Глава 23. Прошлое

Несмотря на предупреждение Севера, я всё равно оказалась неготовой к тому количеству вспышек голокамер и вопросов репортёров, которые на меня посыпались со всех сторон.

— Капитан Виардо, скажите, а это сложно — вот так летать?

— А можно узнать, как устроен ваш костюм?

— Вам не было страшно?

— Разрешите короткое интервью для канала «Сильные женщины»?

— У меня рекламное предложение…

К счастью, в «Атолл Плаза», куда я окончательно перебралась, посторонних лиц не пускали. Уставшая и измотанная, я с трудом доползла до широкой кровати на подиуме и уснула, как только почувствовала горячие мужские ладони на своей пояснице. В объятиях цварга было так тепло и уютно, что я забыла обо всём на свете. Впервые за последние напряжённые дни надо мной не висела обязанность выходить на дежурства, следить за страпельками. Не приходилось с тревогой вслушиваться в новостные каналы Миттарии и гадать, успеет ли Грегори с запасом магниса, или же вся планета вымрет раньше. Я позволила себя спать столько, сколько хотел организм, а потому не сразу поняла, что происходит, когда за руку кто-то потряс.

— Угу, сейчас встану, — пробурчала в подушку, но кто-то потряс снова.

Открыла глаза и с удивлением обнаружила, что вибрирует коммуникатор, а вторая половина кровати пуста. Лишь смятые простыни свидетельствовали о том, что Север мне не приснился. За гигантским просторным окном сгущались сумерки. Мы с Грегори закончили работать под утро. Получается, я проспала весь день? Наручный браслет вновь настойчиво завибрировал. На электронном табло высветилось «Командор Галактион Грешх-ан». Я торопливо села и нажала кнопку соединения, предварительно убедившись, что передача будет лишь по аудиоканалу.

— Капитан Виардо! — прозвучал строгий и раскатистый голос командора на весь пентхаус.

Я прикусила губу. Когда командор обращался ко мне по фамилии, это значило, что либо диалог носит официальный характер, либо он очень мною недоволен.

— Слушаю, сэр, — отозвалась, представляя, как сейчас меня будут распекать. И ожидания сразу же оправдались.

— Я разочарован тем, что ты, не посоветовавшись, приняла единоличное решение и рассказала о странном веществе капитанам Танеко и Кассу! — с места в карьер начал отчитывать командор, переходя на «ты». — Ещё больше я недоволен тем, что вместо того, чтобы приложить все силы к тому, чтобы не разглашать тайну на всю Федерацию, ты сделала всё ровным счётом наоборот…

Я прикрыла веки, представляя себе лицо командора. Он редко распекал Хранителей и всегда в меру тактично указывал на ошибки, но если уж начинал…

— …Ты хотя бы понимаешь, что подставила этим не только себя, но и меня?! — донёсся до меня грозный голос ларка. Отчасти я даже порадовалась, что связь ведётся лишь по аудио. Голограммы Галактиона с осуждающим взглядом я бы не выдержала.

— Сэр, но на планете начались волнения… Вы себе даже не представляете, какие…

— И что?! Из-за того, что вскрылось, что это странная материя, а также вашего с Грегори «шоу» в прямом эфире, кому-то стало легче? Я же просил тебя постараться сохранить тайну! Почему нельзя было сказать, что это военный эксперимент? Что корабль был подбит случайно? Вселенная, Вивьен, я же говорил, насколько опасно это знание! Неужели ты всё забыла?..

Ларк по ту сторону коммуникатора шумно выдохнул, а я почувствовала себя виноватой. Галактион неоднократно указывал на то, что страпельки в руках пиратов или террористов могут обернуться оружием, против которого нет защиты.

— Нет, сэр, я всё помнила… просто… так получилось... Я всё понимаю и готова понести любое наказание, какое вы скажете.

На несколько секунд в эфире наступила полнейшая тишина, а затем командор произнёс:

— Не будет никаких наказаний, Вивьен. Ты сама наказала себя… и нас. Космофлот отправил в систему Соло полноценный военный линкор, который формально будет контролировать периметр системы Соло, чтобы никто не сунулся, а на деле следить за нами.

— Следить? — повторила машинально.

— Участвовать в жизни пограничного филиала и вводить корректировки в воспитание и обучение кадетов , — произнёс Галактион таким тоном, что мне стало ясно: он кого-то цитировал.

