Глава 13. Спасатели

Вода была повсюду. Когда мы выбрались из научного центра, какое-то время пришлось потратить на то, чтобы добраться до амфибии. К счастью, и я, и Север плавали отлично. Однако после того, как затопило первые этажи зданий, вода стала прибывать существенно интенсивнее. Людей на улицах не было, и это откровенно пугало.

— Не волнуйся, у коренных жителей подводного мира двойная система дыхания, им вообще ничто не грозит, а туристы предпочитают селиться на острове. Таких, как мы, в Кораллите вообще не должно было оказаться… — успокаивал меня Север, попутно открывая аквакар.

Слова капитана Касса доходили до меня как через вату. Я чувствовала себя оглушённой, в основном стараясь сосредоточиться на дыхании. Мокрая растянутая футболка нет-нет да и норовила за что-нибудь зацепиться, а сандалии — увязнуть в песке. В какой-то момент я плюнула, расшнуровала их и просто бросила. В отличие от лаборатории, на улице с ног постоянно сбивало мощное течение. Вода просачивалась через купол и мощными потоками устремлялась в центр Кораллита, вихрями закручиваясь на перекрестках и открытых пространствах. Если бы не Касс, то меня уже несколько раз бы швырнуло о стену здания, декоративный забор и многочисленные арки.

Север выставил в навигаторе конечной точкой маршрута отель «Атолл Плаза», и я откинулась на сиденье, всё ещё пытаясь отдышаться. Несмотря на немалую физическую нагрузку, холод пробирал до костей.

— Так, пока амфибия всплывает, я поставлю обогрев салона на максимум, — сообщил цварг, ковыряясь в настройках компьютера. — Ты не против?

Я пожала плечами, сложила руки «лодочкой» и, открыв рот, подышала в них, тщетно стараясь согреться. Загудели двигатели. Амфибия послушно развернулась, приподняла приплюснутый нос, поплыла вдоль улицы, а затем и вовсе нырнула в ближайший шлюз в куполе. На удивление, очереди не было. Видимо, все, кто хотел, уже покинули Кораллит.

Мелькнул сияющий купол. Многочисленные здания с гладкими светлыми стенами и увитые плющом арки сменились видом на бескрайний синий океан. Мутный, с плотной взвесью песка, крошечными частичками кораллов и водорослей, тёмный и немного пугающий. В бок амфибии время от времени ударяли остаточные подводные волны. В такие моменты она резко наклонялась, а иногда нас и вовсе выбрасывало из туннеля. Север громко ругался, тут же перехватывал управление на себя, сжимал штурвал, переключал тумблеры, пускал дополнительную энергию на двигатели — и аквакар вновь выравнивался.

Один из таких боковых ударов выбил меня из пассажирского кресла, и я почти целиком распласталась по каменной груди цварга.

— Вселенная, Вивьен, да тебя же колотит! Почему молчала? — сурово воскликнул Север, отвлекаясь от управления амфибией.

— Да это просто нервное, — пробормотала я, кидая взгляд на экран навигатора со множеством красных и жёлтых полос поверх схематичной сети туннелей, восклицательных знаков и каких-то других непонятных предупреждающих картинок. Как он вообще хоть что-то в этом понимает?

— Это моя разработка. Я сам написал прошивку к этой модели амфибии, — скромно произнёс Касс.

Похоже, последнюю мысль я высказала вслух. Цварг, тем временем, вновь вернул машину в нужный туннель, одной рукой обхватил меня за талию и ловко перетащил к себе на колени. Он тоже был мокрым, как и я, но почему-то горячим. Крупная мужская ладонь погладила вдоль позвоночника, успокаивая и согревая, вторая же крепко держала штурвал.

— Ты просто ужасно умный, — произнесла я со вздохом.

Вот ни разу не удивлюсь, если выяснится, что он программу для навигатора написал ещё и «на коленке», будучи в мимолётном отпуске на Миттарии, или же это было его курсовой работой, которую он сдал с первого раза, даже без отладки.

Север неожиданно хмыкнул.

— Хм-м-м. И почему в твоих устах это звучит как оскорбление?

