Глава 14. Фальшивая туча

— Да, это не туча. И даже не метеорит, — вынес вердикт Грегори спустя несколько минут изучения неизвестного объекта в небе.

Север молча кивнул и вопросительно посмотрел на Марка. Было видно, что таноржец чувствует себя неуютно и всё ещё не хочет выкладывать всю информацию при мне с Грегори. В отличие от Севера, который во время подводного землетрясения занимался моим спасением, Танеко, оказывается, вызывал Аппарат Управления Миттарией.

— Пыль от снарядов скоро развеется, и всем станет ясно, что это не туча и не метеорит. Марк, скажи, что это? — повторила я вопрос с нажимом.

Таноржец открыл рот, чтобы ответить, но всмотревшийся в неизвестный объект Север ответил первым:

— Это космический корабль Б-класса, небольшой частный транспортник. Я вижу характерное очертание подкрылков на второстепенных двигателях, но передняя часть слишком массивная, а значит, её переделывали. Следовательно, рейсовым пассажирским кораблём быть не может. Точно принадлежит частнику. И, видимо, миттары полные идиоты, раз решили подать это под соусом обыкновенной тучи. Кому только в голову пришла такая глупость?

— Вообще-то, мне, — хмуро буркнул Марк, а на укоризненный взгляд воскликнул: — Слушай, ну я программист, а не синоптик, это раз! А два — на момент, когда они обстреляли корабль, он действительно походил на грозовую тучу. И… как вариант я предложил как раз метеорит. Но, знаешь ли, летящий на гигантской скорости в сторону планеты камень, как решили политики, вызвал бы волнения у населения.

— Они всё равно будут, Марк. А то, что головизоры врут сейчас напропалую, только усугубит ситуацию. У миттаров больше не будет доверия к средствам массовой информации, — вставила я, уже неоднократно переглянувшись с Грегори.

Сердце в груди застучало от мрачного предчувствия. Не было никаких прямых доказательств, но в глубине души мы оба уже знали, что случилось в действительности. Юнисия не отвечала слишком долго, очевидно, в этом виновата магнитная буря на Соло. Далее у нас имелся неуправляемый корабль, нёсшийся на полной скорости на Миттарию, характерные голубые молнии. И ракетный залп, который не смог уничтожить угрозу, лишь сменил её курс движения. Слишком много совпадений. Опять же, временной промежуток… Я лихорадочно высчитывала, когда связь с Юнисией пропала и сколько дней прошло с тех пор. То, что Грегори резко замолчал, подтверждало, что он думает о том же самом.

— А что, по-твоему, мне надо было посоветовать Аппарату Управления Миттарии?! — эмоционально воскликнул Марк. — Север пропал в Кораллите, из-за подводного землетрясения все бросились звонить родственникам, инфосеть легла!

— К тому же, — задумчиво добавил Север, рассуждая вслух, — не каждое правительство рискнёт признаться, что обстреляло мирный транспортник. Там же наверняка были граждане Федерации. И неважно, что установка в первый раз сработала случайно. Я так понимаю, АУМ, когда понял свою ошибку, попытался уничтожить следы. Новости о туче они передали репортёрам после первого снаряда, ведь так? А второй уже был сделан, чтобы действительно уничтожить улики.

Марк нехотя кивнул.

— Но второй снаряд не уничтожил звездолёт, и совету Миттарии пришлось оставить всё как есть… — продолжал размышлять Север вслух.

Я вопросительно посмотрела на Грегори. Ларк отрицательно качнул головой, предупреждая, что я не имею права раскрывать тайну федеративного порядка. Я высоко подняла брови и кивком указала на пока-ещё-тучу с голубыми молниями.

Внезапно в гостиной стало тихо. Танеко и Касс, по всей видимости, заметили нашу игру в гляделки с ларком.

— Вивьен, вы что-то знаете? — Север с Марком стояли, вопросительно глядя то на меня, то на Грешх-ана.