И хотя командор не сказал прямо, я прекрасно поняла, что это означает. Размеренный темп жизни на Юнисии поменяется, вряд ли теперь можно будет устраивать посиделки с костром на соседних островах, исчезнет та уютная атмосфера семьи, которая царила среди старших офицеров-Хранителей, ведь теперь на Юнисии будет много лишнего народу, которые начнут во всё совать свои длинные носы. Ведь не зря Галактион употребил именно слово «следить», а не сказал, к примеру, что ему пришлют кого-то в помощь.

Тем временем, командор продолжал:

— Мне уже прислали обновлённое расписание. Ты теперь, как опытный специалист по страпелькам, будешь обязана вести ежедневные занятия в море по шесть часов в день.

— Простите, сэр… — растерянно пробормотала я. Ладно, швархи с тем, что преподаватель из меня аховый, но шесть часов тренировок ежедневно?! — Мне кажется, игроки столько не выдержат, да и нерационально так нагружать команду. Во-первых, им надо помимо игр ходить ещё и на другие занятия, а во-вторых…

— Вивьен, ты не поняла, — устало перебил меня Галактион. — Ты будешь по часу вести подряд шесть разных уроков у шести различных команд. И так каждый день… итого сорок две группы.

Вновь повисла пауза. Я молчала, думая, что мне послышалось. Мы с трудом могли сформировать одну-то команду Хранителей, которые играли бы слаженно, доверяли друг другу, не отбирали камни, страховали, были в меру выносливы и шустры…

— Галактион. — От волнения я сбилась на имя командора. — Но ведь это нерационально… Вы же сами понимаете, что игроками и будущими Хранителями могут стать лишь несколько гуманоидов на весь курс. Устойчивости к магнитным потокам мало, здесь нужна сноровка, определённый склад характера, да много чего… одна пропущенная страпелька — и мы имеем проблему, какая только что была с Миттарией. В конце концов, нерационально так распыляться, когда заранее понятно, что сорок одна из сорока двух команд не сможет слаженно работать, а той единственной команде, которая потенциально сможет справиться с материей, не будет хватать времени на полигоне.

Командор молчал, а я вдруг осознала, что это и есть моё наказание… точнее, не совсем моё, ведь из-за моих слов и действий будут страдать кадеты, а с ними и Хранители… у меня окончательно пропадёт время на выходы в космос, вместо этого я буду делать никому не нужную работу. Шва-а-а-арх…

Когда-то давно, когда я только попала на Юнисию, моё внутреннее «я» сильно возмущалось тому, как всё устроено в пограничном филиале Академии. Мне казалось неправильным предоставлять студентам выбор, ходить на занятия или нет, я не понимала того, что Галактион был против обучения кадетов из-под палки… Только отучившись все десять лет под крылом командора Грешх-ана, я поняла, что его тактика в сложившихся условиях на Юнисии — единственно верная. Преподаватели не тратили своё время на тех, кто не хотел учиться, зато с удовольствием помогали и давали углублённый материал тем, кто этого хотел. Так, я обожала астрономию и навигацию у Велвела Фропенко, но со скрипом сдавала предметы Нейта Бруно. Ну не нравились мне ни растения, ни медицина… не моё это, да и связывать с этим жизнь я не собиралась. К тому же всегда самой важной для меня задачей было всё то, что касалось защиты Юнисии.

Сейчас же, представив, что Космофлот вмешается в жизнь пограничного филиала, волоски на руках встали дыбом. А ведь на Юнисии в силу того, что туда отправляют родственников офицеров, не прошедших экзамены в основной филиал, очень чётко прослеживается противостояние. Политика ректора филиала всегда сглаживала эту негласную «войну», позволяя не являться на занятия тем, кому предмет неинтересен, а лишь сдавать необходимый минимум в сессию. Скорее всего, с вмешательством Космофлота психологическая ситуация среди кадетов обострится, начнутся драки и стычки. О-о-ох…

— И да, Вивьен, я тебя поздравляю, — с ещё одним вздохом произнёс Галактион. — Отныне ты майор Виардо.

— Простите, что? — переспросила я, полностью погружённая в свои мысли.

— Майор Виардо, — спокойно повторил командор. — Как и Грегори, вы официально спасли целый Мир Федерации. Если ты посмотришь голоканалы, то миттары скандируют ваши имена. Совет адмиралов в срочном порядке сегодня связался со мной и сообщил о повышении в звании, так как вы теперь — «фигуры национального значения». Когда прилетишь на Юнисию, новые нашивки уже будут в твоей комнате.