Уголки губ цварга еле заметно дрогнули. Я фыркнула. Тоже мне, оскорбление нашёл. Кто бы меня так оскорбил? Стараясь не отвлекать мужчину, я свернулась на коленях Севера калачиком и уткнулась носом в ямочку между шеей и ключицей. После того, как я сама фактически отвергла Касса, было бессердечно пользоваться его объятьями, его теплом. Но я ничего не могла с собой поделать.

— Наверное, я завидую, — ответила через некоторое время. — Велвел пытался научить меня робототехнике и программированию, но я в этом плане полный профан. Конечно, основные принципы и алгоритмы я понимаю, но когда дело доходит до утечки памяти, межпроцессорных гонок, оптимизации системы и трассировки кода, чтобы выловить трудноуловимые ошибки, я просто отвратительный программист.

На этот раз Север уже улыбался во все тридцать два белоснежных зуба.

— На самом деле это всё не так сложно, как кажется. Всё приходит со временем и с опытом. На Цварге у меня были лучшие учителя с семи лет. Отец никогда не жалел денег на наше с братьями образование, хотя и порой и показушно ворчал, что для того, чтобы управлять семейным бизнесом, не требуются знания по настройке кластеров на втором спутнике Танорга. Всему можно научиться, всё реально, главное это…

Север сам себя оборвал, но я поняла, какое слово он хотел сказать. «Главное — это желание». Частично с ним я была согласна, а частично — нет. На том же Захране у меня было колоссальное желание получить приличное образование, но не сложилось. Приходилось в две смены работать официанткой, просто чтобы выжить. На Юнисии у меня наконец-то появился шанс реализоваться, выучиться на высококлассного специалиста, но и тут мне пришлось выбирать: потратить дополнительные часы на учёбу или же на тренировки. И, конечно же, я всегда выбирала второе. Юнисское море стало моей отрадой, команда — семьей, а миссия Хранителей — главной жизненной ценностью. Но не могу сказать, что я сожалела о принятых решениях и расстановке приоритетов, отнюдь. Мне нравилось и разреженное юнисское море, и наши выходы в открытый космос, и то будоражащее состояние организма, когда борешься с дождём страпелек и раз за разом побеждаешь самую смертоносную стихию во Вселенной. В такие моменты я чувствовала себя по-настоящему живой. Нужной. А что до учёбы, то где-то с третьего курса я по вечерам всё чаще и чаще стала наведываться к своему самому любимому преподавателю — Велвелу Фропенко. Удивительное дело, но с угрюмым учителем астрономии и навигации мы всегда находили общие темы для разговоров. Спорили до хрипоты и даже заключали шуточные пари на высказанные гипотезы. Велвел называл меня блестящим теоретиком. Но мои знания всегда оставались именно что на теоретическом уровне.

Я бросила косой взгляд на навигационную систему и тихонечко вздохнула. Хорошо, что Галактион пошёл вразрез с желанием отца Севера и перевёл Касса в главный филиал. Касс действительно гений и заслужил этот шанс…

Разговор сам собою затих. Горячая мужская рука приятно грела поясницу. Волны тепла распространялись от шершавой ладони. Я закрыла глаза и замерла, вслушиваясь в ровное сердцебиение мужчины и наслаждаясь совершенно новыми ощущениями. У меня ещё не было такого, чтобы я вот так сидела у кого-то на руках, прильнув к груди и поджав ноги. Я чувствовала себя котёнком, которого приютили и обогрели.

Я даже представить себе не могла, чтобы вот так сидела на коленях у того же Грегори или Гавриила. Ларки не терпели слабостей, а меня они воспринимали равной себе, Хранительницей. Я просто не имела права быть слабой рядом с ними. А рядом с Амори мне зачастую приходилось быть сильной. Скорее, это он, не стесняясь, мог попросить помочь передвинуть стол в лаборатории или подержать тяжеленную тару, пока он будет отсчитывать капли мудрёного раствора. На коленях Севера было настолько уютно, тепло и спокойно, что меня повело в сон. Я очнулась лишь тогда, когда цварг попытался взять меня на руки, чтобы вынуть из нутра амфибии.

— Не надо, я сама, — быстро пробормотала, чувствуя смущение под пристальным взглядом чёрных глаз.