— Простите, мне надо поговорить с напарником, — бросила я и схватила Грегори за руку, увлекая в ближайшую комнату пентхауса.

Как оказалось, спальню, но сейчас мне было плевать, как всё выглядело со стороны: девушка в халате на голое тело настойчиво уединяется с ларком в комнате с двуспальной кроватью. Но даже Грегори сейчас думал исключительно о внезапно возникшей проблеме.

— Мы должны им сказать, — ультимативно зашипела я на ухо напарнику, памятуя, что у цваргов тоже весьма чувствительные органы слуха.

— Ни в коем случае, Вивьен! Это уже тянет не просто на нарушение слова, а на трибунал! Нужно как минимум разрешение командора! — тут же упрямо возразил Грегори.

— Ты сам знаешь, что с Юнисией мы не можем связаться уже неделю! Когда мы его получим, может быть поздно!

— … К тому же нет доказательств, что это то, о чём мы думаем.

— Да разуй глаза, Грегори! Невооружённым взглядом понятно, что это зараженный страпелькой космический корабль. Повезло, что от выстрелов он хотя бы инерцию потерял и не упал в атмосферу Миттарии!

— Вот именно! Завис над атмосферой и, скорее всего, летает по орбите.

— Всю планету срочно надо эвакуировать! Ты сам знаешь, что будет, если…

— «Что будет, если» что? — Дверь в спальню неожиданно открыл Север и посмотрел на нас внимательным взглядом. За спиной цварга маячил Марк.

Я молча переглянулась с Грегори, который хрустнул челюстью и сжал руки в кулаки. Он явно был против того, чтобы рассказать офицерам про страпельки в системе Соло. Тишина стала настолько гнетущей, что, кажется, я даже слышала, как бегают мурашки по позвоночнику от мыслей, что вот-вот я совершу измену Федерации. Я тяжело выдохнула.

— Марк, скажи, пожалуйста, правильно ли я понимаю, что ни первый, ни второй выстрел по кораблю не дали результатов? Он не распался в пыль, как предполагало правительство?

— Верно, — пробормотал таноржец.

— И второй заряд был существенно сильнее первого?

Я вспомнила, как ударилась челюстью об пол и как упал массивный гардероб, перегородив выход из лаборатории. Дело было всё-таки не в крепежах, а в том, что они не были рассчитаны на такие вибрации.

— Тоже верно, — вновь ответил Марк, явно удивлённый моей догадкой. Север при этом молчал, но внимательно слушал и явно перебирал всевозможные варианты объяснений происходящего в своей гениальной рогатой голове.

Краем зрения я заметила, что Грегори слишком близко подошёл ко мне со спины. Со стороны наверняка нарушение границ личного пространства можно было бы принять за сексуальную агрессию, но нет. Сейчас это был способ подавить. Заставить замолчать. Хвост Севера дёрнулся и процарапал глубокую борозду на полу. Я постаралась абстрагироваться от того, что ларк горой навис сзади, и продолжила задавать наводящие вопросы.

— И с кораблём пытались установить связь до первого залпа, но всё было тщетно?

Изумлённый таноржец повторно кивнул.

— Я этого не говорил. Как ты догадалась?

Я проигнорировала вопрос Танеко, развернулась и вновь посмотрела на ларка. Для этого мне даже пришлось задрать подбородок, настолько близко подошёл напарник. На лице Грегори отражалась внутренняя борьба. С одной стороны, он всегда придерживался Устава и данного слова. Запрет на разглашение информации о системе Соло и нашей общей проблеме звучал от ректора юниссокого филиала весьма жёстко и не мог трактоваться двояко. Для ларка нарушить данное слово — значило фактически потерять честь. К тому же обещание дано было не кому-либо, а командору Галактиону Грешх-ану. С другой стороны, слишком многое стояло на кону. Слишком.