Я поморщилась. Вот никогда не хотела себе известности… тем более таким образом. По сути, ведь я сделала всё то же, что делала и обычно — не больше и не меньше. Очевидно, что совет адмиралов сообщил командору Грешх-ану о моём повышении из-за давления общественности, а не потому, что они искренне считали, что я его достойна. Считай они так, давно бы повысили всех Юнисских офицеров, исполняющих обязанности Хранителей. Самого Галактиона не повышали уже несколько десятков лет.

— А вы? — зачем-то уточнила я.

— А что я? — со смешком отозвался ректор пограничного филиала. — Как был командором, так и остался.

Несправедливо.

Я замолчала, переваривая всё вышесказанное. Мне хотелось уточнить, повысили ли в звании Севера. Ведь фактически именно он всё это время помогал Аппарату Управления Миттарии, курировал меня, Грегори и Марка, а также прибывший шаттл с лейтенантами… Именно он добился того, чтобы космопорт закрыли, и он взвалил на свои плечи все сопутствующие проблемы. Но то ли из-за путающихся мыслей задать вопрос получилось криво, то ли командор меня не понял.

— А что с капитаном Кассом?

— А что с ним? — эхом отозвался ларк. — Грегори мне всё рассказал. Мне жаль, что ты не согласилась составить пару моему племяннику, но я рад, что ты определилась с выбором. Я помню Севера Касса. Он был подающим надежды кадетом ещё десять лет назад, и сейчас, судя по его поступкам, он станет тебе отличным защитником.

— По каким поступкам? — напряглась я.

— Хотя бы по тому, что он организовал запись вашего с Грегори истребления страпелек. Я столько лет не мог выбить повышение для старшего племянника, — послышалась усмешка, — а Северу Кассу это удалось сделать менее чем за сутки. Вивьен, я, конечно, стар, но не глуп. Я прекрасно понимаю, что таким образом он защищал тебя. Что ж, у него получилось… — послышался очередной вздох. — Поздравляю с повышением в звании, майор Виардо. Как только разберёшься со всеми делами, возвращайся на Юнисию. Пару недель, так и быть, я тебе дам, но на большее не рассчитывай.

Командор попрощался и разорвал связь, а я несколько секунд обдумывала его слова, прежде чем мне ударило в голову: генетический тест! Лаборатория Центральной Надводной Клиники так и не дала ответа! За всеми дежурствами, стрессами и нервотрёпкой я просто забыла о том, что они не сообщили результатов анализов. Поспешно проверила электронную почту на коммуникаторе и убедилась — ответа нет. Зато было сообщение от Севера.

«Ты так сладко сопела, что я не хотел тебя будить. Направился в Белый Дом для решения срочных вопросов после открытия космопорта... Чиновники теперь боятся собственной тени и требуют сделать официальное заявление, что на орбите больше нет опасности. Кстати, я попросил Марка наведаться к шаутбенахту Фропенко и помочь с выпиской. Он, оказывается, давно хотел с ним познакомиться. Можешь отдыхать столько, сколько понадобится. Я постараюсь вырваться из АУМа так быстро, как только получится.

Люблю, Север».

Я смотрела на это сообщение и чувствовала, как в груди расползается приятное тепло. Подпись перечитала раз двадцать и набрала ответ:

«Спасибо, выспалась чудесно. Со мной связывался командор Грешх-ан. Твоя идея с трансляцией моей с Грегори зачистки сработала… правда, не знаю, хорошо это или плохо. Говорят, на Юнисию теперь отправят целый линкор военных».

Я бросила коммуникатор на покрывало, пошла в душ, а когда вернулась, вновь увидела сообщение от цварга.

« Конечно, хорошо, даже не сомневайся! После случившегося линкор отправили бы в любом случае, тут лишь вопрос того, как бы руководство Космофлота отнеслось к тебе — как к выскочке, превысившей свои полномочия и совершившей военное преступление, или как к герою Миттарии. Действовать пришлось быстро. Командор тебя не прессовал? »

Всё-таки я не политик. Север видит и просчитывает ситуацию куда как дальше и глубже…

«Нет, Галактион замечательный, да ты и сам знаешь. Больше расстроился, что не приняла предложение Грегори».

«Не могу его судить… Я бы тоже хотел, чтобы такая храбрая девушка согласилась стать частью моей семьи. А, стоп! Так она и согласилась!»

Я улыбнулась. Неведомым образом Касс умудрился поднять мне настроение, даже будучи в Белом Доме. Так, переписываясь, я не заметила, как приплыла на парковку Центральной Надводной Клиники, а оттуда добралась и до стойки ресепшена.

—Добрый вечер, — поздоровалась я с менеджером, мельком оглядываясь.