В полной тишине мы поднялись на лифте в пентхаус «Атолл Плаза». Без лишних слов я тут же прошла в ванную комнату, лишь бросив короткий взгляд на панорамные окна. На кристально чистом голубом небе вдали виднелась мрачная иссиня-чёрная туча. Да уж, на этой планете катаклизмы не ходят по одному. Надеюсь, это будет хотя бы не смерч или ураган, а самый обычный дождь.

В роскошной ванной комнате самого фешенебельного номера пятизвёздочного отеля я задержалась надолго. Во-первых, застирала шорты, футболку и нижнее бельё, которые даже на ощупь были солёными от морской воды, во-вторых, залезла в глубокий бассейн, включила гидромассаж и долго-долго отогревалась в горячей воде. Среди целой батареи роскошных стеклянных баночек с ароматными шампунями и гелями я, не глядя, выбрала крайние.

Голова раскалывалась, челюсть тревожно ныла из-за удара об пол и на ощупь даже слегка припухла. Колени и ладони прекратили саднить, но выглядели так, будто я с истинным наслаждением мазохиста увлечённо ползала по стеклянной крошке. Впрочем, примерно так оно и было. На выходе из ванной я сообразила, что у меня нет сменной одежды, и без зазрения совести сняла с крючка гостиничный халат. Тяжёлый, длинный, мужской. Он пах Севером.

Я покрутила в руках выключенный коммуникатор, из-за которого всё произошло и я здесь оказалась, тяжело вздохнула и наконец засобиралась на выход.

— Север, а у тебя не будет зарядного устройства?..

Я выскочила из ванной комнаты в гостиную и поняла, что, оказывается, в пентхаусах на Миттарии гораздо более качественная звукоизоляция, чем в преподавательском корпусе на Юнисии.

На центральной стене орал головизор, но диктора перекрывал ещё более громкий голос взбешённого капитана Грешх-ана:

— Какого шварха, Касс?! Покажи мне её! Я хочу убедиться, что с Вив всё в порядке!

— Грегори, успокойся, я уже в шестой раз повторяю, что Вивьен моется.

Вот что я знала наверняка, так это то, что нельзя говорить слово «успокойся» разъярённому ларку. Эта просьба у вспыльчивых представителей данной расы способна вызвать ещё больший приступ гнева, чем прямое оскорбление, потому что звучит с позиции не горизонтальной, а вертикальной иерархии. С позиции более сильного.

Раздался рёв Грегори, а затем глухой звук удара. Север, не ожидавший нападения, пропустил хук справа, но быстро среагировал и дал отпор уже с хвостом. Мужчины вцепились друг в друга с такой яростью, что я только и успела крикнуть:

— Стойте!

На миг оба офицера замерли в смешной позе и повернули головы в мою сторону. Цепкий взгляд Грегори прошёлся по моей внешности, ощупал подборок, скользнул в вырез на подоле, где мелькнули разодранные коленки. Ноздри Грегори расширились, хищные черты лица стали ещё более жёсткими.

— Она ранена! Ты допустил это! — взревел ларк не своим голосом и вновь попытался достать Севера.

Мужчины снова стали драться, цварг сосредоточенно отбивал удары и уворачивался, что выводило противника из себя. Я попыталась несколько раз влезть между дерущимися, но каким-то образом они всё время перемещались от меня. Я не выдержала и прикрикнула на обоих:

— А ну, стоять! Грегори, Север вообще-то спас меня!

Это возымело действие. Правда, не совсем то, на которое я рассчитывала. Офицеры резко остановились, ларк гневно воскликнул:

— И что, ты ей не сказал, да?!

Я перевела вопросительный взгляд на неожиданно смутившегося Севера.

— Вообще-то, если бы не Грегори, то, скорее всего, я бы не успел, — тихо сообщил цварг.

— Я забил тревогу, когда ты не пришла на утреннюю встречу с Велвелом. — Грешх-ан горделиво выпятил грудь. — Звонил тебе несколько раз, но ты не брала трубку. Потом попросил то же самое сделать шаутбенахта. Когда ты не ответила и на его звонок, мы заволновались. Велвел как старший офицер запросил контакты капитанов Танеко и Касса через Космический Флот.

— Я уже садился в амфибию, когда последовал первый толчок, — добавил Север, будто бы за что-то извиняясь.

Переливчатая трель входного звонка прервала объяснения.

— Это, должно быть, Марк. — Цварг устало потёр лоб. — Я открою.