У Севера и Марка одновременно пиликнули коммуникаторы. Неполную минуту офицеры читали сообщение, после чего Касс сообщил:

— Поступило задание от АУМ, подкреплённое разрешением совета адмиралов Космического Флота. Сейчас неизвестный разбитый корабль болтается на орбите, вокруг него облако дыма и пыли из-за ракет, но в ближайшие три дня мы должны будем убрать обломки. Приоритет задания самого высокого порядка. Пока что обломки выглядят как туча, и АУМ не хочет, чтобы мирное население поняло, что произошло на самом деле.

В голове со скоростью света пронеслись картинки того, как вот уже сейчас, в данную минуту, миттары готовят шустрые шлюпки, чтобы капитаны занялись проблемой. В груди похолодело, как только я представила, что один из заражённых винтиков может коснуться транспорта, на котором будет лететь цварг. А ведь в конечном счёте всё так и будет. Через обшивку корабля, или через щуп, или просто в скафандре… всё равно как. Эта дрянь лишь разрастётся и уничтожит любимого и всех, кто будет с ним.

— Вы не можете их убрать! — воскликнула я быстрее, чем подумала. — Ни в коем случае! Север, пожалуйста, не делай этого!

Наверное, я со своим нервным выкриком стала похожа на ненормальную, потому что даже Марк приподнял брови в лёгком удивлении.

— Вив, оставь. — Грегори аккуратно позвал и крепко взял за запястье, но я вывернулась из его захвата.

— Нет, Грегори, ты понимаешь, что это всё? Либо мы сейчас скажем, либо может быть конец всем, кто находится на этой планете? Вселенная! Да один криво взлетевший звездолёт, и это уже игра в жизнь или смерть! Просто чудо, что оно не вошло в атмосферу!

— Что « оно» , Вивьен? — Север посмотрел на меня так, что на миг я забыла, о чём говорила. Он был настолько спокоен, что мне вдруг захотелось укрыться в его объятиях, прижаться всем телом к широкой груди и услышать ровное сердцебиение. Именно так, как я это сделала в амфибии. Я потрясла головой, отгоняя воспоминания.

— Что «оно»? — повторил цварг.

Я бросила взгляд на возвышающегося златогривого ларка, который упорно молчал, поджав губы, и произнесла:

— Прости, Грегори. Если потом будет трибунал, то я так и скажу, что ты не хотел нарушать слова и был против. — А затем обернулась к Северу. — Мы думаем, что это был не простой транспортник, а заражённый страпелькой. Это такое вещество…

Марк фыркнул где-то позади.

— Микросгусток странной материи, состоящий из странных кварков. Термин, введённый в теоретической физике. Материя до сих пор не обнаружена и потенциально фатальна.

Я посмотрела на Танеко, совсем забыв, что это мне квантовая физика всегда давалась с трудом. Это я предпочитала работать в космосе руками с капсулами магниса, а уж выпускники главного филиала Академии Космофлота могут знать про странное вещество существенно больше моего. В теории, конечно.

Север мягко улыбнулся, подбадривая:

— Мы знаем, что такое «странное вещество». Спасибо, Вивьен, за попытку разъяснить на пальцах. Оно оборачивает в себя всё, чего коснётся, будь это живой или неживой объект. Но, как верно выразился Марк, это лишь предположение учёных. До сих пор страпельки не были обнаружены.

— Были. Соло целиком состоит из этой дряни.

Это фраза, неожиданно сказанная не мной, а Грегори, произвела действие замедленной атомной бомбы. В отличие от меня, ни Северу, ни Марку не надо было долго и нудно объяснять, что такое «странное вещество», каковы его свойства, а самое главное, чем это грозит всей Федерации Объединённых Миров. Они поняли и связали всё за микросекунды.

— Ох, ты ж, твою… — Танеко цветисто выругался и грузно осел на ближайшее кресло, спрятав лицо в руках.