Несколько посетителей очень уж пристально смотрели на меня со стороны коридора.

— Добрый. Вы пациент или пришли навестить родственника? — деловито уточнил миттар, не отрываясь от экрана компьютера. Он набирал на виртуальной клавиатуре текст и явно был очень занят. — Сейчас уже время для посещений закончилось, можно увидеть лишь тех, кто находится на лечении в ВИП-палатах.

— Нет-нет, — поспешила ответить, глядя, как ловко порхают перепончатые пальцы по плоским кнопкам. — Я по другому вопросу. Я приблизительно три недели назад сдавала генетический тест, но до сих пор не получила результаты…

— Ваши имя и фамилия? — всё таким же ровным тоном спросил менеджер, одновременно перебивая числа из медицинской карты перед ним.

— Вивьен… — мне показалось, ещё две головы обернулись в мою сторону… — Виардо…

— Вивьен Виардо? — менеджер резко прервался с набором текста, моргнул и всё-таки перевёл на меня изумлённый взгляд. — Та Самая Вивьен Виардо?! Капитан Космофлота?!

Он выкрикнул это так громко, что теперь уже не осталось сомнений: слышали все. Где-то краем зрения я заметила, как зашевелились и зашептались посетители. Я сглотнула внезапно ставшую вязкой слюну. От репортёров раньше меня спасли Север и непроницаемые тонированные бока амфибии, за которыми не было видно даже вспышек голокамер, а здесь же… не было ни Севера, ни амфибии.

— Уже не капитан… майор… но да, я служу в Космофлоте, — пробормотала я, глядя на то, как меня начали окружать миттары с восторженными лицами.

Удивительное дело, но даже в космосе перед лицом опасности я не чувствовала себя настолько не в своей тарелке, как сейчас.

— Так что там с генетическим тестом? Может, вы записали мой номер коммуникатора неверно? — поторопила я менеджера, но не тут-то было.

Молодой миттар, услышав, что я служу в Космофлоте, вдруг резко оббежал стойку и бухнулся на колени, а лбом коснулся пола. В первую секунду я испугалась, подумав, что он поскользнулся, но нет. Почти сразу же ещё с десяток миттаров проделали то же самое.

— О, Вивьен Виардо! Это настоящая честь познакомиться с вами лично! Вы самая храбрая из девушек, о каких я только слышал! — завопил один из посетителей. — Вы спасли всю планету!

Запоздало я вспомнила, что это именно та поза, в которой Амори делал мне предложение. Он упоминал, что в ней ещё и провожают усопших в дикие воды… Нервно хихикнула. Выходит, ещё и чествуют народных героев…

— Я фермер и обещаю, что выведу новый сорт водорослей и назову в вашу честь! — воскликнул полноватый мужчина с сине-сиреневыми вихрами на голове.

Замечательно. Надеюсь, это будет не психотропное растение.

— А я клянусь, что первого ребёнка назову Вивьен! — подхватил его сосед.

Интересно, что он будет делать, если первенцем окажется мальчик?..

— Мы выпилим ваш лик на Великом Коралловом Рифе! — подхватил третий.

А это как? В голове быстро нарисовалась картинка, как стайка цветных рыбок подплывает к громоздкому кораллу, чтобы добыть себе еду, а со стороны это будет выглядеть так, будто они выгрызают мне глаз. Ой, фу-у-у…

— Эм-м-м, — пока кто-то восторженно трогал мою ногу, я с трудом отодрала менеджера клиники и разгневанно зашипела ему на ухо: — Вы мне про результаты анализа наконец ответите или нет? Если вы сейчас же не выделите мне индивидуальную комнату для ожидания, то меня раздерут на много маленьких Вивьен, и от вашего народного героя ничего не останется. Заметьте, моя смерть будет на вашей и только вашей совести. Кстати, позу, как я поняла, большинство как раз приняло именно ту, чтобы проводить меня в мир иной.

Миттар, провозгласивший моё имя на весь этаж, вначале позеленел, затем побелел и выдал:

— Что вы, что вы! Не умирайте, не надо! Я уже позвал старшего по клинике, чтобы он с вами лично поговорил! А вот, кстати, и он!

Я обернулась и с удивлением уставилась на спешащую по коридору грушевидную фигуру. Толстых гуманоидов среди миттаров вообще было поразительно мало — попробуй растолстей на рыбе и подводных растениях — а потому объёмный живот чиновника, не скрываемый даже халатом, и узкие плечи Клэра Мирана узнала практически сразу.