Север покинул гостиную, а Грегори сложил руки на груди, недовольно глядя на меня.

— Ты снова была с ним! — обвиняюще заявил ларк.

— Да. — Я кивнула. — И меня не интересует, кто из вас сыграл бо́льшую роль в моём спасении. Это какой-то детский сад. Север вовремя приплыл на амфибии…

— Я тоже хотел быть там! Но Касс не пустил меня внутрь! — возмущённо рыкнул Грегори, приняв мои слова за укор.

— И правильно сделал. — Я кивнула. — В амфибии могло не хватить места и мощности генератора кислорода. Всё-таки машина маленькая, рассчитана на одного, максимум двух пассажиров.

Ларк прищурился и несколько секунд изучал меня внимательным взглядом.

— Ты же понимаешь, что не можешь быть с ним, Вив? — спросил он тихо и вкрадчиво.

С кем «с ним», уточнять, разумеется, не пришлось. Я прикусила губу и отрицательно качнула головой.

— Слушай, сейчас это совсем не важно. Лично тебе я ничего не обещала. А с Севером как-нибудь сама разберусь. И… я ему сообщила. О Хранителях. Частично.

— Ты что?! — громогласной сиреной взвыл только что успокоившийся блондин.

— В общих чертах. В конце концов, Север тоже офицер Космофлота и…

— Нет. — Грегори поднял руку, перебивая меня. — Я дальше не хочу это слушать, Вив. Ты нарушила слово! Это предательство! Я буду обязан доложить об этом дяде.

Ларк выглядел возмущённым, его ноздри вновь трепетали, а зрачки часто-часто пульсировали. Сейчас как никогда он напомнил мне льва, от ярости хлещущего бока гибким хвостом. Дополнительное сходство с этим зверем придавала пышная золотая грива.

Я вздохнула. А на что я надеялась? На понимание? Конечно, это было очень наивно… Я криво усмехнулась:

— Когда связь с Юнисией заработает.

Ларк насупился и замолчал. Я тоже замолчала, не видя, что можно ещё сказать в сложившейся ситуации. Грегори всегда подчинялся Уставу Космического Флота и обожал Галактиона. Впрочем, ректора юнисского филиала любили все, а если не любили, то, по крайней мере, уважали. По большому счёту, я и сама бы обо всём рассказала командору Грешх-ану, правда, постепенно, объяснив мотивы поступка.

Цварг и таноржец зашли в гостиную. Оба были напряжены не меньше, чем мы с Грегори. Хвост Севера незаметно для его обладателя карябал идеальный паркет, выдавая смятение. Марк же выглядел немного взъерошенным и задумчивым.

— В этом не может быть сомнений. Определённо… О! — Танеко наконец нас увидел и остановился. — Вивьен, и ты здесь! Привет. Здравствуй, Грегори.

Ларк слегка наклонил голову в подобии приветствия, а я вопросительно посмотрела на Севера. В чём не может быть сомнений? Почему Марк здесь? О чём они говорили в коридоре, пока мы с ларком выясняли отношения? В наступившей тишине в гостиной отчётливо стал слышен голос диктора передачи:

— В землетрясении нет ничего опасного. Купол Кораллита показал свою невероятную устойчивость, при том что сейсмическая активность фактически застала жителей врасплох. В ближайшие сутки будут проводиться осушительные работы, а всем тем, кто не имеет двойной системы дыхания, настоятельная просьба задержаться на поверхности острова хотя бы на ближайшую неделю. А теперь перейдём к погоде. У меня замечательная новость: для засушливого лета весьма вероятен дождь...

Я растерянно посмотрела на зеркало в прихожей, вазы, лёгкий журнальный столик. Вспомнила, что даже ванная комната сияла чистотой, и стеклянные баночки находились в идеальном порядке.

Ни одна не разбилась. Ничего не перевернулось.

— Это не было землетрясением, — неожиданно сказала я и посмотрела в глаза Северу. — По крайней мере, оно не имело ничего общего с природным явлением. Во-первых, оно затронуло лишь подводный город, на острове вибраций не было. Во-вторых, все землетрясения естественного характера с высокой точностью предсказываются за несколько дней. Даже на Юнисии, где нестабильно ядро и сейсмическая активность возникает из-за смены магнитных полей, а не движений тектонических плит, вполне реально сделать прогноз за пару часов.

