала над тем, чтобы использовать единственное заклинание, которое знаю, чтобы заморозить свой кулинарный шедевр.

Но стоило мне только произнести заклятие, как вдруг воздух рядом со мной словно сгустился, а я сама совершенно отчетливо услышала:

— НИЗЯ!

— Кто здесь?! — выпалила я.

— Ха-ха-ха… Дур-ра! Дур-ра!

Вначале я подумала, что звуки издает мороженое. Но, оказалось, что нет. Со мной говорила… БАНКА С ЗУБАМИ ГНОМА! Того самого. Который грешником был. Видимо, очень страшным грешником, потому что смех его был просто…

— А-а-а-а-а! — заорала я в надежде, что хотя бы кто-нибудь откликнется и придет мне на помощь.

Но нет… Сердечко не дрогнуло ни у кого. У меня только. Я уже ближе к клинической картине была. К инфаркту то есть!

— Чего ты хочешь от меня, злой демон?! — вырвалось у меня, а зубы гнома захохотали еще более зловеще.

— Я — твое единственное замораживающее создание! Без меня у тебя не получится приготовить этот превосходнейший, наивкуснейший десерт!

Подняла руки вверх:

— Сдаюсь! Сдаюсь! Не буду готовить! Не могу…

Зубы снова злорадно захохотали:

— О не-е-е-е-ет… Ты не сможешь покинуть это место, пока не заморозишь мороженое! А для этого тебе нужно кое-что вспомнить… Кое-что сделать…

— Но что?! — взмолилась я. — Пожалуйста, скажи мне!

— Это ты мне… хе-хе… скажи! Назови все мои грехи! Все до единого, до последнего вшивого грешочка! Тогда я отпущу тебя и вознагражу таким десертом, что все удавятся от зависти… Хе-хе… Мне на радость!

В душе заскреблись некоторые сомнения.

— Удавятся от зависти в прямом смысле или в переносном?

— Во всех! Аха-ха-хах! Давай! Называй грехи мои!

Приехали. Интересно, в подсказке, что давала мне Визар, об этом что-нибудь было сказано? Не помню. Хотя я ее и дочитать-то толком не успела. А девочки как? Знают грехи гномов? Или они заучивали их на практических занятиях? И учебники для этого дела были… С иллюстрациями… А-а-а-а! О чем я думаю?!

— Прости, но я даже и не знаю, чем вы, зубы, могли нагрешить.

— Мы, зубы, здесь представители великого Хрумхрямкуса Пришибленного! Гнома-изобретателя! Открывателя! Географикуса! Алхимикуса и историукуса! Так что можешь обращаться ко мне на «ты». Поняла?

— Угу, — пискнула я.

— Называй. Можешь угадывать. Только за каждый твой промах будем в банке менять твой зуб на мой.

Захотелось заплакать и позвать мамочку. Но я этого не сделала. Стоически вынесла все угрозы и подключила думалку. В конце концов, смогут же мне маги восстановить испорченный прикус, если вдруг проиграю.

Руки задрожали, но на лице у меня отразилась самая милая из всех моих улыбок — попробую гнома не злить. Наоборот — задобрить.

— Ой, я даже и не знаю, чем же ты мог нагрешить, дорогой алимикус… Думаю, что с такими регалиями за тобой вряд ли водились сильные прегрешения… — начала я издалека.

— Ты че несешь? Да я самый матерый грешник!

— Убийца? — в ужасе предположила я.

— Не, не настолько.

— Прелюбодей?

Зубы польщенно захихикали:

— Есть немного… Самую капельку…

— Отлично! Угадала же? Значит, давай сюда свою заморозку для мороженого, — потребовала я.

Но в ответ получила лишь новый смешок:

— Ишь че захотела! Давай остальные грехи называй! Или зубы выкладывай… Мне как раз не хватает чистеньких да беленьких для коллекции!

Я захныкала, но довольно быстро успокоилась, понимая, что слезами горю не поможешь, а потому продолжила строить догадки:

— Воровал?

— А как же! Было дело… Я вообще в разбойничьих кругах был хорошо известен. А еще этим был… Как его. Медвюжатником!

Отлично… Прелюбодей, вор-медвежатник. Наверняка еще грехи найду у такого «тропического фрукта»!

— Обманывал.

— Да!

— Сплетничал?

— А как же!

— М-м-м-м… Чревоугодничал?

— Каюсь, люблю сладкое. Тортики там, пончики, эклеры. Конфеты шоколадные, опять же…

— Осуждал?

— Осуждал? Аха-ха! Э, нет, девица, вот этого греха у меня нет! Чего осуждать людей, если они всегда во всем виноваты?!

Я засмеялась.

— Ну да. Логично.

— А раз логично, то давай зубы!

Я задрожала, как осиновый листик. Ровненькие мои. Беленькие. Ухоженные… С пломбочками. Не дам!

Вот взяла да так и сказала. Что не дам. А гном, вернее, представители гнома, снова заржали:

— Да ладно тебе, дева, не ссы!

— А я не того… Ну вы поняли.

— Заморожу я тебе твою жижу. Тебе с любоф-ф-ф-фным эффектом, али как?

Какое облегчение!

— С тем, что вселяет вдохновение, радость и прочую мишуру. Короче, что остальные девочки там готовят, то же и мне.

— Ладно, получай…

Пожалуй, это было слишком просто… Даже очень просто. Скажу прямо. В этом таился какой-то подвох, и, когда ширма вокруг меня рассеялась, а на столе осталось оно… мороженое, я поняла какой именно. По визгу леди Визар.

— Ива Фокс! Какого дьявола вы опять творите?!