Север поднёс пальцы к вискам, стараясь сосредоточиться. Улыбка мгновенно испарилась с красивого лица. Оно стало жёстче, вокруг рта проступили глубокие морщины, которые я не замечала раньше. Сам Грегори отошёл в дальний конец спальни, продолжая смотреть на странный объект на горизонте.

— А вы уверены?.. — спустя минуту или две молчания вдруг тихо заговорил Танеко, но осёкся.

Это было похоже на суеверие. Так необразованные захухри замолкают, когда не хотят говорить вслух о том, чего опасаются. Будто обсуждение демонов повлечёт за собой их воплощение в реальности. Но, к сожалению, страпельки не были демонами. Соло — вполне реально существующая звезда.

— Да. — Я кивнула. — Юнисия уже как неделю не отвечает из-за магнитных бурь, хотя в это время года Соло должен быть спокойным. Весьма вероятно, у командора просто не хватило Хранителей, и одна из страпелек улетела в открытый космос. Если в это время поблизости случайно проходил частный транспортник, в навигационную систему которого конечной целью была внесена Миттария, то всё сходится. Страпельки Соло очень маленькие, обычно не больше кулака. Скорее всего, звездолёт не то что отстреливаться не подумал, а даже не включил защитную сеть. Недели вполне достаточно, чтобы среднестатистический частный транспортник мог пройти расстояние от Юнисии до Миттарии. Это, кстати, объясняет и то, что миттары не могли связаться с экипажем, и то, что корабль не рассыпался от ударов ракет — ни первой, ни второй, — он фактически впитал их в себя, и то, что сейчас вокруг него сияют голубые молнии.

Север прищурил чёрные глаза и с горечью протянул:

— Соло ведь голубой карлик и магнитар! Как же я сам до этого не догадался?!

Как по мне, так любому было бы сложно догадаться до того, чего официально не существует. Но я лишь устало пожала плечами.

— Но как же?.. Что же делать?! О, Сев, нельзя ни в коем случае туда лететь на шлюпках! Вселенная! Да вообще нельзя стартовать с Миттарии! Это же даже хуже, чем синдром Кесслера 4 . В случае неудачи умрёт не только испытатель, но и вся планета! — зачастил Марк, хватаясь за волосы и начиная метаться по роскошному пентхаусу.

Мы трое молча наблюдали за возрастающей истерикой таноржца. Он был талантливым технарём, замечательным офицером Космического Флота, но к такому его психика явно не была готова. Это для меня и Грегори жизнь под Соло была привычной. Это Север прожил полгода на Юнисии и смутно ощущал, что там всё не так, как кажется. А Марк всё-таки в первую очередь был человеком с одной из самых благополучных планет Федерации, где самая большая проблема — это поломка домашнего робота-уборщика.

— Отставить панику, — внезапно жёстко произнёс Север, я как-то автоматически напряглась и подобралась, не ожидая такого непреклонно твёрдого тона у цварга. — Грегори, я правильно понимаю, что на Юнисии есть какая-то материя, которая может нейтрализовать странное вещество? Ведь именно этим, получается, и занимаются Хранители всё время?

— Да, магнис. Мы распыляем его в космосе и нейтрализуем страпельки, когда они откалываются от протуберанцев Соло во время магнитных бурь.

Север кивнул.

— Тогда поступим так. Ты прямо сейчас же стартуешь на той капсуле, которую миттары подготовили для нас с Марком, но летишь, разумеется, не к заражённому кораблю, а в обход. Можно даже со стороны противоположного полушария вылетать.

— Но… — начал возражать Марк, явно собираясь сообщить, что это очень опасно.

— Марк, залпы ракет были меньше двух часов назад, а значит, если от корабля что-то и откололось, оно ещё не успело разнестись по всей орбите. Вот тебе, кстати, и задача: займись расчётами. Всё происходило на твоих глазах. Высчитай и построй самый безопасный туннель для взлёта капитана Грешх-ана.

Танеко ошеломлённо кивнул.