— Старший по клинике? — пробормотала я изумлённо.

— Ну, — менеджер смущённо кашлянул, — официально господин Миран, конечно, всего лишь заместитель управляющего ЦНК, но по факту именно он руководит клиникой.

Менеджер явно хотел добавить что-то ещё, но Клэр подошёл к нам уже слишком близко.

— Капитан Виардо, рад вас видеть! — тут же расплылся в улыбке толстяк. — Пойдёмте в мой кабинет.

— Майор Виардо, — поправила я изумлённо, но всё же на автомате проследовала за чиновником.

В лифте мы поднимались в полнейшей тишине, и ровно в ней же Миран завёл меня в просторное помещение с панорамными окнами и видом на остров.

— Чай? Цикорий? Кокосовая вода? Может, настойку из янтарных полипов?

Миттар суетился, и только сейчас я обратила внимание, что он волнуется: руки немного подрагивают, взгляд бегает по кабинету, задерживаясь на мне лишь на долю секунды. Странно…

— Что странно? — переспросил мужчина, а я поняла, что произнесла последнее слово вслух.

— Спасибо, ничего не надо. Мне странно, что я увидела вас здесь. Я думала, что члены АУМ занимаются в первую очередь политикой, законами и управлением планетой. Я никак не ожидала увидеть вас… в качестве заместителя управляющего клиникой.

— Ах, это, — Клэр махнул рукой. После моих слов его плечи существенно расслабились. — А почему я не могу параллельно работать на частную клинику? Законы Миттарии разрешают членам государственного аппарата даже собственный бизнес иметь, лишь бы он не мешал собраниям.

— Понятно, — протянула я и выжидательно посмотрела на миттара. Последний вновь засуетился.

— Ох, капитан… то есть, майор Виардо, как же здорово, что вы ещё не покинули нашу планету. Я хотел бы выразить глубокую благодарность от лица всего Аппарата Управления Планетой…

Выслушивать благодарность в пятнадцатый раз за сегодня у меня не было никакого желания, а потому я решительно подняла ладонь вверх и перебила собеседника:

— Это всё замечательно, господин Клэр, но давайте ближе к делу. Я уверена, что менеджер с ресепшн уже обрисовал проблему. Вы мне расскажете, почему так вышло, что до сих пор мне так и не пришли результаты анализов? Я, конечно, понимаю, что не оплачивала срочную лабораторию, но три недели — приличный срок для любых исследований.

— Я думаю, дело в том, что пробирки с вашей кровью просто потеряли…

Я бы поверила миттару, если бы при этом он не выглядел настолько нервным. Но по тому, как вновь напряглись его плечи, мой внутренний голос заявил категорично: «Дело нечисто!» Как же заставить его сказать правду?

— То есть, если я повторно сдам анализы, скажем, прямо сейчас, вы сможете быстро и без проволочек найти моих родственников?

По тому, как вытянулось лицо Мирана, я поняла, что попала точно в цель.

— П-прямо сегодня? — миттар аж начал заикаться от волнения. — Но, капитан… то есть, майор Виардо… я думал, что вы находитесь в кратковременной увольнительной… мы просто не успеем взять ваши анализы, выделить ДНК, послать в общую базу данных… Вам же наверняка надо в Космофлот…

— Представляете, — я растянула губы в фальшивой улыбке, — Космофлот тоже посчитал, что я хорошо поработала, и продлил мне пребывание на Миттарии настолько, насколько потребуется, чтобы найти родственников. Итак, мне сдавать кровь повторно потребуется, или вы всё-таки найдёте пробирки с первыми анализами?

Несколько секунд Клэр смотрел на меня затравленным взглядом из-под кустистых сине-зелёных бровей. Возможно, мы выглядели со стороны забавно: тучная низкорослая фигура миттара и высокая, но худая — моя. Однако мне вдруг стало не до смеха. С учётом, как сильно Миран сопротивлялся тому, чтобы рассказать мне правду, в груди вдруг появилось необъяснимое сосущее чувство... А вдруг мой отец не умер? Вдруг у меня есть мать? Может, всё это чей-то дурацкий розыгрыш?..

В воздухе повисла гнетущая тишина. Я не просто чувствовала, я знала , что от меня целенаправленно скрывают что-то важное. А Клэр Миран знал, что это знаю я. Наконец миттар не выдержал, тяжело выдохнул и опустился в мягкое кресло с широкими подлокотниками.