И лишь когда я произнесла эти слова вслух, то осознала, что верю в них. Грегори опустил руки, задумчиво глядя на меня. Марк еле заметно поджал губы и резко выдохнул. Касс отвернулся от меня, посмотрел на окно и пробормотал:

— Да. Всё верно, Вивьен.

— Сев! — возмущённо воскликнул Танеко, но цварг остановил его высказывание одним лишь взглядом.

— Я доверяю Вивьен и Грегори. Всё в порядке. — А затем уже обернулся к нам: — Это тайна, о которой сейчас знает очень малое количество гуманоидов. По большом счёту, не должны были знать и мы, но так как мы с Марком уже работали над куполом и ко всему являемся единственными офицерами Космического Флота на Миттарии…

— Г-хм-м-м, — многозначительно вставил Грегори.

— … единственными офицерами при исполнении, — тут же поправился Север. — Так вот, нам сообщили, что на самом деле сработала подводная защитная установка. Дважды. Потом её отключили. Она располагается вплотную к Кораллиту, поэтому была такая мощная отдача, что город сотрясло и купол начал пропускать воду.

— Ракетная? — уточнил ларк.

— Что-то вроде того. — Север кивнул. — Дуло выведено над уровнем моря, чтобы разгон снаряда был максимально быстрым и энергоэффективным. Без сопротивления воды. Кстати, именно поэтому к острову не пришли даже волны.

Вновь наступила тишина, все обдумывали сказанное.

— Выходит… — я первой нарушила молчание, попытавшись сопоставить известные факты. — Миттария на кого-то напала?

Эта мысль всё никак не хотела укладываться в голове. Миттары, конечно, те ещё безумцы, когда дело касается науки, но они действительно самая дружелюбная раса среди всех миров в Федерации. И дело даже не в общей истории — мой личный опыт это полностью подтверждал. Я даже представить себе не могла, на какой ещё планете девушке можно прийти в ночной клуб в одиночку практически голой и напиться, а после этого наутро спокойно проснуться в своей кровати. А инцидент с потерянным коммуникатором? Если бы бармен не был миттаром, то уже давно либо выгнал меня взашей со словами, что его рабочий день окончен, либо действительно вызвал Системную Полицию, и пускай она разбирается, почему гостья соврала, что потеряла гаджет в клубе, хотя пришла туда без него. А хозяйка «Постель и завтрак», приютившая меня вопреки тому, что думала, будто я нелегал?

— Нет, просто на планету нёсся метеорит, — вдруг сказал Марк. — Очень крупный, и система восприняла его за угрозу, а потому сделала контрольный выстрел. Точнее, два. Ничего страшного.

Танеко сказал всё это на одном дыхании и так торопливо, что мне стало очевидно: врёт. Волнуется, а потому врёт. Север бросил неодобрительный взгляд на друга, что окончательно подтвердило догадку. Действуя скорее интуитивно, чем рассуждая логически, я подошла к панорамному окну и всмотрелась в грозовую тучу на горизонте. Густое тёмное облако медленно плыло, внутри него время от времени вспыхивали голубые разряды молний. Голубые!

— … так бывает, даже самые лучшие программы дают сбои, а тут всё-таки не таноржцы писали, а миттары… — продолжал соловьём заливаться Танеко.

— Грегори! — я перебила Марка, не задумываясь.

Крупная мужская фигура встала позади меня.

— Что? — коротко спросил напарник.

— Туча. — Я прищурилась, рассматривая пока ещё очень далёкий объект. Зрение ларков всё равно лучше. — Можешь определить, какое до неё расстояние?

Несмотря на наши разногласия, Грегори всё равно оставался мои напарником и Хранителем. Вместо того чтобы задавать язвительные вопросы: «А сама определить разве не можешь?» или «Решила прогнозом погоды заняться?» — он сделал то, что я просила.

— Хм-м-м… Она точно выше слоя атмосферы… Странно… И цвет слишком необычный, это не туча.

Ларк за спиной внезапно замолчал, а я вынесла вердикт:

— Это то, о чём мы думаем.

— Что? — удивился Марк на заднем плане. Я обернулась на Севера. Он тоже всматривался в необычную тучу и хмурил чёрные брови.