— А ты, Грегори,— продолжил раздавать указания Север, — полетишь на Юнисию и возьмёшь так много магниса, как только получится, чтобы наверняка уничтожить весь корабль, и на всякий случай чуть больше материи, если за время твоего отсутствия заражение расползётся.

Зная сложный характер ларка, я напряглась. Но капитан Грешх-ан, что удивительно, не только не стал возражать, но и сухо кивнул, соглашаясь. Тем временем, Север прикинул:

— Сколько тебе понадобится времени, если я выторгую для тебя самый скоростной истребитель класса «Тигр»? Четверо суток туда, день на погрузку и примерно столько же обратно… За девять дней управишься?

— Как только окажусь ближе к Юнисии, связь, скорее всего, наладится. Я сообщу в эфир о случившемся. Дядя вышлет корабль с магнисом мне навстречу. При хорошем раскладе и за шесть дней справлюсь. Что с Вивьен? Она со мной?

Касс явно хотел ответить «да», но я опередила цварга:

— Нет, я останусь на Миттарии. Мы будем тянуть время, даже шесть дней — это очень много. Космопорт необходимо закрыть, а это колоссальные финансовые убытки для Миттарии. Членам Аппарата Управления Планеты придётся доходчиво донести, что ситуация критическая. Кроме того, наверняка поднимутся волнения, когда туча рассосётся и станет чётко видно, что объект на орбите некогда был кораблём.

Цварг с сомнением посмотрел на меня. По лицу было видно: он хотел бы, чтобы я оказалась как можно дальше от разворачивающейся катастрофы. Тогда я добавила уже с нажимом:

— Грегори, захвати мне мех-астро, пожалуйста. Скорее всего, командор Галактион Грешх-ан не сможет отпустить ни одного Хранителя нам в помощь. Они и так явно не справляются. Уничтожать заразу здесь, в центре Федерации, придётся нам вдвоём.

— Да, разумеется, я всё возьму, и пояс для хранения капсул тоже, — привычно отозвался Грегори. — Пожалуй, надо спешить, иначе мы теряем драгоценное время. Марк, как у тебя с коридором?

— Да, уже достраиваю, — отозвался Танеко, сидя с ногами в кресле. Я даже не заметила, когда и откуда он успел взять планшет.

Грегори сделал несколько шагов к выходу, но вдруг резко обернулся, похлопал себя по карманам и протянул крошечную чип-карту. Такие часто выдавали в отелях в качестве универсальных ключей.

— Что это? — Я на миг растерялась.

— Запасной ключ от апартаментов в здании ЦНК. Ты не сможешь вернуться в подводный отель ещё минимум несколько дней, там же всё затопило, а я всё равно улетаю. Номер оплачен вперёд, располагайся, не стесняйся.

— А-а-а, спасибо.

Я заторможенно взяла карточку, только сейчас осознав, что все личные вещи находятся под куполом Кораллита. Шварх! Единственные шорты и футболка сохнут на бортике ванны.

— В принципе Вивьен может остаться. Места хватит, — предложил Север ровным тоном, наблюдая за тем, как я кладу ключ в карман гостиничного халата. — К тому же в ближайшие дни нам предстоит много работы.

После того, как цварг ушёл из лаборатории, громко хлопнув дверью, я была уверена, что он вообще не захочет со мной лишний раз разговаривать, не то что жить под одной крышей. И, несмотря на все свалившиеся проблемы планетарного, если не сказать федеративного порядка, сердце радостно ударилось о рёбра и зачастило вдвое быстрее. Ровно до слов ларка:

— Не думаю, что Амори одобрит, что его невеста делит один номер с незнакомым мужчиной.