— Простите меня, Вивьен, — неожиданно произнёс мужчина совсем другим тоном. Тихо, без суеты и гротескных благодарностей. — Я с самого начала говорил сенатору де Муано, что не стоит скрывать от вас правду… но гриф секретности… к тому же он формально отвечает за связи с общественностью, а вы в данной ситуации ею и являетесь…

Я тряхнула головой. Де Муано? Тот самый противный сенатор, который даже не хотел допускать меня до собрания Аппарата Управления Планетой? А он-то тут причём? Моё удивлённое выражение лица Клэр понял по-своему, а потому со вздохом продолжил:

— Ваш отец, Вивьен, был преступником. Из-за него погибло множество разумных гуманоидов. И, вместо того чтобы достойно принять наказание за содеянное, Валентар Виардо ещё и трусливо сбежал с планеты.

Сердце особенно болезненно ударилось о рёбра. Не чувствуя ног, я тоже опустилась в ближайшее кресло.

— Простите, но моего отца звали Валентин, а не Валентар. Вы, кажется, его с кем-то путаете. Это явная ошибка. — Собственный голос показался слишком слабым.

Миттар отрицательно покачал головой.

— Нет, его настоящее имя — Валентар. Видимо, он сменил его на похожее, чтобы затеряться на Захране. В те годы планета была ещё плотно окутана космическим мусором, и никому и в голову не приходило, что он мог захотеть скрыться на этом крошечном радиоактивном космическом теле без нормальных морей и океанов.

Клэр дотянулся до пульта на рабочем столе, щёлкнул кнопками — и на плазменном экране вдруг появилось изображение мужчины с ярко синими глазами и волосами, обнимающего стройную человеческую девушку, пепельную блондинку с робкой улыбкой на губах. И мужчина, и женщина были одеты неброско — так, как могли быть одеты гуманоиды и на Захране, и на Цварге, и даже на Миттарии, если говорить о тех местах, где появляются туристы. Мужчина был в тёмно-серых штанах и обыкновенной куртке на молнии, а на девушке было лёгкое воздушное платье в голубой цветочек. На руках последней сидела крошечная девочка… По всей видимости — я. Черты лица отца я помнила очень смутно, а потому судить, он это или не он, не могла. Но оттенок волос, тот самый «полуночный индиго», форма лица, вздёрнутый нос, разрез глаз… Всё очень сильно походило на меня. Или, правильнее будет сказать, что это я походила на него как две капли воды? На женщину я тоже внешне походила, хотя и отдалённо — скорее, фигурой и... взглядом.

Более или менее справившись с первым шоком, я сглотнула ставшую вязкой слюну и уточнила:

— И вы до сих пор об этом молчали, потому что родственники отца не хотели иметь ничего общего ни с… — я сделала усилие, чтобы называть того, кого звала «папой», настоящим именем, — Валентаром, ни с его дочерью?

В памяти неожиданно вспыхнула картинка, как сенатор де Муано придумывает причину за причиной, чтобы выставить меня за дверь своего кабинета. Вспомнились его неодобрительные взгляды… Я-то наивно думала, что они касаются моего внешнего вида, а оказывается, он знал обо мне то, чего не знала я. Ему было противно общаться с отпрыском Валентара Виардо. Ведь к моменту катастрофы над атмосферой Миттарии я уже сдала анализы крови, и, получается, де Муано точно знал, кто перед ним.

— Я молчал, потому что по бумагам дочь Валентара Виардо была мертва, как и его жена, — возразил Клэр Миран. — В целом, весь состав Аппарата Управления Планетой считал, что Валентар сошёл с ума от горя и умер где-то в открытом космосе, потому что ни на одной из планет Федерации с нормальной экологией и климатом его не нашли.

Я повторно потрясла головой, пытаясь уложить всю информацию, но она никак не хотела укладываться. До сих пор я считала папу обычным захухрей, а теперь выяснилось, что он убежал с Миттарии...

— Погодите, расскажите всё, пожалуйста, по порядку.

Мужчина несколько секунд колебался, а затем махнул рукой.

— Раз уж я всё равно начал объяснять, а вы всё равно служите теперь в Космофлоте… Валентар был учёным, он работал над секретными разработками... Он был полумиттаром по матери, получеловеком по отцу…

— То есть, дед тоже человек? Известно, кто это? — встрепенулась я.

— Нет, не известно, — миттар снова отрицательно покачал головой. — Когда всё случилось, я поднимал записи по всей линии Виардо. Как выяснилось, ваша бабушка, Вильветта, вернулась домой из отпуска уже беременной. В роддоме она не стала объявлять имя отца. В те времена — сто пятьдесят с лишним лет назад — хотя к матерям-одиночкам относились хорошо, и даже государство их поддерживало, смесков на Миттарии всё-таки недолюбливали. А Валентар по цвету кожи, как и вы, Вивьен, являлся человеком, а не миттаром. Думаю, с учётом его технических талантов, ваш дед был всё же с Танорга.

Я грустно усмехнулась. Проведя всё детство на Захране, я прекрасно знала, что такое быть «не такой, как все».

— Валентар окончил лучший миттарский Университет, а кроме того, получил дополнительное внепланетное образование и стал заниматься наукой на стыке традиционной биологии и техники. Его всегда интересовал механизм куполов-невидимок над городами… — тем временем, продолжил Клэр, а я встрепенулась. — На тот момент купола строились по несколько иным технологиям. Они были из плотного, а не пористого материала. Как следствие, свежий воздух необходимо было загонять по шлангам и трубам, а также отводить израсходованный. Это сейчас куполами накрывают города, и те могут работать совершенно автономно столько времени, сколько понадобится.

Я кивнула, припоминая, что видела и читала о современных куполах в лаборатории, куда меня водили Север и Марк. Да, действительно, там говорилось, что структура купола напоминает губку, и благодаря этому воздух из воды спокойно проходит внутрь подводного города и обратно.

— Валентар хотел улучшить их… Он сделал расчёты для сегмента купола над Акарой.

— Акарой? — машинально повторила я, пытаясь припомнить географию Миттарии.

— Это не город даже, так, деревня, в которой жили Вильветта, Валентар и его молодая жена с ребёнком.

Я закусила губу, чтобы сдержаться и не закидать рассказчика новыми вопросами.

— Как он познакомился с Юлианной, никто не знает, — будто угадав, о чём я думаю, произнёс Клэр Миран. — Просто привёз её однажды на Миттарию, после того, как улетал в очередной исследовательский полёт, и на этом всё.

Юлианна… имя-то какое красивое. Выходит, так звали ту пепельную блондинку на изображении? Слушать историю родителей оказалось на удивление не больно. Скорее, грустно, потому что я знала её финал. Мама погибла, когда я была ещё совсем крошкой, а отец — когда мне не исполнилось ещё и четырёх лет.

— Как умерла… Юлианна? — спросила я спустя паузу.

— Так же, как и остальные жители Акары, не имеющие жабр, — хмыкнул Клэр. — Валентар заменил часть купола своей разработкой, но, по всей видимости, он очень спешил и не перепроверил расчёты… или неправильно учёл сейсмическую активность ближайшего подводного вулкана, уж не знаю. Когда земля задрожала, та часть купола, которой занимался Виардо, треснула и раскололась на множество частей, загорелась электроника, но тут же пришедшая извне вода затопила Акару за считанные минуты. Очевидцы говорят, что это было ужасно. Те, кто не сгорел заживо, захлебнулись. Гуманоиды со слабой дыхательной системой умерли, так и не добравшись до поверхности.

Если бы я не сидела до сих пор, то точно бы осела на кресло после этой новости. Вот это да…

— Сколько гуманоидов погибло? — пробормотала осипшим от волнения голосом.

— Много, — ответил мужчина, — очень много. Сто семьдесят четыре разумных гуманоида, как считалось до сих пор. Правда, в катастрофе такого масштаба, сами понимаете, не все тела удалось найти. В число погибших входили и вы, майор. Так что можно считать, что сто семьдесят три.

Я коротко выдохнула. Для Миттарии, которая никогда ни с кем не воевала, это действительно очень много.

— А моя мама? Вы уверены, что она тоже погибла?

Слабая надежда теплилась в душе, но Клэр Миран обрубил её на корню:

— Да, тело Юлианны Виардо нашли почти сразу. Журнал регистрации посетителей подтвердил, что она в тот момент как раз пришла в лабораторию к мужу на обеденный перерыв, за четверть часа до того, как всё случилось. Её тело было испорчено многочисленными шрамами от обвалившегося купола, но анализ ДНК подтвердил, что это она.