Грегори посмотрел мне в глаза, и я поняла, что он сказал это специально. Нет, не из мести или вредности, и не из-за того, что сам имел на меня планы. Ему-то как раз вообще ничто не мешало предлагать мне и интим, и брачный браслет на корабле и после него, когда он думал , что я невеста. Капитан Грешх-ан был выше всего этого. Просто он действительно считал это правильным, в том смысле, что, в конце концов, мы, Хранители, будем вынуждены покинуть Миттарию. Я не имею права привязываться к цваргу. Каким-то шестым чувством он понял, что я так и не смогла сказать Северу о женихе. И сделал это за меня, чтобы поставить жирную точку в наших с ним отношениях.

Дверь за Марком и Грегори захлопнулась, а я всё стояла, не шевелясь, и откровенно боялась посмотреть на Севера. Воздух сгустился настолько, что мне стало сложно дышать. Проклятая бездна! Я чувствовала себя предательницей по отношению к Амори, но почему-то ещё большей — по отношению к Кассу.

— Север… — я начала говорить, но цварг меня перебил:

— Жених, значит, да? И почему я не удивлён?

Цварг смотрел на меня с пугающей отстранённостью на лице, а я с гулким отчаянием кусала губы, не зная, что ответить. В груди медленно разворачивалась сверхмассивная чёрная дыра.

«Он для меня ничего не значит».

«Я согласилась от безысходности».

«Планировала рассказать тебе, но не успела».

Глупо. Дёшево. Смешно. Неправильно. И в какой момент отношения между мной и Севером так усложнились?

— Что ж, Вивьен, ничего не изменилось, — продолжил Касс. — Причиной, по которой ты не можешь быть со мной, больше, причиной меньше. Как я уже говорил ранее, всё зависит от наших желаний. Если ты действительно чего-то хочешь, то тебе будет плевать на мнение окружающих и последствия. По-настоящему сильное желание способно сломить даже обстоятельства, которые на первый взгляд кажутся непреодолимыми. И единственным камнем преткновения может стать лишь чужое желание, идущие вразрез с твоим.

Цварг говорил спокойно и даже как-то устало, а внутри всё сжималось от внезапного пробирающего до шварховых костей холода. Несмотря на то, что в пентхаусе было тепло, я зябко повела плечами и обхватила себя руками.

— Север, но я действительно люблю тебя…

Несколько секунд цварг смотрел на меня, затем тихо хмыкнул и сказал:

— В номере нет сушки. Можешь переночевать здесь, пока одежда сохнет. Там, за вторым санузлом, есть гостевая спальня. Она полностью в твоём распоряжении. И зарядка, — он скользнул взглядом по коммуникатору, который я всё это время держала в руках, — лежит в верхнем ящике тумбочки. Кстати, там же находится и аптечка.

— Аптечка? — пробормотала я растерянно.

Аптечка-то мне зачем? Неужели миттары изобрели лекарство от чёрных дыр?

— Будет лучше, если ты обработаешь ссадины на ногах и синяк на челюсти, но решать, разумеется, тебе.

— Север! — я окрикнула мужчину, который уже собирался покинуть помещение.

Цварг обернулся, вопросительно приподняв правую бровь. Я понятия не имела, что ему сказать, просто мне не хотелось, чтобы он не уходил. Переступила с ноги на ногу, срочно соображая, что такого можно произнести, чтобы задержать Касса ещё хотя бы на мгновение.

— Спасибо, — я внезапно облизала пересохшие губы. — Спасибо, что вернулся за мной в Кораллит и спас. Я не знаю, что делала бы без твоей помощи. Мне было очень страшно… и я уже действительно ни на что не надеялась.

Цварг грустно улыбнулся.

— Не стоит благодарности. Как сегодня выяснилось, это оказывается, я тебя так и не поблагодарил за спасение своей жизни.

— Что? — я растеряно моргнула.

— Десять лет назад на финальной Игре ты вытащила меня из-под падающего синтезатора, который был заражён страпелькой. Я всё помню. Как там говорят у ларков? Долг Крови возвращён.

С этими словами мужчина скрылся за дверью, а я почувствовала почти физическую боль. Кивнула в пустоту и побрела в выделенную комнату.