Шрамы? От осколков?… Сердце ускорило ритм. Кажется, я узнала наконец тайну своих кожных покровов, которая мучила меня так долго. Но почему только ноги? И, будто услышав мой безмолвный вопрос, Клэр продолжил:

— Я был знаком с Юлианной лишь поверхностно, но на момент катастрофы оказалось, что я, как заместитель ЦНК, её видел чуть ли не больше остальных. Она вела очень замкнутый образ жизни и выходила из дома в основном только ради плановых посещений клиники. Перед анализом ДНК Планетарная Полиция хотела как можно быстрее разобраться с погибшими, а потому меня пригласили на опознание тела из самого Кораллита. Вся её спина напоминала сплошной кусок мяса, — Клэр побледнел, явно вспоминая прошлое. Одним движением откуда-то достал бутылку с янтарным содержимым, плеснул в стакан, опрокинул в себя махом и лишь после этого продолжил: — Она лежала, скрючившись, как будто кого-то укрывала. И сейчас, Вивьен, знаете, что я подумал?

— Что? — удивлённо переспросила.

— Что она спасла вам жизнь своим телом, приняв удар обрушающегося купола на себя. Обычно в лабораторию не пускают родственников, а уж отметить ребенка в журнале регистрации и вовсе никому не пришло в голову, но Валентар всегда был на хорошем счету. Я практически уверен, что Юлианна пришла к мужу с ребёнком.

Я кивнула, так как и сама пришла к этому же выводу. Правда, у меня оставались ещё вопросы по данной истории, но сомневаюсь, что Клэр — тот, кто сможет на них ответить. Немного подумав, я всё-таки уточнила:

— Получается, из живых родственников у меня только Вильветта? Она сейчас на Миттарии? Я могу с ней встретиться?

Мужчина посмотрел на меня изумлённо и даже чуточку возмущённо.

— Разумеется, нет! Неужели вы думаете, что Аппарат Управления Планетой разрешил бы и дальше проживать на Миттарии близкой родственнице хладнокровного убийцы?! Между прочим, среди погибших были и дети членов АУМ от смешанных браков!

Я оторопела.

— В смысле «разрешить проживание на Миттарии»? Во-первых, вы сами подтвердили, что обрушение купола было стечением обстоятельств, а моя бабушка…

— Ваша бабушка — Вильветта Виардо, — подхватил миттар уже более строгим тоном, — на тот момент являлась единственной совершеннолетней родственницей первой линии наследования.. Согласно законам нашей планеты, все долги, которые оставил Валентар, автоматически перешли на неё. Её ожидал суд. Конечно, что с учётом того, что она сама не являлась преступницей…

Клэр Миран говорил что-то ещё, но лично я слышала лишь собственный пульс. Кровь ударяла в барабанные перепонки с такой частотой, что я чувствовала себя оглушённой. И эта раса считается самой миролюбивой?! Изгнать женщину с планеты лишь за то, что у её сына произошёл несчастный случай на работе?! Нет, оно понятно, что из-за рухнувшего купола умерло более сотни гуманоидов, но ведь и сам Валентар потерял любимую жену…

— …Гены агрессии передаются по наследству, сами понимаете. Это давно доказанный научный факт. Вон, у ларков вообще это ярко выражено: как правило, дети вождей становятся следующими вождями. Но теперь, когда вы, майор Виардо, не только отдали долг за своего отца, но и перевыполнили его, Аппарат Управления Миттарией с великой радостью предложит вам миттарское гражданство.

Я моргнула и с трудом сфокусировала взгляд на толстом миттаре, который выкарабкался из кресла, пристроил бутылку с алкоголем в мини-баре и теперь что-то искал среди бумаг на рабочем столе.

— Простите, что?

— Гражданство, майор Виардо. Я в курсе того, что вы имеете при себе только документы захухри. Несмотря на все старания Федерации, Захран и по сей день остаётся очень грязной и отсталой планетой, — мужчина брезгливо поморщился. — На ней нет чистой воды, и любой миттар достаточно быстро умрёт от нехватки воды… А что до Юнисии, на которой вам пришлось жить последние десять лет из-за службы в Космофлоте, то я уверен, что вам уже наскучило. Миттария — самая прекрасная из всех миров, и сейчас я от лица всего правящего совета предлагаю вам полноценное легитимное гражданство… у нас сейчас как раз действует программа переселения…

— Спасибо, не стоит, — ровно произнесла я и, более не слушая мужчину, стремительно покинула кабинет заместителя управляющего ЦНК.

— Но… почему? — изумлённо донеслось мне в спину, перед тем как захлопнулась дверь.

Гнев на миттарскую логику и менталитет вспыхнул внутри так же мощно, как ощетинивается протуберанцами Соло. Судя по логике Мирана, я должна ещё была сказать «спасибо» за то, что меня не арестовали и депортировали при установлении родства с Валентаром Виардо, ведь я тоже являюсь наследницей первой линии. Видимо, мой статус военного хоть в кои-то веки сыграл мне на руку.